ИИ перевод 29 главы 10 арки - Миссия Серой Звезды
Всё шло по плану, без единой заминки.
Под ярко сияющей огромной люстрой, свисающей с потолка, просторный зал наполняли изящные звуки струнных инструментов. Гости, облачённые в пёстрые парадные наряды, вели непринуждённые беседы с бокалами в руках.
Вечерний приём, устроенный в резиденции виконта Дискена Моро — лорда, правящего окрестными землями, — пестрел голосами множества приглашённых и имел грандиозный успех.
Среди гостей были аристократы, поддерживающие тесные связи с виконтом Моро, влиятельные купцы, проложившие здесь крупные торговые маршруты, и видные деятели из нескольких деревень — публика собралась весьма солидная.
Когда хозяин вечера, сам виконт, поднял бокал за мир и процветание своих земель, со всех сторон раздались одобрительные возгласы, а оркестр подхватил это чувство всеобщего единения торжественной мелодией.
Никто не сомневался в искренности слов Дискена Моро, все верили, что он на их стороне.
И это было вполне естественно. Гостям, включая сам факт приглашения на этот вечер, была предложена щедрая награда. Им дали в полной мере прочувствовать всю выгоду от сотрудничества с землями виконта.
Когда выгода столь велика, человеческая природа склонна закрывать глаза на лёгкое чувство неестественности. В их действиях не было злого умысла или чувства вины. Бессознательные пособники — идеальный вариант.
В последнее время виконт Дискен Моро кардинально изменил свой стиль управления.
Прежний Моро был консервативен и, грубо говоря, отличался трусливой натурой, панически боявшейся перемен. Однако в последние несколько месяцев его поведение резко отклонилось от курса на сохранение статуса-кво: он инициировал ряд крупных проектов, вовлекая в них местных авторитетов.
Виконт перешагнул пятидесятилетний рубеж; прежде все насмехались, что его единственный жизненный принцип — это наслаждаться вином, изысканной едой и оберегать своё спокойное кресло. Эта внезапная перемена казалась невероятной, но те, кому она принесла прибыль, встретили её с распростёртыми объятиями.
Сегодняшний банкет был организован именно для того, чтобы собрать всех, кто обогатился на недавних крупных сделках, и щедро отблагодарить их за сотрудничество.
Миновав средний возраст и приблизившись к порогу старости, Дискен Моро по-настоящему раскрыл свои таланты. Именно так оценивали виконта собравшиеся здесь люди.
Ведь никто из них и подумать не мог, что Дискена Моро подменили, а его место — украли с потрохами.
Поднеся к губам бокал с вином, человек, называющий себя «виконтом Моро», спокойно наблюдал за приёмом.
Он откликался на брошенные в его адрес фразы, с улыбкой отвечал на просьбы о совете и превозносил собеседников в ответ на их льстивые похвалы.
Таким образом он тщательно проверял, насколько глубоко проник «Яд».
«Яд» — это не физическое вещество, несущее смертельную угрозу.
В данном случае «Яд» — это он сам, тот, кто носит имя Дискена Моро и узурпировал его положение. Он медленно разъедает жизни окружающих и, прежде чем они это осознают, лишает их самого существования. Говорят, что «Яд», распространяемый с этой целью, уже пустил корни повсюду в королевстве.
«Говорят» — потому что он сам не знал всех деталей грандиозного плана. Но он понимал, что не одинок: наблюдая за политической обстановкой в стране, можно было уловить тайное влияние других.
Вероятно, момент, когда «Яд» начнёт действовать в полную силу, уже близок.
Ради этого грядущего часа он обязан устранить любые препятствия. Именно поэтому от старых вассалов и слуг, которые усомнились в подлинности своего господина — несмотря на то, что внешне он был абсолютной копией, — следовало избавиться одним махом.
Им тоже разослали приглашения.
Но не на блестящий банкет, разворачивающийся прямо перед его глазами. Им велели войти через чёрный ход в отдельный флигель под предлогом конфиденциального разговора и примирения.
Они уже все прибыли и ждут в подвале поместья. И когда оркестр доиграет свою последнюю композицию, они тихо покинут этот дом. В виде трупов.
Их тела погрузят в драконью повозку и обставят всё так, будто на тракте на них напали бандиты.
Завтра «виконт Моро» с прискорбием сообщит, что старые вассалы отказались пойти на мировую и в гневе покинули поместье посреди ночи, а затем с ними случилась трагедия. Присутствующие здесь гости с сочувствием примут эти слова и попытаются его утешить.
Когда эта ночь закончится, на этих землях больше не останется фальшивых нот. В этом и заключалась истинная цель «Яда».
Убедившись в этом, самозванец ответил дежурной улыбкой на подобострастный комплимент подошедшего купца.
— О, поистине великолепный банкет! К слову, господин виконт, вы уже изволили беседовать вон с той супружеской четой?
Взгляд купца был устремлён на пару, стоявшую в кругу гостей.
Говорили, что они муж и жена, но первой привлекала к себе внимание супруга.
