Мои первые роды — ЭКС, 2018 год
К вопросу беременности и родов мы с мужем с самого начала подошли очень серьёзно и осознанно. Это было не просто желание детей когда-нибудь как-нибудь, мы точно знали, что мы хотим родить первого ребёнка в ближайшее время, мы заранее готовились к этому, стали вести более правильный образ жизни, пошли заниматься спортом, старались привести мысли в порядок. Поэтому, когда я узнала о том, что все получилось, я была очень рада. Я не хотела говорить мужу об этом как попало, а заранее продумала целый сценарий, как я расскажу ему о своей беременности. Все шло по плану, в нужный день и в нужном месте я сообщила мужу новость, снимала на видео его реакцию для семейного архива, и была полностью счастлива. Я знала, что это желанная беременность, и что он рад этому событию так же, как и я.
С самого начала я стала интересоваться вообще всем, что связано с развитием ребёнка в утробе, с беременностью и родами. Я проводила часы за чтением статей, разной информации, помню, как с нетерпением ждала каждое воскресенье, так как именно в этот день начиналась следующая неделя развития малыша, а значит, можно было почитать, какие органы формируются в эту неделю, что происходит в утробе, что ребёнок уже умеет. Я знала, что в нашем городе есть курсы подготовки к родам, которые все очень хвалят, и я сразу знала, что пойду именно туда. По своей натуре я вообще человек очень нетерпеливый, когда нужно ждать какого-то события, мне прям тяжело отвлечься, хочется скорее-скорее! Так было и с курсами. Записаться на них можно было с 18 недели беременности, так что я отсчитывала дни до того, как можно будет начать обучение в группе. У меня даже мысли не было о том, чтобы идти на роды неподготовленной. С одной стороны, я люблю учиться и узнавать что-то новое, с другой — я понимала, что в родах нужно знать, что будет происходить, только так ты сможешь не испытывать страх (ведь боимся мы именно неизвестности). Так что решение идти на курсы было стопроцентным и абсолютно взвешенным.
И вот на сроке 18 недель я записалась на курсы в группу к акушерке, которую мне очень рекомендовали. Группа стартовала не сразу, нужно было подождать, поэтому я ждала ещё, и в 25 недель беременности начала посещать занятия. Все лекции я посещала вместе с мужем, он точно так же, как и я, был заинтересован в обучении, так что мы были одной большой командой. Лекции нравились мне, я узнавала много нового, вела конспект и представляла, какие у меня будут идеальные роды. Со стороны, слушая акушерку, казалось, что роды – это прям праздник, счастье, что, зная механизм родов, ты точно будешь чувствовать себя как в своей тарелке, что все тебе помогут и поддержат. Конечно же, нам отдельно рассказывали и про манипуляции в родах, и про экстренные случаи (например, про показания к КС), но сильного акцента никто на этом не делал, ведь сам центр направлен на подготовку именно к «естественным родам».
Меня удивило большое количество девочек, которые пришли на эти курсы после первых неудачных родов — у них остался неприятный осадок. Они рассказывали, как несмотря на то, что родили сами, им было страшно, плохо и больно, как они нуждались в помощи и поддержке, как хотели бы все изменить. И именно для того, чтобы «все изменить» они пришли на эти курсы, чтобы их вторые или третьи роды были по-настоящему волшебными. Удивило меня это тогда потому, что до этого я и не думала, что так много девушек остаются недовольны родами, собой, врачами, и какой глубокий отпечаток неудачные роды оставляют в их жизни.
У меня была первая беременность, так что моя жизнь ещё не была обременена отпечатком неудачных родов. И я хотела сделать все возможное, чтобы так и осталось дальше. На курсах нам очень рекомендовали посещать бассейн и баню, рассказывали о пользе этого для женщины и малыша, поэтому я, не задумываясь, стала ходить туда. Я ходила с группой два раза в неделю плавать и на гимнастику для беременных, а также посещала баню с обливанием холодной водой. Эти занятия всегда доставляли одно удовольствие и, кстати, именно эти занятия были моим спасением от отеков и лишнего набора веса.
На самом деле, я чувствовала, что выгляжу не очень привлекательно — у меня был действительно большой живот, видный с самого первого триместра, я много набирала в весе (пока серьёзно не начала следить на питанием, но это было уже только в третьем триместре), врач ЖК почти каждый приём ругал меня за лишние килограммы, на УЗИ говорили, что ребёнок крупный. Также я очень часто слышала про то, что у меня узкий таз, что рожать будет сложно, особенно если ребёнок крупный, что вообще может быть будет кесарево. Я не была фанатично настроена на ЕР и понимала, что ситуации бывают разные, но, тем не менее, я искренне желала родить сама, поэтому последние 2,5 месяца пыталась сделать все возможное, чтобы ребёнок не стал крупным (занималась спортом, отказалась от вредной еды). И я очень верила, что узкий таз не такой уж узкий, что все получится хорошо. Уже сейчас я понимаю, что все эти разговоры вокруг моего таза, крупного ребёнка и наследственности в виде моего мужа, который сам родился очень крупный, глубоко засели у меня в мозгах, на подкорке, и как бы я не хотела не обращать на это внимание, периодически страх, что я не смогу родить сама, появлялся у меня в мыслях.
