Нежить. Глава 43
Чжоу Жун рухнул на карниз в тот момент, когда небо на востоке озарилось ярким голубым светом, и обессиленно выдохнул.
У него осталось двадцать одна пуля, четыре ручные гранаты, боевой нож, кинжал, штурмовая винтовка и пистолет.
Хотя он был практически на пределе, он провел целых две долгих ночи в городе зомби. Чжоу Жун чувствовал, что как-будто какая-то невидимая сила защищает его.
Чжоу Жун посмотрел на бескрайнее море зомби. В каком уголке города он прячется?
Он взглянул на часы. С тех пор, как исчез Сы Нань, прошло тридцать шесть часов.
Впал ли он в уныние, потерял надежду или даже был... Мертв?
Нет, этого не могло случиться.
Хотя для этого нет никаких оснований, по какой-то причине Чжоу Жун чувствовал, что Сы Наня так легко не убьют. Наиболее вероятно, что он был безоружен и оказался где-то в ловушке, постепенно теряя уверенность в том, что 118-й вернется, чтобы забрать его, поэтому прятался в каком-нибудь неизвестном углу, вытирая слезы. Или он собирался, готовясь отправиться в путь и с боем пробиваться к аэропорту в пригороде.
Чжоу Жун стиснул зубы, заставляя себя сесть.
Если бы после сорока восьми часов поисков не будет результата, Чжоу Жун решил рискнуть и вернуться в аэропорт, а там действовать по ситуации: или ждать Сы Наня на месте, или возвращаться на броневике в город, чтобы продолжить поиски.
- Держись, - пробормотал он. Было неясно, обращался ли он к самому себе или к воображаемому Сы Наню, улыбающемуся и машущему ему рукой.
- Держись, мы сможем снова увидеть друг друга.
Чжоу Жун затянул повязку на левом бедре. Когда орда зомби загнала его в тупик, у него не было другого выбора, кроме как спасаться бегством, перепрыгивая с одного дерева на другое. В конце концов, его пронзила ветка дерева, оставив рану размером с ладонь, но она больше не кровоточила. На грязной и пожелтевшей повязке осталось засохшее темное пятно крови. Оно выглядело немного пугающе, но, к счастью, не мешало его движениям.
Держа в руках мегафон, Чжоу Жун спрыгнул с карниза, не обращая внимания на собирающихся поблизости зомби. Он спрыгнул с дерева на улицу и уже собирался громко закричать, но внезапно остановился.
На углу улицы, вдалеке, кто-то, повернувшись к нему спиной, заходил в хозяйственный магазин.
Этот человек был одет в толстовку с капюшоном, и со спины его фигура казалась мускулистой. Чжоу Жун некоторое время смотрел на него, думая, что этот человек, возможно, даже на полголовы выше его. Более того, помимо роста, сравнимого с ростом Яо Мина*, этот человек имел мускулатуру Майка Тайсона. Несмотря на такое расстояние, все равно создавалось ощущение, что смотришь на гору, движущуюся по земле.
Чжоу Жун на мгновение задумался. Он не стал раскрывать себя, а бесшумно последовал за ним.
Роммель повернулся, удерживая Сы Нань на месте.
Женщина быстро вбежала в комнату и зафиксировала одну из ног Сы Наня. Она всем телом прижала его и приковала его левую руку наручниками к кровати. Весь процесс был хорошо отработан, казалось, что за прошедшие сутки она повторяла это уже много раз.
Сы Нань нахмурился, сильно изогнулся всем телом и издал болезненный рев. Роммель подал знак женщине выйти, затем сел на Сы Наня, удерживая его, подавив все попытки сопротивления. Зажав его подбородок, он зарычал:
Сы Нань не обращал на него внимания.
Роммель кричал ему прямо в ухо без остановки так громко, что разбудил бы даже мертвого. Прошло несколько минут, прежде чем вздохи и хрипы, наконец, постепенно прекратились, и Сы Нань ошеломленно открыл глаза.
- Посмотри на меня! - Крикнул Роммель.
- Что ты вспомнил? - Роммель пристально посмотрел в его налитые кровью глаза, четко произнося каждое слово. - Когда ты был на базе «Белый орел», как ты связался с военными страны К? Где готовые антитела? Скажите мне!
Сы Нань пошевелил губами. Однако, поскольку он не получал ни воды, ни еды в течение последних двенадцати часов, а также из-за продолжающегося жесткого допроса, он был чрезвычайно измотан, и ему было трудно даже издать звук.