Её роскошные чёрные волосы были изящно уложены, косметика выгодно подчёркивала белизну кожи, а вечернее платье сидело безупречно. Тёмное платье сильно расширялось к подолу, ещё больше выделяя её тонкую талию и женственные изгибы.
Прикрыв губы раскрытым веером, дама мило беседовала с пожилой аристократкой. То, как она стреляла глазками, каждый её жест — всё было выверено до идеала. Она была не просто красива; казалось, она прекрасно осознаёт, как выглядит со стороны и как себя вести, чтобы очаровать собеседника.
«Молодая леди, унаследовавшая колоссальное состояние от скоропостижно скончавшегося отца» — так было написано в списке гостей. Они присоединились к приёму в последний момент, предъявив рекомендательное письмо из других земель, и были одними из немногих новых лиц на вечере, который, казалось, состоял исключительно из «своих».
Рядом с ней стоял её муж — высокий мужчина, чьи тёмно-зелёные волосы были собраны в один хвост.
На нём был строгий, не слишком вычурный парадный костюм, а на поясе висел богато украшенный длинный меч. Судя по выправке и походке, он происходил из семьи потомственных военных, но больше всего привлекало внимание его лицо — а точнее, повязка на левом глазу, которая лишь подчёркивала его точёные черты. Казалось, этот изъян лишь придавал ему шарма. Они смотрелись невероятно гармонично.
— Если вы о них, то я тоже имела удовольствие пообщаться с ними ранее, — встряла в разговор дама, от которой исходил густый аромат парфюма. Заметив, куда смотрит лорд, она хитро улыбнулась, явно любящая посплетничать:
— Говорят, они путешествуют по стране в поисках выгодных инвестиций для капитала госпожи.
— Судя по всему, другие гости уже проявили к ним интерес. Я, разумеется, тоже в их числе, но счёл бы дерзостью действовать в обход вас, господин виконт.
Хозяин ответил дежурной улыбкой на лукавый взгляд дамы и показную покорность купца. Однако за то короткое время, что прошло с этого момента, до него ещё не раз долетали разговоры о чете Шварц.
К тому времени, как имя этой пары надёжно отпечаталось в памяти «виконта Моро», они подошли сами.
— Меня зовут Нацуми Шварц. Прошу простить нас за то, что мы не засвидетельствовали своё почтение раньше, — с этими словами Нацуми элегантно поклонилась, а «виконт», величественно кивнув, спрятал за приветливой улыбкой хищный взгляд, оценивающий добычу.
— Мы с супругой безмерно благодарны за приглашение на этот чудесный вечер. Ваши земли полны жизни. Это несомненное доказательство того, что народ всецело поддерживает правление господина виконта.
Вслед за женой почтительно поклонился и муж, воздав хвалу управленческим талантам «Моро».
Конечно, у фальшивого виконта была заготовлена масса вариантов ответа. Супруги были новичками здесь, но, судя по всему, весьма словоохотливыми: «Моро» уже собрал о них достаточно информации от других гостей.
Однако, прежде чем «виконт» успел выбрать нужную «карту», муж перехватил инициативу, произнеся короткое: «Однако».
— Мы находимся в положении людей, управляющих состоянием семьи моей жены. Мы не можем принимать столь легкомысленные решения, опираясь лишь на то, что видят наши глаза.
— До нас дошли слухи, что вы, господин виконт, продвигаете в своих землях сразу несколько новых проектов. Не соизволите ли вы рассказать нам о них чуть подробнее? — подхватила жена, слегка понизив голос, сразу переходя к делу.
Что ж, похоже, супруги заранее продумали план переговоров. Если так, то ходить вокруг да около и оттягивать суть дела — лишь пустая трата времени.
Сменить обстановку, провести беседу и возложить на чету Шварц часть ответственности за распространение «Яда» виконта Моро. Тревоги исчезают, а козырей становится больше. Какой прекрасный день!
— Благодарим вас за то, что уделили нам время, господин виконт, — произнесла Нацуми.
В гостиную, куда пригласили супругов, «виконт Моро» не взял даже охрану. Учитывая настоятельную просьбу четы Шварц о конфиденциальности, это была необходимая уступка.
Так или иначе, от шумного зала их отделяла лишь толстая дверь, и они остались втроём.
— Мы слышали, что за последние месяцы ваши земли переживают небывалый подъём: расширяются тракты, строятся новые рынки. «Стагнация сродни упадку» — так учил меня отец, наставляя, что лишь через перемены и рост семья Шварц сможет достичь истинного процветания.
«Виконт Моро» лишь криво усмехнулся, услышав слова жены, чьи амбиции сквозили в каждом звуке, как и подобает наследнице столь агрессивного девиза. Он собственноручно наполнил три бокала и сел в кресло. Муж, не притронувшись к вину, подхватил мысль супруги:
— Прошу, не поймите нас превратно. Как и моя жена, я вижу в землях Моро огромный потенциал. И чтобы, поверив в этот потенциал, перейти к действиям, мы бы хотели уточнить несколько деталей.
