Sweet Overdrive
©Перевод выполнен командой @seagodstemplerafayel. Копирование материалов допустимо только с разрешения администрации и с указанием источника.
ГГ: Алло? Капитан, я как раз собиралась в здание Ассоциации.
Дженна: Пока что приостанови расследование контрабанды протокоров.
Дженна: Этим утром Джеки попала в аварию. Однако, согласно отчёту, это не просто случайность.
Дженна: Мы не знаем, нацелились ли они и на тебя. Возьми пару выходных для своей безопасности.
ГГ: Если мы прекратим расследование, то потеряем все зацепки…
Дженна: Они важнее твоей безопасности?
Дженна: Всё в порядке. Нам нужно дождаться правильного момента, чтобы поймать их всех разом.
Дженна: Как только у нас появятся наводки, я придумаю, как вернуть тебя в дело.
Дженна: Воспользуйся шансом отдохнуть и расслабиться. Это даже неплохо.
Дженна: На этом всё. Береги себя.
Некоторое время спустя на часах Охотника появляется оповещение, что мой рабочий статус изменён на «временно в отпуске».
ГГ: Но я правда хотела выяснить…
На моём компьютере неожиданно выскакивает окошко со статьёй.
Как только я вижу «Рафаэль» в заголовке, то кликаю, прежде чем успеваю это осознать.
…«Признанный художник Рафаэль устанавливает очередной рекорд на рынке произведений искусства благодаря своей последней работе!»
ГГ: Один, два, три… И сколько же там нулей?
Хотела бы я, чтобы моя карьера была хоть вполовину такой успешной.
Я прокашливаюсь и стараюсь сбросить эмоциональный груз от проблем на работе, прежде чем ответить на звонок Рафаэля.
Рафаэль: Приве-е-ет, это я. Чем занята?
ГГ: Считаю, сколько ты недавно заработал.
Рафаэль: Да, немало. А теперь раздумываю, как же их потратить. Можешь помочь?
ГГ: Что, собираешься в кругосветное путешествие и теперь нуждаешься в телохранительнице?
ГГ: Ну, моя работа важна, но и твоя безопасность тоже…
ГГ: Я обязательно подумаю насчёт долгого отпуска с тобой!
Рафаэль: Но я правда не заинтересован в путешествиях. Они утомляют, знаешь: ты обгораешь, а что ещё хуже — так это самолёты.
Рафаэль: Подобные вещи не входят в мои планы. Ты должна сосредоточиться на защите Линкона.
ГГ: …Хм! Тогда зачем тебе понадобилась моя помощь?
Рафаэль: Мы обсуждали с Томасом реновацию галереи, чтобы улучшить её внешний вид.
Рафаэль: Во время ремонта мне необходимо найти место для временного хранения всех законченных и незаконченных работ.
Рафаэль: Ты прекрасно знаешь, что у меня нет места, и после недолгих размышлений я решил, что твой дом — это лучший вариант.
ГГ: Кажется… Пара картин точно поместятся.
Рафаэль: Решено. Я тут же позвоню грузчикам.
Рафаэль: О, и тебе не нужно дожидаться их дома. Можешь заняться своими миссиями, а я разберусь со всем сам.
ГГ: На самом деле я могу тебе помочь. Дженна дала мне отпуск, так что я свободна ближайшие несколько дней.
Рафаэль: Правда? Это просто отлично. Тогда я займусь перевозкой картин.
Два часа спустя Рафаэль вместе с командой грузчиков прибывают, чтобы занести в мою гостиную картину за картиной. В течение двух или трёх дней их становится всё больше.
Когда несколько дней спустя мне негде и шагу ступить, я тут же бегу в галерею.
Томас: Рафаэль, сначала послушай мнения двух юристов. Не принимай решения в одиночку.
Большая часть галереи опустошена — даже диваны в зоне ожидания укрыты простынями.
Двое людей с документами в руках терпеливо объясняют что-то Рафаэлю. Заметив моё приближение, он оборачивается и машет.
Рафаэль: Ты пришла увидеться со мной?
ГГ: Я пришла посмотреть, как идёт ремонт.
Я оглядываюсь вокруг в недоумении: бокалы, ранее стоявшие на барной стойке, разбросаны по полу, а повсюду грязные следы.
