"Отброс хочет жить" 116-118 глава
Тгк команды перевода: https://t.me/seungmobl На Boosty (https://boosty.to/seungmobl) главы выходят быстрее по подписке (доступно на данный момент 143 главы)!
Ходили бурные споры о том, действительно ли у Ха Ын Со была андрофобия.
Неизвестно почему, но Ли До Гюн всё выболтал и выложил все свои грехи, из-за чего некоторые начали считать, что его запугал Сонун, или что он намеренно пожертвовал собой, чтобы переломить ситуацию, когда гильдию его племянницы начали критиковать. Ни малейших доказательств этому не было.
«Как вообще можно так думать?»
Говорят, десять человек — десять мнений, но эти домыслы казались по-настоящему изощрёнными.
Ну, как бы то ни было, выстрел Ли До Гюна задел сразу двух зайцев — Ким Сок Ёна и Им Хва Рин — и решил проблему одним махом.
Им Хва Рин, которая громко заявляла о своей безупречности, потеряла её из-за этого инцидента, а Сонун больше не подвергался травле. Ха Ын Со, избавившись от абсурдной ситуации с браком и исчезновения Ли До Гюна, источника своих давних травм, значительно повеселела.
Хотя она по-прежнему чувствует себя немного неловко рядом с мужчинами из гильдии, её андрофобия значительно уменьшилась по сравнению с прошлым.
Позже Гильдия Небула также успешно выиграла конкурс на врата. Конечно, это не шло ни в какое сравнение с тем, когда за ними почти полностью было монополия, но, по крайней мере, больше не приходилось постоянно мотаться за границу.
Я несколько раз сталкивался с Им Хва Рин в кампусе, но мы больше не ссорились. Мы просто молча встречались взглядами и расходились.
Возможно, после того как общественное мнение переменилось, появилось новое утверждение: «не существует абсолютного зла». Как бы намекая, что и добра безусловного тоже нет.
Оставались, конечно, теории заговора, утверждавшие, что во всём замешана Небула, но со временем обсуждение стихло.
Постепенно атаки на Сонун прекратились, и в душе Ки Дже Му наконец-то воцарился покой. Благодаря этому я снова смог стать его гордостью.
Прошло три года, и мне уже двадцать четыре. В это время в оригинале Ки Юн Дже изо всех сил издевался над Чан Ын Ёлем и пытался уничтожить всё, что тому дорого.
Но в отличие от оригинала, сейчас Куки уютно устроился у меня на коленях и был занят угощением, которое я ему дал.
«Мне даже немного жаль Ки Юн Дже из оригинала.»
Я гладил мягкую шерсть Куки и думал о сюжете оригинала. Руку нельзя было остановить, Куки просил гладить ещё.
Хотя многое изменилось, Чан Ын Ёль не стал новым Ки Юн Дже.
Он просто спокойно сидел рядом со мной и смотрел телевизор.
Я только спросил, а он сразу ответил.
Ну, ясно. Я кивнул и аккуратно переложил Куки с коленей к Ын Ёлю.
— «Что случилось, Ки Юн Дже?» — тут же удивлённо спросил Куки.
И он, и Ын Ёль одновременно уставились на меня.
— «Я тяжёлый?!» — Куки явно был потрясён. Изо рта выпало лакомство, и он так и остался с открытым ртом.
Я покачал головой, поднял угощение с коленей Ын Ёля и снова положил в пасть Куки.
Куки снова принялся грызть угощение с выражением облегчения.
— Тогда почему ты его пересадил? У тебя ноги затекли?
— Нет, не в этом дело… Ты же сказал, что ревнуешь?
Ын Ёль всё ещё выглядел озадаченным. Хотя мы только что об этом говорили.
Куки — его пёс, но, казалось, он больше ко мне привязан.
«Конечно, это не противостояние, как в оригинале, но вдруг в глубине души накапливается раздражение…»
Мне стало тревожно, что это может показаться попыткой «перетянуть» Куки на себя. Поэтому я его и вернул. Но разговор у нас всё равно не клеился.