Муж пытался взять инициативу в свои руки. Бросив взгляд на жену, «виконт» заметил, что та, похоже, всецело доверяла ведение переговоров супругу: сложив руки со сложенным веером на коленях, она умиротворённо улыбалась.
«Ну и ладно», — подумал самозванец, заверив их, что предоставит всё необходимое для удовлетворения их интереса.
— Финансовые показатели проектов крайне важны. Разумеется, мы бы хотели взглянуть на документацию. Но для нас с женой куда важнее понять, достоин ли доверия человек, с которым мы собираемся вести дела. Ходят слухи, господин виконт, что недавно вы отдалили от себя многих старых вассалов, служивших вам верой и правдой, и набрали новых людей.
Услышав это, «виконт Моро» мысленно скрипнул зубами от раздражения в адрес старых слуг.
Да, сегодня ночью эта заноза будет удалена, но это не уменьшало его злости на этих назойливых букашек. Особенно если они мешали ему вербовать новые, полезные кадры.
— Хотя заслуги и способности не всегда идут рука об руку, избавиться от тех, кто служил вам долгие годы, — решение не из лёгких. Наверняка среди них были и те, кто находился подле вас ещё с вашей юности.
Значит, они хотят узнать, как с ними будут обращаться после успешного заключения сделки.
Чета Шварц явно опасалась: если «виконт», ради прогресса, столь безжалостно расправился со старыми вассалами, то как он обойдётся с теми, кого только что принял под своё крыло?
Бессмысленные тревоги. Если человек полезен, им не станут разбрасываться. Хотя... если он окажется слишком полезным и сгодится на роль нового «Яда», фальшивый виконт не исключал, что их тоже подменят на более покладистых пешек.
В любом случае, чтобы развеять сомнения четы Шварц, «Моро» с надрывом в голосе, едва сдерживая слёзы, поведал им о своих воспоминаниях и заслугах старых вассалов, с которыми ему пришлось с такой болью расстаться.
Все эти воспоминания не были выдумкой — это были реальные события из жизни настоящего виконта. Он мог в деталях описать историю с падением с дракона: место, где это случилось, тяжесть травм, а также лица и имена всех слуг, кто тогда был рядом.
Только досконально изучив жизнь оригинала, он мог перестать быть простой пустышкой и выполнять роль «Яда».
— Что ж, теперь нам всё кристально ясно.
Муж проникновенно кивнул, слушая слезливый рассказ «виконта». Затем он слегка скосил свой янтарный глаз на сидящую рядом жену.
Они разделили роли: муж ведёт переговоры, а право решающего голоса за женой? Впрочем, после такого безупречного ответа у неё не было иных вариантов, кроме как согласиться...
— Могу ли я уточнить ещё одну, последнюю деталь? — произнесла Нацуми.
— Нацуми?
Муж слегка нахмурился — похоже, этот вопрос не входил в их изначальный план.
На подозрительный взгляд мужа с повязкой на глазу жена ответила лёгким жестом, прижав сложенный веер к подбородку. Глядя прямо на «виконта» своими тёмными глазами, она спросила:
— Дерево ринга в саду и в этом году принесло плоды. — Что это значит?
Этот вопрос кардинально отличался по тону от всей предыдущей беседы.
Он не касался способностей Дискена Моро или его политики; это было глубоко личное воспоминание. «Зачем она вообще об этом заговорила?» — промелькнуло в голове у самозванца.
Однако, чтобы скрыть своё замешательство, «виконт Моро» лишь слегка, с оттенком грусти, улыбнулся и покачал головой.
То, о чём упомянула Нацуми Шварц, было воспоминанием об одном из старых вассалов «Моро», ушедшем на покой несколько лет назад. Когда-то давно настоящего виконта угостили рингой в доме этого слуги, но она оказалась до ужаса кислой, и тогда виконт пообещал, что со следующего года будет присылать ему только сладкие плоды. Мелкая, незначительная история.
Четыре дня назад в письме от этого самого вассала упоминались точно такие же слова. Получив его, фальшивый «Моро» в тот же день сходил в подвал к настоящему виконту, чтобы сверить воспоминания и закрыть эту брешь.
Похоже, с тех пор ринги действительно отсылали каждый год. Наверняка старик по привычке пришлёт их и в этот раз, веря, что лорд Моро их примет.
— Ох... какое чудесное, понятное лишь вам двоим, тайное послание...
Услышав его ответ, Нацуми театрально приложила руку к глазам, утирая невидимую слезу, словно была глубоко растрогана. Судя по её реакции, всякая настороженность к «виконту Моро» окончательно испарилась.
Даже задай они ему ещё сотню или две вопросов, это не имело бы значения. Фальшивый «Моро» мог бы идеально воспроизвести любой ответ настоящего...
— Веет ветром лжи, — раздался холодный, пронзительный голос.
В этот миг у «виконта Моро» на секунду отключился рассудок.
Он как раз поднёс кубок к губам, чтобы смочить пересохшее горло, но так и замер. В поле его зрения муж, бросивший эту фразу, поднёс руку к лицу и сбросил повязку.