Рафаэль: Ты как раз вовремя. Позволь представить: Джейс и Линн, юристы.
ГГ: …Тебе нужна консультация юристов по поводу реновации?
Рафаэль: Они помогают разобраться кое с чем.
Томас: Прошлой ночью сюда кто-то вломился и разгромил помещение.
Томас: К счастью, всё уже было вынесено из-за ремонта. Они ничего не успели украсть.
Рафаэль: Не волнуйся, Томас уже подал заявление в полицию. Они достали записи с камер у входа, так что поимка виновных — лишь вопрос времени.
Томас: Поймают их или нет — не имеет особого значения. Ничего не украдено. Но они определённо нацеливались на тебя, так что не воспринимай это легкомысленно.
Рафаэль молчит, улыбаясь, берёт ручку со столика и крутит её между пальцами. Я редко вижу такое выражение его лица.
Томас: Продажи работ Рафаэля на предыдущих аукционах подозревают в отмывании денег. Были переведены подозрительно большие суммы.
Джейс: …Процедуры и процесс проведения аукциона тоже вызывают вопросы. Многие лоты не проходили оценку независимых экспертов перед началом торгов.
Джейс: Ход торгов не записан, а доступ к камерам отсутствует.
Линн: Если вкратце, весь процесс оставил множество следов, которые играют против господина Рафаэля.
Линн: Эта сложная ситуация требует очень внимательного подхода.
ГГ: Но если проблемы на каждом шагу, разве это не доказывает, что кто-то нацелился против Рафаэля?
Я в беспокойстве смотрю на Рафаэля, и он мягко похлопывает по моей ладони.
Томас: Ты можешь не знать, так как не часть нашего мира, но такие ситуации не редкость.
Томас: Сначала они создают серьёзную проблему. А когда ты загнан в угол, появляются, чтобы спасти.
Томас: Как только ты у них в большом долгу — придётся делать всё, что скажут.
Томас: Они годами пытались нанять Рафаэля, а теперь проворачивают старые выходки.
Рафаэль кладёт ручку обратно, и в его глазах мелькает презрение.
Томас: С другой стороны, они хотя бы пытаются обвинить тебя в отмывании денег, а не отправляют в больницу. Очень заботливо.
Рафаэль: Да, думаю, в этот раз стоит поблагодарить их за цивилизованность.
ГГ: Они раньше нападали на тебя? Когда это произошло?
Рафаэль и Томас умолкают. Ни один не произносит и слова.
ГГ: …Если меня не должно здесь быть, я могу уйти.
Рафаэль: Подожди. Я как раз думал, как это объяснить, и вовсе не просил тебя уйти, милашка.
Юристы и Томас отходят, давая нам немного приватности.
Рафаэль: Я не буду говорить намёками.
Рафаэль мягко вздыхает и откидывается на диван. Он подпирает голову рукой, рассматривая документы на столике.
Рафаэль: Когда я только познавал мир искусства, они заявились на мой порог, надеясь, что я помогу кое с чем.
Рафаэль: Я отказался, так что они устроили маленький сюрприз.
Рафаэль: Наняли бандитов, которые помяли мою машину.
ГГ: Вообще не боятся закона, да?..
Рафаэль: Думаю, это отчасти и моя вина. Тогда я ничего не понимал в таких грязных методах.
Рафаэль: Я не умел быть тактичным и дипломатичным, а также сохранять людям достоинство, отказывая им.
Рафаэль: Однако сейчас всё в прошлом, и нет смысла пережёвывать.
Я цепляю его мизинец своим и мягко обвожу мозоли, которые он заработал, годами держа кисти и карандаши.
ГГ: Так раздражает… И почему ты не рассказал мне об этом раньше?
Рафаэль: Ты только что назвала это раздражающим. Зачем мне рассказывать расстраивающие тебя истории?
Джейс: Прошу прощения, господин Рафаэль. Только что звонила полиция. Они просят нас приехать в участок.
Рафаэль проводит пальцем по моей ладони, прежде чем отпустить и подойти к Джейсу.
Рафаэль: Со мной юристы. Не волнуйся. Тебе пора домой.
Он надевает пиджак и поправляет манжеты, придвигаясь с серьёзным выражением лица.
Рафаэль: Сейчас мы поговорить не сможем. Но позже… Я расскажу тебе всё позже.