Чтобы рожать с акушеркой, которая ведёт твою группу на курсах, нужно было заключить договор с роддомом, предварительно посетив их врача дважды. Врач должен был посмотреть твою карточку, тебя, сделать анализ ситуации и вообще принять решение, разрешает ли он тебе рожать самой или нет (ведь курсы при роддоме направлены на естественные роды!) Моя беременность протекала идеально, я не могу сказать, что что-либо меня тревожило сильнее, чем я ожидала. Да, были стандартные моменты в виде изжоги на поздних сроках, небольших отеков на ногах к вечеру, но в целом я чувствовала себя отлично, до последнего гуляла и радовалась жизни. Я переживала лишь за набор веса и то, что ребёнок будет крупный, а в остальном я слушала только себя – не принимала всякие лишние лекарства, витамины и не делала какие-то странные обследования и прививки, на которых настаивали в ЖК. Просто спокойно писала отказы от этого, сдавала стандартные анализы всегда вовремя, и вообще была благодарна, что моя беременность такая чудесная. Так что эти приемы у врачей роддома для получения их согласия на ЕР меня совершенно не пугали. На первом приеме мне сказали, что все отлично, на втором примерно то же самое, измерили мой таз, ещё раз сделали акцент на том, что он узковат (ещё одна зазубринка у меня в мозгу осталась), но в целом не такой узкий, чтобы отказать мне в ЕР, и дали заветную бумагу, что я могу рожать в их роддоме с выбранной акушеркой. В этот же день я заключила договор, все оплатила и ждала заветный день, когда начнутся мои «волшебные» роды.
К слову, в нашей жизни тогда происходили некоторые перемены, которые создали стрессовую ситуацию (нам срочно нужно было искать новое съемное жильё, чего мы никак не ожидали на 34 неделе беременности). То есть в тот момент, когда я была вся мыслями о том, как обставить лучше детскую и какие вещи купить (такое прям стандартное гнездование), нам пришлось паковать вещи и срочно съезжать. Было страшно, было обидно, я нервничала, но благодаря мужу и помощи друзей и родственников, с этой задачей мы справились отлично – переехали в более уютное жильё, которое очень нам нравилось, и где действительно хотелось встретить малышку. До родов (точнее до ПДР) оставалось ещё порядка 5 недель, время было, чтобы доделать все дела. Мы с мужем потихоньку докупали все необходимое, почему-то оставив основные нужные вещи (коляска, кроватка) напоследок. И вот выходные мужа, мы едем за коляской и кроваткой, все покупаем, все дома ставим и понимаем, что теперь все куплено и готово. Осталось только собрать сумки в роддом, постирать и погладить детские вещи и ждать день Х.
Срок 38 недель, и я думаю, что время ещё есть, на следующие выходные запланирована поездка на дачу с друзьями, приуроченная к 23 февраля. Ребята смеются, куда я с таким сроком поеду, а я отвечаю, что чувствую себя прекрасно и вполне могу быть активной, как все, тем более до родов ещё есть 2 недели. В самом конце 37 недели у меня был плановый приём у гинеколога. А незадолго до него я обнаружила на трусах нечто, похожее на пробку. Такую слизь что ли. Я долго пыталась понять, точно ли это она, подумала, что, наверное, частичка вышла, что так бывает, срок то большой, заодно успокоилась, почитав истории девочек, что после того, как у них начала отходить пробка, прошло ещё достаточно времени до начала первых схваток (у кого-то недели). На приеме у гинеколога я рассказала ей про эту слизь и уточнила, не означает ли это, что я скоро рожу. Она усадила меня в кресло, провела осмотр и со словами «шейка не готова» уверенно заявила, что никаких родов в ближайшее время не намечается. Ах, знала бы я тогда, что не нужно лезть внутрь и щупать шейку на таких сроках, и как глупо звучат эти слова «шейка не готова». Конечно, не готова, ведь я не рожаю сейчас. Но я этого не знала.
На сроке 38,2 я пошла в свой любимый бассейн и баню, прокручивая в голове, что все же пора давно уже собрать сумки в роддом (все куплено, надо просто все аккуратно сложить и подписать). Я отлично позанималась в бассейне, посидела в бане, обливалась холодной водой. В турецкой бане я разговаривала с девочкой из моей группы курсов подготовки к родам, что вот через 2 недели у нас обеих ПДР, и как бы не родить в один день, а то акушерка то у нас одна. Я вышла из бани довольная и румяная, надела обувь и поняла, что живот сильно тянет. Да, я слышала о тренировочных схватках, подумала, что это они, выпила но-шпу, которая всегда с собой на всякий случай (опять же, по рассказам с курсов, помню, что она снимет эти ощущения лишь в случае, если схватки действительно тренировочные, а не настоящие). Доехала до дома, живот тянет. Я выпила ещё одну но-шпу и написала мужу, что, видно, сегодня перезанималась в бассейне, поэтому так себя чувствую. Вроде разобрала какие-то детские вещи, которые буквально только что были постираны. Тянуло живот, ничего не проходило, ощущения как в месячные, просто не очень приятно. Я лежу, что-то делаю по дому иногда, в общем, ничего особенного. Вечером после работы пришёл муж. Живот все так же тянет, меня это совершенно не смущает, ведь я уверена, что просто перенапряглась в бассейне. Решаем с мужем посмотреть фильм, если честно, даже не помню какой.