Под ней открылся ослепительно золотой глаз — «Глаз Дракона».
Осознав угрозу, «виконт Моро» с силой пнул разделявший их стол.
С грохотом стол подлетел в воздух, создавая баррикаду между ним и супругами. Но в следующее мгновение бесшумный взмах меча разрубил препятствие пополам по диагонали, и вылетевшая из-за обломков длинная нога достигла цели.
Подошва сапога врезалась ему прямо в грудь. Выбив дух из лёгких, удар отбросил тело «Моро» назад. Впрочем, падение и отступление входили в его расчёты.
Не сводя глаз с противника, он выхватил спрятанный за спинкой дивана посох. Острие магического древка с инкрустированным магическим камнем уставилось на наглую парочку... нет, на заклятых врагов.
«Виконт Моро» прекрасно понимал, что носители «Глаза Дракона» — главные враги «Яда». Поэтому он не собирался сдерживаться; смертоносное лезвие из уплотнённого ветра начало формироваться...
Шквальный взрывной ветер должен был разорвать наглых врагов в клочья.
Но вместо этого ветряное лезвие, сорвавшееся с посоха, внезапно утратило свою силу, исказилось, превратилось в безобидный ветерок и просто рассеялось. А в следующее мгновение после этого необъяснимого феномена глазам «Моро» предстало нечто ещё более абсурдное.
Нацуми Шварц, стоявшая позади «Глаза Дракона»... Её пышная юбка резко распахнулась, и из-под неё появилась маленькая девочка в нарядном платьице.
«Она что, всё это время пряталась у неё под юбкой?!» — эта мысль окончательно парализовала его разум. И это стало фатальной ошибкой.
— К нашему сожалению, вы связались не с теми людьми, — произнесла Нацуми.
Холодное лезвие меча коснулось шеи «виконта Моро», сковав все его движения. Но торжествующий взгляд принадлежал не обладателю «Глаза Дракона», державшему меч, а стоявшей рядом Нацуми Шварц с маленькой девочкой.
В связи с внезапной болезнью виконта Дискена Моро вечер был скоропостижно завершён.
Когда гости, наперебой выражавшие беспокойство о здоровье хозяина, и нанятые музыканты покинули поместье, шум банкета наконец полностью стих.
Только тогда Субару, обведя взглядом людей, собранных в потайной комнате на первом этаже, облегчённо выдохнул.
— Как же я рада, что с вами всеми всё в порядке... У меня прямо камень с души упал...
— Эй, ты когда из образа-то выйдешь?! Вжился тут в роль, понимаешь. Это у вас, рыцарей, хобби такое, что ли, а?!
Субару, всё ещё находясь в образе Нацуми Шварц, прижимал платочек к глазам, сдерживая слёзы умиления, когда сбоку на него обрушилась отборная брань. Это был Рачинс, переодетый в униформу официанта.
Облачённый в чёрно-белый костюм, напоминающий наряд гарсона или бармена, с аккуратно уложенными волосами, он выглядел вполне себе симпатичным юношей. На самом деле, во время банкета его обслуживание пользовалось немалым успехом у местных дам.
— Впрочем, с таким-то взглядом оно и понятно. Мне ли не знать, каково это. С самого детства мне все кости перемывали из-за моих глаз.
— Не приписывай меня к своим дружкам! Мы просто волею случая оказались в одной лодке. Мужик, который с таким кайфом рядится в бабу, в моей банде даром не нужен!
— Да как ты смеешь такое говорить?! Уверена, в вашей шайке тоже найдутся господа, которым женское платье было бы весьма к лицу.
— Да щас прям! Тьфу ты, что ты, что эта «Синяя Змея»...
— ...Чего? Ты сейчас про меня говорил?
Рачинс скривился и собирался выдать очередную порцию ругательств, но вдруг напрягся. Он скосил свои глаза с белками навыкате на открывшуюся дверь соседней комнаты — оттуда появился Ферис в точно такой же форме официанта.
Сняв пиджак и закатав рукава рубашки, Ферис вытирал окровавленные руки куском ткани, бросая гневные взгляды на Рачинса и, почему-то, на Субару.
— Вы отлично потрудились, «Синяя Змея». Как там раненые?
— ...Ну, еле-еле вытянул. Те люди, которых собрали в пристройке... Этих «неудобных» для подмены бедолаг собирались разом пустить в расход. Хорошо хоть «Длинный Язык» со своими успел их остановить. Но того, кого выбрали первым, я еле откачал, ня.
— Значит, вытащил с того света? Как всегда, магия у тебя просто монструозная.
— Сочту за комплимент. Когда ты, «Длинный Язык», будешь подыхать, этот милый монстрик и тебя тоже спасёт.
Ферис ничуть не уступал язвительному Рачинсу в острословии.
Наблюдая за этими двумя, которым до дружбы было как до луны, Субару с лёгкой улыбкой посмотрел на спасённых — старых вассалов Дискена Моро, едва избежавших казни. По их лицам разливалось облегчение. Видимо, услышав, что их тяжелораненый товарищ спасён, они наконец-то поверили в то, что кошмар позади.
