Есть что-то неправильное в том, чтобы альфа пометил альфу? Глава 53
В кабинет директора Хана набилась целая толпа. Всех, кто еще мгновение назад стоял в коридоре, собрали и завели внутрь, так что маленький кабинет оказался полон.
Юй Чэнсун и Чжоу Чжэюй выбрали тихий уголок и прислонились к стене, чтобы поиграть в телефоны. Как только Юй Чэнсун разблокировал экран, раздался крик директора Хана.
- Ай, - вздохнул Юй Чэнсун, убрал телефон, поднял руку. - Здесь.
Независимо от того, что послужило причиной драки, независимо от того, был ли он причастен к ней или нет, одно лишь его присутствие на месте, даже если он просто проходил мимо, гарантировало, что он будет первым, кого будут спрашивать.
Директор Хан по-прежнему возлагал на него слишком большие надежды.
Хотя на этот раз он не разочаровал.
Директор Хан сделал глоток чая и нахмурился:
- Итак, что произошло? Что вы все делали?
- Я просто проходил мимо, курил, - Юй Чэнсун, прислонившись к стене, с невинным видом указал на Инь Хэ. - Когда я спускался по лестнице, я увидел этого подозрительного парня, который схватил девушку за руку. Я попросил его отпустить ее. Вот и все.
- Я не делал этого! - Инь Хэ указал на него: - Это все ложь...!
- Он даже ругался на нас, - спокойно перебил его Чжоу Чжэюй. - Он оскорбил меня и Чэнсуна прямо здесь, в нашей школе. Это практически как пощечина. К счастью мы достаточно цивилизованные, чтобы не опускаться до его уровня.
- У тебя еще хватает наглости это говорить? - Усмехнулся директор Хан.
Чжоу Чжэюй без тени смущения коснулся своей щеки и самодовольно улыбнулся:
- По крайней мере, я прекрасный цветок нашей школы.
- Скорее уж сорняк, - фыркнул директор Хан и повернулся к Инь Хэ: - Как тебя зовут? Из какой ты школы? Дай мне номер телефона твоего классного руководителя.
Инь Хэ отвел взгляд от Юй Чэнсуна и посмотрел на директора Хана. Он глубоко вздохнул и попытался справиться с унижением, которое испытал, когда его только что избили.
Но чем больше он подавлял свой гнев, тем сильнее тот разгорался. Он сделал пять глубоких вдохов, прежде чем смог заговорить. Как только он открыл рот...
- Этот парень утверждает, что он младший брат Инь Гу, - внезапно сказал Юй Чэнсун, бросив на него скептический взгляд. - Директор, Инь Гу даже не был похож на него. Я думаю, он врет.
- Я тоже так думаю! - Кивнул Чжоу Чжэюй. - Эй, а может быть, кто-то из другой школы издевается над Инь Гу из-за его хороших оценок? В конце концов, раньше немало людей доставляло неприятности.
- Да, - кивнул Юй Чэнсун. - Возможно.
Они оба говорили как по ролям, не давая Инь Хэ вставить хоть слово.
Директор Хан задумчиво посмотрел на Инь Хэ, а затем махнул рукой:
Сказав все, что хотел, Юй Чэнсун опустил голову и разблокировал телефон, одновременно поднимая руку:
- Ответь на мой вопрос, - директор Хан обратился к Инь Хэ. - Говори. Ты только что был таким высокомерным, а теперь почему вдруг замолчал?
Когда он был высокомерным? Если бы только эти парни не спровоцировали его...
Инь Хэ был практически в ярости из-за этого дикого директора и учеников этой дикой школы. Его дыхание сбилось, а лицо, и без того бледное из-за атаки феромонов, стало еще бледнее. Тем не менее, он стиснул зубы и сказал:
- Инь Хэ. Из другого города. Я пришел, чтобы увидеть Инь Гу.
- Инь Хэ? - Директор Хан засомневался. - Ты действительно младший брат Инь Гу?
Теперь у Инь Хэ не было другого выбора, кроме как обратиться за помощью к Инь Гу, на которого он всегда смотрел свысока, чтобы тот помог ему развеять подозрения. Он кивнул с мрачным видом.
- Хорошо, Чжоу Чжэюй, иди приведи Инь Гу, - сказал директор Хан.
- Не нужно, - Юй Чэнсун выключил телефон и взглянул на дверь. - Он уже пришел.
- Что ты лезешь везде! Ты…, - директор Хан не успел договорить, как в дверь постучали и раздался приглушенный голос Инь Гу:
Директор Хан замолчал, инстинктивно взглянув на бесстрастное лицо Юй Чэнсуна. Он подумал: «У этого парня развилось ясновидение или что? Как он так точно предсказал это?».
Дверь открылась, и вошел Инь Гу. Сначала он улыбнулся и кивнул директору Хану, а затем украдкой взглянул на Юй Чэнсуна. Они быстро переглянулись, не сказав ни слова, и просто кивнули друг другу, как обычные одноклассники.
