Красная точка. 107
Двигаясь за дроном, Квак Дуджэ украдкой поднял взгляд на больницу.
Благодаря безопасному маршруту расстояние до стен заметно сократилось, но семь этажей — высота приличная. Разобрать на таком расстоянии, мужчина там или женщина, было уже трудно. И все же он смог сосчитать, сколько человек стоит у окон.
Трое у одного окна, и по одному у двух других.
Больше никто не выглядывал наружу. Зато за стеклами с первого по четвертый этаж виднелись мертвецы, бесцельно слоняющиеся вдоль коридоров.
Последнее убежище, больница Инхан. Место, куда он шел одновременно с надеждой и тревогой. Выжившие тут и правда были, как он и рассчитывал.
[Подсоедините наушник от вашей рации к нашей.
Записка на внезапно возникшем дроне и впрямь наводила на подозрения. Кто вообще догадается, что у человека в такой ситуации будет рация или гарнитура?
Его собственная рация сдохла еще вчера. До последнего процента заряда он раз за разом выходил на связь, надеясь, что кто-нибудь из коллег-охранников откликнется. Но в ответ была лишь гнетущая тишина, от которой хотелось выть.
Мертвая рация и специальный наушник, который больше нигде не пригодится.
По дороге он мог бы выбросить и то и другое, чтобы не таскать лишний груз. Но стоило им найти место, где можно зарядить аккумулятор, и все бы снова заработало как новое. А главное, достаточно было настроить частоту, чтобы подключиться к любой другой рации. Бесценный предмет в Инхане, где обычная связь полностью пропала.
И вот, словно прочитав его мысли, прямо перед его носом материализовалась чужая рация. Это поразило его не меньше, чем сам дрон и записка с инструкциями.
«А вдруг это те самые, которых мы встретили на рассвете».
В утренней драке с какими-то отморозками он случайно выронил свою рацию. Так что если это они, могли бы и знать заранее.
Обезболивающее начинало отпускать — обрубок левой руки заныл, тупая боль расползалась волнами. Давя в горле стон, Дуджэ с подозрением сверлил взглядом парня, который руководил операцией с 7-го этажа.
Дуджэ работал телохранителем мэра города Инхан. По иронии судьбы, в момент катастрофы они находились в здании мэрии. Он сделал все, что мог. Но мэр, впавший в панику и действовавший сам по себе, был растерзан зомби на его глазах.
Перед смертью тот успел воспользоваться секретной линией экстренной связи с внешним миром. Из перехваченного разговора Дуджэ узнал две вещи: «военные уже начали оцепление города» и «на окраине развернут временный эвакуационный пункт».
Благодаря быстрой блокаде за пределами Инхана было безопасно. А людей из города, по слухам, выпускали в карантинную зону — надо было лишь пройти проверку на заражение.
Для Дуджэ и других выживших это была бесценная информация.
Чтобы вывести как можно больше народу, Дуджэ тщательно прочесал здание мэрии и собрал всех, кто остался жив. Один из присоединившихся догадался распечатать список городских убежищ. Благодаря этому их группа смогла сразу найти место, где можно передохнуть.
К концу первого дня их осталось восемь.
Больше половины хотели отыскать родных. Убежище, где они тогда остановились, оказалось не самым надежным, поэтому в итоге Дуджэ решил двигаться дальше. Попутно они рассчитывали набрать еще людей: чем больше группа, тем проще противостоять зомби.
Но в каждом укрытии, куда они приходили, их встречали только трупы. Причем не покусанные мертвецами, а со следами от ножей. Все, что удавалось оттуда забрать, это несколько упаковок консервов и обостренное до предела чувство опасности.
Так наступил рассвет 7-го дня.
Часть из них дождалась-таки встречи с близкими, но в итоге те сожрали их заживо. Не считая погибших, к тому времени в группе осталось пятеро вместе с Дуджэ.
В списке оставалось всего два убежища. Дуджэ как раз стоял в дозоре и прикидывал маршрут, когда в убежище внезапно ворвалась толпа чужаков в черном.
Десять человек. Судя по движениям, без профессиональной подготовки. Скорее уличная школа — они дрались так хаотично, словно учились где-то в подворотнях. И у каждого при этом был при себе остро наточенный армейский нож. У Дуджэ просто не осталось времени, чтобы использовать свой электрошокер с его долгой перезарядкой. Со всех сторон на него летели лезвия.