И тут...
— Ку-ха-ха-ха-ха! Ну и тухлая же у вас компашка! Раз спаслись — радуйтесь и гуляйте! Если переживаете о чём-то — плачьте и кричите! А такие вот ни рыба ни мясо тут нахрен никому не сдались!
Этот громкий, надменный хохот разом разрушил атмосферу всеобщего облегчения.
В комнату, тяжело ступая, бесцеремонно ввалился высокий парень свирепого вида, со смуглой кожей и непослушными волосами пшеничного цвета. Его лицо, которое могло бы показаться мужественным, если бы не было искажено издевательской ухмылкой, лучилось самодовольством. В руке он держал бутылку вина, к которой то и дело прикладывался.
Формально на нём была та же одежда официанта, что и на Ферисе с Рачинсом, но его манеры и поведение были настолько вульгарны, что казалось, будто он одет во что-то совершенно иное.
Субару и остальные уже привыкли к его выходкам, но для людей, только что чудом избежавших смерти, это был явный перебор.
— Послушайте, «Чёрный Пёс», что это за манеры? Люди только что были на волосок от гибели, а вы так бессердечно...
— О-о, это чё щас было, нотации, что ли? Но! Прежде чем вякать на моё поведение, на себя бы в зеркало посмотрела — вырядился тут, правду скрываешь! И вообще, я этим придуркам жизнь спас. Какого хера мне тут претензии предъявлять, а?!
— Одно с другим никак не связано...
— Ах, раз ты по своей логике всё разделяешь как тебе удобно, то и я по своей логике буду делать, как мне по кайфу! Хочешь их утешать — валяй. А я сам себе наливать буду. Хотя, если этот красавчик-герцог соизволит мне подлить, я буду только за! Ку-ха-ха-ха-ха!
Когда каждый живёт по своим правилам, спорить с «Чёрным Псом», который к тому же приносит реальную пользу, было сложно.
Правда заключалась в том, что без его помощи им бы не удалось обойтись без жертв при ликвидации этого омерзительного «Кукольного театра» с подменой виконта. — Нет, даже сейчас нельзя было с уверенностью сказать, что обошлось совсем без потерь.
— К сожалению, я не нашла в особняке никаких похожих магических реакций, я полагаю. Скорее всего, настоящий виконт действительно заперт где-то в другом месте, в самом деле.
Пока Субару в бессилии сжимал кулаки, Беатрис вернулась с докладом, подтверждающим их худшие опасения.
Она обошла весь особняк в поисках магических следов или скрытых механизмов. Рядом с ней шла Круш — та самая Изумрудная Красавица, сыгравшая роль мужа Нацуми Шварц. Она уже снова надела свою глазную повязку и с мужественной грацией кивнула, подтверждая слова Беатрис:
— Я обошла особняк вместе с «Библиотекарем» и тоже не заметила ничего необычного. Тот, кто выдавал себя за Дискена Моро, по-прежнему отказывается говорить. Если бы его прихвостни остались живы, возможно, нам бы удалось что-то из них выбить, но...
— Ку-ха-ха-ха, соболезную вашему провалу!
Даже под пронзительным взглядом Круш «Чёрный Пёс» ничуть не смутился.
Этот парень казался ненормальным даже когда прятал лицо за маской и капюшоном, но стоило ему снять их и показать своё истинное лицо, совершенно не вяжущееся с его характером, как его эксцентричность стала ощущаться ещё сильнее.
Так или иначе...
— ...Выходит, нашего господина здесь нет?
Хриплым голосом спросил один из старых вассалов, опустившись на стул.
В пристройке, в ожидании казни, находилось четырнадцать человек. Все они — верные слуги, заподозрившие неладное в фальшивом Моро, жертве «Кукольного театра». И остальные наверняка разделяли тревогу за судьбу своего господина.
— ...«Длинный Язык».
— Тч... сорян, ребят, но мы обшарили не только этот особняк, но и пристройку, и подвал. Мои пацаны тоже искали тайные комнаты и всё такое. Пусто.
— Значит, господин...
Их худшие подозрения подтвердились, а настоящего виконта нигде не было. Лица старых вассалов потемнели от отчаяния и безысходности.
Но Субару вскинул руку: — Подождите.
— Сдаваться ещё рано. Я проверила того фальшивку. — Спросила его о ринга и бывшем слуге, который раньше работал в этом особняке.
— Вы о моём предшественнике на посту дворецкого? Но откуда...
— Он наш союзник. И он написал письмо об этом четыре дня назад... И фальшивка ответил на вопрос просто безупречно. Я ведь права, «Суйрэй»?
— Верно. В его словах не было лжи. Это не его собственные воспоминания, но он был абсолютно уверен в правдивости этой истории. — Вот оно что. Так вот почему вы задали этот незапланированный вопрос.
— Именно. — Понимаете? Фальшивка знал о воспоминании, которое мог узнать только от настоящего виконта Моро. А значит...
— ...Господин жив?
— — Да, вне всяких сомнений.