Когда я коротко всё объяснил, Чан Ын Ёль расхохотался.
— Ты же не ревнуешь из-за такого, правда?
Пока я пытался его понять, Ын Ёль взял меня за руку. Я посмотрел на него вопросительно, а он лишь слегка лукаво улыбнулся.
— Не переживай. Куки просто любит тебя. Это как спрашивать ребёнка, кого он больше любит — маму или папу.
— Ну, Куки просто очень любит нас обоих, так что трудно расставить приоритеты.
Хм… Наверное, он прав? Мне так не казалось, но раз он так говорит, то я снова запутался. Пока я думал, Куки уже перебрался с коленей Ын Ёля обратно ко мне и снова уютно устроился.
Слова Чан Ын Ёля, может, и не совсем точно описывали ситуацию, но были близки к правде.
«Ну, раз никто не обижается, то всё в порядке.»
Я уже собирался окончательно убедиться, что мои тревоги были напрасными, и почувствовать удовлетворение, как вдруг Чон И Джун, сидевший рядом, с недовольным выражением лица и надутыми губами резко подался ко мне.
Я даже не успел спросить, в чём дело, как он втиснулся между мной и Чан Ын Ёлем и плюхнулся прямо на наши сцепленные руки.
Я ударил Чон И Джуна по спине другой рукой, требуя, чтобы он убирался, но тот и не думал двигаться. Диван был мягким, так что особо не больно, но один из моих пальцев, оказавшийся в неудачном положении, немного пострадал.
При этих словах Чон И Джун вскочил, будто у него под задницей загорелось. Он схватил меня за руку и начал её осматривать.
Когда Чон И Джун задал этот нелепый вопрос, лицо Чан Ын Ёля тут же стало серьёзным. Даже Квон Дже Хёк и Ха Хён Со, сидевшие неподалёку, посмотрели с тревогой.
— И Джун хён! Да как так можно! Как ты вообще мог напасть на Юн Дже своей задницей?!
— Чёрт! Да кто бы мог подумать, что от моего зада палец сломается… Насколько же ты хрупкий?
Они что, издеваются? Я был в шоке, но лица у них были абсолютно серьёзными. Я вырвал свою руку из рук Чон И Джуна и ударил его кулаком.
Если бы они просто посмотрели, поняли бы, что всё в порядке. Было обидно, что всё так вывернули. Я мрачно глянул на Чон И Джуна, потирая кулак, которым, похоже, задел что-то твёрдое, но он, вместо того чтобы извиниться, вдруг надулся.
— А чего это только ты меня бьёшь? Он же тоже фигню нёс!
И Джун указал пальцем на Ха Хён Со, который в ответ лишь неловко усмехнулся. Я посмотрел на него, затем снова двинул И Джуну.
— Он это из-за волнения сказал! А ты — просто так!
Когда мне нечего было ответить, я только пробурчал: «Ха, ну да. Ха, конечно!» Я сверкнул глазами на Чон И Джуна, который закатил глаза, но под его тяжёлым взглядом всё же сдался.
В этот момент послышалось неодобрительное цоканье.
Голос принадлежал Джейду. Чон И Джун разозлился на него за презрительный взгляд, но, в отличие от меня, Джейд даже не моргнул.
— Ки Юн Дже. Мне нужно кое-что сказать.
Он вдруг заговорил по-английски, хотя прекрасно знал корейский. Я заподозрил, что он не уверен, стоит ли говорить здесь.
Я уже собирался встать, полагая, что дело серьёзное, как он добавил:
— …Это то, что ты просил меня сделать.
Я задумался. Что же я просил Джейда сделать?
«Если он так мнётся, то это вряд ли связано с улучшением оружия… Неужели…?»
Вдруг мне пришла в голову догадка. Я тут же вскочил, подошёл к нему и увёл из гостиной. Пройдя ещё немного, когда мы оказались на приличном расстоянии, он наконец заговорил.
— Я нашёл того, кого ты искал.