Рафаэль: У меня наверняка не будет времени кормить рыб или поливать цветы. Такие ответственные задачи я могу доверить лишь тебе.
ГГ: Они не так важны, как происходящее сейчас. Я лучше поеду с тобой…
Рафаэль: Мне также придётся поручить тебе задание более важное, чем всё вместе взятое.
Он отправляет мне локацию. Судя по названию, это мастерская по ремонту автомобилей.
Рафаэль: Ты можешь поехать туда и помочь починить машину?
Я смотрю на локацию в недоумении.
Рафаэль: После той аварии машина всё это время была в мастерской.
Рафаэль: Пора подарить ей новое начало.
Всего за несколько дней новости о причастности Рафаэля к делу распространяются как пожар.
На фоне шумихи в СМИ и сплетен в индустрии автомастерская на западе города кажется совсем запустелой.
По пути сюда я не увидела ни души.
ГГ: Здравствуйте, господин Уэйд… Вы здесь?
Я заглядываю в мастерскую и окликаю его пару раз. Спустя секунду я слышу шаги.
Перед мной стоит мужчина средних лет. В одной его руке бутылка воды, а в другой — гаечный ключ.
Он окидывает меня взглядом, а затем вытирает пот полотенцем с плеча.
Он от Рафаэля. Как только я показываю чек, глаза Уэйда зажигаются узнаванием.
Уэйд: Рафаэль. Ага. Необычное имя. Да и сам парень странноват.
Уэйд: Это он тебя отправил? Продал машину?
ГГ: Нет. Он лишь попросил сообщить вам, что её нужно починить.
Уэйд: Так и думал. Он всё твердил, что этот автомобиль не для продажи.
Уэйд: Отличная тачка стоит тут годами… А он её не чинит, не продаёт и не отказывается от неё.
Уэйд: И при этом не забывает вносить оплату каждый год.
Уэйд: Твой друг — любопытный человек. Следуй за мной. Машина вон там.
Он забирает чек, жестом приглашает выйти из здания и поднимает роликовые ворота.
И я наконец вижу спорткар, который все это время провёл на складе.
Помятый бампер, разбитое лобовое стекло и разной степени деформированные двери.
Говоря про «вмятину», Рафаэль сильно преуменьшил.
Уэйд: Пугающе, не так ли? Не будь в этой машине такой хорошей системы защиты, после той аварии он месяцами лежал бы в больнице.
Уэйд: Но вместо этого отделался лишь сломанной рукой. Можно сказать, повезло.
Уйэд: Да, он заявился сюда с перемотанной рукой.
ГГ: …Вы помните детали произошедшего?
Уэйд: Ну конечно. Нечасто мне доводится видеть такие машины.
Уэйд: Люди из дорожного контроля всё настаивали, чтобы он забрал машину, так что ему пришлось улизнуть из палаты. Он отдавал мне указания, параллельно отвечая на звонки из больницы.
Уэйд: Сказал, что он художник. А такая травма правой руки — дело серьёзное, поэтому он был в ужасном настроении.
Уэйд: Он казался одиноким. Прошёл через всё это без чьей-либо помощи.
Уэйд: Ты его девушка, не так ли? Как его дела? Что заставило его принять решение о починке машины?
ГГ: С ним… я думаю, всё в порядке.
ГГ: Он был так занят, что не мог сосредоточиться на чём-то ещё, а теперь у него появилось свободное время.
Уэйд: Ну да, как и должно быть. Обидно бросать такую машину на свалке.
Уэйд стирает пыль с машины, прежде чем поднять капот.
Во время второго дня ремонта прибывают запчасти.
Все посылки оформлены на моё имя. Получив их, я передаю всё Уэйду.
На третий день в автомастерской появляется Рафаэль.
Уэйд: Ты наконец решил появиться?
Рафаэль: Давно не виделись, Уэйд. Смотрю, у тебя много автомобилей снаружи. Наверняка дела идут хорошо.
Уэйд тут же разражается тирадой о том, что он бросил свою машину.
Рафаэль не спорит. Он гладит руль, прежде чем смущённо мне улыбнуться.
На закате Уэйд говорит, что ему пора домой — готовить ужин для дочери. Так что мы с Рафаэлем идём на прогулку.
