Нежить. Глава 3
- Моя фамилия Чжоу, а Жун как в «военное дело», а не как в имени сестрицы Хуан Жун*. Мы сидим в этом злосчастном городе Т уже больше полумесяца, и не получили ни фэня из нашего полевого довольствия. У нас почти закончились боеприпасы и пайки, и в этом хаосе мы будто воры. Как, по-твоему, появился этот вирус? Это мутация бешенства, или безумная генетическая военная тактика, используемая американским империализмом и западными державами для нападения на нашу страну? Пару дней назад я все еще следил за новостями, а прошлой ночью телевизионный сигнал и коротковолновое вещание были прерваны. Какая жалость для «Народной команды городского управления» и «Народного вещания», за которыми я неустанно слежу уже более полугода. Но самое прискорбное, что...
Чжоу Жун закурил сигарету, глубоко затягиваясь, и оглянулся на дрожащих членов команды. Боковое окно броневика было широко открыто, и в него со свистом врывался ветер.
- Он… Он уже ушел, - сказал один из мужчин. - Он просто вышел через окно...
- Когда ты начал говорить про новости.
Чжоу Жун на мгновение замолчал, затем с сожалением сказал:
- Какая жалость, я как раз собирался порекомендовать ему восьмой сезон «Народной национальной комиссии по развитию и реформам».
Волна зомби отправилась на юго-восток, и в данный момент по улице бродило всего с десяток живых мертвецов. Молодой человек, приземлившись, сделал кувырок, поднялся и в несколько шагов отступил к углу стены и быстро пробрался в разгромленную аптеку.
Свет лампы мерцал над его головой, а стены были забрызганы кровью. Поверх разбитых стеклянных прилавков лежали изуродованные останки трупов, и можно было представить, какая ужасающая сцена была здесь, когда вспыхнул вирус.
В связи с растущим призывом к расовому и гендерному равенству запрет на подавители омега-феромонов был снят во многих странах, но это по-прежнему были отпускаемые по рецепту препараты, которые строго контролировались. Молодой человек выставил перед собой карабин, обошел тело фармацевта, упавшее на прилавок, и прикладом разбил стеклянную витрину. Увидев знакомую инъекцию, он тихо вздохнул, быстро открыл упаковку и ввел лекарство в вену на руке.
Аптеку, вероятно, несколько раз грабили, но в ней все еще оставались кое-какие товары, например протеиновые порошки, энергетические батончики, энергетические напитки. С трупа он снял окровавленный рюкзак и свалил в него все, что мог унести, и даже нашел две упаковки таблеток для очистки воды.
Закончив, он поднял глаза. В разбитом зеркале у прилавка он увидел свое отражение.
Мотоциклетный шлем и куртка пропитались ржавым запахом крови, цвет его джинсов уже нельзя было различить, а к берцам прилипла засохшая плоть и кровь.
Внезапно он что-то обнаружил, немного расстегнул молнию и вытащил из-за воротника кулон.
Это был обычный медный медальон размером с карманные часы. Когда молодой человек открыл его, внутри, под тонким слоем стекла, оказалась старая фотография.
Молодая пара обнимала мальчика лет пяти-шести и улыбалась ему. Женщина была европейкой, со светло-русыми волосами и янтарными глазами. Даже с учетом ограниченных возможностей фотографии прошлого, ее выдающаяся красота была очевидна. Мужчина был азиатом, его внешность была утонченной и элегантной, полной учености, и у него было очень знакомое лицо.
Молодой человек закрыл глаза, не в силах сдержать вздоха. В его сознании промелькнуло несколько незавершенных образов: трясущийся салон самолета, крики, трупы, летящие пули, кейс, отливающий холодным серебряным цветом...
Затем картинка сменилась. Ранним утром, под холодным и серым небом, ноги в армейских ботинках ступали по мокрой от росы траве, а в ушах каждого солдата звучал голос: «...завтрашнего дня нет, надежды нет. Не ждите спасения, любые ошибки приведут нас к гибели… Вы будете последними живыми людьми на этой земле, которые будут сражаться с нежитью!...»
Молодой человек бессознательно покачал головой. Он хотел помассировать точку между бровями, но лишь коснулся твердой поверхности шлема.
В следующее мгновение сильный удар со стороны заставил молодого человека с грохотом упасть на землю. Инстинктивно он захотел схватить нападавшего за горло, но через несколько секунд по всему помещению разнесся грохот выстрелов!