— У него есть особая способность к гипнозу, и его умения подтверждены. Он был одним из участников недавнего ограбления сейфа в Европе.
Он говорил о деле, когда был ограблен сейф одного богатого европейца. Когда тот умер, его трое детей унаследовали всё имущество, но одна коллекционная вещь стала проблемой.
Это была корона, инкрустированная 1 325 бриллиантами и 1 020 цветными драгоценными камнями. Камни были высокого качества, дизайн великолепный, поэтому вещь имела огромную коллекционную ценность. Однако трое наследников не ладили между собой и не могли договориться, кому достанется корона, и после долгих споров решили выставить её на аукцион, чтобы поделить выручку.
Дети плохо ладили между собой и не доверяли друг другу, поэтому начали подозревать, что кто-то из них может красть вещи. В результате они решили установить для сейфа пароли, чтобы никто не мог к нему получить доступ.
Например, первому ребёнку задавали код 11, второму — 21, третьему — 31 и так далее. Разумеется, настоящий пароль был гораздо сложнее этого примера.
Так или иначе, каждый знал только свой код, и потому все трое были уверены, что никто не сможет ничего украсть. Но в день аукциона их ждал пустой сейф.
— Я подумал, что это дело рук обладателя особых способностей, например, телепортации или прохождения сквозь стены…
— Ну, такие способности встречаются нечасто. И их быстро ловят.
Главным врагом таких людей были камеры наблюдения. В сотрудничестве с ИИ они отслеживали появление одного и того же человека в разных местах, и мобильных пользователей быстро выявляли и задерживали.
— В общем, похоже, он просто один раз взялся за это дело, потому что срочно нужны были деньги… Но, к сожалению, теперь организация не хочет его отпускать. Он связался со мной, потому что ему нужны деньги, чтобы сбежать с семьёй, но не хочет снова ввязываться в то, что может оставить зацепки.
У меня перехватило дыхание от этих слов. Неужели я наконец смогу вернуть свои воспоминания?
— Когда можно с ним встретиться?
— В любое время. Он сам сказал, что хочет встретиться как можно скорее. Пока держится, но давление со стороны организации усиливается… Сказал, что сможет встретиться в любое время, нужно лишь договориться о встрече.
Не раздумывая, я согласился встретиться прямо сейчас. Джейд кивнул, достал телефон и кому-то позвонил. Закончив разговор, он повернулся ко мне.
— Там слишком сильное наблюдение. Сейчас он в отеле. Похоже, за его номером не следят, но стоит выйти и на него тут же обращают внимание…
Попасть в особняк было бы затруднительно. Я кивнул. К счастью, отель, в котором он остановился, принадлежал Сонун.
«Скорее всего, он выбрал это место из соображений безопасности…»
Для меня это было удобно, мой визит можно было скрыть.
— Хм. Он сказал, что можно в любое время.
— Ты не хочешь подготовиться?.. Или взять Квон Дже Хёка…
При этих словах Джейд приподнял бровь. Его лицо стало немного странным.
Джейд пожал плечами и согласился, не выказывая недовольства моим решением. Мы вдвоём покинули особняк и направились в отель, где находился обладатель гипнотических способностей.
Я надел кепку и солнцезащитные очки, чтобы скрыть лицо, но как только вошёл в лобби отеля, менеджер тут же ко мне подошёл.
Он, видимо, понял, что я намеренно скрываю лицо, поэтому не назвал меня по имени.
— Я пришёл на встречу, так что можете не беспокоиться.
Сказав это, я бросил взгляд на Джейда, и он шепнул, что номер находится на 14-м этаже.
— Я хотел бы арендовать номер на 14-м этаже.
Мне даже не пришлось подходить к стойке регистрации. Менеджер сам подошёл и принёс ключи. Когда я спросил о залоге, он улыбнулся.
— Как же я могу брать с вас деньги? Всё уже улажено.
Менеджер назвал это знаком своей преданности, а я поблагодарил его. Разумеется, залог, который он внёс от моего имени, потом вернётся в его карман. Так что, хоть я и не давал ему взятку, я был благодарен — это убирало ещё одну возможную зацепку.