Вечерний бриз несёт остатки тепла заходящего солнца, а наши тени всё больше удлиняются.
Моя голова была забита мыслями о произошедшем, и я не могу вспомнить, когда мы в последний раз гуляли так с Рафаэлем.
Заметив, что я притихла, Рафаэль наступает на мою тень.
ГГ: Эй! Так я перестану расти!
Рафаэль: Да ну? Ты правда думаешь, что ещё можешь стать выше?
Я пытаюсь наступить на его тень, но Рафаэль быстро уклоняется.
Мы гоняемся друг за другом на пустой дороге.
Солнце медленно садится за горизонт. Кажется, будто все лучи закатного света тают в его глазах, когда он смотрит вдаль.
ГГ: Ты ничего не хочешь сказать, Рафаэль?
Рафаэль: Собираешься задать парочку вопросов?
ГГ: Я хочу спросить о многом, но не знаю, с чего начать…
Рафаэль: Тогда спроси про машину.
Рафаэль: Это попало в новости. Возможно, ты всё ещё сможешь найти статьи об этом.
Мысль искать имя Рафаэля вместе со словами «авария» или «несчастный случай» даже не приходила мне в голову, так что я немедленно достаю телефон.
ГГ: …«Начинающий художник Рафаэль застрял в горах на два часа после ужасной аварии»?
На фотографии — извилистая горная дорога. Видимо, именно там и произошла авария.
Машина была разбита вдребезги, он сломал руку, а после прождал в автомобиле два часа, прежде чем его спасли…
Рафаэль: Сначала я их не заметил и заподозрил неладное, лишь когда меня вынудили повернуть.
Рафаэль: К счастью, я не ехал быстро. Могло обернуться хуже.
Рафаэль: Так как всё произошло ночью в горах, до приезда скорой прошло много времени.
Рафаэль: Тогда я, можно сказать, был новеньким, так что не знал никого…
Рафаэль: Довольно жалко осознавать, что в такие моменты даже некому позвонить.
ГГ: Ты не мог связаться с кем-то? Разве Томас не был в Линконе?
Рафаэль: Тогда мы ещё не сблизились.
Рафаэль касается моих нахмуренных бровей.
Рафаэль: Это было давно-о-о, понимаешь? Тебе не нужно злиться за меня.
Рафаэль: Однако… та авария стала для меня уроком.
Рафаэль: В этом городе и мире искусства много тёмных сторон, о которых я ранее не знал.
Рафаэль: Если бы я продолжал вести себя вызывающе… Кто знает, в какие ещё неприятности бы влез?
Рафаэль: Если кто-то решит до меня добраться, то им придётся сначала разбираться с моей телохранительницей.
Я беру Рафаэля за руку, переплетая наши пальцы.
ГГ: Не важно, что с тобой случится — я должна узнать первой.
Уличные фонари мигают, и что-то в его взгляде меняется, а затем он наклоняется.
Рафаэль: Ты не спросила, почему я решил починить машину. Разве не интересно?
ГГ: Я ждала, пока ты сам расскажешь.
Рафаэль: Ты не смотрела новости? Я сейчас во всех заголовках, знаешь ли. Даже не представляю, как много журналистов ждут моего появления.
Рафаэль: Так что я не могу гулять по улице как обычный прохожий. Раз уж появляться — то эффектно.
ГГ: Ты починил её только потому, что нуждался в этом… Что ж, ты всегда откладываешь задачи на последний момент.
Вариант Б: У тебя были свои причины на это.
ГГ: У тебя наверняка были свои причины на это.
Рафаэль: Не совсем. Я просто подумал, что время пришло.
Рафаэль: Когда-то она была звездой всех автомобильных показов, так что не может вечно томиться на тёмном складе.
ГГ: Значит, ты чувствуешь жалость?
Рафаэль: Не только это, но и вину.
Рафаэль: Ты сама видишь, что машина исключительная.
Рафаэль: Интересно, сколько над ней работали дизайнеры и инженеры. Видно, что они вложили душу в каждую деталь.
Рафаэль: Но спустя пару месяцев она была повреждена до неузнаваемости из-за меня.
Рафаэль: Как я мог заботиться о ней, если не умел позаботиться даже о себе?
Он поворачивается, хватает меня за руку и ведёт обратно.