Наконец взгляд Инь Гу остановился на Инь Хэ, лицо которого было бледным, а губы - бескровными. Он слегка нахмурился и разочарованно произнес:
- Инь Хэ, как ты мог так поступить с моими ни в чем не повинными одноклассниками? Ты забыл, что говорили наши родители? Если бы одноклассник вовремя не предупредил меня, как долго бы ты продолжал создавать проблемы?
Инь Хэ замер, а затем с недоверием уставился на него широко раскрытыми глазами.
Но Инь Гу уже отвернулся. Он поклонился группе людей с искренним сожалением.
- Я приношу извинения за поведение моего брата. Мне очень жаль.
Гу Тин не могла понять, что происходит, но все же кивнула:
Идеальная церемония извинений затормозилась на Юй Чэнсуне и Чжоу Чжэюйе.
Юй Чэнсун цокнул, и Чжоу Чжэюй сразу уловил подтекст. Он многозначительно посмотрел на Инь Хэ и сказал:
- Это действительно твой брат? Вас что, воспитывали отдельно? Как он мог вырасти таким придурком? Он не так хорош, как ты. Помимо всего прочего, у него даже нет элементарных манер.
Инь Хэ замер, внезапно не в силах поднять взгляд.
В глазах этой группы людей читалось презрение, которое он ненавидел и боялся больше всего. Это было откровенное пренебрежение, сцена, которой он избегал и с которой боролся более десяти лет.
Как будто он был бесполезной грязью, недостойной второго взгляда, в то время как Инь Гу безупречным хотанским нефритом.
И без того бледное лицо Инь Хэ стало еще бледнее. Оторвавшись от игры в телефон, Юй Чэнсун сравнил его с только что побеленной стеной кабинета и пришел к выводу, что лицо Инь Хэ было белее.
- Инь Гу, - директор Хан нажал на виски. - Хотя он и твой брат, это нельзя просто так оставить. Он без разрешения проник на территорию школы и открыто приставал к ученице. На этот раз ничего не произошло, но если бы что-то случилось, кто знает, насколько серьезными были бы последствия?
- Я не проникал на территорию и не сделал ничего плохого! - Инь Хэ больше не мог сдерживаться. В конце концов, здесь его все равно никто не знал. Кроме того... Кроме того, никто не сообщит об этом в школу. Он мог, мог позволить себе хоть раз поступить по-своему. Повысив голос, он сказал:
- Охранник меня не остановил. Это вина охраны вашей школы. Вместо того, чтобы подумать о себе, вы обвиняете меня, ученика. Да как вы смеете!
- Инь Хэ! - Инь Гу нахмурился. - Извинись!
- Ха, - усмехнулся директор Хан. Он проработал в этой школе несколько десятилетий, и он уже давно не слышал, чтобы кто-то так с ним разговаривал. - Неужели? Если бы деньги в банке не были заперты в сейфе, а лежали прямо перед тобой, и никто бы тебя не остановил, ты бы просто взял их? Отсутствие надзора дает тебе право нарушать закон?
- Я..., - Инь Хэ запнулся, кипя от гнева. - Что это за аналогия?!
- Именно в таком отношении и заключается проблема! - Директор Хан с силой поставил чашку на стол, и все в комнате вздрогнули. - Ты не мой ученик. Если бы ты был моим учеником…
- Я бы так тебя проучил, что твои родители принесли бы мне благодарственное письмо.
- Инь Хэ, верно? - Директор Хан открыл журнал. - Ты и Инь Гу остаетесь здесь. Юй Чэнсун, Чжоу Чжэюй и Гу Тин тоже остаются. Остальные подпишите здесь и уходите, я разберусь с вами позже!
Как только остальные покинули комнату, директор Хан сразу же включил компьютер, чтобы просмотреть записи с камер наблюдения.
Пятеро так и стояли: Гу Тин, Чжоу Чжэюй, Юй Чэнсун, Инь Гу у стены, а Инь Хэ - перед директором Ханом.
Чжоу Чжэюй, отличный помощник, очень тактично втиснулся к Юй Чэнсуну и Инь Гу, подтолкнув их обоих в угол.
Каждый вздох Юй Чэнсуна был наполнен ароматом Инь Гу. Хотя он не видел его всего одну перемену, ему казалось, что прошло уже три осени.
Он оглядел комнату и, пока никто не смотрел, протянул руку, чтобы погладить ладонь Инь Гу.
Ладонь Инь Гу была теплой и невероятно приятной на ощупь... Как только он попытался убрать руку, ее крепко схватили.
Юй Чэнсун украдкой взглянул на него. Инь Гу, казалось, серьезно смотрел в потолок, хотя о чем он на самом деле думал, знал только он сам.