С ключами в руках мы с Джейдом поднялись на 14-й этаж. Выйдя из лифта, мы прошли по коридору к нужному номеру. Я остановился перед дверью и постучал.
Однако в ответ на стук я не услышал ни голоса, ни движения. Вместо этого зазвонил телефон Джейда.
«Что такое?» — подумал я. И в этот момент дверь открылась.
Похоже, человек на том конце провода позвонил нам на мобильный, чтобы подтвердить, что мы заказчики.
Приветствовала нас женщина с бледной кожей. Из-за её андрогинной внешности и коротко подстриженных волос я поначалу не мог определить пол, но по голосу стало ясно, что это женщина.
Когда мы вошли в номер, внутри было темно, несмотря на дневное время. Хозяйка плотно задёрнула шторы, не оставив ни малейшей щели.
«Наверное, боится внешнего наблюдения…»
Похоже, мои догадки были верны. Женщина устало села на кровать и, вытирая лицо, жестом предложила нам сесть где угодно. Было видно, что она находится в серьёзном нервном напряжении.
— Так, на ком мне использовать свою способность?
Она взглянула на меня. Я удивился, что она сразу догадалась, но потом понял. Мы в Корее, и если она знала, что речь идёт об азиате, догадаться было несложно.
Когда Джейд подтвердил, что речь идёт обо мне, женщина спросила:
— А как с языком? Переводчик нужен? Мне будет сложно использовать способность, если мы не понимаем друг друга.
Я ответил вместо Джейда. Услышав это, женщина кивнула и посмотрела на Джейда:
— Значит, ты больше не нужен. Уходи.
Джейд нахмурился от её резкости, но женщина, не моргнув глазом, вновь приказала:
— Мне проще сосредоточиться наедине. Выйди и присмотри за ситуацией. Не пускай никого.
Джейд посмотрел на меня с вопросом в глазах — правда ли стоит оставаться наедине? Я слегка кивнул. Убедившись, что всё в порядке, Джейд встал и, выходя, принял от меня ключи.
Возможно, это было совпадение, но его комната действительно находилась прямо напротив. Джейд посмотрел на меня ещё раз, затем скрылся за дверью. А я тем временем устроился в кресле, стоявшем у стены.
— Угу. А как мне к тебе обращаться?
Я не стал представляться, зная, что она наверняка не слышала обо мне. Но вместо ответа женщина чуть приподняла уголок губ.
— Я — единственный человек, кого ты сегодня увидишь. Зови как хочешь.
Похоже, она не хотела раскрывать имя. Мне это было неважно — главное, чтобы услуга была оказана. Если начать настаивать, а она откажется, я останусь ни с чем.
— Я введу тебя в состояние транса.
Женщина села напротив меня за стол и начала объяснять суть своей способности.
Она добавила, что введёт меня в полусонное состояние и поможет разуму войти в подсознание.
— Это вроде «Начала». Помнишь, в фильме они засыпают и видят сны, в которых происходят события? Здесь то же самое. Только я не пойду с тобой, просто задам направление, чтобы ты попал туда, куда хочешь.
Я кивнул, поняв суть. Она встала, достала из сумки что-то вроде благовония.
— Не беспокойся. Это обычные ароматические палочки. Без них можно обойтись, но с ними получится погрузиться глубже.
Она поднесла палочку, будто спрашивая разрешение. Я кивнул. Женщина зажгла благовоние и установила в подставку. Вскоре в комнате распространился мягкий аромат.
Я послушался. Она начала медленно считать. Её голос замедлялся с каждым числом, становился всё тише…
Когда её речь превратилась в неразборчивый шёпот, я вдруг очнулся… в заброшенном здании.
Хотя я никогда здесь не был, оно было мне знакомо.
— Это ведь то самое место, да?..
…То место, где в оригинальной истории погиб Ки Юн Дже. Женщина говорила, что отправит меня в далёкое прошлое моего подсознания, но я и подумать не мог, что зайду так далеко.