На часах примерно 22 часа, я встаю с кровати и слышу внутри себя довольно мощный хлопок! Прям как хлопушка внутри выстрелила. И сразу же полилась из меня вода. И вот тогда я поняла – это точно отошли воды, и это точно НАЧАЛОСЬ.
Здесь стоит сделать небольшое отступление и сказать, что уже потом, вспоминая все это, я поняла, что тот осмотр на кресле с «ковырянием» моей шейки и мог стать причиной излития вод и начала родовой деятельности на сроке 38,2. То есть не то, чтобы эти роды изначально пошли «естественно», и больше похоже на то, что их механически вызвали.
Я стояла, из меня лилась водичка, светлая и совершенно хорошая. Вспоминая курсы, я понимала, что раз воды светлые, то вообще все прекрасно, и можно смело побыть дома. Мне стало смешно. Я помню эти первые эмоции – я смеялась над тем, как забавно все вышло, что срок ещё 38,2, что мы ну прям совершенно не были готовы морально, что это случится сейчас. Мне было смешно, что на выходных мы собирались ехать на дачу с друзьями, и, видимо, друзья были правы – какая нам сейчас дача! Помню, как мы с мужем стали смотреть в интернете, какой знак зодиака будет у дочки, ведь получилось, что дата на стыке двух знаков. На часах 22 с чем-то 20.02.2018, я понимала, что рожу уже 21 числа, ага, 21 февраля – рыбы! Муж вздыхает с облегчением, ведь хотел Рыбку, а не Водолея. Проходит 5 минут, и начинаются схватки. Я сразу поняла, что это они. Хорошо, начались, прошу мужа засечь интервал – каждые 5 минут. Совершенно терпимо, не больно, на схватке стою на четвереньках, почему-то смеюсь над ситуацией (может быть нервное). Звоню акушерке, говорю, что происходит, она в роддоме на сутках. Акушерка говорит посмотреть динамику, и если схватки так и будут хорошие, то часа через 2 выезжать в роддом. И тут мой смех сменяется другими эмоциями – я понимаю, что вещи то не собраны. Муж бегает по квартире и собирает пакеты в роддом по списку, гладит ещё мокрые (!!!) детские вещи, ведь они только сегодня постираны, кидает какую-то еду с собой. Пока он занимается сборами, мой кишечник решает произвести очищение, что, безусловно, отлично! Я в туалете, муж пакует сумки и документы, все как-то происходит сумбурно и быстро, будто в некоей панике, но не совсем нервной. Как-то носимся, что-то пытаемся не забыть, вроде и переживаем, но вроде и нет. Странные чувства.
Сейчас, спустя время, я анализирую всю эту ситуацию и понимаю, что это была наша огромная ошибка в родах. Вместо того, чтобы вступить в роды спокойно, полежать, досмотреть фильм, покушать, одеться и выехать, мы носились по дому в поисках вещей. Это такие элементарные вещи – просто вовремя подготовить все! Почему мы думали, что все успеем, хотя порог в 36 недель, когда надо было закончить все эти приготовления, давно прошёл? И с чего мы думали, что ну сегодня то точно не родим? Я до сих пор не понимаю, как так вышло, учитывая то, как я люблю делать все четко и заранее, как люблю, когда я не опаздываю, когда готова. В любом случае, это отличный опыт и шанс больше не допустить такую же ошибку.
Все началось так внезапно и неожиданно, что я толком не успела осознать, что вот он, скоро будет первый день рождения нашей дочки. Схватки становились сильнее. Они были терпимые, и на мгновение у меня даже промелькнула мысль: «ну если так будет и дальше, то я справлюсь, это вполне терпимо». Что? Почему такие мысли? Я ходила на курсы и слышала, что схватки становятся сильнее и чаще, почему я подумала, что это не про меня? Воды периодически выливались, поэтому я с полотенцем между ног бегала по дому в надежде ничего не забыть. На часах было примерно 00:00. Все собрано, можно ехать. Зачем было ехать в роддом так рано? Нам говорили на курсах особо не спешить в первых родах. И я знала, что если воды светлые, то все в порядке, переживать не стоит. Но все равно было страшновато, казалось, что в роддоме с человеком, которого я знаю, которому доверяю, мне будет спокойнее. На тот момент я совершенно точно не могла оставаться дома, мне нужно было ехать сейчас же туда, поговорить с акушеркой и убедиться, что все идёт хорошо. И лучше я там буду под присмотром. Тогда мне казалось это хорошим шагом.
Оделись, на улице очень холодно, мы в зимней одежде, я с полотенцем в трусах, сумки тащит муж, темно. Доходим до машины. Садимся. Сидя в машине, схватки ощущаются больнее. Ехать 25 минут до роддома, дороги пустые. Муж включает музыку и мчит. Говорит, что всегда мечтал мчать в роддом под музыку, везти жену со схватками по пустым улицам. На кочках мне больно, на схватках в положении сидя ещё больнее. Но терпимо. Я чувствую, что боль усиливается. Схватки все так же раз в 5-4 минуты продолжительностью 30 секунд. Мы были готовы и знали, куда заезжать на машине, чтобы попасть в приёмный покой, что говорить охране, кому показать договор, куда идти внутри. Так что без проблем примерно в час ночи мы были в приемном покое со всеми вещами. Нас вышла встречать наша акушерка.
