Общество Спектакля.
Статья товарища из небольшого коллектива «Инфра». Особая благодарность художникам иллюстраций оригинальной статьи: ACC/ШизБыт и СИГНАЛ-1.
Хаос XXI века.
Вы заметили, как лента новостей последних лет превратилась в одну большую шутку? Только за один месяц: новые поставки вооружения Украине, дефицит бензина в нефтяной сверхдержаве и грядущий экономический кризис.
Открывая новостную ленту утром, всё сложнее предугадать, что окажется в заголовках к вечеру. Реальность будто соревнуется сама с собой в способности производить всё более невероятные сюжеты.
На первый взгляд может показаться, что мир обезумел. Но возможно, проблема заключается не в самих событиях.
Внимание – давно превратилось в ценный ресурс, и потому побеждают самые шокирующие, эмоциональные и зрелищные новости, отодвигая всё остальное на десятый план.
Такое состояние общества описал в 1967 году французский философ – Ги Дебор в своей работе «Общество спектакля».
Сегодня мы рассмотрим его работу, чтобы понять, как мы добровольно согласились жить внутри этой грандиозной медийной иллюзии.
От отчуждения труда к отчуждению жизни.
Дебор жил в эпоху подъёма послевоенного капитализма, формирования общества массового потребления и расцвета телевидения – именно эти сдвиги в культуре и экономике он будет изучать до конца своей жизни и расскажет в работе.
В свою очередь, «Общество спектакля» – стала продолжением классической теорией отчуждения, но перенесённой из фабричных цехов в пространство человеческого досуга.
Он осознал, что капитал совершил экспансию в жизнь людей.
Чтобы понять, как система совершила этот тотальный скачок, необходимо вернуться к базовому экономическому фундаменту.
После первой промышленной революции – человек перестал быть творцом, став «придатком станка». Труд стал чуждым, тяжёлым бременем, которое нужно отбыть, чтобы получить прибыль.
Единственное время, когда человек ест, пьёт, спит и отдыхает – он принадлежит самому себе и по-настоящему становится свободным.
Но рынку мало только рабочего времени, он не мог остановиться на фабричных воротах. Хоть в горне классовой борьбы рабочие смогли выбить себе 8-часовой рабочий день, но капитал хочет контролировать человека всё время.
Торговые отношения – заполонили всё. Свободное время полностью превратили в «рынок услуг и развлечений».
Отныне капитализм стал решать как человеку проводить досуг, а спектакль предложил готовые путеводители: как правильно отдыхать, что смотреть, куда поехать отдохнуть и какой игровой контент «потребить» на выходных.
Иными словами – система угнетает не только на работе, но и вне её. Человек находится с ней 1 на 1 всё время.
Спектакль как шоу Трумана.
Дебор отмечает, что Спектакль – не просто ширма, это новая форма капитализма. При ней идёт активная колонизация досуга человека, его мыслей, желаний и порой характера.
Это совершенно новый этап человеческого отчуждения, форма интеллектуальной эксплуатации.
Однако спектакль – это не единый организм, и не тайное мировое правительство, это скорее система общественных отношений, которая воспроизводится через действия миллионов людей, компаний, медиа и алгоритмов.
Каждый её участник действует в собственных интересах: журналист стремится привлечь аудиторию, разгоняя фейки; блогер – получить миллионы просмотров; политик – завоевать поддержку избирателей и озолотиться, а соцсети – удержать внимание пользователя как можно дольше.
Совокупность этих действий формирует единое пространство спектакля, подчинённое логике зрелищности.
Философ делил спектакль на две формы:
Бюрократическая, советская форма, где номенклатура – новая элита, власть которой сосредоточена в одном центре и образ реальности контролируется напрямую.
Западная, как диффузная, в котором власть поделена между множеством конкурирующих медиа и брендов, создавая видимость свободы, но всё ровно приводящий к эксплуатации.
После развала Советского Союза Дебор вывел новую форму спектакля – интегрированную, в котором объединяются обе формы.
Но как она захватила сознание?
Всё достаточно просто: бытие определяет сознание – диалектика даёт ключ к пониманию перехода от одной к другой форме.