Я не знал, как это вообще возможно, но заподозрил, что с регрессией Квон Дже Хёка что-то пошло не так.
Оглядевшись в растерянности, я увидел Чан Ын Ёля и других людей — старше, чем я их помнил. Хотя я был ошеломлён, никто из них не удивлялся моему поведению, словно всё происходящее для них было в порядке вещей.
Среди людей, сдерживавших меня, я заметил кого-то, кого не должно было здесь быть. Это был одарённый человек, из-за которого я оказался здесь. Она стояла, скрестив руки, и смотрела на меня, спрашивая:
— Это то место, которое ты хотел увидеть?
На мой вопрос она чуть усмехнулась. Это была насмешка, будто я спросил нечто совершенно глупое.
В тот же момент она исчезла. Судя по всему, мое подсознание, услышав её голос и вспомнив о ней, сам воссоздал её образ в этом мире. Люди вокруг кричали на меня, выражали недовольство, но я их игнорировал, продолжая осматриваться.
— Думала, покажу тебе что-то вроде этого, десятилетней давности…
Это был отрывок из прошлого двадцатичетырёхлетней давности, то есть из предыдущей жизни Квон Дже Хёка, до его возвращения. Я хотел рассмеяться от абсурдности происходящего, но в этот момент снова раздался её голос:
— Это то место, которое ты хотел увидеть?
Это было интересно, но совсем не то прошлое, которое я хотел узнать. Поэтому я покачал головой.
— Я хочу заглянуть чуть дальше в прошлое.
Сразу после этих слов мои глаза окутала тьма. Когда я, запаниковав, попытался что-то разглядеть, свет вернулся, и передо мной оказалась моя комната в особняке.
Я взглянул в зеркало — и там был я. Только выглядел чуть старше, чем обычно.
Оглядев себя, я сразу же направился в комнату Ки Хён Джу. И понял, почему знакомое место казалось чужим: комната была пуста, в ней не осталось ни единого следа присутствия человека.
Я проверил и другие комнаты — Чон И Джуна, Ха Ын Со, Ха Хён Со… И каждый раз передо мной открывалась такая же пустота. В них не было ни души, ни даже признаков жизни.
Только когда я открыл комнату Квон Дже Хёка, мне попалось знакомое лицо. В огромном особняке остались лишь я и он.
«Похоже, это случилось незадолго до похода в то заброшенное здание…»
Тот момент, когда Ки Юн Дже сломался. Квон Дже Хёк стоял с тёмным лицом, и казалось, слова Ки Юн Дже глубоко потрясли его.
Но что-то было не так. В отличие от той сцены в заброшенном здании, его слова здесь были искажены шумом, и разобрать их было трудно.
Квон Дже Хёк внезапно подошёл ко мне и опустился на колени.
— Если я□ □□ □□□, то почему бы не □□?
— Это□… Я должен сделать больше…
Он с мольбой в голосе прижался ко мне. Я был потрясён. Не думал, что увижу его таким.
Хотя я понимал, что его отчаяние всего лишь отголосок прошлого, я не знал, как мне себя вести. И в этот момент мои губы сами собой разомкнулись:
Как только Квон Дже Хёк услышал это, на его лице, в котором только что мелькнула робкая надежда, всё погасло. Он рухнул, а я зарыдал.
В тот же миг меня будто толкнули — не к Квон Дже Хёку, а вверх, в небо. Что-то вытолкнуло меня прочь, как будто запускало в полёт.
Сознание, до этого глубоко погружённое, вдруг вернулось, и я резко открыл глаза. Лицо было всё в слезах.
Та самая женщина, что погрузила меня в глубокое сознание, стояла немного поодаль, с крепко сцепленными руками, и смотрела на меня с тревогой на лице.
— …Ты в порядке? Но почему это вдруг произошло? Я ведь даже не успела показать тебе то, что ты хотел увидеть.
