Вселение закончилось. Экстра 2
Спальня для двоих находилась на первом этаже. Чон Сахён сказал До Еджуну про аренду, но на самом деле он долго и придирчиво выбирал эту виллу перед покупкой.
Иными словами, теперь это его собственность. Он уже передал адрес родителям До Еджуна с предложением: «Приезжайте отдохнуть в любое удобное время».
Самому До Еджуну он ничего не сказал, прекрасно зная, что тот начнет отчитывать его: мол, зачем покупать целый дом ради одной поездки?
К счастью, тому, кажется, очень понравилось это место.
Чон Сахён зашел в самую большую спальню на первом этаже и несколько раз с силой надавил на матрас ладонью, проверяя упругость.
Все здесь обустроили по его указаниям, но лично он приехал впервые.
Просторный двор, терраса на втором этаже с видом на море, декоративный камин — картина выглядела безупречно. Но больше всего Чон Сахёна волновала спальня.
Особенно кровать. До Еджун жаловался, что у него болит спина, если матрас слишком жесткий или слишком мягкий.
Закончив разбирать вещи, Чон Сахён вышел в гостиную, но там было пусто. Предчувствуя неладное, он поднялся на второй этаж и обнаружил До Еджуна на террасе: тот молча сидел и смотрел на море.
Силуэт со спины выглядел так, будто он вот-вот исчезнет, растворится в воздухе. Сердце тревожно сжалось, и Чон Сахён быстро подошел ближе. Хотя прекрасно знал, что нынешний До Еджун не помнит подробностей о своей прошлой жизни*.
*От Сани. Это из глав 101-102: До Еджун осознал, что был Пэк Юмином в прошлой жизни (реинкарнация, а не вселение). Однако он вспомнил лишь сам факт, но не детали.
Когда Чон Сахён резко схватил его за плечо, До Еджун вздрогнул всем телом и поднял голову.
Услышав этот обвиняющий и сердитый тон, До Еджун растерялся. С его точки зрения, ситуация и правда была странной: с чего тот накинулся без какой-то причины?
Чон Сахён перевел взгляд туда, куда он указал. На синих волнах искрились солнечные блики. До Еджун любовался морской рябью*.
*От Сани. Здесь 윤슬/юнсыль — это блики на воде, когда та искрится в солнечном или лунном свете. Считается одним из самых поэтичных слов в корейском языке благодаря мягкому звучанию. Из-за красоты и значения часто используется как женское имя.
— Смотрю на это и мне… так хорошо становится.
До Еджун произнес это чуть смущенно и тихо улыбнулся. В тот же миг Чон Сахён прижался губами к его щеке, легко чмокнул и отстранился. До Еджун удивленно посмотрел на него.
Чон Сахён улыбался, но было непонятно, что творилось у него в голове. До Еджун встал со стула.
— А, правда? Прости. Я засмотрелся…
— Ничего страшного. Хочешь спальню посмотреть?
Спустившись вслед за Чон Сахёном, он сразу же надавил на матрас — точно так же, как тот недавно.
— Ого, кровать здесь отличная.
Заметив выразительный взгляд Чон Сахёна, До Еджун мгновенно понял свою ошибку и постарался сделать вид, что все нормально, а затем как ни в чем не бывало убрал руку.
Неожиданный вопрос застал До Еджуна врасплох. Он облизнул пересохшие губы и забегал глазами.
— …Поесть? — осторожно переспросил он.
Услышав, как тот пытается аккуратно увернуться, Чон Сахён лишь понимающе улыбнулся и кивнул.
Поскольку они прилетели послеобеденным рейсом, расписание первого дня было фактически пустым. До Еджун просто шел туда, куда вел Чон Сахён.
Это была его первая поездка на Чеджу, поэтому он понятия не имел, что где находится. Чон Сахён же сказал, что часто бывал здесь до отъезда в Америку. Он уверенно вел машину, ни разу не сбившись с пути.
Позже они наелись до отвала в ресторане с черной свининой*, куда Чон Сахён ходил еще в детстве. Затем прогулялись по аллее рядом и случайно набрели на кафе, где купили по стакану свежевыжатого сока.
*От Сани. Черная свинина (흑돼지) — знаменитый деликатес острова Чеджу. Это мясо считается более нежным и ароматным, чем обычное.
Двигаться без цели и выбирать маршрут спонтанно оказалось непривычно, но почему-то весело. Когда воодушевленный До Еджун начал сворачивать куда-то не туда, Чон Сахён потянул его за руку.
— А, точно. Мы слишком далеко ушли?
Была ли проблема в нескольких рюмках, которые он выпил за ужином? Лицо обернувшегося До Еджуна раскраснелось от алкоголя. Смотря на него в свете уличных фонарей, Чон Сахён хмыкнул.
— Бросил меня одного и напился в одиночку.