Давайте определимся с тезисом:
«Бытие» – реальность, существующая объективно, независимо от сознания, воли и эмоций человека.
То есть – всё то, что нас окружает, но мы не можем это никак изменить.
Как например, развитие послевоенного капитализма, который приближался к кризису перепроизводства.
Заводы производили гору товаров, а базовые потребности человека уже были удовлетворены: коммунисты добились улучшение рабочих условий и полноценного 8 часового рабочего дня.
Как мы знаем, чем счастливее человек, тем меньше ему нужно.
На этом фоне целью буржуазии стал захват оставшихся 16 часов, спровоцировав новый большой кризис. Чтобы система не рухнула, но и чтоб рабочие стали жить хуже. На их несчастье можно заработать прилично денег.
Но как изменить сознание, не меняя капиталистического базиса?
Система переворачивает марксистскую формулу, чтобы контролировать сознание, заставив больше потреблять, нужно сконструировать новое, искусственное «бытие».
Капитализм создал новую индустрию потребительства и развлечений сначала через телевиденье, а потом и через интернет. Настоящее, серое, фабричное бытие рабочего аккуратно заменяется яркой ширмой из образов красивой жизни.
Не просто так нам выставляет красивую жизнь 1% населения в социальных сетях – это всё туманит наши умы.
Марксистский тезис: «бытие определяет сознание» становится всё актуальнее.
Человек может жить в крошечной хрущёвке или студии в кредит, питаться лапшой быстрого приготовления и работать на износ в доставке или на заводе. Но его сознание полностью оккупировано спектаклем, он чувствует себя причастным к миру роскоши, листая ленту инфлюэнсеров, покупая айфон в рассрочку и транслируя в сеть атрибуты «успешного успеха».
Но, поскольку спектакль производит не реальные блага и по сути является ненастоящим базисом, человек вынужден постоянно доказывать свою состоятельность.
Фильм «Особый взгляд» – особо остро демонстрирует эту проблему.
По сюжету девушка-инвалид начинает в социальные сети транслировать свою «богатую жизнь», чтоб её заметили, но от этого она не становится счастливее.
Потребитель, ты знаешь, что такое безумие?
Возвращаемся к началу статьи. На первый взгляд может показаться, что обилие странных новостей и их абсурд является результатом случайного стечения обстоятельств.
Спектакль существует по законам конкуренции. Он нуждается в постоянном внимании аудитории. Каждая новость борется с другой за место в новостной ленте. В результате возникает инфляция сенсации. Если вчера людей удивляла одна история, то сегодня для достижения того же эффекта требуется ещё более необычное событие. Спектакль вынужден постоянно повышать градус удивления, производя всё более странные и шокирующие образы.
Поэтому информационная повестка постепенно начинает напоминать поток сюрреалистических сюжетов. Блогерам например, необходимо поддерживать интерес для обеспечения просмотров.
Алгоритмы соцсетей способствуют этому и помогают отбирать самые странные, пугающие и удивительные новости. Чем эмоциональнее, тем лучше! выше вероятность её распространения.
Таким образом, сами технические механизмы информационной среды начинают воспроизводить логику спектакля без какого-либо единого центра управления.
Спектакль становится самоподдерживающей системой, что производит сенсации для привлечения внимания.
Поэтому у людей есть ощущение, что современный мир превратился в театр абсурда. Но это не признак реального роста безумия, это следствие работы общества спектакля.
И в этом обществе внимание – главный товар.
Спектакль разделения.
Не забываем, базис никуда не девается при спектакле, поэтому его базовые закономерности всё ещё работают. В том числе и резервная армия рабочих – мигранты.
В рамках спектакля они выполняют двойную функцию: они и дешёвая рабочая сила, и переключающий внимание общества раздражитель, что перенаправляет внимание с системных пороков на ложную, внешнюю угрозу.
Весь этот спектакль меняет осознание реальной эксплуатации населения (как местного, так и мигрирующего) ярким образом «вторжения».
Вместо того чтобы анализировать свою жизни, зритель поглощён созерцанием конфликта «своих» и «чужих». Впрочем, мы про это уже писали.