— Да! Ты вдруг начал отвергать мою способность. Я не могла даже говорить с тобой… Что-то было не так, я пыталась насильно вывести тебя, а ты вдруг начал плакать. С тобой точно всё в порядке?
Я пошевелил руками и ногами. Всё двигалось нормально, боли не было. Я кивнул, показывая, что в порядке.
— Значит, это не ты меня разбудила?
— Я не могла тебя разбудить, ты полностью перестал воспринимать мою сверхспособность.
— Раньше ничего подобного не происходило?
— Конечно нет. Поэтому я и так удивлена.
Если это вытолкнуло меня не она, то остался только один виновник.
Она не только не рассказала мне о моём прошлом, похоже, она даже не хочет, чтобы я его узнавал с помощью чьих-либо способностей.
«Если бы у меня было отторжение к сверхспособностям, гипноз вообще бы не сработал.»
А то, что это не проявлялось у других, значит, система мешала только тогда, когда подходил слишком близко к правде. Когда я закончил упорядочивать свои мысли и поднял глаза, она всё ещё наблюдала за мной.
— Ну, ты ведь не увидел память, которую хотел… Значит, это неудача… — Она тяжело вздохнула, как будто заранее смирившись с провалом.
Я и правда не добился того, чего хотел, но…
— Я всё равно оплачу твои услуги.
Она вспыхнула румянцем, хотя почти сразу лицо вновь стало мрачным.
— Неважно. Это же не значит, что я совсем ничего не узнал.
Я просто улыбнулся в ответ, не отвечая. Она смущённо почесала голову, будто сама не ожидала, что спросит об этом и теперь была действительно заинтригована.
«Потому что теперь я знаю: воспоминания нельзя вернуть с помощью этой способности.»
Система, скорее всего, сила более высокого порядка, чем обычная сверхспособность. Если сила способности это то, что даётся кому-то, то система — это то, чем кто-то пользуется напрямую.
А значит, именно эта высшая сила мешает мне добраться до воспоминаний. Даже одно это знание уже достижение.
Оно говорит мне: пока у меня нет силы, равной по масштабу системе, я не смогу вернуть себе прошлое.
«Сила, равная системе… Смогу ли я её найти?»
Я вышел из комнаты, сказав, что отправлю деньги за услугу. Джейд, находившийся в комнате напротив, видимо, всё это время следил за происходящим с приоткрытой дверью. Как только увидел меня, тут же вскочил со стула.
— Уже всё? Так быстро закончилось?
Я поднял запястье и взглянул на часы — прошло всего около пятнадцати минут. Хотя по ощущениям внутри гипноза пролетело час-два.
— Пойдём обратно. И расскажи, пожалуйста, как перевести плату за запрос.
— Ладно. Ты нашёл то, что искал?
Джейд посмотрел на меня с недоумением, словно спрашивая: зачем тогда платить?
— Я не нашёл то, что хотел… но получил кое-что другое.
— Хм… Ну, в любом случае, это не мои деньги, а твои, Ки Юн Дже. Как хочешь.
С этими словами мы с Джейдом спустились в холл отеля.
Когда я возвращал ключи на стойке регистрации, нашёл глазами менеджера. Он не стал спрашивать, почему я так рано уезжаю. Просто тепло улыбнулся и сказал, что надеется, что сервис мне понравился.
Я бросил взгляд на его бейджик с именем, поблагодарил за обслуживание и запомнил его имя.
«Потому что он сообразительный. Такой человек может пригодиться.»
Мы сели в машину, которую подготовили у входа, и поехали обратно в особняк. Но на пороге особняка я замер, там стоял Квон Дже Хёк.
Джейд, заметив Квон Дже Хёка, сразу исчез, оставив меня одного с ним. Я не знал, что сказать… в нём было что-то странное. И прежде чем я успел заговорить, он обратился ко мне:
Я ожидал, что он спросит: «Почему не взял меня с собой?», но этого вопроса не прозвучало.
«Он знает, чего я хотел?» — подумал я и вместо ответа сам задал вопрос:
— А ты хочешь, чтобы я получил это?
