Почему "истина в вине"?
"Истина в вине" (in vino veritas), одна из наиболее известных латинских фраз. Помню ее, вычитанную в стихотворении Блока, со школьных лет. Броская, лаконичная, убедительная, как и все римское. Считается, что впервые ее употребил Гай Плиний Секунд (24-79 гг.н.э.), которого обычно называют Плиний Старший. Это был человек потрясающей эрудиции, настоящий римский энциклопедист. В одном из своих произведений он писал: «Vulgoque veritas jam attributa vino est», что переводится как «Общепринято вину приписывать правдивость». Время удалило лишние слова оставив суть, так фраза устоялась в известной форме.
В Древнем Риме популярностью пользовалось красное вино, однако среди лучших изысканных вин присутствовали и белые. По вкусу римлянам было сладкое вино — vinum dulce, некоторые хозяйства производили praedulce (особенно сладкое вино). По вкусовым качествам было известно около 185 сортов. Плиний различает 4 категории вин: vinum album — белое; vinum fluvum — жёлтое; vinum sanguineum — кроваво-красное; vinum nigrum — чёрное. Это разнообразие доказывает любовь римлян к сему замечательному напитку. Но почему же в нем должна быть истина? И что это значит?
Одной из лучших иллюстраций к цитате является история, рассказанная римским писателем IV века Евнапием из города Сарды. Он был язычником, преклонялся перед императором Юлианом, который пытался возродить религию предков, и ненавидел Константина Великого за ту поддержку, которую он оказал христианской церкви. Но вернемся к вину. В отрывках хроники Евнапия, сохранившихся до нашего времени, можно прочесть следующее:
В первые годы царствования Феодосия (379-395 г.г.) готский народ был изгнан гуннами из своей страны (с территории современной Украины) и вместе с начальниками племен переправился через реку (Дунай) к римлянам. Возгордившись почестями, которые оказывал им царь, видя, что все было под их властью, готы начали между собой немаловажную распрю. Одни хотели оставаться в настоящем счастливом положении римских друзей, другие – хранить данную ими прежде клятву, состоявшую в том, чтобы всеми средствами вредить римлянам, которые приняли их к себе, покуда не завладеют всей их страной. Это и была причина их распри.
Готы разделились на две партии: одна обратилась к худшему плану, вторая – к лучшему, но каждая партия скрывала причину своего недовольства другой.
Царь Феодосий не переставал оказывать им почести: готы обедали за его столом, жили под одним с ним кровом, получали от него щедрые подарки. Тайна их распри не была обнаружена. Вождем проримской стороны был Фравита, человек молодой, но по добродетели и любви к правде лучший из людей. Он признавал и чтил богов по прежнему обычаю (т.е. был язычником), не изображал притворного христианства для обмана других и получения власти, но во всю жизнь являл душу ясную и чистую, считая противным того, кто одно скрывает в душе, а другое выражает. Он тотчас женился на римлянке, для того чтобы потребность физическая не доводила его до поступков насильственных; царь одобрил его брак. Отец невесты был приведен в удивление предложением Фравиты, так как считал за счастье иметь такого зятя.
Весьма немногие из соплеменников Фравиты пристали к его образу мыслей. Большая часть других готов и сильнейшие из них твердо держались принятого прежде намерения и горели неистовой страстью исполнить замысел. Предводителем этой партии был Эриульф, человек бешеный, превосходивший других яростью.
Раз, за пышным царским угощением готы оправдали поговорку «правда в вине» – Дионис (бог виноделия) обнаружил за попойкой скрывающийся замысел. Пир в беспорядке был прерван; в смущении и беспокойстве, они стали выбегать из дверей. Фравита по великой доблести своей, полагая, что похвальный и справедливый поступок будет тем прекраснее и богоугоднее, чем скорее совершится, не откладывая, обнажил меч и пронзил им бок Эриульфу. Так он погиб в то самое время, когда мечтал о совершении преступных замыслов.
В другом месте Евнапий повторяет свою мысль слегка иначе и более явно:
Царь угощал их (готов) великолепно. В этом случае оправдалась поговорка «вино и правда Диониса». Этого бога по справедливости называют Лиэем; не только потому, что он рассеивает печали, но и потому, что обнаруживает и распускает тайны. За попойкой он обнаружил замысел готфов, и пир в беспорядке был прерван.