Рафаэль: Давай пойдём в мастерскую. Уэйд уже должен был вернуться.
Наши шаги отдаются эхом в затихшем здании, а перед собой я вижу лишь спину Рафаэля.
ГГ: Настоящее отличается от прошлого, Рафаэль.
ГГ: Я телохранитель высшего разряда.
Рафаэль: Проведя столько времени со мной, даже ты научилась хвастаться.
Я сжимаю губы и опускаю взгляд: часы мигают, потому что засекли колебания энергии.
Я следую за сигналом в сторону груды металлолома, но даже после тщательного поиска ничего не нахожу.
ГГ: (Я помечу локацию и доложу капитану Дженне. Прежде чем что-то предпринимать, стоит дождаться её распоряжений. Не хочу кого-то спугнуть.)
Мы с Рафаэлем усердно работали в автомастерской Уэйда. Результаты впечатляют.
Стоит только завести двигатель, и его рёв разносится по всему комплексу.
Уэйд: А что насчёт покраски? Хотите сменить цвет?
Уэйд: Смешивать краску я умею не хуже других. Просто назовите оттенок, и я гарантирую: вы останетесь довольны результатом.
Рафаэль замолкает, а потом поворачивается ко мне.
Рафаэль: Я ужасно подбираю цвета. Решай ты.
ГГ: Тогда… Нужно оставить всё как есть.
Хоть за последние несколько дней мы и заменили практически каждую деталь…
Мне хочется, чтобы внешне машина осталась такой же, как раньше, когда была спутником Рафаэля.
ГГ: Поскольку мы хорошо поработали над ремонтом, давайте постараемся, чтобы эти вмятины и царапины выглядели так, будто их никогда и не существовало.
Через два дня в деле Ассоциации о контрабанде протокоров происходит прорыв. Я мчусь туда, но обнаруживаю, что мне почти нечем заняться.
Уже собираясь идти домой, разочарованная, я получаю сообщение от Рафаэля.
Рафаэль: Запомни моё последнее интервью. К тому времени, как ты дочитаешь ответ на второй вопрос, я буду прямо перед тобой.
ГГ: Пф, ты правда думаешь, что это для меня сложно?
Я открываю стенограмму его последнего интервью для журнала и начинаю читать её с помощью функции преобразования текста в речь.
ГГ: «Кхм… Что насчёт выбора темы, я всегда считал, что вдохновение должно быть на первом месте».
ГГ: «Независимо от того, насколько редки природные пейзажи или культурные достопримечательности, они уже были изображены в работах великих художников бесчисленное количество раз».
ГГ: «Мне не нужно усложнять собственную интерпретацию…»
Когда я заканчиваю «запоминать» первый вопрос для Рафаэля, с улицы доносится слабый звук рёва двигателя.
Я выхожу из здания Ассоциации и вижу потрясающий спортивный автомобиль, припаркованный перед ним.
Все невольно обращают на него внимание… И конечно же, настоящий центр притяжения — это человек за рулём.
Он смотрит в сторону, держа пальцы на руле, и слегка приподнимает бровь, увидев меня.
ГГ: Уэйд так быстро перекрасил её? Выглядит потрясающе.
Рафаэль оборачивается. Опёршись руками об окно машины, он смотрит на меня.
Вечерний ветер треплет его волосы, подчёркивая привычную непринуждённую отстранённость.
Рафаэль: Ну конечно. Ты разве не видела, кто каждый день работал в мастерской?
ГГ: Ха! Конечно, я видела Уэйда.
Рафаэль протягивает руку и касается кончика моего носа. По его лицу видно, что он не собирается со мной спорить.
Он неторопливо выходит из машины и открывает пассажирскую дверь.
Рафаэль: Хочешь прокатиться со мной?
Вечерний час пик — полная противоположность тому, что можно назвать «неспешной поездкой».
Движение медленное и перегруженное. Проехав всего несколько метров, мы останавливаемся на очередном красном светофоре.
На гигантском экране у торгового центра реклама сменяется новостями с фотографией Рафаэля и словами «скрытие правды» и «отмывание денег».
Когда мы просматриваем весь репортаж, раздаётся звонок.
Рафаэль: Алло, господин Джейс?
Рафаэль отвечает. Когда загорается зелёный, он сворачивает с главной дороги на уединённую, тихую улочку.