Роммель смешал кленовый сироп с водой, вернулся и опустился на одно колено рядом с ним. Смотря сверху вниз, он приказал:
- Это ведь совсем как шоколад, да? - Роммель наконец сдался и холодно спросил.
Сы Нань не собирался обращать на него внимания и закрыл глаза.
Этот молчаливый отказ, подобный железной стене, заставил Роммеля почувствовать себя растерянным. Он с силой швырнул стакан с сиропом на пол, и осколки стекла разлетелись по всему полу.
Некоторое время в комнате было очень тихо, холодный ветер свистел в окне, и было слышно только рваное дыхание Роммеля, сдерживающего свой гнев.
Удушающая пауза длилась несколько минут.
- ... Ладно, я признаю это, - снова заговорил Роммель. Удивительно, но он не кипел от ярости, и его тон даже можно было даже назвать спокойным и сдержанным. Он сказал: - Хорошо, я признаю, с шоколадом я был неправ.
В жизни Роммеля количество раз, когда он говорил, что не прав, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Даже его собственный отец, возможно, не слышал этого дважды.
- Во время твоего слабого периода я не должен был просить тебе самому включать электрошок в качестве наказания и использовать шоколад, чтобы подтолкнуть тебя к этому... Но ты же знаешь, - Роммель сделал паузу, прежде чем напряженно продолжить. - Если зомби укусит тебя во время тестового сценария, ты будешь наказан. Как солдаты, прошедшие специальную подготовку, мы оба испытали это. Хотя интенсивность симуляции, которую ты испытывал, была выше, чем у кого-либо на базе «Белый Орел», и ты считаешь унижением использование еды в качестве стимула…
Роммель глубоко вздохнул, пытаясь совладать с эмоциями.
- Твое детское упрямство бессмысленно, Ной. Просто представь, что сейчас ты умираешь от голода, а перед тобой лежит только кусочек шоколада. Если ты его не съешь, ты умрешь. Ты все еще будешь настаивать на этой глупости?
Он никак не ожидал, что Сы Нань откроет глаза, повернется к нему, слегка улыбнется и скажет:
Эти два слова прозвучали так хрипло, что их было почти не слышно, но едва заметное движение губ было реальным. Роммель был ошеломлен.
- Я уже давно начал есть шоколад, - сказал Сы Нань, не скрывая злорадства в своей улыбке. - Пару дней назад кто-то дал мне немного, и я съел большой кусок.
Роммель совершенно не знал, что сказать. Он, застыв, стоял на месте.
Сы Нань сел на пол, прислонившись головой к краю кровати. Казалось, что эти слова израсходовали всю его энергию.
Роммель всегда знал, что у Ноя была чрезвычайно экстремальная и загадочная сторона характера. Если сравнивать его с обычными людьми, то в некоторых моментах он был очень похож на ребенка, причем на очень инфантильного и обиженного ребенка.
Он ненавидел других и ненавидел самого себя.
Когда голод становился невыносим, у него возникала чрезвычайно сильная потребность в стимуляторе - шоколаде, и поэтому он был готов принять условие Роммеля самостоятельно запустить электрошок, терпя двойную пытку физической болью и психическим унижением.
Но после этого у него также развился посттравматический синдром, и с тех пор он отказывался от шоколада во всех его формах, его даже рефлекторно рвало, когда он ел подобное.
Роммель заметил, что его тошнота была похожа на некоторые расстройства пищевого поведения. На самой ранней стадии это было наказание самого себя. Однако вскоре это переросло в настоящую реакцию на стресс, и в какой-то момент он больше не мог даже прикоснуться к чему-либо со вкусом шоколада.
Параноидальный, самоконтролируемый и зацикленный. Поверив во что-то, он постоянно укреплял свои собственные мысли, глубоко запечатлевая их в своем мозгу, формируя катализатор инстинктивного поведения.
Такой характер обычно не меняется.
Роммель не ожидал, что наступит день, когда его так называемый младший брат преодолеет эту травму. Если он не лгал.
Где-то глубоко в сердце Роммеля что-то шевельнулось. Казалось, он хотел сделать что-то, но остановился.
Через мгновение, испытывая сложные чувства, он кашлянул. Расстегнув молнию куртки, он показал уголок шарфа внутри.
- ...Ной. Посмотри на это, Ной.
Он взял Сы Наня за подбородок, заставляя его повернуться к себе. Однако на этот раз его действия были намеренно намного мягче.
Это был самый обычный темно-серый кашемировый шарф. На нем не было никаких рисунков, и он был очень тонким. Из-за своего возраста края уже были обтрепаны, и на самом деле он не очень сочетался с атмосферой высшего общества, которую излучал Роммель.