Субару подошёл к старому вассалу, чьи глаза расширились от изумления, взял его морщинистые, сухие руки в свои и твёрдо кивнул. На глазах старика выступили слёзы, и эта волна надежды мгновенно передалась остальным.
Атмосфера в комнате, до этого пропитанная отчаянием, разом изменилась.
Никто не плакал навзрыд, но опущенные головы начали подниматься одна за другой, и в глазах вассалов загорелось чувство долга — они должны найти своего пропавшего господина.
— В таком случае, мы должны во что бы то ни стало отыскать нашего господина...
— — Ваши чувства делают вам честь. Но если вы действительно печётесь о благе своего господина, я настоятельно не рекомендую вам этого делать.
— ...!
Но этот порыв прервала Круш в своём мужском наряде.
С тем же ледяным спокойствием, с которым она разоблачила фальшивого «виконта Моро» на банкете, она положила руку на эфес меча и окинула вассалов строгим взглядом.
Под этим взглядом они лишь растерянно пробормотали: — Но почему...
— Сейчас эти земли остались без правителя. Среди тех, кого нанял самозванец, есть как те, кто слепо выполнял приказы, так и те, кто в сговоре с врагом. Если сейчас не навести порядок в командовании, не обеспечить бесперебойную работу администрации и не минимизировать ущерб для простого народа, можете себе представить масштабы грядущего хаоса?
— Это...
— Если к возвращению настоящего Дискена Моро земли придут в упадок, народ будет страдать, а от того, что он должен был защищать, ничего не останется — разве это можно будет назвать спасением для вашего господина?
— ...
Слушая слова Круш, вассалы, поначалу сбитые с толку и готовые возмутиться, начали понимать суть. На их лицах появилось выражение согласия, и они невольно прислушались к её доводам.
В этом проявлялась её врождённая харизма лидера, способного вести за собой...
— Отныне ваша задача — делать вид, что во владениях ничего не изменилось. Возьмите управление в свои руки через совет, но так, чтобы никто не заподозрил, что самозванец устранён. Объявите, что виконт слёг с тяжёлой болезнью. — Сохраните это место, сохраните дом, куда сможет вернуться ваш господин.
Осознавая весь вес этих слов, сказанных именно Круш, Субару посмотрел на её профиль.
На её лице, обращённом к вассалам, не было ни тени личной боли, только твёрдая решимость. А ведь она сама оказалась в положении изгнанницы, лишённой своего дома по ложному обвинению.
— Опять она за своё...
Тихо прошептал стоявший позади Ферис. Из всех присутствующих именно он острее всего и болезненнее всего переживал нынешнее положение Круш. Но его шёпот не достиг её ушей — она смотрела на вассалов, которые, ударив себя по щекам, чтобы прийти в чувство, глубоко ей поклонились.
— ...Мы поняли. Мы клянёмся, что сбережём эти земли и место нашего господина до его возвращения. И поэтому...
— Да. Можете положиться на нас.
Ответила Круш на полные решимости слова вассала, почтительно кивнув в ответ.
И добавила:
— — Даже если мне придётся пролить всю кровь до последней капли, я клянусь, что вырежу эту опухоль, поразившую наше королевство, и развею ваши тревоги.
Так, будучи лишённой всех титулов, она ответила с гордостью, достойной истинной кандидатки на королевский трон.
— — Отличная работа, все! Никаких потерь с нашей стороны, операция прошла успешно!
— Ну, для Бетти и Субару это плёвое дело, в самом деле. И «Белая Овечка» тоже отлично справилась, я полагаю. Хвалю.
— Ой, с-спасибо большое. Мне так приятно...
Белая Овечка, сыгравшая в этой операции одну из ключевых ролей, смущённо кланялась в ответ на похвалу Беатрис.
Сегодня на ней был не её обычный чёрный костюм, а нежно-голубое вечернее платье для приёма. Как и чета Шварц, которых играли Субару и Круш, она проникла на банкет под видом гостьи. Используя своё врождённое обаяние, она мастерски направляла разговоры других гостей так, чтобы фальшивый «виконт» заинтересовался супругами Шварц.
— Конечно, мы с Круш тоже старались не облажаться, но твоя мега-эффективность, Овечка, меня просто поражает. Ты нас очень выручила.
— Н-нет, что вы, Субару-сан... ой, то есть, Нацуми-сан, всё получилось только благодаря вам! Я ведь ничего особенного не сделала.
— Да ладно прибедняться. И, кстати, я уже снял парик и смыл макияж, так что можешь звать меня Субару. Не хочу отзываться на Нацуми в таком недоделанном виде.
— Э-э, но на вас всё ещё платье... а, нет, ничего. Поняла.
Субару удивлённо склонил голову, глядя на Белую Овечку, которая явно хотела что-то сказать, но передумала. Однако сил допытываться у него уже не было — как только напряжение спало, на него навалилась жуткая усталость.
— Честно говоря, всё прошло даже слишком гладко...
С этими мыслями Субару, всё ещё облачённый в женское платье, оглянулся в сторону особняка виконта Моро. Туда, где старые вассалы продолжали кланяться им вслед до самого конца.