Неподалёку у обочины есть свободное место, где он и паркуется.
Джейс: Господин Рафаэль, я готов представить остальные доказательства.
Рафаэль: Хорошо. Позже я принесу картину к вам в офис.
ГГ: (Картина… Должно быть, та самая, которую продали по астрономической цене.)
Джейс: Теперь сбор доказательств завершён. Как бы ни возмущались оппоненты, им ничего не светит.
Рафаэль: Спасибо за вашу работу. Назначим встречу позже. Остаёмся на связи.
Рафаэль вежливо ждёт, пока юрист первым повесит трубку. Затем он подпирает подбородок рукой и смотрит на меня с загадочным видом, реагируя на моё явное замешательство.
Рафаэль: Сегодня мне нужно поехать к тебе. Картина в твоём доме.
Рафаэль щёлкает пальцами и наклоняется ко мне.
Рафаэль: Время для викторины. Если угадаешь — получишь приз.
ГГ: Я уже поняла. Это не они тебя подставили, а ты сам всё подстроил.
Рафаэль: Ты действительно понимаешь меня лучше всех в этом мире.
Вариант Б: Даже не догадываюсь.
ГГ: Я в замешательстве и не уверена, что могу догадаться…
Рафаэль: Раз даже ты не можешь понять, то они — так тем более.
ГГ: Та работа, что была продана за огромные деньги… она ведь не валяется в углу моей гостиной, да?
Рафаэль: На аукционе была подделка. Даже подпись, подтверждающая продажу, ненастоящая.
Рафаэль: Я не получил никаких денег, и оригинал всё ещё у меня. Как только мы передадим доказательства полиции…
Рафаэль: С меня снимут все обвинения.
Рафаэль: Что касается того, замешан ли сам аукционный дом в отмывании денег… это должна решить полиция.
Закончив объяснять, он облегчённо вздыхает и откидывается на спинку сиденья.
Я всё ещё пытаюсь осмыслить слова Рафаэля, когда он вдруг будто вспоминает что-то.
Рафаэль: О нет, я забыл самое главное!
Он выходит из машины, не говоря больше ни слова, сворачивает за угол и исчезает в переулке впереди. Я понятия не имею, что он задумал.
Пока я читаю его последнее интервью уже в третий раз, передо мной вдруг появляется красиво упакованный букет роз.
Рафаэль: У меня нет опыта в том, как встречать кого-то после работы. Чуть не забыл об этом. Хорошо, что цветочный магазин ещё был открыт.
Я забираю цветы и тут же замечаю конверт, спрятанный среди них. Рафаэль пожимает плечами и жестом предлагает его открыть.
Внутри конверта находится контракт, написанный на тонком листе бумаги.
ГГ: …Дополнение к трудовому контракту?
Рафаэль: Я хочу использовать все свои существующие картины, а также те, что напишу в будущем, для оплаты твоих услуг телохранительницы.
Рафаэль: Проще говоря, подпиши — и каждая картина, которую я создам с этого момента, будет принадлежать тебе.
Рафаэль: Конечно же, ты всегда можешь поручить Томасу разобраться со всем, если так удобнее. Главное, чтобы ты была довольна.
Рафаэль: Люди с дурными намерениями терпеть не могут иметь дело с такой, как ты. Ты — посторонняя, но явно на моей стороне. Это удержит их от попыток создавать проблемы.
Рафаэль: Что ты хороший телохранитель, который способен держать всякую назойливую ерунду подальше?
Рафаэль улыбается, и я притягиваю его ближе.
ГГ: Нет. Это значит, что ты хочешь продать себя мне.
Рафаэль: В таком случае ты заключаешь выгодную сделку. Почему же ты всё ещё не подписываешься?
ГГ: Хорошо это или нет — вопрос спорный. Найдётся много желающих учинить тебе неприятности.
Рафаэль: Признаю: я та ещё проблемная, горячая штучка. Но ведь ты никогда ты от меня не избавишься, правда?
Рафаэль достаёт ручку из кармана, крутит её и вкладывает мне в руку.
Рафаэль: Когда я был заперт в той машине, то мог бы выбраться сам.
Рафаэль: Но в тот момент я впервые по-настоящему понял, что значит быть одиноким и беспомощным.