Град путь обрушился со строны входа. За дверью кладовки несколько живых мертвецов, упавших на пол, дергались и бились в конвульсиях, и вскоре превратились в неподвижную груду плоти и крови.
Чжоу Жун опустил пистолет, выплюнул окурок и небрежно раздавил его ботинком.
Молодой человек оттолкнул “нападавшего” и сел, массируя место между бровями, в то время как в голове у него стучало.
- Привет. Мы только что вошли и увидели зомби, выходящих из кладовки, - Янь Хао поднялся и протянул руку молодому человеку, сидящему на полу. Тот схватил его за руку, подтянулся и поднял мотоциклетный шлем.
Цветоктак называют красивых или изящных людей Янь отвел взгляд. Хотя он и попытался это скрыть, румянец на его светлых щеках все равно был заметен. Он тяжело кашлянул и сказал:
Чжоу Жуну это показалось интересным, и, погладив подбородок, он улыбнулся:
Если бы народным массам времен апокалипсиса пришлось бы голосовать за десять самых паршивых пикап-фраз, эта фраза определенно была бы первой в топе.
Молодой человек не ответил. Он поднял рюкзак и закинул его на правое плечо. Держа карабин, который он взял у Янь Хао, дулом в пол, он обошел их двоих и направился к выходу.
Неожиданно, когда он проходил мимо, Чжоу Жун схватил его за руку.
Они пристально смотрели друг на друга. Среди беспорядка аптеки, казалось, постепенно все сильнее натягивалась невидимая тетива. Некоторое время спустя Чжоу Жун скромно улыбнулся:
- О чем ты? Ты ранишь меня своими словами... Очевидно, что мы несем ответственность за безопасность жизни и имущества гражданских лиц.
Молодой человек снова пристально посмотрел на Чжоу Жуна, чувствуя, что недооценил этого человека. Он должен быть не из местных вооруженных сил, а солдатом, который присвоил военную технику после того, как был с позором уволен.
- Не думай больше об этом, просто пошли с нами. Никто не посмотрит на те две пачки печенья в твоем рюкзаке, - Чжоу Жун легко смахнул кусочек плоти с плеча молодого человека, не испытывая отвращения. - Мы направляемся в городское подземное убежище, чтобы объединиться с остальной частью команды, собрать выживших гражданских и передать сигнал о нашем местоположении на базу. Мы сообщим местным властям, чтобы за нами прислали вертолет, чтобы забрать нас. Завтра в городе Т взорвут ядерную бомбу. Вот, это мое удостоверение личности.
В окровавленной перчатке без пальцев Чжоу Жун осторожно достал крафтовый конверт и открыл его. Внутри было официальное письмо о представлении отряда.
Он высокомерно помахал им перед глазами молодого человека, а затем, бережно убрал письмо обратно в защитный жилет.
- Ты никуда не сможешь пойти один. Нет смысла в таком личном героизме. Ты должен согласиться на условия организации… Сяогэ, напомни, как тебя зовут?
Наступила тишина. Взгляд молодого человека скользнул по полу. У его ног лежала перевернутая коробка с лекарствами, на которой было написано: «XX Si Nan Traditional Chinese Medicine Co., Ltd. (Партия № 2011XXXX)»
- ... Сы Нань, - хрипло произнес молодой человек. - Нань как «юг».
- Жидкости их организма очень токсичны, и после укуса вероятность заражения и смерти с последующей мутацией составляет 100%. Скорость мутации варьируется от человека к человеку. Самая быстрая мутация, которая наблюдалась на данный момент, составляет пятьдесят секунд с момента остановки сердца инфицированной жертвы. Самая медленная - около двадцати четырех часов, и в течение этого времени скорость трупного окоченения и разложения такая же, как у обычных трупов.
- Откуда эти объекты наблюдения?
- Несколько членов моей команды, - сказал Чжоу Жун, делая глоток.
По обеим сторонам отсека сидели по семь-восемь солдат спецназа, постоянно толкаясь влево и вправо, из-за того, что броневик врезался в зомби, преграждавших дорогу.
Янь Хао, сидевший рядом с Чжоу Жуном, достал из-за спины бумажный пакет и подал знак Сы Наню, чтобы тот взял его.
В пакете было несколько кусков шоколада с высоким содержанием протеина и немного прессованного печенья.
