Колыбельная для креветки

Это была самая обычная ночь. Ночь, когда все туны крепко спят и видят сладкие сны, за которыми издалека наблюдает Астро, словно местный страж, чтобы никому не снились кошмары. Хотя отчасти так и есть.
Тишина. Никто и ничто никому не мешает. Все спят мирно.
По крайней мере так казалось на первый взгляд.
По коридору вдруг начали разносится топот маленьких ножек, изо всех сил бегущие куда-то, который вскоре пропали. На замену им правда пришёл громкий стук в дверь и крики:
—ФИНН! ОТКРЫВАЙ ЖИВО!
Это был никто иной, как Шримпо, собственной персоной. Как обычно злой, хотя на этот раз будто бы и взволнован чем-то и в добавок ещё и уставший, судя по сонным глазам с мешками под ними.
Своими стуками и криками он мог бы уже разбудить все из соседних комнат, но благо хозяин той двери, что безжалостно колотилась, наконец вышел.
—Что такое… — сонным голосом сказал вышедший из комнаты Финн, что обычно был всегда жизнерадостный, что не скажешь сейчас. Само собой его подняли по среди ночи, о какой радости можно говорить?
Протерев глаза, он сквозь сонную дымку смог разглядеть своего друга.
—Шримпо? — с неким удивлением, но в то же время и волнением спросил Финн, пытаясь хоть немного разбудить себя. — Что ты тут забыл в такой поздний час?
Креветка не сразу решился ответить, потому как он считал, он может сам лучше всех справиться с любой проблемой и без чьей-либо помощи. Но ситуация, в которой он оказался, вынудила его перебороть свою гордость и обратится к тому, кому он больше доверял и перед кем ему меньше было стыдно.
—Я не могу её успокоить… — с неловкостью сказал хулиган, отводя взгляд. Он сам не верил, что докатился до того, что не может справится с самым простым, как могло показаться, делом. Хотя о простоте тут можно и поспорить. — Я перепробовал всё, она продолжает пищать.
Тут Финн понял, что стряслось в его креветочного друга.
—Что ж, пошли разбираться вместе тогда, — не долго думая, сказал аквариум.
Он мог понять Шримпо. Ситуация, что тот оказался была внезапной для всех и для самого хулигана тоже. Так что то, что он обратился за помощью, для Финна не было ничего постыдного. Правда сам Шримпо думал об обратном.
Сказать по правде не только Финн намеревался помочь другу, другие туны, видя, в какой ситуации оказался креветка тоже пытались помочь, даже несмотря на небольшую неприязнь к хулигану. Всё же он такой же тун, как и они, а все туны должны помогать друг другу.
Правда помогать Шримпо было не так просто, как это звучит. Он либо сам оттолкнёт от себя с криками, но чаще всего по другой причине…
—Ты же знаешь, что я не смогу полностью помочь тебе, — напомнил ему с волнением Финн, понимая, что это не лучшее, что стоит сейчас говорить, но, к сожалению, порой приходится смотреть на порой горькую правду. — Она всё ещё никому кроме тебя не доверяет, даже мне…
—Мне всё равно! — рявкнул Шримпо достаточно громко, его сейчас явно не волновал сон других тунов. — Просто сделай что-нибудь, чтоб она замолкла и уснула!
Уже у комнаты Шримпо Финн наконец услышал громкий и пронзительный писк, чем-то напоминающий жалобное мяуканье котёнка, что зовёт мать. Хотя отчасти это было так, только пищал не котёнок и звал он не мать.
Креветка, едва до него дошли эти пронзительные звуки, словно по сигналу, тут же ломанулся в комнату, хватая на руки виновника этого шума со словами:
—Угомонись уже! Не бросил я тебя!
Маленькое существо, тут же затихло, когда поняло, что тот, кого оно звало, наконец вернулся.
Это был маленький тун-креветочка, внешне очень похожая на самого Шримпо, буквально его копия только совсем крохотная, бледная и, что многих удивило, с четырьмя руками, которые крепко вцепились в хулигана, словно она боялась, что он опять уйдёт.