Сы Нань бросил на него быстрый взгляд.
- В тот год, когда умерла моя мать, я прилетел из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, чтобы присутствовать на ее похоронах. В то время ты тоже был там, - медленно произнес Роммель. - После похорон я пошел в лес один. Тогда шел дождь. Ты вдруг подошел и протянул мне этот шарф... «Разве тебе не холодно вот так?» спросил ты меня тогда. А я в ответ махнул рукой, отбросил шарф и накричал на тебя, велев убираться. Ты больше ничего не сказал, только посмотрел на меня, а потом отвернулся и ушел из леса.
Много лет спустя Роммель все еще ясно помнил все детали этой сцены, включая бледное лицо своего младшего брата, закутанного в черное пальто, его ресницы, покрытые капельками дождя, а также его развевающуюся одежду, когда он молча повернулся и ушел.
Причина, по которой это воспоминание так глубоко запечатлелось в его памяти, была в том, что это был первый раз, когда Ной проявил инициативу и заговорил с ним с такой мягкостью.
Однако это был и последний раз. Таким образом, у Роммеля больше никогда не было возможности подтвердить свою мысль, которая бесчисленное количество раз крутилась в его голове: если бы в тот момент он отреагировал совершенно по-другому, сложилось бы все иначе?
- На следующий день, перед тем как уехать из Лос-Анджелеса, я вернулся в тот лес. Я подобрал твой шарф и хранил его до сих пор.
Роммель снял шарф с шеи и посмотрел прямо в спокойные глаза Сы Наня.
- На этот раз, перед приездом в Китай, я специально взял его с собой, поскольку знал, что беспрецедентная катастрофа уже началась, и человечество вскоре может быть стерто с лица земли. И сегодня, когда мы воссоединились во время апокалипсиса, учитывая, что многое закончилось, даже не успев начаться, есть ли еще шанс вернуться в то время, когда все только начиналось, и начать все заново? Если ты согласен, скажи мне, где находятся готовые антитела, - тихо, почти шепотом, сказал Роммель. - Как только вакцина будет разработана, человечество построит последнюю крепость безопасности, и мы оба сможем быть среди первых, кто войдет в нее… Я гарантирую, что все болезненное прошлое навсегда останется только воспоминаниями, и я позволю тебе жить очень хорошей жизнью, такой, какую ты даже не мог себе представить в прошлом, жить очень хорошо.
- Это правда. Пока ты веришь мне.
После долгого молчания Сы Нань тихо сказал:
- Я знаю, - Роммель помолчал и спросил в ответ: - Но, как и шоколад, то, что ты думал, не изменится, в конечном итоге изменилось, не так ли?
Сы Нань поднял правую руку, на которой не было наручников. Двумя пальцами он погладил край шарфа, который износился от долгого использования.
Роммель посмотрел на него, его взгляд был полон ободрения, а еще в нем был слабый след тревожного ожидания, которого он даже не заметил.
Сы Нань внезапно слегка улыбнулся.
Хотя эта улыбка была очень слабой, она была странной. Он отпустил шарф, покачав головой.
-Что? - Невольно спросил Роммель.
- Я уже не помню, - сказал Сы Нань, улыбаясь. - Но я не тот человек, который сделает что-то подобное, особенно для тебя. Так что, либо ты лжешь...
- Неужели? Тогда это, должно быть, я хотел воспользоваться тем, что ты был один, и задушить тебя шарфом, - лениво сказал Сы Нань. - Но ты меня неправильно понял.
Роммель вскочил, его лицо то краснело, то зеленело. Но прежде чем он успел что-то сказать, следующие слова Сы Наня стали искрой, которая разожгла его ярость.
- Ты слишком себе льстишь, «гэгэ», - сочувственно сказал Сы Нань. - Точно так же, как твой отец вел себя по отношению к моей матери... До самой своей смерти она ни разу не посмотрела прямо на него.
В комнате внезапно раздался резкий дрожащий рев:
Женщина быстро распахнула дверь и увидела своего босса, стоящего у кровати. Когда он обернулся, его зрачки застилала ужасающая мутно-серая дымка.
- Сыворотка правды, - прошипел он, скрежеща зубами, и его ярость делала каждое его слово ледяным. - Принесите сюда всю сыворотку правды!
Абель небрежно выстрелил в нескольких полуразложившихся зомби в переулке, убив их. Держа в руках картонную коробку, он вышел во двор и увидел Джейн, стоящую под деревом со скрещенными на груди руками. За плотно закрытой дверью доносились звуки чего-то падающего на пол, а также шума, как будто кто-то что-то перебирал и бросал.
