Есть что-то неправильное в том, чтобы альфа пометил альфу? Глава 29
Юй Чэнсун не мог сосчитать, сколько уже раз он просыпался утром от жары. Он растерянно протер глаза.
Уже почти июнь, так что жара была вполне нормальна…
Пока он об этом думал, Юй Чэнсун вдруг почувствовал, что что-то не так. Его плечи, талию и ноги… Обхватывали руки и ноги Инь Гу.
Что он сделал прошлой ночью, что Инь Гу так крепко его обнял?
Он не пошевелился, но зевнул, наблюдая за Инь Гу.
Он не знал, сколько было времени и рассвело ли уже.
Инь Гу крепко спал, обнимая его и не двигаясь, но Юй Чэнсун не выдерживал. Ему нужно было пошевелиться, иначе, ему казалось, он умрет в следующую секунду.
Инь Гу обнимал его одной рукой за плечи, другой за талию, а одну ногу положил на его ноги. Он прижимался так крепко, что Юй Чэнсуну было трудно даже пошевелить рукой.
Он пошевелил ногой, собираясь перевернуться, но как только поднял колено, почувствовал, что что-то не так.
Сяо Сун-Сун как всегда энергичен.
Он немного виновато взглянул на Инь Гу.
В конце концов, они сейчас прилипли друг к другу, как двусторонний скотч, и его поведение выглядело как хулиганство.
Спящий Инь Гу выглядел совсем не мило. Его выражение лица было очень спокойным, как будто он игнорировал все вокруг. Его губы были плотно сомкнуты, и их цвет выглядел очень красиво. Мягкие ли они …?
Возможно, из-за слишком интенсивной борьбы с ним прошлой ночью, пижама Инь Гу не совсем соответствовала его нынешней спокойной позе. Воротник был немного приспущен, обнажая острые ключицы. Если их кусить…
Кадык Юй Чэнсуна яростно дернулся.
Он все-таки немного ошибся. Он мог бы часами лежать в этой позе, не шевелясь, и смотреть на Инь Гу.
«Укус» имеет особое значение для альф. Это признак того, что их животная природа не полностью деградировала, и чем сильнее альфа, тем сильнее его стремление «укусить» омегу.
И «омега» здесь является общим понятием, обозначающим любой объект желания.
Юй Чэнсун почувствовал зуд в зубах, его взгляд задержался на губах и ключице Инь Гу. Если бы он укусил...
Нельзя думать об этом, нужно идти в школу.
Он не забеременеет от одного прикосновения!
Что плохого в прикосновении хорошего друга?
Ничего страшного не случалась, когда они с Чжоу Чжэюйем трогали друг к другу, пока терли друг другу спины!
Юй Чэнсун медленно протянул руку, и слегка покрасневшие губы как будто говорили ему: «Давай же».
В тот момент, когда он коснулся губ, не успев почувствовать их на ощупь, Юй Чэнсун был застигнут врасплох взглядом пары растерянных глаз.
Инь Гу смотрел на него, хмурясь, и этот взгляд заставил Юй Чэнсун невольно выпрямился. Его сердце бешено заколотилось, а зрачки сузились.
Не дожидаясь реакции Инь Гу, он резко сел, и стал перелезать через Инь Гу, чтобы встать с кровати, и быстро спросил:
- Сколько сейчас времени? Мне нужно в туалет…
Инь Гу полностью не проснулся, даже не разглядел, что делает Юй Чэнсун. Он только увидел, как тот внезапно сел на него верхом, чтобы… Ударить?
Когда альфа спит, он действует инстинктивно. Инь Гу подсознательно захотел сесть и начать сопротивляться, но его ноги внезапно согнулись...
Юй Чэнсун прижал руку к нижней части тела, по которой пришелся удар, и упал на Инь Гу, словно у него переломили все кости. Его лицо побледнело от боли, глаза широко раскрылись, и он недоверчиво посмотрел на Инь Гу.
Инь Гу проснулся от этого крика боли, исходящего из глубины души, и только тогда понял, что только что сделал. Он попытался сесть, опираясь на кровать.