Это маленькое и хрупкое на вид создание появилось настолько внезапно, что даже Шримпо, не ожидал. А именно он её родитель. Как бы это безумно не звучало.
Он не знал, что набрал тогда в весе не потому что слишком много ел в последнее время, недомогание было не от еды, из-за чего Спрауту постоянно доставалась его названая критика, больше похожее на оскорбление. Стало всё понятно лишь в ту ночь, полную боли и слёз, которую, с одной стороны, он ненавидел вспоминать, считая, что выглядил жалко тогда. И все те мучения были ради маленькой копии самого себя, что отказывается отпускать отца даже на секунду и вечно чего-то хочет. А Шримпо даже не знает, что с ней делать…
Что уж говорить, если первые 3 дня креветочка вообще была без имени. Шримпо называл её просто так фасолиной, из-за того, что та оказалось маленькой и пухленькой, словно боб. А в итоге это кличка стало её именем, когда Финн внезапно спросил хулигана, как он её назвал, а у того просто не было нормальных идей на уме, так что тот просто сказано, что в голову пришло. Так что теперь она Фасолинка.
Креветочка вновь стало пищать, но тише, отец же вернулся. Будто она чего-то просит, но Шримпо не мог понять чего.
—Я дал тебе всё, что можно! — сердито сказал ей хулиган, держа её перед собой. — Что ты хочешь!?
—Шримпо, — спокойно обратился к другу Финн, понимая, что Шримпо действительно необходима помощь. — Криками ты ничего не добьёшься. Будь по спокойнее к ней.
—Спокойнее!? — рявкнул креветка, явно возмущённый таким наглым заявлениям. — Я бы посмотрел на твоё спокойно, если бы у тебя появилось это маленькое существо!
“Ему учиться и учиться” — понимал Финн, как и понимал злость друга. Он просто стал внезапно родителем, вся жизнь просто взяла и перевернулась в одну ночь.
У Шримпо просто не было знаний и опыта с детьми. Да, он контактировал с человеческими, но не с заботой о них, а как хулиган, что портил всем хорошее настроение. Одним словом он был плохого мнения о них. Да и к тому же дети те были постарше, чем крошечная и совсем беспомощная Фасолинка, которой только неделя от роду.
—Тебе просто нужно время, — пытался подбодрить его Финн. — И помощь. Мы же все готовы помочь тебе, КРИЛЛятель.
Шримпо сердито посмотрел на Финна, а после перевёл взгляд на Фасолинку, которая позвала его очередным писком, уставившись своим равнодушным взглядом на своего горе-отца. Невозмутимость в её лице почти никогда не меняется, прям как вечно хмурое лицо Шримпо.
Сразу видно, его маленькая кровь и плоть… Это звучит странно и жутко для него… Но порой он ловил себя на мысли, что каждый раз, смотря на неё он чувствовал, что-то особенное внутри… Это странное чувство появилось с того момента, как он уставший и без сил увидел её, едва она появилась на свет. Маленький комочек, что жалостливо начал пищать своим тонким голоском, подзывая родителя, и успокоилась лишь, когда оказалась у него в руках и, открыв глаза, впервые увидела, кто её отец.
И эту кроху Шримпо сам породил… Он тогда сам не верил в это. Он, Шримпо, что создан чтобы ломать и портить всё, внезапно смог “создать” что-то. И это что-то ещё и живое. Оно дышит. Оно издаёт звуки. Оно шевелится. И разделяет с ним общую кровь…
Осознавая это, будто всё внутри сжималось.
—Я просто не знаю, что с ней делать… — с отчаянием в голосе, что он изо всех сил старался скрыть, сказал Шримпо. Это так на него сейчас не похоже. Вечно злой тун, что старался казаться сильным внезапно показал слабину. Ему было просто страшно. Да. Именно страшно. — Почему я не могу понять, чего хочет моя собственная кровь и плоть?
Видимо, дети действительно меняют взрослых. Шримпо, может, и не сильно, он всё ещё орёт на всех и обзывает при любом удобном случае, но с Фасолинкой он будто бы стал чуть… Мягче? И с особой нежностью, пускай и своеобразной немного.