Всё, что произошло в особняке этой ночью, останется тайной. Стараниями верных слуг владения виконта будут процветать до тех пор, пока не вернётся их истинный господин.
Вот только...
— Держи в уме, что эти ребята и сами всё понимают. Понимают, что если враг пронюхает о случившемся, настоящего виконта могут просто прикончить.
— Рачинс...
— И не смей говорить свои сопливые речи про то, что они доверились нам! Я не собираюсь тащить на себе чужой груз. У нас и своего дерьма по горло.
Субару не нашёлся что ответить раздражённо цокнувшему языком Рачинсу.
По правде говоря, чтобы вернуть земли виконта Моро к их прежнему виду, оставалось лишь цепляться за тончайшую нить надежды и верить в чудо, переходя по этому шаткому мосту.
И в это чудо верили не только во владениях Моро.
— Уже два месяца...
Словно выжигая в себе клеймо раскаяния и нетерпения, Субару думал о прошедшем времени. — Ровно столько прошло с тех пор, как их изгнали из королевской столицы, и они объединили силы с «Шестиязыкими».
Всё это время они перемещались по всему Лугунике, пытаясь подобраться к тайным структурам королевства и продолжая борьбу с «Возлюбленным», который, без сомнений, планировал государственный переворот.
Самым страшным оказалось то, что подмена влиятельных лиц, организованная приспешниками «Возлюбленного», не ограничивалась верхушкой столицы, а расползлась по всем уголкам страны. — За эти два месяца они разрешили пять случаев, подобных сегодняшнему делу виконта Моро. Этот был шестым.
— Эпидемия этого «Кукольного театра» в королевстве приняла угрожающие масштабы. Я понимаю, что уничтожать их по одному — это важно. Понимаю, но...
— Субару, спешка ни к чему хорошему не приведёт, я полагаю. Эмилия и остальные в замке наверняка в безопасности, в самом деле. За это ручается Круш, я полагаю.
— — Если быть точной, наши люди, оставшиеся в замке, проверяют информацию, а «Суйрэй» с помощью своей Божественной Защиты подтверждает, что я не лгу в своих отчётах.
— ...
Беатрис накрыла сжатый кулак Субару своими маленькими ручками, пытаясь его успокоить. В этот момент в их разговор вмешался человек, вышедший из здания.
Они находились в лесу, вдали от поместья Моро, у охотничьего домика, который «Шестиязыкие» использовали как временный штаб. На пороге стоял Рассел Феллоу, глава этой организации.
— Рассел-сан? Вы, глава, сами вышли нас встречать?
— Да. «Белая Овечка», которую я послал вас встретить, всё не возвращалась, и я подумал, не случилось ли чего непредвиденного. И ещё: во время операций прошу называть меня «Серебряная Лиса», «Серая Звезда».
— Э, мы всё ещё в режиме «операции»?
— Как минимум до тех пор, пока вы не снимете это платье, мы не переправим схваченного фальшивого Дискена Моро в надёжное место и вы не покинете эту территорию целыми и невредимыми.
Субару только почесал щёку в ответ на маниакальную осторожность Рассела.
Учитывая всё, что они знали о враге, Субару не мог позволить себе легкомысленно заявить, что Рассел перегибает палку. Именно эта параноидальная дотошность Рассела позволяла «Шестиязыким» — да и всему королевству — до сих пор держаться на плаву.
— Но ладно я — «Серая Звезда», или Беако — «Библиотекарь», но вот позывной Рачинса — «Длинный Язык» — звучит как-то совсем халтурно, не находите? Имя для Круш-сан, «Суйрэй», предложил я, и оно прижилось.
— Суть в том, чтобы всё было понятно, но не слишком очевидно. Проходите внутрь. Нам нужно обсудить дальнейшие планы. — Ах да, «Серая Звезда».
— М?
— Пусть на исход операции это и не повлияло, но ваши лишние разговоры создали огромный риск вызвать подозрения у противника. Прошу вас впредь воздержаться от столь необдуманных действий. Вы ставите под угрозу не только всех нас, но и само королевство.
Услышав это тихое, но ледяное предупреждение от Рассела, Субару виновато протянул: «У-ух».
Честно говоря, он понимал, на что шёл. В конце концов, это именно Субару попросил их информатора, бывшего дворецкого виконта Моро, написать письмо с упоминанием тех самых ринга.
Всё это было сделано ради того, чтобы, спросив фальшивку о том, чего он не мог знать, получить доказательство: самозванец общался со своим источником, а значит, настоящий виконт всё ещё жив.
И это знание спасло вовсе не огромное королевство Лугуника, о котором так пёкся Рассел, а нечто куда более важное...
— Это было необходимо, чтобы спасти вассалов, погрузившихся в отчаяние от мысли о гибели своего господина.
Истинную причину действий Субару раскрыла Круш, стоявшая у него за спиной.
Именно она, по сути, оказалась в наибольшей опасности из-за его самоуправства. И, конечно же, Беатрис, которая пряталась у него под юбкой.