Отдельно стоит упомянуть, что на помощь акушерки (моральную) я возлагала большие надежды. Не зря система курсов устроена так, что сначала ты занимаешься с этим человеком три месяца, пересекаешься на занятиях в бассейне, можешь лично наедине общаться, а потом ты с ней рожаешь. Предполагается, что за это время акушерка будет тебе достаточно знакома, чтобы доверять ей, чтобы в родах рядом с ней чувствовать себя в безопасности. А это важно. Атмосфера спокойствия очень важна. Я доверяла ей. Мы мало общались лично, меньше, чем мне бы хотелось, буквально пару раз, но она внушала доверие, мне нравилось то, как она вела лекционные занятия, мне нравилась её энергетика. Я правда ей доверяла.
Когда мы приехали в роддом, она встретила нас внизу. Меня корчило от схваток периодически, но я знала, что сейчас мы поднимемся наверх в палату и будем там под присмотром грамотного специалиста. Нет, я не перекладывала ответственность на неё, я просто нуждалась в человеке, который скажет, что все идёт хорошо, как надо, что беспокоиться не о чем. Схватка прошла, я выпрямилась и посмотрела на неё. Она была с сильно заплаканными глазами. Это нельзя было скрыть, это было очевидно – за пару минут до нашего приезда она плакала. В этот момент мой мир рухнул. Это произошло очень внезапно, но я чётко поняла – меня тут не ждали, я лишняя, я помешала, сейчас ей явно не до меня. Помню, как ещё до родов некоторые мои подруги говорили, что сами будут рожать только с врачами-мужчинами, так как, по их мнению, мужчины четко умеют разделять рабочее и личное, не привносят в работу свои эмоции, могут здраво рассуждать, у них нет критических дней или ещё каких всплесков гормонов. Частично я согласна, но все же глубоко убеждена, что это все очень сильно зависит от человека, а не от пола, и что некоторые женщины-врачи точно так же умеют быть на работе здравомыслящими и без лишних ненужных эмоций.
Я ни в коем случае не осуждаю акушерку, я не знаю, что у неё случилось (на мой вопрос, она сказала, что все в порядке), и я не знаю, как бы я сама повела себя в ее ситуации. Просто тогда так вышло. И это была следующая зазубринка в истории моих «волшебных» родов.
Нас с мужем проводили в дородовую палату, показали, где раздеться, где оставить пакеты, и попросили чуть-чуть подождать. Через какое-то время пришла акушерка и позвала меня на КТГ. Я ещё раз рассказала ей, как все начиналось, во сколько и что происходило. Первое КТГ далось мне тяжело, но терпимо. Лёжа на спине/боку, схватки переносились гораздо больнее, я старалась дышать, вроде даже на сильных схватках пыталась пропевать гласные звуки. Все это длилось примерно минут 40-час, после чего ко мне на осмотр пришёл дежурный врач. Это была женщина, которую я ранее не видела, что не удивительно, ведь договор я заключала только на индивидуальную акушерку. Я не помню, представилась она или нет, и, если честно, я вообще не помню, как она выглядела даже примерно. Вроде была такая крупная женщина, но, если меня бы спросили, какой был цвет волос, я бы точно не смогла ответить. Я не знаю, сработало так мое бессознательное, которое уволокло этот образ к себе в глубины неизведанного, или я просто невнимательная. Но врача я не помню вообще.
В очередной раз я рассказала всю историю про мои воды и схватки с самого начала, врач полистала обменную карту. После чего она стала разговаривать со мной довольно грубо и настойчиво. Я не смогу воспроизвести весь разговор, но могу передать основную его суть:
– Кто Вас осматривал в последний приём в роддоме, когда Вы заключали договор? Кто дал своё согласие на естественные роды?!
– Эээ, вот бумага согласия, там все написано и подписано, кто ее дал.
– И что, Вам разве не говорили, что у Вас узкий таз? Не сказали, что с таким тазом рожать будет проблематично?
– Сказали, что узковат, но никто не возражал против естественных родов.
– Ясно, ждите. Я пойду узнаю, кто дал согласие.
И она ушла. Акушерка ушла с ней, а я (все ещё лёжа на КТГ) лишь слышала отдаленно, как в коридоре врач довольно грубо отчитывала ещё и акушерку. Потом меня повезли на УЗИ, чтобы узнать приблизительный размер ребёнка. Для этого нужно было проехать на каталке в другое крыло здания. Аппарат намерил примерно 3500гр, меня ещё раз отчитали за то, что ребёнок крупный, а таз узкий, и вернули в палату.