В основном как раз когда именно он с ней. Он может и злится на неё, когда она не хочет спать или есть, но будто бы и переживает, что совсем бессилен, когда надо позаботиться о ней. Знаний же никаких…
–Эй, — тихо окликнул его Финн, кладя нежно руку ему на плечо, как бы давая понять, что всё будет хорошо. Шримпо бы сразу откинул её, но сейчас, он даже будто и не заметил этого. — Ты со всем справишься, я уверен!
Шримпо лишь устало фыркнул, явно не испытывая прилива сил, после слов Финна.
—Ну чего ты раскис, как медуза на суше, — не оставляя попытку подбодрить креветку, сказал Финн, слабо ударив его по плечу. — Дело само себя не сделает!
—Раз такой умный! — проворчал Шримпо, не понимая позитивного настроения аквариума. Ему легко, не он сейчас по ночам с ребёнком возится. — Предложи что-нибудь!
Финн задумчиво глянул на крохотно бледное существо в руках хулигана, перечисляя возможные причины “бессонницы” у детей. Фасолинка сразу напряглись, едва она встретилась взглядом с чужаком, в её глазах. Хотя она и видела Финна чаще других тунов, не считая Шримпо. Всё ещё не доверяет…
—Может она голодна? — предположил Финн, вспоминая, что порой дети не хотят спать, когда сытно не поедят.
Шримпо угрюмо указал на бутылочку с молоком, что любезно передал ему Спраут, когда узнал о Фасолинке. При том Шримпо его даже не просил.
Ни капли молока не было выпиты. Сразу видно, к еде никто не притронулся. Значит не голодна.
Финн стал вспоминать, почему ещё дети отказываются спать. Однако все перечисленные причины быстро отлетали, Шримпо уже всё испробовал из этого. Ничего.
Ситуация… Даже аквариум не знал, что ещё делать. Были бы у него проблемы со сном, он бы точно попробовал бы себя книгой об океане занять. Обычно это всегда его убаюкивает.
Шримпо же легко засыпал, если тот прижмётся к чему-то, ну или в случае с Финном к кому-то, кому он привязан. А если ещё и спокойную музыку под ухом проиграть или читать что-нибудь, чаще всего про океан, то через пару минут сразу услышишь его тихий храп.
“Фасолинка — буквально маленькая копия Шримпо” — подумал Финн, вспоминая, как он помогал креветке уснуть. — “Может, на ней это тоже сработает”
Ладно, может и не с книгой, потому что она наоборот напрягается, когда слышит чужие голоса. Поэтому стоит попробовать музыку.
—А может попробуем колыбельную? — предложил Финн, а после, хитро улыбнувшись, добавил. — С тобой это обычно работало.
—Эй! Вообще-то я… — однако Шримпо резко замолчал задумавшись о предложении аквариума. О колыбельной он вообще не задумывался. — Если это успокоит её наконец, то давай попробуем. Зови Бокстена!
—Зачем нам Бокстен? — тут же остановил его Финн, так как он не особо хотел будит музыкальную шкатулку, зная, что бедняга в последнее время сам плохо спит. — У меня есть одна!
—Шум волн её точно не успокоит… — намекнул ему креветка, потому что сам помнил, что волны его не особо усыпляли. — Не сравнивая её с собой!
—Знаю, — хихикнул Финн. — Для этого у меня есть кое-что другое.
Вместе с Шримпо и Фасолинкой, которая по пути оглядывалась вокруг, так как она не так часто оказывается за пределами комнаты Шримпо. Ещё больше её удивила комната Финна, со всем его морским интерьером, ракушками и корабликами. Возможно, удивил. По её вечно равнодушному лицо точно и не скажешь.
Покопавшись у себя на полках, Финн воодушвлённо воскликнул со своей находкой в руках:
—Нашёл!
Небольшая шкатулочка, на которой красовался крохотный синий дельфин, правда цвет даже в темноте был тускловат, что говорило о том, что она давно у Финна живёт, при этом всё ещё могла выполнять свою службу.