- Не двигайся, - Юй Чэнсун схватил его за руку. Его голос звучал странно, а в конце фразы послышалась дрожь, словно спецэффект. Он стиснул зубы и выругался: - Я… Блядь…
- Очень больно? - Инь Гу хотел поддержать его, но Юй Чэнсун скорчился от боли, его плечи дрожали, и он не мог найти, за что его взять.
- Ты… Хочешь тоже почувствовать? - Голос Юй Чэнсуна был хриплым, и он продолжал дрожать.
На полпути он получил удар коленом в такое уязвимое место... Это ублюдское возмездие... Он же не станет инвалидом, верно... Блядь, как больно, больно, больно, больно, больно, больно!!!!
- Прости, я..., - Инь Гу не смог сдержать смех, увидев выражение его лица, и, подавив улыбку, сказал: - Прости, я еще не проснулся. Давай посмотрю.
- Ты, блядь… Еще и смеешься, - из глаз Юй Чэнсуна текли слезы. Он говорил по одному слову, делая глубокий вдох, и дрожал, лежа на его животе.
Такую боль невозможно описать, это была боль из самых глубин его души. Он не мог думать ни о чем, только хотел поскорее прийти в себя и дать Инь Гу тоже прочувствовать страдания этого мира.
- Посмотришь, блядь... У тебя что, исцеляющие глаза? Один взгляд и все сразу проходит? Блядь...
Юй Чэнсун полусидел на Инь Гу, когда получил удар, и теперь он сидел прямо на его ногах, прижимая рукой свой член, но не мог сомкнуть ноги, потому что Инь Гу мешал ему.
Хотя это не могло облегчить боль, но это было бессознательным действием мужчины, дающим своему малышу чувство безопасности.
- Убери ноги! - Юй Чэнсун крепко зажмурился и молил небеса, чтобы боль утихла.
- Ах, прости, - Инь Гу поспешно осторожно сел, держа его за талию и медленно вытягивая ноги. Но Юй Чэнсун давил на него всем весом, и в итоге Инь Гу не мог пошевелиться, поэтому он слегка похлопал его по плечу: - Ты можешь немного приподняться?
- Вставай, сукин сын..., - Юй Чэнсун поднял голову и сердито посмотрел на него. - Сейчас... Уже здорово, что я могу говорить, ясно?
- Ты плачешь от боли? - Инь Гу на мгновение опешил, а затем поднял руку и коснулся уголка его глаза.
- Тебе, блядь, легко говорить, - вздохнул Юй Чэнсун. Первоначальная боль, пронзившая душу, прошла, теперь осталась только сильная физическая боль. - Давай и на тебе… Попробуем!
- Может, я тебе его помассирую? - Инь Гу снова не смог сдержать смех. - Больше я ничего не могу сделать.
- Бля, Инь Гу…, - Юй Чэнсун снова опустил голову, от боли по всему телу выступил холодный пот. - Я что, сделал тебе что-то плохое прошлой ночью, и ты мне мстишь…
- Не то чтобы. Ты просто спал в моих объятиях всю ночь, - честно ответил Инь Гу. - Я хорошо выспался.
- Если ты хорошо выспался, то какого хера ты меня пнул? - Юй Чэнсун почувствовал, что не может пошевелиться, иначе Инь Гу уже бы получил. - Я же просто потрогал твои губы, что такого-то? А, сшшш!
- А? Ты потрогал мои губы? - Растерянно спросил Инь Гу.
- ..., - Юй Чэнсун захотел влепить себе пощечину.
Даже сдаться полиции не было бы так больно.
- Встань, дай мне посмотреть. Должно быть, все довольно серьезно, раз болит так долго, - Инь Гу поддержал его за плечи и поднял, затем развел его руки в стороны, чтобы осмотреть.
- Бля, доблестный герой, перестань творить свое волшебство. Я понял, что был неправ, дай мне спокойно насладиться болью, не мучай меня.
- Извинения бесполезны? - Инь Гу посмотрел на него с улыбкой.
- Если они полезны, я тебе тоже сейчас врежу, а потом извинюсь, - раздраженно сказал Юй Чэнсун.
- Тогда я понял, - сказал Инь Гу.
- Что ты понял? - Юй Чэнсун уставился на него.
- Давай помассирую? - Предложил Инь Гу.
- Почему бы тебе не подуть, чтобы боль улетучилась?