Разумеется, сам он не выпил ни капли, потому что был за рулем. У До Еджуна взгляд совсем поплыл, и Чон Сахён лишь поцокал языком.
— Если опьянел, нужно было сказать об этом.
— Ага, конечно. Иди сюда, там проезжая часть.
Чон Сахён подхватил пошатнувшегося До Еджуна. Пока тот бодро шагал вперед, казался вполне трезвым, но теперь стало ясно, что он просто шел на автопилоте. Неудивительно, что даже не смотрел, куда идет.
— А я ведь хотел открыть вино дома.
— Если хён еще больше напьется, то заснет прямо во время секса.
Услышав столь непристойные слова посреди улицы, До Еджун так перепугался, что начал икать. Он в панике завертел головой, но, к счастью, свидетелей рядом не было. Чон Сахён надул губы, глядя на его бурную реакцию.
— Всегда оставляешь меня одного и засыпаешь. Знаешь, как обидно в такие моменты?
Хоть До Еджун и убедился, что вокруг никого нет, нахлынувший стыд никуда не делся. Он торопливо зажал ему рот.
— Ладно, ладно! Не буду спать. Но ты же по несколько часов не отпускаешь… Я ничего не могу поделать, это тяжело.
Чон Сахён перехватил его ладонь и переплел пальцы.
— А как мне сдержаться, когда хён так сладко хнычет и кончает подо мной, повторяя, как ему хорошо? Думаешь, это возможно?
— …Когда это я так делал? — спросил До Еджун, почти выдавливая из себя слова.
— Еще как да. Хочешь, вернемся и проверим?
Резко притянув его к себе, Чон Сахён зашагал вперед широким шагом. До Еджун лишь растерянно пискнул «эй», пока его тащили за собой.
Как только они добрались до дома, До Еджун сразу занял оборонительную позицию — словно предчувствовал, что они тут же направятся в спальню. Он был весь в пыли после долгих прогулок, но упрямо твердил, что сегодня не пойдет в душ.
Чон Сахён молча посмотрел на него, усмехнулся и кивнул.
— Ладно, как хочешь. Мне без разницы.
— …Хорошо. Сегодня и перелет был, мы устали, так что давай пораньше…
— Наоборот, меня даже больше заводит, когда хён немытый.
— …Сейчас от меня несет черной свининой.
До Еджун принюхался к своей одежде. Как ни крути, а пахло только мясом.
— Значит, придется поймать и съесть черную свинку До Еджуна.
— Уверен? Жаль… А я так хотел заняться сексом с хёном, пахнущим мясом.
Он говорил это совершенно равнодушно, без капли сожаления. Прикусив губу, До Еджун поплелся в душ.
Тянул время как мог, но когда наконец вышел из душа, Чон Сахён уже успел помыться в другой ванной и сидел на кровати, свежий и бодрый. Он внимательно что-то изучал, держа предмет в руках.
До Еджун присмотрелся — оказалось, это был состав на обратной стороне смазки. Перед Чон Сахёном стояли три флакона: розовый, красный и желтый. Помедлив, он выбрал розовый.
Глядя на это, До Еджун всерьез задумался. Может, стоит вернуться обратно в ванную?
Но его уже заметили. Когда Чон Сахён начал срывать пленку со смазки, До Еджуну ничего не оставалось, кроме как остановиться.
Тот вдруг хмыкнул, увидев белое полотенце на его бедрах.
— Хён каждый раз так мило стесняется, а ведь сколько времени уже прошло. Я твой член могу с закрытыми глазами нарисовать.
— Нет, зачем… Зачем его рисовать? Ты ведь не рисовал на самом деле, да?
Почему-то мысль о том, что тот вполне способен на такое, вызвала тревогу. Да нет, не может быть… Хотя…
— Пока что нет. Но если хёну не нравится эта идея, он может нарисовать мой.
— Шучу. Так что быстро иди сюда, пока я не повесил картину с твоим членом в нашей гостиной.
До Еджун решительно шагнул к нему. Так близко, что их колени почти соприкоснулись. Чон Сахён рассмеялся, явно забавляясь. А потом запустил руку под полотенце, обернутое вокруг его талии.
Большая теплая ладонь медленно скользнула вверх по внутренней стороне бедра. На мгновение ноги ослабли, и До Еджун вцепился в чужие плечи.
Тяжело выдохнув, он крепко зажмурился. Чон Сахён расплылся в улыбке и резко откинулся назад, падая на кровать. Опиравшийся на него До Еджун повалился следом.
До Еджун в испуге схватился за сердце. Чон Сахён же с невинным видом продолжил мять его член.
— Так испугался, что здесь снова стало мягко?
Длинные пальцы заскользили по стволу, словно играя на инструменте. Член быстро начал твердеть. Чон Сахён похлопал До Еджуна по ягодице свободной рукой, и тому ничего не оставалось, кроме как оседлать его.
Следующая экстра (18+) →