Юй Чэнсун с трудом высвободил руку и схватил его за талию.
Инь Гу едва заметно улыбнулся. С удивительным мастерством, полагаясь только на осязание, он схватил мизинец Юй Чэнсуна, обхватил его ладонью и нежно сжал.
Юй Чэнсун почувствовал себя учеником начальной школы, полностью поглощенным этой детской игрой с пальцами. Сдерживая смех, он уже собирался поспешно отступить, когда Чжоу Чжэюй внезапно кашлянул.
Он отдернул руку и убрал ее за долю секунды до того, как директор Хан обернулся.
По спине у него пробежал холодок, но нежелание, которое он испытывал, было сильнее страха. Оно подталкивало его немедленно забрать Инь Гу, найти пустой класс, разбить камеру наблюдения и там…
На самом деле, не стоило об этом задумываться. Как только процесс будет запущен, страсть молодости, разгорится в его воображении, и не важно будет ни время, ни место…
Сверху по очереди, один раз ты, один раз я… Может, ты начнешь?
Юй Чэнсун почувствовал, что не может пошевелиться.
Он почти неслышно вздохнул, достал телефон, надеясь найти утешение в своем лягушачьем сыне.
Имя сына-лягушки было изменено с «сукин сын» на «волшебная собачка». Что касается того, почему лягушка одновременно и волшебная, и собака, то все началось с…
- Теперь все ясно, - директор Хан нахмурился, глядя на запись с камеры наблюдения. - Ты инициировал физический контакт с ученицей нашей школы, а Юй Чэнсун проходил мимо, вмешался и спас девушку. Затем ты внезапно нанес себе повреждения, чтобы инсценировать несчастный случай. Есть возражения?
Инь Хэ сжал кулаки и яростно посмотрел на Инь Гу, но встретил насмешливый взгляд Юй Чэнсуна.
Презрение и безразличие в его глазах ранили его хрупкое самолюбие.
С самого детства он был более рассудительным и послушным, чем Инь Гу, но только потому, что Инь Гу был красивым, удачливым и был высшим альфой, все родственники, учителя и одноклассники смотрели на него с восхищением.
Даже когда он не оправдывал ожиданий родителей, даже когда он совершал ошибки, многие по-прежнему его обожали.
А он, несмотря на его неустанные усилия, он заслуживал только более жестких требований со стороны родителей... Почему? Почему Инь Гу без труда получал то, что для него оставалось навсегда недостижимым?
Инь Гу заслуживал смерти здесь, забитый до смерти этими дикарями. Лучше всего будет спровоцировать этого черноволосого парня с кудрявыми, чтобы Инь Гу каждый день подвергался издевательствам.
Даже если Инь Гу был высшим альфой, он не мог быть настолько силен. Он был бы лишь немного сильнее его. В конце концов, он уже дрался с Инь Гу раньше... У него точно не нет шансов против этого Юй Чэнсуна...
- Инь Хэ, - позвал директор Хан. - Оставь мне контактные номера твоих родителей и классного руководителя.
- Что вы хотите сделать? Инь Хэ вырвался из своих мрачных мыслей и настороженно посмотрел на директора Хана.
- Что я хочу сделать? - Директор Хан сердито посмотрел на него. - Ты пришел в нашу школу и попытался напасть на кого-то. Разве я не имею права уведомить твоих родителей и учителей? Что, ты думаешь, я должен тебя пожалеть и отправить обратно? Размечтался!
- Я ни на кого не нападал! - Крикнул Инь Хэ.
- Вот этому и «попытался»! - Директор Хан не сложилось хорошего впечатления об этом вспыльчивом ученике. Даже такой бездельник, как Юй Чэнсун, знал, что нужно уважать учителей. Можно злиться, но нужно держать себя в руках.
Инь Хэ тяжело дышал, гневно глядя на всех в комнате.
- Я этого не делал! Вы… Все в этой школе неразумны! Я просто пришел найти человека, а вы набросились на меня из-за пустяка и использовали феромоны, чтобы подавить меня!
Директор Хан нахмурился и инстинктивно повернулся к Юй Чэнсуна:
Инь Хэ указал на Юй Чэнсуна, Чжоу Чжэюйя и Гу Тин, тяжело дыша:
- Это наверняка они. Было три феромона, но... Но я не могу сказать наверняка. Они скрыли свой запах, поэтому я не могу сказать точно.
- Точно сказать не можешь, а доказательств нет. Это только твои домыслы, - Юй Чэнсун медленно опустил телефон и пристально посмотрел на него. - Как у тебя еще хватает наглости так говорить? Если бы я был на твоем месте...
Он замолчал, и Чжоу Чжэюй тут же подхватил, указывая за окно:
- Мы же на пятом этаже, слишком низко. Мне бы пришлось подниматься на крышу, чтобы оттуда прыгать.
Инь Хэ чуть не взорвался от злости.