Прошло совсем немного времени, врач снова вернулась. Она сказала, что надо произвести осмотр шейки, попросила моего мужа уйти. Дальше я не знаю, какими словами описать то, что происходило, но могу сказать только одно – это было самое болезненное ощущение в моей жизни. Мне никогда не было так больно, как тогда, когда на схватке, она полезла рукой щупать шейку. Я не думала, что я из тех людей, кто от боли орет, но тогда я кричала. Я кричала, и муж слышал это в коридоре, а врач говорила мне, чтобы я замолчала. Когда это кончилось, следующие несколько схваток казались мне укусом комара по сравнению с осмотром. Я не помню, что она сказала про раскрытие в сантиметрах, но помню, что оно точно шло.
Напоследок врач произнесла: «Если к 7 часам не родишь, пойдёшь на кесарево!». Дальше она ушла, а я осталась сидеть на кушетке с мыслями, что все пропало. Это был переломный момент, после которого я точно поняла, что все мои мысли о волшебных родах улетучились. Схватки нарастали, мне становилось все больнее, я уже не могла ни сидеть, ни лежать, ни стоять, поэтому несколько схваток я пережила, вися на шее мужа, несколько – мы вместе с ним приседали вниз, выдувая гласные звуки. Какие-то позы нам напомнила акушерка, мы тренировали их заранее. В целом акушерка не сильно вмешивалась в процесс, ничего не говорила, но мне уже это было и не надо (я поняла, что ресурса у акушерки на меня все равно нет), мне нужно было только присутствие мужа рядом. Я понимала, что только с ним рядом мне не так страшно. И пусть он никогда никуда не уходит. Он дышал вместе со мной, пропевал гласные звуки, со временем я поняла, что легче всего мне было переживать схватку именно если петь звуки.
Время тянулось по моим ощущениям невыносимо долго, хотя на самом деле прошло буквально минут 15 с тех пор, как ушёл врач. Акушерка предложила мне пойти в душ и постоять там, дала с собой фитбол. Я разделась, села на фитбол прямо в душе, включила напор тёплой воды, а муж сел напротив. Прямо передо мной на стене висели часы. И я чётко видела время. А сейчас, спустя 1,5 года, я понимаю, что смотреть на те часы было большой ошибкой, и лучше бы их там вообще не было.
Этот душ был моим пристанищем на следующие 3-3,5 часа. Именно там началась настоящая жара, когда на схватках я прыгала на мяче и пела гласные (хотя я бы не назвала это пением, мне кажется, это было больше похоже на рёв). А между схватками мое сознание отключалось, я будто попадала в другой мир, забывалась, будто спала, но при этом все чётко понимала. Я помню, что в моей голове постоянно крутились мысли о том, что сказал врач. Я помню, что я смотрела на стрелку часов и думала, почему же время так долго идёт. Иногда меня отключало полностью, иногда я была снова в сознании. Помню, что несколько раз акушерка зашла и спросила, не хотим ли мы уйти из душа, но я не хотела. Я вообще не хотела, чтобы кто-либо меня трогал, был рядом, что-то говорил, кроме моего мужа.
Прошёл час, может полтора, было очень больно, в какое-то мгновение я подумала, что даже не предполагала, что мне будет так плохо и больно. Я знала, что роды – это непростая работа, но я почему-то была уверена до родов, что смогу, что мне не будет так больно. Тогда, сидя в душе на фитболе, я зажималась. Я зажимала все тело, пытаясь не пустить боль наружу. Казалось, я делала неправильно все. В тот момент я не очень много думала о ребёнке, но я очень часто проворачивала в голове мысли про 7 часов и кесарево сечение. Этот внутренний голос постоянно твердил: «Осталось чуть-чуть, нужно потерпеть до 7 утра». Я не пыталась бороться, я только смотрела на часы и ждала, когда эти проклятые стрелки покажут 7 часов.
Сейчас, вспоминая все это, для меня удивительно то, как резко мой настрой из «я все смогу» сменился другим – «скорей бы это закончилось». Сейчас, зная ещё больше о родах, чем тогда, особенно углубляясь своими знаниями именно в психологию родов, я понимаю, что исход зависел от моего настроя. И, если бы я смогла не слушать врача, не прокручивать в голове ее слова, если бы эти часы в душе я думала о прекрасном исходе, не зажималась, если бы, если бы... Но тогда я совершенно точно сдалась. Я сдалась не сидя на фитболе под струёй воды. На самом деле, я сдалась в ту секунду, когда врач сказала мне, что даёт мне время до 7 утра.
Я уже не помню, во сколько пришла акушерка и сказала, что пора идти на осмотр. Мы встали из душа и пошли. Вроде бы снова было КТГ, то, что было тогда, я помню уже смутно. Помню, как пришла врач, как был осмотр шейки матки, как я опять на этом осмотре орала на весь роддом. Помню, как она сказала, что можно ждать ещё, но это риск для ребёнка. Жалею, что не спросила ничего, не уточнила, в чем именно риск, а может она и сказала, но в тот момент я отключалась, ничего не соображала. Единственное, чего я тогда хотела, чтобы это прекратилось. Этот тусклый свет в кабинете, аппарат КТГ, врач, явно настроенный очень недоброжелательно, боль по всему телу, темнота на улице. Это все напоминало мне один большой кошмар. И я хотела ничего этого не видеть. Мне стали говорить об операции, я не могла толком разобрать, что происходит, помню, как бумаги подписывал муж. Вообще все это было как не со мной. После наркоза я забыла этот последний час напрочь. Не могу воспроизвести ни отдельные слова, ни, тем более, диалоги. Перед глазами эти тусклые лампы и темнота. Меня посадили на кресло-каталку и повезли в операционную. Путь до туда помню с трудом – длинные коридоры, еле мерцающий свет, какой-то очень страшный старый лифт. Когда моего мужа спрашивают про тот день, он всегда говорит, что это было как в фильме ужасов. И я с ним согласна. Знаете, такие кадры из фильма, когда по страшному коридору
кто-то идёт? Это кадр из истории моих родов.