Выбрать можно было бы: «Да» или «Нет». Но Квон Дже Хёк долго молчал, а потом сказал нечто совсем другое:
— Если ты этого хочешь… хорошо. Я надеюсь, что да.
— Но в то же время… я надеюсь, что нет.
Он протянул ко мне руку. Я не стал отстраняться, его ладонь коснулась моей щеки.
Фраза была внезапной. «Куда? От кого?» — я хотел спросить, но он опередил меня:
Шуткой это совсем не казалось, но он сказал, что это просто шутка, значит, не хочет, чтобы я волновался. Затем он ушёл в сторону сада, сказав, чтобы я зашёл в дом и отдохнул.
Я повернулся, открыл парадную дверь и вошёл в особняк.
Но образ рухнувшего Квон Дже Хёка, которого я видел в подсознании, всё ещё стоял у меня перед глазами.
Моё «путешествие за воспоминаниями» закончилось, оставив чувство тревоги. Хотя это не значит, что я сдался.
Я не смог увидеть всё, но, возможно, есть другие способы узнать.
«Можно просто спросить у того, кто знает моё прошлое…»
И всё же я колебался. Даже если кто-то расскажет, смогу ли я поверить?
«Потому что я не знаю, правда ли то, что мне скажут.»
Поэтому Ки Хён Джу и Ки Сон У сразу исключаются. Я доверяю Ки Хён Джу (не так, как в самом начале), но в этом вопросе исключение.
«Она может скрывать что-то ради моего же блага.»
Ки Сон У, похоже, вообще что-то задумал, поэтому тоже нет.
«Остаётся только Квон Дже Хёк…»
Я верю, что он не обманет. И не только из-за клятвы… я просто доверяю Квон Дже Хёку.
Но я не могу его об этом просить. Из-за той сцены, что увидел в подсознании.
Если бы он хотел рассказать, он бы уже рассказал. А я… боюсь снова увидеть, как он ломается.
Я не отказался от поисков воспоминаний. Но решил отказаться от вопросов. Возможно, со временем появится более подходящая возможность.
Мир тем временем сильно изменился. Быстрее, чем в оригинале.
Отчасти потому, что врата были найдены раньше, но и потому, что правительства вытащили тех, кто раньше тренировался в горах и лесах, и начали целенаправленно развивать их способности.
Конечно, были не только плюсы. Утверждение, что третья энергия «ки», которая ранее считалась невидимой и бесполезной, на самом деле помогает в использовании видимых способностей, привлекло мошенников.
Так распространилась псевдотеория о том, что «энергетическая терапия с использованием сверхъестественных способностей» может помочь людям с парализованной нижней частью тела встать на ноги и открыть глаза слепым.
Разумеется, это длилось недолго. Люди с исцеляющими способностями, которые раньше могли лечить только простые внутренние и внешние раны, начали проводить по-настоящему ошеломляющие лечения после того, как освоили «Метод Управления Силой». С появлением таких людей, те, кто фальсифицировал чудеса, быстро исчезли.
Всё это шло окольными путями, но если кратко, то суть была проста:
«Люди стали сильнее, чем в оригинале».
В начале, когда погибло множество людей, обладатели способностей предпочитали заботиться о себе и молча изучали стратегии под руководством «Небулы».
Позже, когда они узнали о системе, подготовленной «Небулой», они под руководством как раз вовремя появившейся Им Хва Рин отделились от неё. Но даже тогда для захвата врат всё ещё требовалось жертвовать жизнями.
Тем, что обеспечило им безопасность, стал «Метод Управления Силой».
«Он должен был появиться позже, в период роста сил, но...…»
Хотя инфляция способностей ещё не наступила, силы одарённых уже стали выше. Текущие врата находились на стадии, когда ещё не появились ни Дитрих, ни гуманоидные монстры, так что в каком-то смысле захват врат напоминал одностороннюю бойню монстров.
И, вероятно, из-за ощущения лёгкости, вызванного этим превосходством, люди потеряли бдительность, и смертность продолжала расти, хотя по идее должна была снижаться.
