"Гроб Героя" 133-134 главы
Когда великий переполох наконец улёгся, банкет продолжился.
На самом деле он думал, что всё закончится катастрофой: люди в зале застыли от напряжения, атмосфера была зловещей. Но Папа вышел вперёд и приказал:
— Мы не можем закончить столь важное событие вот так.
Герой вернулся в объятия Ордена спустя несколько месяцев. Этот банкет имел особое значение, ведь его устроили в честь его возвращения, поэтому заканчивать всё подобным образом было просто немыслимо.
По распоряжению Папы банкет продолжился. Оркестр заиграл, а знать принялась общаться, осторожно поглядывая друг на друга. Будто опасаясь показаться подозрительными, если сейчас начнут вести себя неестественно, все старались держаться как можно непринуждённее.
Харен и Ной спустились на первый этаж и раздавали указания святым рыцарям, а люди тем временем слонялись поблизости, ожидая окончания их разговора. Однако кто-то протиснулся сквозь толпу, словно пробираясь без очереди, и первым поприветствовал их.
— Ух ты. Столько всего расследовать за последние несколько месяцев — вы действительно потрясающи!
Улыбающийся мужчина был круглолицым, с волосами до подбородка. Его ярко-золотые волосы и золотые глаза сразу бросались в глаза, поэтому он посмотрел на Биатрис. Поскольку другие представители императорской семьи, подходившие к ней раньше, обладали похожим сочетанием цветов, он решил, что этот человек тоже, вероятно, был членом императорской семьи.
Но Биатрис тихо цокнула языком.
— Ц. С этой ухмыляющейся рожей.
Тон у неё был довольно резким. Ранее она тоже не проявляла особой приветливости к другим членам императорской семьи, но на этот раз в её голосе была откровенная враждебность. Нет, пожалуй, точнее было бы сказать, что она смотрела на него свысока.
Внезапно ему вспомнилось кое-что из прошлого.
«Этот придурок хотя бы нормально исполнял свои обязанности после того, как отобрал у меня место наследного принца! Когда-нибудь станет известно, что Диумы выжили, и к тому моменту императорский дворец уже должен был заметить подозрительные моменты и начать расследование, чтобы не выглядеть дураками! Но этот идиот только и делает, что глупо улыбается!»
Это Биатрис тогда внезапно пришла в ярость, обсуждая тенденцию исчезновений. Она говорила, что первой сообщила об этом наследному принцу, а уже потом Харену, но тот совершенно не проявил желания что-либо расследовать.
Хм. Неужели этот человек и есть наследный принц?
— Я очень рад снова встретиться с Героем Солареса.
— Я каждый день молилась в храме лишь о благополучии Героя.
За ним подошли светловолосые мужчина и женщина. Увидев, как вся знать разом низко склонилась, произнося: «Слава Соларесу», — он решил, что это, должно быть, император и императрица. Даже Харен склонил голову в знак приветствия.
— Похоже, молитвы императрицы благополучно привели меня в Хесрон.
Императрица прикрыла рот рукой и счастливо улыбнулась, а император удовлетворённо посмотрел на эту сцену и затем небрежно обратился к Биатрис:
— Бише, тебе стоило рассказать и Тио. Было бы хорошо, если бы вы расследовали всё вместе.
— Я рано сообщил об этом Его Высочеству Териосу, Ваше Величество.
— Кхм. Наверное, из-за занятости государственными и личными делами ребёнок просто пропустил твои слова. Тогда тебе следовало больше направлять его как старшей сестре.
— Я прекратила вмешиваться, потому что ранее Ваше Величество ругали меня за то, что я слишком сильно вмешиваюсь в дела наследного принца. Это была моя ошибка.
Император грубо кашлянул. Он про себя аплодировал манере Биатрис говорить, но император едва сумел скрыть неловкость и обратился к Харену. Похоже, он хотел поскорее сменить тему.
— Проникнуть под прикрытием в эти опаснейшие Зоны Искажения, уничтожить и очистить их от Диумов, а заодно найти предателей… Предыдущий командир Ордена Святых Рыцарей наверняка радуется этому на небесах. Ты столько всего пережил, Герой. Отныне императорский дворец поможет расследовать предательство и покорить оставшиеся Зоны Искажения.
