Выродок. Экстра 8
Иым сонно шевельнулся и медленно открыл глаза. Он помнил, как встретился с Чхве Вонджуном и заснул по дороге домой. А проснулся уже почему-то в машине. Судя по тому, что сиденье было откинуто назад до упора, спал он довольно крепко.
Приподнявшись, Иым потерял дар речи от открывшегося пейзажа. Сквозь сон ему чудился шум прибоя, и это не было галлюцинацией. В голубоватых предрассветных сумерках волны накатывали на берег и разбивались белой пеной, создавая величественную картину.
Чтобы прийти в себя, он потер лицо ладонями и огляделся. Ни за рулем, ни снаружи Вонджуна не было, а в телефоне скопились десятки сообщений от друзей. Захватив его с собой, Иым вышел из машины, и тут издалека донесся голос Вонджуна:
— Ты же сам говорил, что хочешь посмотреть.
Поразмыслив, Иым припомнил, что и правда болтал что-то подобное, когда засыпал пьяным. Отпуска у детективов обычно короткие, а у него еще и вечно совпадали с крупными делами, поэтому отдохнуть нормально никак не получалось. А когда Вонджун спросил про выходные, Иым ответил, что вряд ли они будут, но он все равно хотел бы увидеть море. Теперь в памяти ярко всплыл тот разговор.
— Искал, где тут можно поесть. Удалось найти пару мест, повезло.
Иым фыркнул. Подумаешь, выпил немного, какое еще похмелье? Именно так он хотел заявить, но через мгновение почувствовал жжение в желудке и невольно скривился. Вонджун подошел ближе, поставил кофе на крышу машины и поправил мятый воротник его рубашки.
— Детектив Ким, пора бы уже знать меру с алкоголем. Вы должны пережить меня.
— Вам и так немало лет, директор Чхве-ним, конечно, я проживу дольше вас.
— Смерть не разбирает по старшинству. Не будь таким самоуверенным.
С этими словами он взял Иыма за подбородок и принялся осматривать со всех сторон.
— И как можно быть настолько милым сразу после сна?
Заметив, что тот пускал слюни во сне, Вонджун принялся заботливо вытирать ему рот. Когда испуганный Иым попытался убрать его руку, он насильно удержал ее и дотер до конца. Тут Иым заметил, что горизонт начинает окрашиваться в красный, и замер, не в силах отвести взгляд.
— Точно. Красиво, — пробормотал Чхве Вонджун, глядя не на рассвет, а на лицо Ким Иыма.
Тем временем Вонджун снял пиджак и расстелил на песке.
— Иди сюда. Посмотрим на восход и загадаем желание.
— Не знал, что директор так увлекается тотемизмом. В прошлый раз луне загадывали желание, в этот раз солнцу? Что дальше, к деревьям обратитесь?
— И это говорит человек, который использовал амулет, чтобы от меня избавиться?
Вздрогнув, Иым обернулся. Мурашки по коже. Когда он спросил, откуда тот вообще об этом знает, Вонджун нахмурился. Хотел просто пошутить, а оказалось, что это правда. Он был настолько ошарашен, что Иым поспешно отвел взгляд.
— Ну а что, тогда у меня были основания… Поставьте себя на мое место. Представьте, что в жизни директора вдруг появляется такой человек, как он сам, и начинает все контролировать. Вы бы стали такое терпеть?
— Так сейчас меня можно терпеть?*
Иым хотел было возразить, но задумался. Не то чтобы он терпел, скорее привык. Понял, что есть в мире и такие люди.
— Ну же, скажи мне. М? Теперь я не такой невыносимый? Могу я считать, что твои чувства ко мне стали глубже?
*От Сани. В оригинале игра слов между 참다 (терпеть усилием воли, сдерживаться) и 참아지다 (становиться терпимым/сносным). Вонджун дразнит Иыма, подхватывая его слово, но меняя смысл: не «ты меня терпишь», а «я стал сносным». Я пыталась отразить это в русском…
Вонджун коснулся щеки Иыма и повернул его голову к себе. Тот опустил взгляд. Пока подбирал слова, Вонджун легко коснулся его губ и снова отстранился. Иым посмотрел на него. Красное солнце заливало лицо Вонджуна светом, а на губах расплывалась улыбка.
— Спасибо. За то, что даришь привязанность такому ублюдку, как я.
Рассмеявшись, Вонджун нежно погладил его по щеке.
— Я серьезно. Если бы не ты, я бы до самой смерти не узнал, что значит любить кого-то по-настоящему*. Спасибо, что научил. Буду рядом всю жизнь и сделаю тебя счастливым.
*От Сани. В корейском есть разные слова для описания чувств. Например, 사랑 (общее «любовь», романтическая/страстная) или 애정 (привязанность, нежность). Здесь именно второе. Вонджун говорит о том, что научился эмоционально привязываться, заботиться, быть нежным.
Непонятно, откуда там взялось про «всю жизнь», но прозвучало это подозрительно похоже на предложение руки и сердца. Когда Вонджун раз за разом поднимал тему брака, Иым не испытывал особых чувств, но почему-то именно сейчас сердце забилось чаще. Не желая показывать смущение, он спрятал лицо между коленями. Вонджун положил голову ему на плечо.
Тем временем солнце полностью показалось над горизонтом и окрасило море. Все стало таким красным, что невозможно было различить, где небо, а где вода. Захотелось запечатлеть этот вид. Иым достал телефон, чтобы сделать фото, и покосился на Вонджуна.
— Хотите сфотографироваться вместе?
