"Я не хочу этого перевоплощения" 398-400 главы
Тгк команды перевода: https://t.me/seungmobl На Boosty (https://boosty.to/seungmobl) главы выходят быстрее по подписке!
Я был уверен, что услышу ожидаемое «конечно», поэтому сильнее растерялся.
До сих пор в подобных ситуациях Мин А Рин всегда первой бросалась лечить раненых.
И потому я даже не сомневался, когда попросил её об этом. Но что именно она, и никто другой, так холодно откажет — представить не мог.
Атмосфера вмиг стала неловкой. Казалось, что окружающие думают, будто мы с Мин А Рин поссорились: взгляды, которые метались от меня к ней и обратно, были слишком ощутимыми.
— Простите. Дело в том, что ещё не прошло и дня с того момента как Хан И Гёль-ши едва не погиб, — тихо сказала Мин А Рин. — Целители «Реквиема», которые скоро прибудут, помогут.
Поклонившейся Мин А Рин Ли Джу Ха неловко улыбнулась и замахала рукой:
— Всё в порядке. И «Реквиема» будет вполне достаточно.
— Точно. К тому же, если Хан И Гёль после поездки в США снова окажется раненым… Понятно, почему Мин А Рин волнуется, — добавила Хон Си А.
— Ты всё такая же, — усмехнулась Ли Су Джин.
Поддержка Ли Джу Ха, Хон Си А и Ли Су Джин заставила меня лишь неловко улыбнуться.
Но видеть, как Мин А Рин первой выходит вперёд, чтобы извиниться, было непривычно. В её словах чувствовалась твёрдая решимость ни за что не отходить от меня, и по спине сам собой скатился холодный пот.
— Если речь всего лишь об одном человеке, ничего не изменится. Сейчас важнее устранить причину появления монстров, как в случае с инцидентом в Кванхвамун, — сказал я.
— Да, конечно. Я займусь этим, — согласилась Чхве Ми Джин, и её взгляд ясно говорил: «Раз уж так, нужно заняться делом».
Я быстро отвернулся. Вмешательство можно было использовать прямо здесь, ведь у способности широкая область действия, но лучше приблизиться к самому центру, чтобы обрубить больше источников, даже если это опаснее.
«Начнём с Каннама, там всё хуже всего».
Где же центр района? Я попытался как можно яснее представить карту и вышел из лагеря.
Даже если уничтожить все предметы, установленные в Каннаме, это не остановит теракт. В конце концов придётся напрямую столкнуться с Культом Праус. А раз здесь Кали, то легко не будет.
Самаэль и Кали наверняка понимали, что сейчас на их стороне преимущество. Потому и действовали так нагло. Время тоже работало против нас.
Что делать после Каннама? Искать Самаэля и Кали где-то в Сеуле? Или сначала заняться предметами в других регионах? Какое из решений верное, было совершенно непонятно.
Погружённый в тяжёлые мысли, я шёл какое-то время и вдруг понял, что вокруг слишком тихо. Обернувшись, я заметил, что команда идёт за мной с мрачными лицами.
Они подняли взгляды на мой голос. Стараясь уловить настроение и сгладить напряжение, я предложил:
— Думаю, стоит переместиться ближе к центру. Может, используем силу ветра и перелетим?
Предложение тут же резко отверг Чон Са Ён. Сегодня все будто нарочно возражают мне.
— Мы не знаем, что рядом. Лучше идти пешком, пусть и дольше, но безопаснее.
— Верно, И Гёль-ши. Нечего так спешить, — поддержала Мин А Рин.
…Хотя ситуация как раз требует спешки. Немного помедлив, я снова заговорил:
— Но идти всем вместе тоже рискованно. Может, я и ещё пара человек пойдём отдельно…
Моё предложение снова решительно отклонили. На плече, оставаясь невидимым, Лис пронзительно завыв.
Я сказал это с долей провокации, чтобы проверить реакцию, но из-за ответов у меня только заболела голова. Вздохнул про себя под взглядом, который пронзал меня насквозь.
«Если бы я знал, что так будет — не стал бы говорить».
Как только я рассказал команде о своей жизни, тут же случился скандал.
В итоге никто толком не смог объяснить ничего, потому что нам сразу же пришлось ехать устранять теракт — отсюда и холод в их отношении. Особенно Чон Са Ён… похоже, он серьёзно разочарован во мне.
Сейчас не время успокаивать обиду команды. Хотя раньше были разные проблемы, ничего подобного не бывало — и мне стало не по себе. Я обнял Лиса и двинулся дальше, пытаясь проглотить свою неловкость.
В конце концов мы решили идти пешком и, много пройдя, добрались до центра.
Обычно путь занял бы куда меньше времени, но транспорт парализовало из-за нападения; да и мы вынуждены были убивать любых замеченных монстров, поэтому всё заняло гораздо больше.
Высокое здание, где обычно бывали толпы людей, лежало в руинах, и оттуда поднимался только чёрный едкий дым.
Вокруг теперь бродили монстры, а не люди. Один из них заметил нас, зарычал угрожающе и обнажил зубы.