Одна из идей Дебора – люди начинают взаимодействовать не с событиями напрямую, а с их медийными образами. Буржуазия создала образ «врага-мигранта», и эксплуатирует его.
Спектакль разделил их и властвует над разделёнными, что только укрепляет систему.
Товарный фетишизм.
Бренды – самый демонстративный показатель спектакля. Например, чехол от Apple, с чисто практической точки зрения – это просто вязаная чехол-сумка, с малой себестоимостью, но это бренд! Стоит около $3 000. И так во всём.
Маркетологи любят оправдывать такие цены термином «added value» (добавленная стоимость) – мол, в цену входят дизайн, философия, исследования и магия бренда.
Однако по факту «добавленная стоимость» – абсолютная пустота и идеологический гипноз.
Единственный способ продать миллионы одинаковых смартфонов, футболок или сумок – раздуть вокруг них мифологию.
Мы живём в мире, где разорвана связь между трудом и ценностью.
Возьмём другой пример – Коко Шанель. Бренд появился и вошёл в мир моды с идеей освободить женщин от корсетов и дать им свободу в одежде. Сегодня покупка сумки Шанель за $10 000+ не имеет ничего общего с той идеей.
Напротив, бренд загоняет потребителя в ловушку финансового рабства и конформизма.
От образа бунтарки – в завёрнутый буржуазный статус.
Вы покупаете не столь сумку, сколько «паспорт» в высшее общество, выданный корпорацией.
Спектакль одного актёра.
Ну и наконец, пришли к тому, кто олицетворяет сегодня этот спектакль, являясь главным актёром – Дональд Трамп.
Он построил свою публичную карьеру на создании ярких медийных образов и постоянном присутствии в информационном пространстве, демонстрируя, как современная политика может превращаться в зрелище, где внимание аудитории нередко становится важнее содержательных дискуссий:
Громкие заявления, активное использование соцсетей, создание запоминающегося политического образа и постоянное привлечение внимания СМИ позволяют Трампу оставаться одной из самых обсуждаемых фигур современности.
Сегодня же Трамп балансирует на грани войны на Ближнем Востоке: сначала пообещав уничтожить их цивилизацию, затем заключить соглашение века, которое будет гарантировать мир... И тут же новое покушение на президента!
Фантасмагория бреда и ажиотажа, и всё ради того, чтобы переключить внимание публики от внутренних проблем и файлов Эпштейна. Никогда в истории человечества государственное управление не было столь откровенно сведено к законам цирковой иллюзии.
Вся эта медийная карусель, закрученная вокруг Трампа, выполняет две фундаментальных задач:
Во-первых, это дымовой занавес, призванный шокировать аудиторию.
Во-вторых, идёт ускорение монополизации рынка капиталом. Когда Трамп обещал закончить войну за 1 день, буржуазия знала, что это блеф. Акции упали, их быстро скупили монополисты.
Общество парадоксальным образом знает о тёмных страницах элиты, но из-за наведённого медийного ажиотажа воспринимает их не как повод для революции или трибунала, а как повод посмеяться.
Спектаклю – нет, революции – да!
Весь спектакль создан для одной цели: подавление революционных настроений и стравливание рабочих всех стран мира. В этом сценарии буржуазия едина: и российская, и украинская, и американская, и китайская.
Рабочий же наоборот – разъединён.
Можно сделать вывод, что нужно быть пессимистами, борьба проиграна, буржуазия в 1991-м году победила окончательно. Но насколько это реально?
Не всё потеряно! Чем больше людей увидят суть политики, тем выше шанс победить в новой классовой битве. Задача марксистов – помочь массам в этой задаче.
Концепция Ги Дебора этим и хороша, что позволяет увидеть тёмную сторону этого мира, когда скандалы и общественные дискуссии существует не сами по себе, а как часть борьбы за внимание.
Осознание существования спектакля не освобождает человека от его влияния полностью, но делает его менее уязвимым.
Когда мы понимаем, как работают механизмы производства образов, рекламы, политической пропаганды или интернет-трендов, нам становится проще сохранять критическое мышление и не принимать каждую яркую картинку за реальность.