— Ни в коем случае нельзя позволить Дедиуму воскреснуть. Подумать только, они всё это время скрывались в Зонах Искажения и строили такие ужасные планы…
Добавила императрица. Наверное, из предыдущего объявления они догадались, что в последней Зоне Искажения, куда направится Герой, должна была разразиться великая битва. Поэтому императорская семья заявила, что окажет Герою, который лично поведёт наступление, всестороннюю поддержку, вплоть до предоставления всех сокровищ, хранивших историю империи за тысячу лет.
Он слышал, что до Великой Катастрофы императорский двор и храм яростно соперничали за власть. Они часто сравнивали свои заслуги ещё со времён Войны людей и демонов. Значит, у императорской стороны тоже должно быть немало оружия, способного противостоять демонам, так что сотрудничество императорской семьи было очень кстати.
— Мы не можем позволить Дедиуму поднять голову на земле, где существует Герой.
Их неожиданно активная доброжелательность была даже удивительной. Возможно, учитывая серьёзность ситуации, это было естественно. Хотя их несколько подобострастное отношение явно раздражало Биатрис, даже она не стала придираться.
Затем подбежала целая толпа других знатных людей. Теперь, когда император и императрица положили начало общению, остальные тоже не хотели упускать такую возможность.
— Новость о том, что Диумы живы, по-настоящему пугает, но рядом с Героем мы чувствуем себя в безопасности!
— Именно! Как же нам повезло…! Нам остаётся только верить Героем и следовать за ним!
— Моя семья тоже поддержит покорение Диумов в северной Зоне Искажения!
— Рыцари с территории Йонеса тоже присоединятся.
Предложения о военной поддержке посыпались одно за другим. На самом деле он ожидал хаоса или того, что после того, как они увидели, как людей прямо сейчас уводили из банкетного зала по подозрению в предательстве, все испугаются и будут держаться подальше от Харена, поражённые его устрашающим приказом.
Но, напротив, они стали подходить ещё активнее, чем раньше, выкрикивая, что будут следовать за Героем. В их глазах даже появилось ещё больше страсти. Хотя каждый был потрясён новостью о возможном возвращении Великой Катастрофы, погрузившей континент в хаос, казалось, рядом с Героем всё будет хорошо.
— Я спокоен, видя вас всех здесь.
После этих слов Харена, произнесённых с улыбкой, люди кивнули, утирая слёзы в уголках глаз. На их лицах читалось такое волнение, словно путь Героя проходил вместе с самим Богом.
После ответа Харена атмосфера стала куда более весёлой.
Словно настоящий банкет только теперь начался, люди смеялись, беседовали и танцевали. Хотя впереди ожидалась великая битва, сегодня был редкий день, когда в одном месте собрались различные знатные и влиятельные люди империи, и они с удовольствием проводили этот вечер, сплачиваясь как те, кто искренне последует за Героем.
Когда банкет достиг своего пика, шум только усилился. Даже святые рыцари, закончившие аресты предателей, переоделись и присоединились к празднику. Особенно громко доносился оттуда смех Кальтерика.
— Вахаха! Вы хоть знаете, сколько Диумов я прикончил в Зонах Искажения?!
Поскольку до сегодняшнего дня они скрывали существование Диумов, он, скорее всего, вообще не мог рассказывать о жестоких сражениях, которые пережил во время путешествия по Зонам Искажения. Словно у него чесался язык, Кальтерик взахлёб рассказывал обо всём, а окружающие восхищённо охали.
Мела рядом с ним сохраняла спокойствие, но тихо добавила, что для убийства трёхрогого Диума им пришлось обрушить овраг. Неподалёку Ной тоже улыбался куда свободнее, встретившись со своими товарищами из Ордена.
Наверное, последние несколько дней они были слишком заняты, чтобы поприветствовать старых знакомых. Возможно, именно сегодняшний день действительно стал для них моментом окончательного возвращения в святой город.
А Харен, разумеется, был окружён людьми.
Если в этом банкетном зале и существовала одна неизменная истина, так это то, что рядом с ним всегда было множество людей. Стоило Харену сделать один шаг — за ним следовали чуть ли не тридцать человек.
— Мой старший сын после встречи с Героем мечтал стать святым рыцарем и наконец-то в этот раз стал кандидатом в рыцари! Каждый день он усердно тренируется, говоря, что обязательно заслужит имя Сидона!
— А, это Мэтис Ён?
— Как это возможно! Вы помните имя ребёнка — для меня огромная честь! Он наверняка будет безмерно счастлив!
Харен красноречиво продолжал разговор, улыбаясь среди них. Знать, получавшая ответ Героя, радовалась так, словно получила величайшую милость, а другие, увидев это, тоже поспешили заговорить.