Рафаэль: Есть ли кто-то, прекрасно понимающий, что связь со мной принесёт только бесконечные неприятности…
Рафаэль: Но всё ещё неспособный оставить меня одного?
С каждым словом он наклоняется всё ближе.
ГГ: …Всякий раз, когда ты говоришь мне такие сладкие речи, я не знаю, получаю ли сделку всей своей жизни или попадаюсь на обман.
Под его внимательным взглядом я торжественно ставлю подпись, а затем добавляю пару строк к условиям ниже.
Рафаэль: Ты подписала это, милашка, и теперь не сможешь отступить.
ГГ: Похоже, я согласна быть обманутой.
Рафаэль: Но почему ты добавила срок действия… Готова отвечать за меня только один месяц?
ГГ: Это дело разрешится за один месяц. При необходимости мы всегда сможем продлить договор.
ГГ: Поскольку мы подписали такого рода контракт, в глазах посторонних…
Рафаэль: Даже если я сплошная неприятность — я неприятность, связанная с тобой.
Наши имена уже стоят рядом на бумаге. Неважно, вступил ли контракт в силу.
Я буду на его стороне, что бы ни случилось.
Рафаэль: Отлично. Настроение прекрасное, пробки рассеялись… Давай наконец прокатимся.
Рафаэль пристёгивает мой ремень безопасности, прежде чем нажать на педаль газа. Резкое движение застаёт меня врасплох.
Ночной ветер устремляется нам навстречу, а яркие огни по обеим сторонам дороги мелькают, словно переворачивающиеся страницы.
Я сижу рядом с Рафаэлем, пока мы петляем по городским улицам, направляясь к набережной под закатным небом.
Рафаэль: Открой бардачок. Не хочешь посмотреть, что внутри?
Рафаэль: Если будешь смотреть так долго, то отвлечёшь меня.
ГГ: Один кусочек шоколада не так уж и отвлекает, правда?
Рафаэль: Ты знаешь, чего я хочу.
Рафаэль: Нам нужно более уединённое местечко.
Рафаэль: Хочешь почувствовать вечерний ветерок?
Рафаэль: Так ты двигаться не сможешь.
Рафаэль: Здесь совсем нет места, знаешь ли.
Рафаэль: Разве ты не должна… подыгрывать?
Рафаэль: Здесь не холодно. Мы можем побыть тут ненадолго.
ГГ: …Пф, тогда веди себя прилично.
Рафаэль: Погода хорошая. Луна круглее и красивее, чем в прошлый раз.
ГГ: Сегодняшний пейзаж прекрасен. Ты поэтому привёл меня сюда?
Рафаэль: Потому что рядом моя дорогая мисс Телохранительница. Я доверяю ей всё.
Рафаэль: С тобой я всегда с нетерпением жду красивых видов.
Лунный свет падает на реку, создавая мерцающую рябь на поверхности воды.
Я расслабленно лежу в объятиях Рафаэля. Время, проведённое у реки, пролетает незаметно.
ГГ: Вид прекрасный, но уже поздно. Когда мы собираемся возвращаться?
Рафаэль: Помнишь нашу викторину? Давай останемся ещё ненадолго. У меня для тебя сюрприз после полуночи.
Теперь я окончательно запуталась.
Рафаэль: Ну-у-у-у, помнишь, как мы чинили машину? Твои часы зафиксировали колебания энергии протокоров.
Рафаэль: Ты получишь ответ на все вопросы… через два часа.
ГГ: Спасибо, Рафаэль, но этим должна заниматься я сама. Это моя работа…
Рафаэль: Быть моим телохранителем, помогать в поисках вдохновения, возиться пару дней с красками просто из-за идеи, которая внезапно пришла мне в голову…
Рафаэль: Почему я никогда не думаю о том, что моя работа не должна беспокоить тебя?
Рафаэль протягивает руку. Его пальцы касаются моих и медленно скользят по ним, пока не переплетаются.
Рафаэль: Когда ты уже поймёшь, что дистанции между нами больше нет?
Тепло наших рук защищает меня от ночного ветра. Возможно, нам давно пора не беспокоиться о таких вещах.
ГГ: Хорошо. В эти два часа я поеду с тобой куда угодно.
Рафаэль тихо смеётся и наклоняется, чтобы поцеловать меня в щёку.