- Если ты искренне просишь прощения, то не только говори, а сделай что-нибудь...?!
Когда Инь Гу протянул руку, Юй Чэнсун остолбенел, но, прежде чем он успел опомниться, понял, что ничего не сломал и нормально реагирует...
- Похоже, мое прегрешение не такое уж и тяжкое, - Инь Гу спокойно убрал руку. Юй Чэнсун застыл с немного шокированным выражением лица, что было довольно забавно, но в следующую секунду Инь Гу стало не до смеха.
Юй Чэнсун прищурился. Внезапно он схватил его за затылок, яростно поцеловал и без всякого мастерства укусил его за губу.
Боль всегда вызывает агрессию. Инь Гу застыл лишь на мгновение, а затем прижал его затылок и разжал зубы...
Они оба были неопытны, но один торопился и хотел только кусать губы другого, а второй целенаправленно и планомерно переплетал их языки...
Юй Чэнсуну не мог терпеть и схватил Инь Гу за ключицу. Это было так приятно, что он не хотел ее отпускать.
Инь Гу приложил немного силы и толкнул Юй Чэнсуна на кровать.
Вокруг царило волнение, температура в комнате постепенно повышалась.
Близость между двумя альфами с невероятной физической силой не требовала нежности или осторожности.
Я могу сильно укусить тебя, потому что знаю, что ты это выдержишь.
В этом возрасте эмоции выражаются просто и страстно: в одну секунду ты еще размышляешь о том, что правильно, а в следующую уже бросаешься в бой.
Я еще молод, я могу быть импульсивным, и перед тобой я готов быть импульсивным.
Тебе лучше быть таким же, ты должен быть таким же.
- Так вот каково это - прогуливать уроки, - с некоторым волнением сказал Инь Гу, глядя на пустую спортивную площадку.
- Можно еще сказать, что опоздал, - Юй Чэнсун пристегнул велосипед и спокойно пошел ко входу. - Иногда позволять себе отпустить себя - это же здорово, да?
Утренний полный страсти эпизод привел к тому, что первый и второй ученики в классе благополучно опоздали. Когда они вышли из дома, было уже почти девять, и сейчас должен быть конец первого урока.
На спортивной площадке никого не было, только они двое не спеша шли к зданию.
- Действительно, я чувствую себя не таким виноватым, как предполагал, - сказал Инь Гу и бросил на него взгляд, - Юй Чэнсун использовал очень двусмысленную фразу.
- Потому что ты ничего не потеряешь, - Юй Чэнсун полез в карман, достал две конфеты и протянул одну ему. - Чувство вины за пропуск урока может означать только то, что у тебя нет способностей и не хочешь прилагать усилия, а последнее утешение для себя - это «я уже чувствую себя виноватым, это мое наказание», но на самом деле это бесполезно
- Хорошая мысль, - Инь Гу разорвал обертку и сунул конфетку в рот. - Он еще болит?
- Блядь…, - Юй Чэнсун чуть не споткнулся на ступеньке, но Инь Гу вовремя поддержал его, так что он не грохнулся перед всей школой и, выпрямившись, тихо спросил: - Разве уместно спрашивать об этом в такой серьезной обстановке?
- Ну так как, он еще чувствительный? - На лице Инь Гу написано: «я задал абсолютно обычный вопрос».
Чтобы не выглядеть полным идиотом, Юй Чэнсун куснул конфету, улыбнулся и ответил:
Инь Гу с любопытством посмотрел на него.
- Да? А ведь недавно ты очень хорошо отреагировал…
Легкий ветерок обдул лицо Юй Чэнсуна, и когда ветер утих, он почувствовал жар.
Ощущение пальцев Инь Гу, прикосновение губ, хриплое дыхание... В его голове возникла объемная картинка.
Возбуждающе, очень возбуждающе, ранним утром не ходить на уроки и помогать друг другу в постели.
Способный, действительно способный. Как у него все получилось. Вот ведь, настоящему хулигану действительно не нужен опыт.
Юй Чэнсун спокойно показал ему средний палец.
Инь Гу поднял руку и с улыбкой показал «V».
Автор с раскрасневшимся лицом сделал глоток чая и торжественно произнес:
(Инь Гу: Кто сказал, что я не могу этого сделать?)