- Ты вернулся? - Джейн вынула сигарету изо рта. - Что-нибудь нашел?
Абель молча поставил картонную коробку на землю и начал вынимать из нее разные предметы.
Батарейки, ножи, металлические детали, полбутылки машинного масла, полбутылки байцзю*.
Джейн взяла бутылку байцзю, запрокинула голову, сделала глоток и сказала:
- Это место не из лучших, в южных прибрежных районах вещей гораздо больше. Видел живых?
Джейн внезапно бросила взгляд ему за спину и резко крикнула:
Абель резко повернул голову и двое одновременно посмотрели на вершину стены, скрытую деревьями.
Несколько секунд не было никакого движения, затем деревья внезапно слегка затряслись, и темная тень с жалобным воем пронеслась над стеной - это была тощая серая кошка.
- Мелочь, - насмешливо сказала Джейн. Было неясно, имела ли она в виду кошку или человека в доме.
- Когда ты только вошла в «Белый орел» и проходила у него обучение, ты так не говорила.
- Так ты не чувствуешь удовлетворения, видя, как сейчас пытают такого человека?
- Особенно такого инструктора, как он, сурового и жестокого, всегда держащегося отчужденно, никогда ни на кого не смотрящего прямо... Пытать такого человека действительно приятно.
Абель задумался. Прежде чем он успел ответить, дверь открылась.
Охваченный яростью, Роммель подошел, не глядя на двух подчиненных, которые вытянулись по стойке смирно.
- Самолет разбился на севере, - холодно сказал Роммель. - Должно быть, он выбросил вещи там. Абель, посади его в машину и готовься к отправлению.
Подчиненный, который, казалось, был отлит из металла, немедленно подчинился приказу. Склонив голову, он вошел в дом. Некоторое время спустя он вышел, неся на плече неподвижного человека без сознания.
В углу стены, за ветками дерева, зрачки Чжоу Жуна резко сузились.
Хотя по дороге у него было смутное предчувствие, увидев это собственными глазами, он почувствовал, как будто игла вонзилась прямо в его сердце, вызвав болезненный спазм.
Сы Нань никогда бы не приблизился к неизвестным альфам, не говоря уже о том, чтобы дать себя легко поймать. Чжоу Жун почти мог представить себе ту сцену - голодный и измученный жаждой Сы Нань, услышав звук приближающейся машины, подумал, что это 118-й возвращается, чтобы спасти его, и радостно выбежал из своего укрытия, размахивая руками и крича в сторону машины. Однако, когда он обнаружил, что у другой стороны не было добрых намерений, было уже слишком поздно. Мало того, что другая сторона были три хорошо обученных альфы, к тому же вооруженные...
Чжоу Жун с трудом сдерживал свое яростное дыхание, крепко вцепившись в стену.
Его ногти глубоко впились в стену, оставив на кирпичах четыре четких следа, а из-под ногтей сочилась кровь.
Бесшумно спрыгнув на землю, Чжоу Жун быстро переместился к углу ворот. Он полностью скрылся за стеной и, смотря через прицел винтовки, изучал трех альф.
Двое мужчин и одна женщина. По какой-то причине мужчина, отдавший приказ, почему-то показался ему смутно знакомым, но в данный момент у Чжоу Жуна не было времени думать об этом.
Если бы он открыл огонь в текущих условиях, Чжоу Жун был уверен, что с его способностями он мог бы убить этого человека одним выстрелом или, по крайней мере, лишить его возможности двигаться. Однако у другой стороны были еще два бойца, и что, если они используют Сы Наня в качестве щита?
У них была машина, и как только они уедут на ней, догнать их снова будет трудно. Что тогда они сделают с Сы Нанем?!
Дуло винтовки слегка сместилось, и цель в прицеле теперь сменилась на мускулистого мужчину, несущего Сы Наня. Чжоу Жун прищурился.
Если он выстрелит в этого мужчину, у Сы Наня будет шанс освободиться и быстро сбежать. Однако с этого ракурса было видно, что Сы Нань вообще не двигался, и вполне возможно, что он потерял сознание...
«Успокойся», сказал себе Чжоу Жун, «успокойся».
Он работал в департаменте, где обеспечение охраны политических лиц было самым серьезным, а уровень безопасности - самым высоким. Когда-то он был телохранителем высшего руководителя страны, и он также отвечал за безопасность многих иностранных гостей, которые были главами государств.