Шримпо помнил её, ведь именно она помогала ему заснуть, когда он после кошмаров приходил к аквариуму. И после первых нескольких нот он быстро засыпал, забывая, что его кошмары разбудили. Что там за мелодия, он не знал, да и особо его не волновало, главное, чтобы этот незамысловатый сувенир заставил Фасолинку наконец заснуть.
—Если эта штука не сработает, то я… — сердито намекнул Шримпо, плюхаясь на кровать Финна, словно это была его.
—Не ВОЛНуся, мой креветочный друг, — попытался успокоить его Финн. — Клянусь сардинами, это сработает.
Усаживаясь рядом с двумя креветками, Финн начал заводит шкатулку, надеясь, что его теория окажется верна.
“Если на Шримпо срабатывало, то и на ней должно” — уверил себя Финн, позволяя механизму наконец начать играть.
Тихая и спокойная мелодия распространилась по всей комнате, создавая умиротворённую атмосферу вокруг. Финн называл её “Песнь моря”, потому что каждый раз, когда он слышал эту мелодия, в голове сразу всплывал песчаный берег, бескрайние воды и закат за горизонтом, что будто утопал в океане. Просто море и покой.
Фасолинка не сразу поняла, что происходит, склонив голову, она просто стала глядеть на поющую игрушку. Звук незнакомый и необычный для неё, но будто завораживал и гипнотизировал, от чего она даже стала чуть покачиваться.
Постепенно напряжение в её крохотном тельце начало спадать, а она сама начала клевать носом и широко зевать. Мелодия всё же начала действовать на неё.
“Работает!” — мысленно стал ликовать Финн. Всё же его теория оказалась правдой.
Вскоре теория полностью подтвердилась, когда кроха наконец прижавшись к мягкой, тёплой и родной груди отца тихо засопела, продолжая крепко держаться за него всеми четырьмя ручками.
—Я же говорил, что сработает! — шёпотом сказал Финн хулигану, что всё это время лишь молчал. Даже когда аквариум обратился к нему, он не услышал ни слова от друга. Это смутило. — Шримпо?
Внезапно от хулигана послышался тихий храп. Финн наконец перевёл взгляд от маленькой креветочки в руках у креветки побольше, что мирно смотрел свои сны, нежно держа кроху.
“Оу, на тебя она тоже ведь действует” — вспомнил Финн, тихо хихикая от этой милой картины. — “Ну, ему тоже не помешает поспать”
Шримпо за эти дни не выспался, так как Фасолинка даже ночью требовала внимания, как и сейчас. Финн всё же считал друга настоящим героем, видя, как тот в одиночку всё это выдерживает. Ну ладно, не прям в одиночку, но в основном он сам всё делает.
Фасолинка оказалась очень требовательной, не смотря на то, что совсем маленькая. При том только её отец имеет право заботиться о ней. А Шримпо, никуда даётся не может, пытается делать всё, что может. Он бы мог просто отдать её кому-то, даже не смотря на её капризы, но не стал. Потому что чувствует, что отвечает за неё.
“Всё же он хороший отец” — подумал Финн, откладывая шкатулку на тумбочку и усаживаясь рядом с спящим другом и его детёнышем.
Усаживаясь рядом с его другом, Финн осторожно приобнял, чтобы ненароком не разбудить ни его, ни Фасолинку. Такое чувство, что Шримпо вообще не почувствовал, как аквариум прикоснулся его, явно из-за сильной усталости. Как и кроха в его руках, не почувствовала неладного. Детский сон самый крепкий.
Даже хотелось коснуться к этому маленькому белому комочку, полную упрямства и невозмутимости. Но Финн побоялся, что разбудит её и вся работа насмарку, так что сдержался.
—Спи спокойно, папаша, — с долей шутки, но с гордостью о своём друге сказал Финн, засыпая постепенно сам.
Он понимал, что это будет не единственная ночь, когда предсто
ит помогать с крохой. Но Финн в любом случае готов выручить Шримпо в любой момент.