— Сразу применю вмешательство. Приведите в порядок окружение, пожалуйста, — сказал я.
Мин А Рин и Квон Чон Хан встали рядом со мной, и я сменил облик на Квон Се Хёна. Позади остались Ким У Джин, Пак Гён Хо и У Со Хёк, а впереди, как всегда, были Чон Са Ён и Ха Тхе Хон.
Чон Са Ён держал не меч Лилит, а S-ранговый меч. В нормальной ситуации он наверняка взял бы меч Лилит (SS-ранг), но теперь — видно, из-за меня — отказался.
Как и у Пак Гён Хо, который пронзил меня мечом Лилит, у Чон Са Ёна образовалась новая травма.
Я сглотнул множество слов, будто они застряли в горле, и закрыл глаза. Медленно подняв свою энергию, я словно взмыл в небо: поле зрения расширилось, и на фоне небес появилось десятки нитей энергии.
Этих нитей было гораздо больше, чем я предполагал. На концах тех нитей наверняка были предметы, и они всё ещё порождали монстров.
Я расширил поле зрения и начал перерезать все видимые нити.
С резким, палящим ощущением в груди адская боль пронзила грудь. Как только нити орвались, я не выдержал и глубоко согнулся.
Мои пальцы похолодели, пот проступил у подбородка. Я вцепился в грудь дрожащими руками.
Что это за боль? Она отличалась от всего, что я испытывал раньше.
Нити энергии были точно перерезаны. Сделать это было нетрудно, и даже десятки штук не составили никакой проблемы. Но… эта боль… это не был удар от перерезания нитей. Тогда что же…
Не успел я разобраться в причине боли, как земля яростно затряслась. Даже монстры, что бежали к нам безумным рывком, остановились.
Лис зарычал низко, предостерегающе. Я хватал ртом воздух, держась за грудь, и вдруг меня окатило холодом, словно на тело вылили ведро ледяной воды. Я знал, кому принадлежит эта аура. Наши взгляды с Чон Са Ёном встретились.
Резко подняв голову, я увидел небо, где уже разрасталось кольцо алого дыма. В небе, словно появился чёрный провал, возникла гигантская красная дыра.
Монстры задрали головы к небу и разом завыли. И в ответ на их вой из той огромной дыры начали сыпаться сотни монстров.
Их было столько, что они казались чёрным облаком. От этого немыслимого зрелища мы все застыли, не в силах оторвать взгляда от неба.
Пересохшим горлом я с трудом выдавил слова.
Как это возможно? Элохим и Элаха едва не умерли, лишь открыв для нас проход в Сеул, а Кали, совершив такое безумие, оставалась цела и невредима?
Раздался крик Ха Тхе Хона, и сильная рука рывком прижала меня к себе. Стоило ему оттащить меня назад, как в то место, где я только что стоял, вонзилось длинное копьё.
Под небом, откуда сыпались монстры, спиной к наполовину разрушенному зданию стояли люди в масках.
— Как бы я ни скучал, нельзя же так терять осторожность, — сказал Самаэль, стоя рядом с последователем Культа Праус, метнувшим в меня копьё, голосом, полным притворного сожаления.
Откуда они только взялись? Стоило Самаэлю показаться, как между зданиями один за другим начали появляться последователи Культа Праус.
Сотни монстров густо заполнили небо, а снизу всё пространство заняли культисты. И среди всего этого засияло яркое свечение.
Свет, рассеивающий мрак, вскоре обрёл человеческий облик. Среди вихрей чёрного пепла и горячего ветра мягко развевались золотые волосы.
Она легко опустилась на верхушку разрушенного здания и, изогнув винно-красные глаза полумесяцем, улыбнулась, глядя прямо на меня.
И тогда я понял сам собой. Их финальная сцена должна была развернуться именно здесь. Вот зачем они отправили нас в Америку и тянули время через Азазель.
Мир рушится. Элаха открыл глаза, чувствуя, как в последнем защитном барьере, держащем мир, образовалась трещина.
«…В итоге всё так и кончится».
Кали. С того дня, как ты ушла от нас, мы не переставали пытаться остановить тебя… Но в конце концов ты всё равно идёшь к гибели.
Элаха опустил взгляд и посмотрел на того, кого держал в объятиях. Элохим тяжело дышал и всё ещё был в плохом состоянии.
Он объяснил Квон Се Хёну, что они понесли плату вместе… но это была ложь. Плату за то, чтобы открыть проход и позволить Квон Се Хёну и его друзьям вернуться в Корею, заплатил один лишь Элохим.
Левый зрачок Элахи на мгновение наполнился золотым светом, и перед его глазами развернулась картина той реальности, с которой сейчас сталкивался Квон Се Хён.
Наконец Кали начала действовать. За все прошедшие времена она никогда так откровенно не показывала себя.
Наверное, она решила, что, какой бы ценой ни обошлось, нужно довести дело до конца сейчас. Мир содрогается всё быстрее, и ошейник, что должен превратить Чон Са Ёна в катастрофу, уже появился.