— «Суйрэй», вы одобряете его поступок?
— С точки зрения сухой логики, самовольные действия «Серой Звезды» нельзя назвать похвальными. Как герцогиня, я бы тоже назвала это решение ошибочным. — Однако...
— Однако?
— Сейчас я — изгнанница, лишённая своего титула и преследуемая собственной страной. К тому же, если говорить о личных симпатиях, мне даже нравится эта его наивная мягкость. Выражаю вам свои соболезнования в связи с бременем, которое ложится на ваши плечи.
— ...Я вас услышал.
Ответил Рассел, потирая переносицу, столкнувшись с таким открытым покровительством Круш по отношению к Субару.
— Прошу прощения, я пройду внутрь. Использование этого глаза сильно изматывает. Спать я не лягу, но мне нужно присесть.
Сказав это, Круш прошла мимо Рассела и скрылась в охотничьем домике. «Чёрный Пёс», которому вообще не было дела до их разговоров, уже давно зашёл внутрь, а «Белая Овечка», торопливо поклонившись, убежала следом — видимо, чтобы приготовить на всех чай.
— Хех, я понимаю, почему тебя тянет читать ему нотации. Валяй, отчитывай его сколько влезет, мне-то пофиг. Каким бы придурком он ни был, без шансов на успех он бы на такое не пошёл.
Посмеиваясь над отчитываемым Субару, Рачинс накинул снятый пиджак на плечо и тоже зашёл в домик. Рассел проигнорировал его слова — не то сочувственные, не то издевательские — и перевёл взгляд на стоящего позади Фериса:
— «Синяя Змея», вы тоже проходите. Вы, должно быть, устали.
— Да не особо. И раненых было немного, и травмы не такие уж страшные по сравнению с худшими случаями. Если бы я ныл от такой ерунды, в столичной лечебнице от меня не было бы никакого толка.
Ферис лениво отмахнулся, а Рассел лишь пожал плечами и тоже зашёл в дом.
Сам Субару прекрасно понимал, что добавляет Расселу седых волос, и ему правда хотелось извиниться, но...
— Похоже, я его только ещё сильнее разозлю, а.
— Ничего не поделаешь, я полагаю. Таково бремя руководителя. Эмилия и Розвааль в этом плане скорее исключения — они с такими заботами не сталкиваются, в самом деле.
— Наверное. И если я скажу ему всё честно, Рассел-сан точно выйдет из себя.
Субару понимал, что Рассел и так идёт ему навстречу насколько это возможно, но при этом ничего не мог с собой поделать и продолжал самовольничать.
Сегодняшняя выходка была тому ярчайшим примером, и хоть Рачинс и попытался его защитить...
— На самом-то деле, никаких шансов на успех у тебя не было, да?
— Ферис...
— «Синяя Змея». А то «Серебряная Лиса» нам всем мозги выклюет, «Серая Звезда» и «Библиотекарь».
— ...
— Ты так умело садишься всем на шею, «Серая Звезда». — Аж завидно.
Пропел Ферис своим милым голоском, но взгляд, которым он одарил Субару, был отнюдь не милым, а острым как бритва. Субару предпочёл промолчать.
Не дав ему возможности ответить, Ферис прошёл мимо него в охотничий домик, оставив Субару наедине с Беатрис.
— Э-эх, я ведь и правда стараюсь изо всех сил, Беако.
— Бетти всегда рядом и видит, как сильно ты стараешься, Субару, я полагаю... Они точно в безопасности, в самом деле. Они у нас ребята крепкие, просто так не сдадутся, я полагаю.
— — Это точно. Нам сейчас не время опускать руки.
Хоть и через Рассела, но они всё же получали подтверждения, что Эмилия и Рам, оставшиеся в замке, живы. А вот о судьбе сбежавших Рем, Отто и остальных по-прежнему ничего не было известно.
Оставалось лишь утешать себя мыслью: если бы их схватили, враг, привыкший использовать всё в своих интересах, уже раструбил бы об этом на всю округу. Такое вот извращённое доверие к злодеям.
Так или иначе...
— — У меня уже острая нехватка не только Эмилиазы, но и Ремцитина с Рамнокислотой, Гарфеина, Оттогена, Петрамида, Мейлитола и Фредеримина! Да и Розваанол бы не помешал!
— Ничего не поделаешь, я полагаю. Придётся тебе пока довольствоваться одним лишь Беатромином, в самом деле.
— У-о-о-о! Поглощение Беатромина! Впитываю Беако!
Скучая по друзьям, которых так давно не видел, Субару подхватил Беатрис на руки. Прижав к себе её лёгонькое тельце, он начал кружиться на месте.
Кружась, он смотрел на мерцающие звёзды и молился. — Об их безопасности и о скорой встрече.
— «Серая Звезда»! «Библиотекарь»! Я же сказал вам зайти внутрь! Не заставляйте меня повторять дважды!
И крик Рассела — звук, к которому они так привыкли за эти два месяца, — эхом разнёсся в ночном небе над лесом.