Меня положили на операционный стол. Лёжа переживать схватки было очень больно. Хотелось хотя бы сесть, но нужно было лежать. В операционной было много врачей. Один вставлял мне катетер в вену, другой катетер в мочеиспускательный канал (на схватке, и это было довольно неприятно, но очень быстро). Анестезиолог сначала спрашивал меня, какой делать наркоз – общий или эпидуральную анестезию. Потом мне сказали, что при эпидуральной анестезии я не должна ни в коем случае дергаться и вообще сидеть надо смирно, а то попадут не туда, а я так корчусь, что это плохо, и надо бы мне успокоиться. Сказано было это так, будто я вообще притворяюсь, и не могла бы я спокойно сидеть и не издавать звуков и желательно не делать движений. В очередной раз стало неприятно, я понимала, что спокойно сидеть я не смогу, да и вообще единственное желание на тот момент было скорее отключиться. И я попросила общий наркоз.
Приготовления шли долго, как показалось мне. Я лежала со схватками, которые шли примерно раз в минуту. Каждую минуту на новой схватке я старалась дышать так, как именно для меня было легче. Да, может это было не то дыхание, которое «описано в учебниках», но за все предыдущие часы схваток только такое дыхание с довольно громким пропеванием звуков у меня получалось. Параллельно врачи задавали мне вопросы про то, есть ли у меня аллергии, хронические заболевания и много всего ещё. И я лежала и не понимала, почему эту информацию нельзя взять из обменной карты, почему они настойчиво спрашивают меня про болезни именно тогда, когда у меня схватка, и ещё раздражаются, что я не могу ответить прям сразу. Я рассказывала про отсутствие аллергий уже в третий раз в этот день. И я искренне не понимала, почему ко мне относятся так, будто я не в родах, а лежу просто на диване и могу общаться на любые темы, отвечать на любые вопросы в любое время. Чувствовалась какая-то издёвка, может я надумала себе это, не знаю. Просто было очень обидно и неприятно.
Над моей головой стоял какой-то мужчина-врач. Он постоянно повторял мне, что я неправильно дышу, и вообще кто меня так учил. Я не знала, что значит правильно или неправильно, я дышала так, как мне было удобно. Через несколько таких повторений про мое неверное дыхание он сказал, что так дышать нельзя, и надел на меня маску. Сказал дышать в неё. Я стала дышать. Не могу сказать, что с маской стало легче, она странно пахла каким-то веществом, а ещё в ней было жарко. Последнее, что я помню, это свои мысли: «скорее бы это все закончилось, пожалуйста, сделайте мне скорее наркоз, я больше не хочу это все видеть и ощущать».
Следующее мимолетное воспоминание – меня куда-то везут, в горле очень больно, я пытаюсь спросить, где мой муж и ребёнок, снова засыпаю. В следующий раз я уже просыпаюсь в палате на кровати. На животе лежит что-то тяжёлое, в глазах мутно, и я почти ничего не вижу, губы пересохли, и мне очень хочется пить, в горле больно. Я поворачиваю голову и понимаю, что рядом есть ещё кто-то на соседней кровати. Пытаюсь спросить, где мой муж и ребёнок. Выходит с трудом, вроде что-то бормочу невнятное. Снова засыпаю.
Так я выходила из наркоза. Примерно в 9 утра я смогла разглядеть соседку по палате, осознать, что произошло. У меня не было рядом ни воды, ни телефона, словом, ничего. Когда пришла медсестра, я попросила, если это возможно, позвать акушерку мою. Через какое-то время пришла моя акушерка вместе с маленьким кульком. Тогда я впервые увидела свою дочку. Ее приложили к груди и дали мне подержать. Акушерка сказала, что дочка родилась в 07:30 утра 50 см и 3490 грамм, 8/9 по Апгар. Что все это время она была с папой. И что меня переведут в ту палату из реанимации ближе к вечеру или завтра с утра. Я попросила принести мне воды и телефон. Дочку унесли, вскоре акушерка вернулась и принесла необходимые вещи. Я очень благодарна ей за то, что она принесла показать мне ребёнка – это здорово придало сил. Периодически я засыпала, писала сообщения своим родным и друзьям, что дочка родилась, кому-то даже позвонила. Днём я полностью была в сознании, болело только горло от того, что в трахею вставляли трубку во время наркоза, сил было мало, все время хотелось пить. Я очень хотела увидеть мужа, услышать его, но не звонила, так как понимала, что у него была такая же непростая ночь, и, скорей всего, он сейчас спит. Наконец он написал мне, что они с ребёнком спали, только проснулись, что все хорошо. И прислал фотографию. Эта и сейчас остаётся моей самой любимой их совместной фотографией. Мне кажется, в этом фото чувствуется самая настоящая любовь и поддержка. Тогда мы точно решили, что на свет появилась Эмилия Данииловна. Эмилия, и никак иначе. Потом муж прибежал на пару минут ко мне в палату, рассказал, как героически успел уже поменять памперсы, отмыть меконий, и как Эмилия после родов была всегда с ним рядом. Спасибо огромное за то, что ее никуда не забрали, что она была рядом с папой – человеком, которого она точно знала по голосу. Я надеюсь, что ей было не так страшно, как если бы она лежала одна.