Он пережил много опасных ситуаций и совершил много подвигов. В профессиональных вопросах официальный рекорд Чжоу Жуна по количеству ошибок всегда был равен нулю.
Никогда раньше он не испытывал такого чувства, как сейчас, когда по всему телу пробегали волны неконтролируемых тревоги и гнева.
Чжоу Жун перевел дуло винтовки влево, целясь прямо в ногу Роммеля и держа палец на спусковом крючке.
Но в этот момент женщина-альфа внезапно закричала:
Выйдя из бессознательного состояния, Сы Нань внезапно задергался, издал звериный, ужасающий рык и рухнул на землю!
Он ничего не ел уже почти сорок восемь часов, и был чрезвычайно ослаблен. Однако сила, с которой он боролся, была настолько велика, что даже Абель не смог ей противостоять. Застигнутый врасплох, он позволил Сы Наню упасть на землю, и тут же закричал:
Роммель и Джейн бросились вперед. Абель схватил Сы Наня за руку и швырнув его, отчетливо послышался звук вывихнутого локтя.
Тем не менее, это выглядело так, как будто Сы Нань потерял способность чувствовать боль, и даже такая острая боль нисколько не замедлила его. В мгновение ока он фактически вывернул локоть назад, подпрыгнул и ударил Абеля ногой в спину, а другим локтем сильно ударил его в шейный отдел позвоночника!
Абель взревел от боли, мгновенно сбросив Сы Наня.
Именно в этот момент Чжоу Жун трижды нажал на спусковой крючок.
Первая пуля попала в икру Абеля, и с шумом мускулистый мужчина рухнул на колени.
Вторая пуля попала женщине-альфе в плечо. Прежде чем она успела положить палец на спусковой крючок пистолета, он вылетел у нее из руки.
Третья пуля уже была в воздухе, когда Роммель молниеносно развернулся и выстрелил в сторону укрытия Чжоу Жуна!
Чжоу Жун ловко уклонился, и часть кирпичной стены разлетелась на осколки и пыль!
- Там! - Крикнул Роммель, используя непрерывную стрельбу, чтобы подавить Чжоу Жуна и не дать ему возможности открыть ответный огонь. Он шагнул к кирпичной стене!
- Босс, - раздался пронзительный крик Джейн. - Вернись! Он потерял контроль!
Они увидели, что Сы Нань, пошатываясь, встал. Его зрачки были чрезвычайно расширены, глаза налиты кровью. С его пепельным лицом он выглядел как обезумевший зомби. Сдвинув локоть, который был вывернут в странном положении, он с громким хрустом вернул его на место и пристально уставился на Абеля.
Из его груди медленно вырвался хрип - этот звук был похож на рев растерянного и обезумевшего животного на грани смерти.
«Убей их», постоянно повторял голос в его голове.
Все превратились в зомби, их лица были расплывчатыми. Галлюцинации от передозировки сыворотки правды непрерывно мелькали перед его глазами, и Сы Нань никак не мог ясно разглядеть, кто стоит перед ним.
Все, что движется, - зомби, убей их.
В этот момент Абель даже почувствовал, как по спине пробежал холодок. Волоча ногу, он отступил на пару шагов, но тут же увидел, как Сы Нань бросился к нему, у него не было времени увернуться. Удар отбросил его назад!
Женщина громко выругалась. Держась за раненое плечо, она побежала к Сы Наню.
Чжоу Жун подлетел к стене. Под градом пуль он прыгнул, сбивая Роммеля с ног. В этот момент пули пролетели прямо рядом с его сонной артерией, и два человека одновременно выбили оружие друг у друга. АК-47 выстрелил очередью в воздух, и в следующий момент на земле и кирпичной стене появились воронки!
Чжоу Жун уперся локтем в горло Роммеля, прижимая к земле, и проревел:
В этот критический момент Чжоу Жун увидел его глаза, и его сердце упало.
Глаза Сы Наня были расфокусированы, сосуды полопались. Он был таким худым, что едва походил на человека, и его внешний вид был еще более устрашающим, чем на строительной площадке, он даже излучал кровожадность живого мертвеца.
Сы Нань больше не узнавал его.
Его взгляд, устремленный на Чжоу Жуна, ничем не отличался от взгляда, когда он смотрел на трех других альф или даже когда он смотрел на зомби.
Предыдущая глава | Оглавление | Следующая глава
* Яо Мин - китайский баскетболист, его рост 229 см
* Байцзю - традиционный китайский алкогольный напиток, наиболее близкий к водке.