Он с любопытством наблюдал за этой сценой. Вокруг Харена и так всегда было много людей, поэтому их взгляды вряд ли могли встретиться, но он всё равно украдкой поглядывал в его сторону. Неужели он только теперь начал ощущать дистанцию, осознав, насколько сильно они с Героем отличаются? Даже посмеиваясь над самим собой, он украдкой посмотрел на него, когда…
— Ну что, как насчёт этого шампанского?
Биатрис внезапно появилась перед ним, словно загородив обзор, и обратилась к нему.
…Ах, похоже, их взгляды едва не встретились.
Но прежде чем он успел убедиться, императорская принцесса схватила его за руку и увела в другое место. Поскольку такое уже происходило несколько раз, он теперь даже устал возражать. Под нелепым предлогом показать ему красивые места в зале она таскала его туда-сюда.
Он с кислым выражением лица посмотрел на бокал шампанского, который она ему протянула.
— Я же сказал, что не хочу пить.
— Ой, а я специально достала такое вкусное вино.
— …Сегодня не могу, я плохо себя чувствую.
Алкоголь действовал на него очень сильно. Так было и в прошлой жизни, а насчёт этого тела он не был уверен, поэтому сейчас решил проявлять осторожность. Окно статуса настоятельно велело не устраивать никаких происшествий, точнее, быть осторожным до тех пор, пока связь душ не будет полностью разорвана. Поэтому он хотел избежать алкоголя, который мог стать причиной ненужных проблем.
Биатрис широко раскрыла глаза, услышав его отказ.
— Тебе сегодня нездоровится? А разве хоть когда-нибудь бывало, что ты чувствовал себя хорошо?
Он молча уставился на неё, и она разразилась громким смехом. Она хохотала, согнувшись пополам, совершенно не заботясь о достоинстве императорской принцессы даже в месте, где собралось столько знатных людей. Вытерев слёзы в уголках глаз, она удовлетворённо сказала:
— Ах, как же весело, просто замечательно. Народу здесь много, так что я могу вот так забрать тебя себе. Пусть этот парень расплачивается за то, что несколько дней не показывал тебя мне.
Её слова были совершенно непонятны. Во-первых, было странно, что она снова обращается с людьми как с вещами, а что она имела в виду под последней фразой? Как бы он ни смотрел на неё с недоумением, она лишь кивнула, решив, что нужно воспользоваться этой возможностью, и ласково взяла его под руку.
— Ну как, увидев такой великолепный императорский дворец, ты хоть немного не передумал?
— Насчёт желания потом остаться в таком прекрасном месте!
Он ответил за 0,1 секунды и равнодушно отвернулся. Так вот зачем она водила его по залу. Всё это время она таскала его за собой, рассказывая, как прекрасно по-разному выглядит сад за окнами, но способ убеждения был настолько нелепым, что даже смешно.
С самого начала он не особенно любил людные места, а чем роскошнее они были, тем сильнее его тяготили. И даже сейчас…
Всё это время он чувствовал себя здесь чужеродным кусочком пазла.
— Ваше Высочество, для меня честь с вами встретиться.
— Ну, считай, что тебе повезло.
К Биатрис тоже подходило немало людей. Какой бы странной ни была её личность, она всё же была членом императорской семьи, поэтому многие дворяне стремились наладить связи с императорским домом.
Банкеты обычно и были местом для построения подобных отношений.
Можно было общаться, смеяться и веселиться вместе. Кальтерик, Мела, Ной и… Харен были прекрасными примерами людей, умеющих как следует наслаждаться праздником.
Хотя он уже чувствовал это несколько часов назад, теперь его вновь пронзило новое ощущение.
— …Они действительно словно люди из другого мира.
Было ли дело в том, что сам банкет и этот дворец, словно вылитый из золота, казались ему чужими? Или в неловком существовании сословий вроде знати и членов императорской семьи? Хватит уже с этой чушью про то, что он якобы прибыл из измерения, где классовая система была упразднена. Давайте просто честно признаем это.
Ему казалось, что Харен был совершенно другим человеком по сравнению с ним самим.
Возможно, именно это чувство отстранённости он ощущал ещё после объявления ранее. Нет, может быть, оно появилось ещё в тот момент, когда он прибыл в святой город. Вокруг Харена всегда было множество людей, и среди них он чувствовал себя совершенно естественно. Было удивительно видеть, как он улыбается, разговаривает с людьми и без всякого труда выстраивает социальные связи. Он совершенно не выглядел неловко ни в такой роскошной одежде, ни среди такого количества людей.