Ко мне периодически приходила медсестра проверять, как сокращается матка, что-то поправляла, выливала мочу, которая выходила через катетер. Потом пришёл врач и сказал мне, что если я смогу самостоятельно встать с кровати и пересесть на каталку, то он переведёт меня к ребёнку даже сегодня вечером. Это дало мне мотивацию во что бы то ни стало собрать все свои силы! Я очень хотела перейти в послеродовую палату к мужу и дочке. Примерно в 19 часов врач пришёл ещё раз, осмотрел меня и сказал, что в целом я могу переезжать. Мне принесли каталку. Медсестра помогла приподняться на кровати, было очень тяжело и больно, но я знала, что надо встать, поэтому встала, пересела на каталку, и меня повезли обратно по всем этим коридорам, лифтам, туда, где была наша палата.
И вот я уже на месте. Рядом муж, дочка, я выгляжу очень плохо – губы сухие, почти не могу стоять или ходить, мне больно кашлять и я молюсь, чтобы мне не захотелось чихать. Зато я рядом с ними. И весь этот ночной кошмар позади. Я рада, что все живы, это самое главное. И я не хочу пока думать о том, что произошло накануне.
Дальше были новые приключения уже в роддоме, у меня была страшная послеродовая депрессия, я много плакала и считала часы до того момента, когда окажусь дома. Но это уже совсем другая история.
Итого в родах я была около 9 часов до момента, как меня положили на операционный стол. Раскрытие примерно было 6-7 см. После КС само восстановление физическое было без проблем — все заживало хорошо. Из самого ужасного физического — очень тяжело пережила общий наркоз, отходила долго, плохо, стерлась часть памяти из прошлого и до сих пор, уже спустя много лет, восстанавливается кусочками. А вот психологически после операции было очень плохо, страшная депрессия, много недель рыдала, долго собирала себя заново.
Вот такие «волшебные» роды случились в нашей жизни.
Глупо рассуждать про то, что бы было, если бы мы собрали вещи в роддом заранее, если бы остались дома ещё на несколько часов и досмотрели фильм (или поспали), если бы наша акушерка была на родах мыслями с нами, а не в своих переживаниях, если бы в тот день был другой дежурный врач, если бы мне не озвучивали никакое время, после которого мне сделают КС, если бы у меня перед глазами в душе не висели часы, если бы.. Все вышло так, как вышло. И единственное, что я могу сделать сейчас, это проработать ситуацию внутри себя и сделать выводы. Я долго шла к тому, чтобы написать эту историю максимально подробно. Этот текст написан был мной, когда с момента родов прошёл 1 год и 7 месяцев (это было в 2019 году). И только тогда я полностью осознала, какая цепочка событий повлекла за собой именно такие последствия. Только тогда я смогла погрузиться максимально в те ощущения, которые испытывала, и понять, что именно в моей ситуации мог бы быть совсем другой исход. Я ни о чем не жалею, никого не виню, хотя и не понимаю многие слова и действия врачей. У меня нет злости или обиды, и я чётко осознаю свой огромный вклад в именно такой исход. Просто сейчас, зная гораздо больше о родах, я искренне удивлена, как так, посещая курсы и осознанно готовясь к родам, я упустила самые важные моменты – моменты психологической подготовки. Как так, зная процессы, зная как там ребёнок вставляется головой и какие делает развороты, я не знала, как суметь отключиться от всего вокруг и настроиться на нужный лад. Я искренне хочу посоветовать всем девушкам, которые готовятся стать матерями, проделать колоссальную работу над своими мыслями и научиться слушать себя. И пусть вы не знаете, на какой градус поворачивается голова ребёнка, чтобы пройти по родовым путям, зато вы будете знать, какие мысли нужно излучать в родах, как нужно общаться со своим малышом, и как нужно уметь слушать лишь себя и своё тело.
Когда меня спрашивают, по какой причине было сделано КС (а спрашивают меня об этом очень часто), я всегда теряюсь и говорю то, что написано в протоколе – «клинически узкий таз». Но теперь я точно могу сказать, что КС мне сделали по причине того, что я сама сдалась. Других причин для этого не было.
Кстати, с того дня мой муж кажется мне ещё большим героем, я совершенно точно поняла, что влюбилась в него заново, какой-то новой и более зрелой любовью. Рядом с ним я чувствую себя спокойно и хорошо, мне не страшно, и я хочу, чтобы он никогда никуда не уходил. Иногда я думаю, что, если бы не он, то я бы не выдержала столько часов. Только благодаря нему я оставалась хотя бы немного в сознании. Это колоссальная помощь, любовь и поддержка была мне нужна, как воздух. И я никогда не жалела о решении рожать вместе с мужем.