Во всем остальном ведет себя как хочет, даже не спрашивая разрешения, а тут вдруг застеснялся? Иым переключил камеру, и в кадре появились их лица. Вонджун улыбался естественно, в то время как губы Иыма застыли в напряженной гримасе.
*От Сани. В оригинале слово 머그샷 (mugshot) — это официальное фото преступника, сделанное после ареста.
Когда Иым бросил на него сердитый взгляд, Чхве Вонджун воспользовался моментом и быстро нажал кнопку. Фото получилось до смешного нелепым. Иым хотел было удалить его, но Вонджун ловко выхватил телефон, вскочил и отступил на несколько шагов.
— Удалите, пока прошу по-хорошему.
— А можно я увеличу это фото и повешу у нас дома, когда мы поженимся?
Взбешенный Иым резко вскочил, и Вонджун бросился бежать, даже не оглядываясь. Представив, что преследует преступника, Иым разогнался сильнее обычного и догнал его почти мгновенно.
Словно выплескивая всю накопившуюся обиду, он швырнул Вонджуна через бедро прямо в песок. Затем конфисковал свой телефон и невозмутимо направился обратно к машине.
— Сильно помята, как-то не похоже на вас. Преступника ловили?
Иым плотно сжал губы и отговорился тем, что просто не успел погладить одежду. Время поджимало, поэтому с моря он отправился сразу на работу. Судя по всему, было заметно, что он так и не зашел домой.
Перед тем как высадить Иыма у участка, Вонджун долго упрашивал его прогулять и провести день вместе. «А если мы и правда поженимся, он будет так каждый день делать?» Иым вдруг забеспокоился, хотя никто не собирался устраивать церемонию прямо сейчас.
— Кстати, там поймали парней, которые напали на вас с битой. Они в камере предварительного заключения, но не ходите к ним пока.
— Когда начальник пришел, такое началось! Кричал, что забьет их до смерти, мы с детективом Ли еле оттащили, аж вспотели. А ведь сам жаловался, что колени больные. Врал, получается! Он даже ногой в прыжке ударил.
Иым изо всех сил пытался не рассмеяться. В то же время он испытал странное облегчение от того, что преступников поймали живыми. Он строго-настрого запретил Вонджуну вмешиваться в это дело, и тот, видимо, все-таки прислушался.
Чхве Вонджун с жестокой последовательностью следовал принципу «око за око». Добро за добро, зло за зло. Иыму было не по себе от того, что тот признавал себя злом, но сам Вонджун будто совершенно не тревожился по этому поводу.
Иым никогда не мусорил на улице и не переходил дорогу на красный свет, поэтому ему было трудно понять Вонджуна, который казался существом с другой планеты. «Может, если отказаться от попыток его понять, станет легче?»
Погруженный в размышления, Иым искал сменную одежду, когда внезапно кто-то постучал по его столу. Он поднял голову и увидел Чон Дэхана с приветливой улыбкой на лице.
— О, Дэхан-а! Что ты здесь делаешь?
— Был по работе поблизости, решил заглянуть. Есть минутка?
Иым поднялся из-за стола и вышел с ним наружу. Купив кофе в автомате, он передал стаканчик Чон Дэхану. Разговаривать было на удивление легко. Иым думал, что после того случая возникнет неловкость, но опасения оказались напрасными. Чон Дэхан тоже вел себя как прежде.
— Кстати, недавно видел твоего хёна. Он хорошо выглядел.
Иым смущенно улыбнулся. Этот самый хён сейчас без ума от Чхве Вонджуна — того и гляди фан-клуб создаст. Нуна ругала брата за то, что он так быстро изменил свое мнение, но стоило ей выпить, как сама начинала расхваливать Вонджуна вместе с хёном. Когда-то ненавидели, а теперь интересуются Вонджуном чаще, чем младшим братом. Порой даже обидно становилось.
Иым немного помолчал, а затем решил сказать честно:
— Я знаю, что после той ситуации ты сильно разочаровался во мне. Прости.
Он не стал оправдываться. Сказать, что Вонджун на самом деле не такой плохой, как кажется? Но ведь он и правда плохой, разве нет? В ответ Чон Дэхан замахал руками:
— Какое разочарование, ты что! Я по-прежнему считаю тебя крутым. С кем бы ты ни встречался, чем бы ни занимался — ты самый классный из всех, кого я знаю. И это не изменится. Вот, решил сказать это лично. И еще… Я хочу и дальше оставаться твоим хорошим другом.
Иым почувствовал одновременно вину и благодарность. Когда он сказал «спасибо», Чон Дэхан покраснел до ушей и улыбнулся. Они еще немного поговорили о недавних делах, а потом разговор постепенно перешел к Ким Джичхолю.
— Слышал, ты будешь выступать как свидетель по его делу?
— Ты, наверное, уже знаешь, но их адвокат настойчиво копается в ваших с Чхве Вонджуном отношениях.
Это было ожидаемо. Его уже предупредил прокурор, да и сам Вонджун беспокоился на этот счет. Нельзя сказать, что Иым совсем не волновался, но он старался не накручивать себя.
Словно поняв его состояние, Чон Дэхан подбодрил: «Ты справишься». В ответ Иым крепко сжал кулак* и широко улыбнулся.
*От Сани. В оригинале здесь 주먹을 불끈 쥐어 보이며 — это характерный корейский жест решимости и воодушевления, типа «Я справлюсь! Файтинг!». Так делают все, кринжом не считается.
👀 У этого проекта есть бусти с ранним доступом к главам~
Следующая экстра (18+) →