Рафаэль: Подписано и скреплено печатью. Теперь ты не отвертишься.
На часах 1:30 ночи. На дороге у реки ревут моторы безрассудно несущихся машин, превышающих скорость.
Рафаэль едет позади, пытаясь держать дистанцию, но в воздухе всё равно ощущается тревожное напряжение.
ГГ: …Почему они едут так, будто им жить надоело?
Рафаэль: С прошлого места здесь стало больше нелегально модифицированных машин. Они устраивают гонки от полуночи до самого рассвета.
Рафаэль: Держись крепче. Им кажется, что мы мешаем. Я поднажму.
Я чувствую огромную силу сцепления, а, а скорость мотора заставляет весь автомобиль слегка дрожать.
Машины окружают нас с обеих сторон. На такой скорости малейшее движение руля может привести к катастрофе.
Ночную тишину разрывает сигнал — мои часы неожиданно предупреждают об изменениях в энергии протокоров.
Рафаэль: Заметила? Это их источник энергии.
ГГ: Они пользуются протокорами, чтобы модифицировать моторы…
Рафаэль: Уэйд говорил, что в последнее время машины каждую ночь въезжают в парк.
Рафаэль: Это показалось ему странным, но он не мог расследовать.
Рафаэль: Такие ситуации в юрисдикции Ассоциации Охотников.
ГГ: Следуй за ними. Я запишу машины и отправлю данные капитану Дженне.
Рафаэль крепко сжимает руль и разгоняет машину до предела. Стрелка спидометра бешено скачет, прежде чем стабилизироваться.
Рафаэль: Держись крепче. Я поворачиваю.
Рафаэль дёргает руль, и спорткар скользит буквально полметра, прежде чем идеально войти в поворот.
Рафаэль: Они правда думают, что могу так легко от меня уйти?
ГГ: Ты выглядишь очень самодовольным.
Мы обмениваемся многозначительными улыбками в зеркале заднего вида.
Только когда я убеждаюсь, что все автомобили засняты идеально, он съезжает с гоночной трассы — победителем.
Месяц спустя я отправляю в систему конечный отчёт. Дело о контрабанде протокоров закрыто.
Репортёр: Крупная группа по торговле произведениями искусства подозревается в контрабанде протокоров. Сейчас они под следствием.
Репортёр: Полиция также не исключает связи между этой группой и текущими делами об отмывании денег…
ГГ: (Может, Рафаэль увидел всю картину с самого начала…)
В тот день мы были снаружи здания автосервиса, когда я спросила, почему он неожиданно решил починить машину, а он лишь усмехнулся и взял меня за руку.
ГГ: Ты мог починить починить автомобиль когда угодно. Почему именно сейчас?
ГГ: Неужели лишь потому, что ты чувствуешь, будто теперь можешь позаботиться о себе?
Рафаэль: Ага, есть и другая причина.
Рафаэль: Она отличная. Может отвезти нас в любой конец света.
Рафаэль: И-и-и ты говорила, что хочешь путешествовать. Я просто готовлюсь заранее.
Рафаэль: Ну конечно. Так что, милашка?
Рафаэль: Не поедешь со мной? Дай мне сесть за руль, и я отвезу нас в неизвестное будущее. Ты ведь мне доверяешь?
Я помню, каким искренним и непоколебимым был Рафаэль в тот момент.
Если он вообще задал вопрос, то я была ужасной телохранительницей…
Рафаэль: До окончания твоей работы ещё тридцать минут, но-о-о я готов подождать.
Рафаэль: Я проснулся после дневного сна и решил прогуляться. Так что-о-о я шёл вдоль берега и оказался у паромной станции.
Рафаэль: Фух… Устал. Не хочу идти обратно. Можешь меня забрать?
ГГ: Ты нуждаешься в телохранительнице и водителе?
Рафаэль: Я оставил машину у галереи. А тебе ехать от работы до галереи не очень удобно, да?
ГГ: Раз дело в твоей… машине, тогда я, может быть, и заскочу.
Уголки моих губ невольно поднимаются, когда я кладу трубку и смотрю на Тару.
ГГ: Тара, можно одолжить тот спрей для волос, который делает их объёмными и пушистыми?
Тара: Вот он. У тебя свидание вечером, а?
ГГ: Ага. Мне нужно поправить волосы и прокатить моего художника.