Мои краткие выводы по всей этой ситуации — что повлияло на такой исход:
1) С детства слышала в свой адрес про «узкий таз», мама говорила тоже мол «как ты рожать то будешь?», в беременность продолжила это слышать + разговоры про набор веса, про крупный для меня плод — все это 100% засело в подсознании в виде страхов и установок.
2) Осмотр на кресле «с пристрастием» за пару дней до родов — считаю, что именно он нарушил целостность тканей, запустил процесс излития вод и стал, своего рода, индукцией родов, то есть роды начались не совсем сами и не совсем «естественно».
3) Не были готовы к таким скорым родам, начали носиться, собирать вещи, суетиться вместо того, чтобы расслабиться и спокойно проживать начало схваток.
4) Акушерка не в ресурсе, в своих переживаниях — никакой поддержки от нее было, а мне так она была нужна! Я была будто брошена. Только муж был рядом, и только благодаря нему я держалась так долго. Но тогда этого было недостаточно, ведь так хотелось иметь рядом еще одно плечо — человека-медика, кто понимает все происходящие процессы и может направлять, курировать меня.
5) Первый же осмотр врач — меня ругают за узкий таз, орут на акушерку, что вообще пустила меня в роды. Осмотр врача, ее отношение ко мне как к куску мяса — грубое, холодное. Мой мир рушится с каждой минутой. Гормоны стресса на пределе, ни о каком окситоцине речи не идет. Я один большой комок страха и нервов.
6) Тайминг от врача — «если до 7 утра не родишь, пойдешь на кесарево!» Боже, как же ужасно это звучало. Я рожала первый раз, почему меня поставили на таймер? Да еще и так мало времени дали. Никаких показаний к кесареву у меня не было, ребенок не страдал, воды светлые — откуда она взяла эти «до 7 часов»?
7) Часы в душе — я смотрела на время, считала время вместо того, чтобы довериться себе, своему телу, процессу. И эти постоянные мысли про кесарево в 7 утра не давали мне вообще расслабить тело.
8) Одно и то же положение в душе много часов подряд — фитбол, душ, никто мне не предлагал попробовать поменять положение, найти что-то еще более удобное, никто будто бы не хотел мне помочь. Сейчас спустя годы я понимаю, что за это время я спокойно могла бы дойти даже до полного раскрытия, если бы моей акушерке было бы не все равно на то, что со мной происходит (или если бы у меня самой хватило ресурса понять, что надо пробовать в родах разное, не замыкаться в себе). Я знаю, что если бы пришла тогда помощь и поддержка, акушерка была бы включена в процесс моих родов, поддерживала, давала рекомендации, я бы послушала ее рекомендации, во мне появилось бы больше уверенности, мотивации, веры в себя. Но она лишь 1 раз спросила не хочу ли я уйти из душа и, получив отрицательный ответ, ушла.
9) Когда наступило 7 утра и меня повели на КС, я не смогла отстоять себя и свои роды, не смогла толком спросить, почему и для чего это делают. Я была уже не в сознании, да и давно сдалась. Просто я уже не принадлежала себе. Раскрытие тогда было 6-7 см (вроде бы, судя по кратким воспоминаниям диалогов).
Ну и еще. Это я тоже считаю очень важным фактором, который повлиял на такой исход.
Только в родах я поняла, какое величайшее заблуждение было у меня в голове (и которое нам пропагандировали на курсах), когда я думала, что акушерка — это просто богиня родов и пофиг, какой врач. (Мой контракт подразумевал только акушерку, а врач был дежурный). Потому что в первый же час дежурный врач пришел и отчитал там всех, он является основной и главной фигурой, он принимал все решения, и он меня отправил на ЭКС по итогу. А акушерка мне вообще ничем помочь не могла, никакого контакта и взаимопонимания с врачом у нее не было, по сути, она просто выполняла все его требования и всё. А в случае любой экстренной/неординарной ситуации акушер не в праве решения принимать. Выглядело это так: врач орал на неё, что она вообще меня в роды взяла, мол «вообще-то у неё таз узкий», врач настаивал на всех манипуляциях и в целом акушерку там никто не слушал, а она просто сидела в сторонке, да и не проявляла инициативу. Это не была командная работа.
После этой истории, уже готовясь ко 2 родам (у меня было ерпкс), я поняла, что для меня самое главное — найти именно врача. Чтобы он понимал мою историю, мою ситуацию, наблюдал меня сам, чтобы он знал, какие решения можно принять, какие нет в моей ситуации и так далее. Да, акушерка, безусловно, очень важна. Это отличная помощь и часть команды. ВАЖНО: ЧАСТЬ КОМАНДЫ. И если есть возможность взять обоих (врача и акушера), то супер — я так и сделала. Но без врача это может быть уже совсем другая история (особенно в случае родов с рубцом). Тут важно «вести переговоры» с тем человеком, кто по итогу и будет подписывать все документы и нести ответственность за все манипуляции с тобой. И вот с ним наладить контакт и знать его лично очень важно.