Пока он отбивался, погибли еще двое. Увидев, как они умирают прямо у него на глазах, Дуджэ потерял самообладание и бросился на нападавших. Растерявшись от внезапной атаки, те тоже недосчитались двоих.
И когда начало казаться, что Дуджэ вот-вот раздавит их всех…
— Так и думал, что аджосси нам будет не по зубам.
Из толпы чужаков внезапно вышел мужчина с ясным и чистым голосом. В руке он держал черный нож — чуть другой формы, чем у остальных. Он взмахнул им.
Движения были стремительными, а в замахе чувствовалась тяжелая сила. Даже обезумевший Дуджэ едва успевал реагировать. Но он не жалел себя и снова и снова кидался вперед, лишь бы достать врага. В итоге его кулак врезался точно в лицо. Стекло у очков хрустнуло и впилось в глаза.
Осколок линзы засел глубоко. Кровь хлынула по щеке, но мужчина ни на секунду не остановился. Дуджэ уже собирался крикнуть ему, чтобы отступил, но тот вдруг сорвал со стены аварийный топорик и ударил без предупреждения.
Похоже, он целился в шею, но очки разбились, а один глаз так залило кровью, что он не мог даже открыть веко. Может, потому лезвие и снесло Дуджэ не голову, а левую руку. Счастье среди несчастий.
Лишившись конечности, тот не только не замедлился — наоборот, впал в еще большее бешенство. Дуджэ думал только об одном: если сейчас отступит, все его люди погибнут от рук этих ублюдков.
Чудовищная сила и полное безразличие к собственным ранам привели чужаков в ужас. Подхватив покалеченных товарищей и своего предводителя в очках, они поспешно покинули убежище.
У самого выхода мужчина внезапно обернулся и с усмешкой бросил:
— Аджосси, в следующий раз я выковыряю вам оба глаза. Прямо перед мальчишкой*. Ждите с нетерпением.
*От Сани. Здесь 그 애 (кыэ), буквально «тот ребенок». В живой речи так нередко называют и взрослых. А еще в зависимости от контекста может звучать нейтрально, с оттенком нежности или снисходительности.
Слова, полные убийственной злобы, засели глубоко в памяти и не давали покоя. Но разбираться с этим Дуджэ было некогда.
Только когда они ушли, Дуджэ оглядел себя. Его левая рука отлетела и теперь валялась среди тел погибших товарищей. А пожарный топор стал его самым мощным оружием.
Рядом ничего полезного не оказалось, разве что пара примитивных медикаментов. Кое-как остановив кровь и плотно замотав обрубок бинтами, Дуджэ заторопился. В памяти наложились друг на друга две картины: ужасное состояние пройденных укрытий и лица тех, кто напал на них под утро.
С тяжелым предчувствием он добрался до предпоследнего пункта в списке, подземного бункера между станциями «Университет Инхан» и «Кэан». И снова испытал сильнейшее потрясение.
В прежних убежищах следы нападения были грубыми и хаотичными: ворвались, убили, ушли. Трупы там валялись как попало.
Здесь же все оказалось иначе. Мертвецов усадили в аккуратный круг, прислонив друг к другу. Белые стены и пол были заляпаны их же кровью, будто кто-то рисовал картину.
У Дуджэ волосы встали дыбом от мысли о психическом состоянии человека, который убил этих людей и рассадил тела кружком, как на каком-то собрании. Он явно был ненормальным.
Насмотревшись на последствия резни в нескольких убежищах, Дуджэ шел к больнице Инхан с неизбежной настороженностью.
Двое его спутников шли с ним еще с мэрии, с самого первого дня. Их группа так и не нашла выживших по пути. Оттого и казалось подозрительным, что в этой больнице вдруг оказалось столько живых. Чужаки в черном явно нападали на все убежища без разбора.
Сомнения не отпускали, но параллельно в голове крутилась и другая мысль.
Будь это те самые, что громят укрытия и режут всех, с чего бы им спасать его людей?
Допустим, это какие-то извращенцы, которым нравится сначала заманить жертву, а потом убить собственными руками. Но и тогда они вряд ли стали бы отдавать ценное оборудование и помогать войти в больницу.
Товарищи Дуджэ были измотаны до предела после столкновения с отморозками, и сам он серьезно ранен. Без отдыха и нормальной медицинской помощи они долго не протянут.
Внезапно из рации раздался голос молодого парня, и Дуджэ вздрогнул. Тон был мягким — словно он понимал не только его сомнения, но и причины, из которых они росли.
👀 У этого проекта есть бусти с ранним доступом к главам~