Сы Нань небрежно бросил бумажный пакет обратно, указывая на свой собственный рюкзак, подразумевая, что у него есть свой паек. Он сразу же спросил Чжоу Жуна:
- Когда вспышка вируса только началась, некоторые эксперты предположили, что это коллективное бешенство, так что первую партию инфицированных отправили в местный гарнизон для наблюдения. После этого гарнизон, естественно, был уничтожен, - Чжоу Жун пожал плечами, выражая вежливые соболезнования. - Если сейчас отправиться в туда, там должны быть заперты десятки тысяч вооруженных живых мертвецов, бродящих единой плотной массой… Это действительно ад для людей с трипофобией*.
- Тогда зачем вы приехали в город Т?
- Выполнить задание, - тихо сказал Янь Хао.
Сы Нань взглянул на него. Янь Хао сосредоточенно смотрел в пол раскачивающегося броневика, его губы сжались в слегка напряженную линию.
- Мы приехали, чтобы выполнить миссию, но нам не повезло. Мы столкнулись с нашествием зомби, поэтому мы временно изменили цель и решили отправиться в убежище, чтобы спасти гражданских.
Сы Нань не ответил на его вопрос.
- Как продвигается ваша миссия?
Он думал, что цель этой команды была такой же, как у Тан Хао и других - захватить омег, так называемые драгоценные и критически важные ресурсы, из зоны боевых действий.
Кто бы мог подумать, что Чжоу Жун вздохнет и меланхолично скажет:
- На этот раз я… Цель миссии погибла, боюсь, я буду наказан, когда мы вернемся...
- Возможно, он все еще жив, - внезапно снова прошептал Янь Хао.
Все члены команды посмотрели на них. Чжоу Жун риторически спросил его:
- А ты бы смог выжить после свободного падения с высоты в девять километров?
- Жун-гэ! - крикнул водитель. - Карта обновлена с учетом последней информации о дорожной обстановке, подойди и взгляни!
Чжоу Жун встал, подошел к водительскому отсеку и сильно хлопнул Янь Хао по плечу, когда проходил мимо.
Сы Нань внезапно осознал, что всякий раз, когда он разговаривал с Чжоу Жуном, Янь Хао часто встревал, передавая ему что-то или прерывая, и намеренно или непреднамеренно подчеркивал свое присутствие.
Янь Хао внезапно прикрыл рот кулаком и закашлялся, передавая ему пачку сигарет «Чжунхуа».
Сы Нань очень походил на азиата, но глаза у него были янтарного цвета, совсем как у матери, и когда он неотрывно смотрел на человека, возникала иллюзия, что они холодны, как что-то неорганическое.
Он смотрел на Янь Хао так более десяти секунд, прежде чем покачать головой.
Янь Хао немного нервничал. Он улыбнулся ему, затем достал сигарету, но не закурил. Он лишь повертел ее в пальцах, словно успокаивая так свои эмоции.
Вскоре Чжоу Жун вернулся в задний отсек с кейсом для снаряжения. Он сел и вздохнул:
- Это непросто. При нашей текущей скорости нам понадобится еще два часа, чтобы добраться до убежища, но мы не знаем, какая плотность зомби на улицах центра города. Я поднимусь наверх и пройдусь по окрестностям из пулемета, а вам, ребята, стоит поторопиться и немного поспать… Что? Сяогэ, почему ты на меня так смотришь?
Чжоу Жун открыл металлический кейс с запчастями для огнестрельного оружия. Из одного из отделений для инструментов он достал рубиновую серьгу и надел ее в правое ухо.
Сы Нань сидел напротив них, и его взгляд переместился с уха Чжоу Жуна на ухо Янь Хао. В тусклом свете броневика поблескивали два одинаковых рубина.
В этот момент его замешательство рассеялось, и он почувствовал, что что-то понял.
- Простите, - искренне сказал Сы Нань, встал и похлопал Янь Хао по плечу. Не оборачиваясь, он прошел в передний отсек и сел рядом с водителем.
В заднем отсеке воцарилась странная мертвая тишина.
Но Сы Нань был очень добр и проигнорировал это. Он кивнул водителю, извиняясь за беспокойство, затем закрыл глаза и задремал.
Предыдущая глава | Оглавление | Следующая глава
* Хуан Жун - вымышленная главная героиня романа уся «Легенда о героях Кондора» Цзинь Юна. В ее имени Жун - 蓉, в значении лотос, цветок
*Трипофобия - страх или отвращение при виде скопления мелких отверстий, узоров или объектов, расположенных близко друг к другу