Будто это и было его настоящее «я», а те редкие мгновения, когда они оставались вдвоём, были лишь иллюзией. Его все любили и желали его общества. Конечно, он знал, что Харен не просто бездумно принимал всё это… но дистанция, которая постепенно возникла с момента начала банкета, окончательно загнала его в угол.
Сейчас он чувствовал себя мрачным одиночкой с максимальным уровнем антисоциальности.
Разве раньше, когда их было всего пятеро и они ещё не прибыли в святой город, он уже не испытывал именно это — ощущал дистанцию с человеком, который по каким-то причинам должен был всё время находиться рядом?
Он оглядел пустовавшее вокруг него пространство. Даже те, кто поначалу пытался его задеть, теперь потеряли к нему интерес. Похоже, сейчас было гораздо важнее наладить отношения с Героем. Поэтому никто не пытался к нему подойти, а если их глаза случайно встречались, они удивлённо вздрагивали.
Даже когда Биатрис водила его за собой, люди тихо отступали, освобождая дорогу. Эти неловкие взгляды были до боли знакомы.
Он быстро бросил это в спину Биатрис, пока она пила, и двинулся прочь. Ему хотелось поскорее уйти отсюда. В конце концов, его присутствие здесь, вероятно, было нужно лишь для того, чтобы связать переполох в Особом районе Джераб с правдой из предыдущего объявления. Свою роль он уже выполнил.
Он слышал, что в задней части зала было подготовлено несколько комнат для отдыха гостей. Объяснение, которое Биатрис наскоро рассказала ему во время своих тасканий по дворцу, наконец пригодилось.
Он быстро нашёл свободную комнату и вошёл. Поскольку в самом зале все отчаянно стремились поговорить с Героем, в задней части было совершенно пусто. Ему хотелось вернуться в несколько более знакомое здание Ордена Святых Рыцарей, но, к сожалению, дороги он не знал. В императорской карете принцессы они ехали сюда довольно долго.
Он мог просто остановить кого-нибудь и спросить дорогу, но… сейчас ему совершенно не хотелось снова сталкиваться с неприятными взглядами. Казалось, он уже дошёл до какого-то предела.
Он невольно усмехнулся тому, насколько нелепо выглядел. Все эти взгляды были адресованы Исафу. Презрение вызывали злодеяния, совершённые этим отбросом, а не он сам. Он старался избавиться от странного ощущения, бесконечно повторяя это про себя.
Просто случайно всё это было похоже на взгляды, которые он получал в прошлой жизни.
Лишь вдоволь поворчав, он наконец оглядел комнату. Говорили, что это было самое роскошное здание, принадлежавшее императорскому дворцу, и даже гостевая комната действительно выглядела великолепно. Он медленно прошёл по просторному помещению, затем плюхнулся в мягкое кресло и посмотрел на потолок.
— Может, мне всё-таки продолжить это делать…
На самом деле последние три дня он кое-что мастерил. Он начал готовить это после того, как окно статуса сообщило ему о завершении задания, и собирался подарить то самое Харену после разрыва связи душ.
План возник довольно импульсивно, поэтому сначала он посмеялся над собой и забросил его. Но, несколько дней промаявшись от скуки в комнате, снова вернулся к этой затее.
А теперь, когда случайно появилось свободное время…
Он достал материалы из-за пазухи. Говорят, ручная работа помогает избавиться от ненужных мыслей, а ему это сейчас как раз и было нужно. Из-за неумелости он несколько раз терпел неудачу, но на этот раз, похоже, мог наконец добиться успеха. Почему-то при каждой новой попытке его охватывала ничем не обоснованная уверенность, но он всё равно смело продолжал работать руками.
Постепенно в голове стало пусто. Он думал только о том, что завтра, во время разрыва связи душ, появится кот, и нужно будет схватить НПС. В этот раз он не должен позволить ему снова сбежать.
— Может, сделать ловушку из кошачьих лакомств… А, кстати, этот кот вообще ничего не ест?.. Он действительно совсем не обычный фамильяр…
Он бормотал себе под нос, полностью погрузившись в работу, когда вдруг раздалось:
Кто-то постучал в дверь. Он озадаченно поднял голову, не зная, как реагировать, но тут снова раздалось:
Он тоже подошёл к двери и легко постучал в ответ. Решив, что, вероятно, это гость, ищущий свободную комнату, он просто дал понять, что внутри кто-то есть. Если посетителю что-то было нужно, тот сначала должен был бы объяснить причину.