В любом случае, при таком положении вещей я думал, что пока не произойдёт что-то вроде Дитриха, серьёзных проблем не будет.
— Из-за появления врат в аэропорту Дубая была потеряна связь с самолётами, что едва не привело к крупной аварии.
— Вау, чуть было не попали в серьёзную переделку.
Так что, слушая репортаж диктора, я волновался только за самолёты — о том, как атаковать эти врата, я даже не думал.
Объединённые Арабские Эмираты надеялись как можно скорее избавиться от врат в аэропорту Дубая. Хотя наличие врат может быть выгодным для страны, невозможно просто закрыть глаза на парализованную связь в таком важном месте.
К счастью, зона с нарушенной связью была не очень большой, но проблема заключалась в том, что врата открылись прямо на взлётно-посадочной полосе и оказались недалеко от диспетчерской башни.
Хотя срочную проблему удалось решить, временно переместив управление в другую башню, необходимость ликвидации врат никуда не делась.
Первичные измерения показали, что уровень врат был невысоким. Уровень по шкале составлял 1, что означало почти полное отсутствие опасности.
— Жаль, если бы они не были так близко к аэропорту, можно было бы просто оставить.
— Ничего не поделаешь. Давайте быстро разберёмся с ними и вечером в паб выпить.
Собравшиеся в Дубае арабские одарённые вошли во врата с улыбками на лицах. И не вышли… даже спустя неделю.
— Что они там делают внутри врат первого уровня, что так долго не выходят?
— Может, там что-то ценное нашли?
Появились жалобы, что они затягивают с зачисткой, но никто не воспринимал это всерьёз. Однако, когда прошла ещё неделя, на лицах людей начали появляться тревога и беспокойство.
— Почему они всё не возвращаются? Неужели они умерли… во вратах первого уровня?
— А может, дело во времени? Внутри ведь время течёт по-другому… Если там оно идёт медленнее, чем здесь…
— Погоди, тогда что нам делать? Если это правда, то выходит, одарённые могут выйти… и через сто лет?
Все запаниковали. Они сидели за своими столами и обсуждали, что делать, но это не имело смысла. Это была не та вещь, о которой стоило спорить прямо сейчас.
Их до крайности раздражало, что они не могли нормально наладить связь ни внутри, ни снаружи врат. Арабская сторона пару раз задействовала способных людей, но из врат всё равно никто не выходил.
— Проблема не только во вратах… но и в количестве людей со способностями, которых туда отправили…
Сначала, поскольку это были врата первого уровня, они перебросили туда слишком много людей, чтобы побыстрее разобраться. Потом отправили туда ещё нескольких… и ещё…
Если вдруг по всей стране одновременно откроются врата, просто не хватит рук, чтобы их остановить. Одаренные люди продолжали появляться, но они были ограниченным ресурсом — им требовалось обучение, прежде чем они могли действовать полноценно.
Все думали, как решить эту ситуацию, но никто не предлагал внятной альтернативы.
В этот момент кто-то с грохотом распахнул дверь в конференц-зал. Задыхаясь от бега, человек успел закричать раньше, чем кто-либо успел разозлиться на вторжение.
— Это не врата первого уровня!
Все удивлённо обернулись и услышали, что кто-то, заподозрив неладное, заново измерил уровень врат.
Третий уровень. Потом первый. А потом — восьмой.
— Восемь?.. Сейчас уже восьмой уровень?
— Разве до сих пор максимальным не был шестой?
Пока все пребывали в шоке, человек, ворвавшийся в зал, выглядел всё более мрачно. И, в конце концов, когда он произнёс следующие слова, лица всех в зале поневоле приобрели такое же выражение.
— Я измерил ещё раз… и вышло четыре. Потом два… А потом счётчик дошёл до десяти.
Для людей, которые никогда в жизни не сталкивались даже с восьмым уровнем, само существование десятого было уже чем-то пугающим. В конце концов, кто-то с трудом озвучил то, что витало в головах у всех, но никто не решался сказать вслух: