Самое ясное интервью Джина из BTS: «Через музыку я получил всю свою нынешнюю жизнь»
Человек, который четко объясняет себя простыми предложениями, а не яркими эпитетами. Дальше и глубже. Своим собственным, неукротимым путем. Джин в этот самый момент.
ELLE: Мы хотели запечатлеть Джина с немного непривычным, дерзким и естественным лицом. Все это в сочетании со свободной мужской коллекцией от Gucci. Вам самому не было непривычно? Ведь в обычной жизни вы ближе к образу консервативного парня (смеется)
Джин: Когда я посмотрел в зеркало, это действительно показалось мне довольно неловким. Но я ведь айдол. Если есть определенная концепция, которую от меня ждут, я с радостью принимаю этот образ (смеется)
ELLE: На сцене ваше лицо становится совсем другим. Сейчас вы выступаете на стадионах по всему миру в рамках мирового тура ARIRANG. В какие-то дни кажется, что вы вот-вот расплачетесь, а в другие — ваше лицо выглядит счастливее, чем у кого-либо.
Джин: На самом деле, не думаю, что я когда-то специально сдерживал слезы. Видимо, у меня просто лицо такое, будто я сейчас заплачу (смеется) Иногда люди ошибаются и думают, что я сдерживаю слезы, хотя я и не собирался плакать. А вот моменты, когда я улыбаюсь, я могу назвать сразу. Конечно же, когда я вижу, как радуются наши Арми. Глядя на каждое улыбающееся лицо, я и сам невольно начинаю улыбаться в ответ.
ELLE: Многие зрители до сих пор обсуждают выражение вашего лица во время исполнения корейской версии песни NORMAL на стадионе Asiad Main Stadium в Пусане в честь годовщины дебюта. Как вы сами помните то выступление?
Джин: Если говорить честно... В NORMAL есть движение, где я призываю зрителей махать руками. Я был настолько сосредоточен на этом движении и на тексте, что у меня просто не было времени поддаться эмоциям. Песню, которую я пел месяцами, именно в тот день нужно было исполнить на корейском, поэтому все мои мысли были заняты измененным текстом (смеется)
ELLE: Как всегда, очень прямолинейно (смеется). Ваш 5-й полноформатный альбом — это первый за долгое время альбом BTS в полном составе. С ним уже связано много воспоминаний, но какой момент запомнился больше всего?
Джин: Пожалуй, это момент открытия тура в Кояне. Тогда лил сильнейший дождь. Обычно в дождь люди берут зонты или заходят в помещение. На сцене мы не можем так сделать, поэтому пришлось промокнуть до ниточки под проливным дождем. Когда еще в жизни выдастся шанс так попасть под дождь? Было очень весело.
ELLE: Лично мне показалось, что в этом мировом туре ваша манера живого исполнения раскрылась совершенно по-новому. На выступлениях с такими песнями, как NORMAL, Into the Sun и Like Animals, казалось, что на высоких нотах вы буквально «воете» (как волк), выпуская горячие эмоции наружу.
Джин: Для меня честь, что вы придали этому такое большое значение. Ну не знаю. Эти песни были более эмоциональными, чем предыдущие, и я просто пел в соответствии с этими чувствами. Я счастлив, что вы восприняли это так чутко (смеется)
ELLE: Хотя прошло уже некоторое время, ваш первый сольный мировой тур RUNSEOKJIN_EP.TOUR все еще оставляет сильные воспоминания. Благодаря забавным идеям вроде игры «угадай название песни по подпевке зала», фанаты много смеялись. Почему вам хотелось сделать концерт, который заставлял бы людей улыбаться?
Джин: Когда Арми улыбаются, я улыбаюсь вместе с ними. Серьезные концерты мы проводим часто, поэтому в тот раз мне хотелось создать шоу, где можно больше посмеяться. Даже участники группы сказали, что это необычная сцена (смеется). К слову, две концепции, которые я использовал в своем сольном шоу, позже вошли в наши общие групповые выступления, это тоже удивительно.
ELLE: С того концерта в памяти остался один момент. Когда во время исполнения The Astronaut вы легли прямо посреди сцены и смотрели на ночное небо. Казалось, что если все остальное шоу было ради фанатов, то этот миг был моментом лично для вас.
Джин: Ночное небо тогда было очень красивым. Когда выступаешь, иногда в голову приходят посторонние мысли. В тот миг само мое присутствие там показалось мне удивительным. Я перевел дух, лег и посмотрел наверх — небо было прекрасным. Поэтому я просто долго-долго на него смотрел.
ELLE: С момента вашего дебюта прошло уже 13 лет. Если оглянуться на вашу жизнь с того дня, как вас заметил кастинг-менеджер на автобусной остановке по дороге на учебу, чего в ней оказалось больше: того, что шло по плану, или неожиданностей?
Джин: Ну не знаю. Я вообще не тот человек, который строит планы. Если мне приходит что-то в голову, я сразу узнаю, возможно ли это. Если нет — просто выбрасываю из головы. Поэтому я и сам не знаю, шло ли все по плану или было больше неожиданностей.
ELLE: За последние 3–4 года вы испытали много вещей «впервые». Провели мероприятие с объятиями на следующий же день после демобилизации, создали легендарные моменты в шоу Run Jin и придумали инновационный подход к сольному туру. Что дает вам силы всегда двигаться навстречу чему-то новому?
Джин: Это же весело (смеется). Если постоянно повторять одно и то же, даже самое любимое дело постепенно теряет интерес. Поэтому я каждый раз пробую новое. Мне хотелось подарить Арми время, наполненное радостью. Если и есть момент, за который мне хочется себя похвалить, то это время, проведенное в размышлениях о том, что бы еще такого нового сделать в следующий раз.
ELLE: Чего Джин больше всего боится сейчас? Хотя мне кажется, что вы не ответите честно (смеется)
Джин: У меня нет каких-то особых страхов, но, как вы и сказали, даже если бы они были, я бы не стал о них говорить (смеется). Арми начинают сильно переживать, когда я с сталкиваюсь с чем-то пугающим. Я не хочу заставлять их волноваться.
ELLE: Судя по вашему ответу, вы всегда упорно старались оберегать фанатов от беспокойства. Почему вы стремитесь в первую очередь показывать только светлую сторону?
Джин: Когда я сам занимаюсь своими хобби, я хочу видеть только хорошее. Это же естественно. Арми тоже следят за нами, чтобы сохранить приятные воспоминания, поэтому подкидывать им поводы для тревог — совершенно не в моем вкусе.
ELLE: Что для Джина значит «успех» сегодня? Изменились ли критерии по сравнению с началом дебюта?
Джин: Множество людей улыбаются, глядя на меня, и я получил колоссальный опыт, который трудно пережить в юном возрасте. В начале дебюта моей главной заботой было просто выжить. Сейчас, благодаря огромной любви, мои заботы изменились. Теперь я думаю о том, как порадовать Арми... Сам тот факт, что я пришел к таким переменам, уже можно назвать успехом.
ELLE: Если бы вам нужно было выбрать одно самое лучшее решение в вашей жизни, что бы это было?
Джин: Конечно же то, что я стал частью BTS.
ELLE: Несмотря на то, что прошло уже много времени, другие участники по-прежнему очень любят своего самого старшего хёна. Младшие, особенно Чонгук, часто подшучивают над вами и без стеснения выражают свои чувства. В какие моменты вы думаете: «О, меня действительно любят»?
Джин: Я думаю, что наши с мемберами чувства взаимны. Я сильно люблю их, и разве они не любят меня в ответ так же сильно? Когда я проявляю любовь к участникам группы, именно тогда я и чувствую, что любим сам.
ELLE: И насколько же сильно Джин любит мемберов?
Джин: Ровно настолько, насколько они любят меня. Вполне достаточно.
ELLE: Вы человек, который всегда стремится сделать кого-то счастливым или утешить с помощью музыки. А что музыка дает самому Джину?
Джин: Она дала мне абсолютно всё. Благодаря музыке я обрел всю свою сегодняшнюю жизнь.
ELLE: И последний вопрос. Что, по мнению Джина, означает «быть Ким Сокджином»?
Джин: Я человек, который хочет жить так, как ему хочется. Хотя, конечно, делать абсолютно всё, что вздумается, невозможно.
Источник ElleKorea