Растерявшись, он тоже постучал сильнее:
Наконец он взялся за дверную ручку. Приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы посетитель не мог понять, кто именно находится внутри, и раздражённо сказал:
Рука, просунувшаяся в образовавшуюся щель, резко распахнула дверь. Совершенно не ожидавший вторжения, он вздрогнул и сделал несколько шагов назад, а другой человек совершенно естественно вошёл в комнату.
Сияющие розовые глаза прямо смотрели на него. Небесно-голубой и розовый причудливо смешивались, а волосы напоминали закат над морем. Такой уникальной комбинацией цветов обладал только один человек.
Лария, хозяйка мастерской Лары, которую он посещал в Надале, и давняя знакомая Исафа, пришла сюда.
Пока он ошеломлённо моргал, глядя на совершенно неожиданного посетителя, она улыбнулась. Даже закрыла дверь с другой стороны совершенно непринуждённо.
— Кто-то сказал, что видел, как ты сюда заходил. Ещё бы ты не выделялся, разгуливая по такому роскошному зданию в одной только мрачной чёрной рясе! Поэтому я быстро тебя нашла!
— Конечно, мне было бы интересно, когда столько всего произошло с моим другом!
Она широко раскинула руки, и в её словах слышалось искреннее возмущение. Словно её очень задело, что сразу после встречи он смотрит на неё с подозрением, она принялась возмущаться, как он вообще может так с ней обращаться.
— Ты представляешь, как я перепугалась, когда узнала, что тебя схватили охотники за наградами?! Я бросилась в святой город, но даже встретиться с тобой не смогла! Говорят, Герой вытащил тебя сразу после возвращения. Как ты мог до сих пор не отправить мне ни единого сообщения?!
Он рассеянно смотрел на Ларию, пока та рассказывала, что ждала его, думая, что он придёт на этот банкет вместе с группой Героя. Неужели она и правда беспокоилась об Исафе…?
— Раз уж ты вернулся в святой город, не пора ли тебе вернуть долг?!
— Девяносто четыре золотых за кольцо и сто тридцать четыре золотых вместе со всеми зельями, которые ты у меня стащил!
Так она всё-таки засчитала и все зелья, которые он утащил. Когда его вынудили купить кольцо, он прихватил ещё несколько зелий, но, похоже, даже для друзей у неё не существовало ни бесплатных подарков, ни скидок.
Ему было неловко от мысли, что приходится встречаться с давней знакомой Исафа без НПС, поэтому он понемногу отступал назад. Но, поняв причину её визита, наоборот, немного расслабился. Когда он перестал пятиться, она наконец с довольной улыбкой подошла ближе.
Направляясь к столу, он поспешно спрятал всё, что было разложено на нём. Лария лишь пожала плечами и села на противоположный диван.
— Ну а теперь — подарок за то, что ты пострадал в тюрьме!
— Это бесплатно. Так что не стесняйся и ешь.
Лария поставила на стол белую коробку. Он подозрительно посмотрел на неё, опасаясь, что она снова запишет что-нибудь в его счёт, но та хихикнула и заверила его, поэтому он наконец радостно открыл коробку. На самом деле сладкий запах разносился по комнате ещё с самого момента её появления.
Как он и предполагал, внутри лежали два красивых тарта.
Один был виноградным, другой — шоколадным. Но если фруктовый тарт выглядел довольно просто, то украшение шоколадного было совершенно чрезмерным.
Шоколадный крем возвышался над тартом настоящей горой, сверху было в изобилии налеплено брауни и шоколадной крошки, а сироп щедро стекал вниз, достигая самого дна коробки. Один взгляд на этот десерт уже заставлял язык ныть от приторной сладости.
И он тут же схватил именно его.
Сахар у него явно упал. С того самого момента, как утром Биатрис потащила его с собой, в животе было тяжёлое ощущение, будто там что-то застряло, поэтому он не съел ни единой порции еды. С одной стороны банкетного зала стояла еда, но атмосфера совершенно не располагала к тому, чтобы к ней подходить, так что он даже не попытался.
Он с удовольствием подхватил десерт вилкой, а Лария некоторое время молча смотрела на него, после чего ярко улыбнулась. Почему-то казалось, что всё это время она ждала, чтобы увидеть, какой именно тарт он выберет.