— Они разменяли свою тщательно сделанную подземную сеть-лабиринт как приманку, значит, теперь захотят получить за это достойную выгоду.
Если здесь убьют Квон Се Хёна и разрушат Чон Са Ёна, для Кали это будет идеальным исходом.
— Благодаря этому и я наконец смогу действовать.
Световой сгусток, который держал Элаху и Элохима в воздухе, рассеялся. Элаха медленно опустился и аккуратно уложил Элохима на диван.
Элохим, с закрытыми глазами, будто мёртвый, лежал неподвижно; Элаха коснулся его щеки и шепнул:
— Раз началось, надо довести до конца.
В тот момент, когда он уже собирался применить силу, холодная рука схватила его за запястье.
Элохим, тяжело открыв глаза, произнёс устало:
Элохим — это Элаха, Элаха — это Элохим. Они настолько едины, что не нужно объяснять словами. Достаточно взгляда, чтобы понять намерения друг друга.
— Как ты собираешься это сделать в таком состоянии?
Элаха горько усмехнулся и мягко отбросил руку Элохима, которая держала его.
— Ты же знаешь, что это моя часть работы.
Вот почему он оставался здесь, окружённый тысячами книг, собирая силы на протяжении сотен повторений времени. Вся его жизнь шла к этому моменту.
— Потому что я и Кали — причина всего этого.
Когда-то давно, в далёком прошлом, Элаха, полюбивший Кали, хотел лишь простого: чтобы они трое понимали друг друга, чтобы вместе берегли мир и жили спокойно.
Его мечта рассыпалась, как дневной сон; осталось только твёрдое намерение собственноручно перерезать Кали горло.
— И… ещё остаётся выбор этих детей.
Элохим, смотревший на Элаху глазами, полными чувств, с трудом прикрыл веки.
Под развевающимися тёмными волосами виднелась белая маска.
— На всякий случай предупреждаю: не пытайся с помощью своей силы перекрыть тот проход.
Я нахмурился. Обидно, но возразить не мог. От ауры огромного портала, возникшего в небе над головой Кали, сидящей на крыше здания, исходила сила, с которой я никак не мог справиться.
Когда портал появился, меня особенно тревожил удар по сердцу в тот момент, когда я перерезал нити энергии, соединённые с предметами, установленными по всему Каннаму.
Чёрные волосы Чон Са Ёна, заслонявшего мне путь, развевались на ветру, как и у Самаэля. Но в отличие от него, скрытого за маской, Чон Са Ён показал смертельно побледневшее лицо.
Стоило увидеть его профиль, устремлённый на Самаэля, Кали и сотни монстров вместе с членами Культа Праус, я понял — он боится.
Он пытался скрыть это, но я видел. Сколько бы ни было боёв до этого, Чон Са Ён впервые реагировал так. Почему? Из-за того, что вместе с Самаэлем появилась Кали? Из-за того, что число монстров превысило все пределы? Или же…
Чон Са Ён низким голосом сказал, пряча S-ранговый меч и доставая меч Лилит.
— Отведи Хан И Гёля в самый тыл.
Что? Подожди… Он хочет оставить Ха Тхе Хона рядом со мной?
— Нельзя, противников слишком много…
— Мин А Рин, лечи, Квон Чон Хан, охраняй Хан И Гёля. Остальные — за мной.
Не ответив на мой крик, Чон Са Ён шагнул вперёд. Ким У Джин, Пак Гён Хо и У Со Хёк, переглянувшись, последовали за ним.
— Ха Тхе Хон, надо остановить его. Четверым не справиться!
Я схватил его за руку, умоляя, но он решительно покачал головой.
— Делай, как сказал Чон Са Ён. Сейчас твоя сила вмешательства не нужна.
— Но у меня ещё есть сила ветра! Там не только монстры, но и Культ Праус! Я должен помочь!
Я отчаянно посмотрел на Ха Тхе Хона, но он так и не ответил, лишь отвернулся.
То, что Чон Са Ён решил отправить меня в самый тыл, и то, что Ха Тхе Хон подчинился этому решению, было для меня шоком.
— Я… я не хочу этого. Вы же знаете…!
Я понимал, почему Чон Са Ён убирал меня с поля боя, почему оставил рядом сильнейших защитников. Понимал, почему команда молча следовала его решению.
Но всё равно это было слишком. В ситуации, которая могла стать последней битвой, исключить меня только потому, что они боятся моей смерти...
Я хотел ещё раз убедить Ха Тхе Хона, но в этот момент земля содрогнулась, и спереди раздался громовой грохот.
Я резко повернул голову и увидел, как на Чон Са Ёна обрушилось множество атак. В тот же миг с неба и с земли ринулись орды монстров.
Уставившись на приближающихся чудовищ, Чон Са Ён провёл ладонью по собственной руке. Затем он взмахнул окровавленной рукой.
Из крови вырвался поток горячего жара. Монстры, на которых попадали алые брызги, тут же расплавлялись.
Передние ряды чудовищ, бросавшихся на Чон Са Ёна, не вынесли боли и рухнули. Следующие наткнулись на их тела и покатились по земле.
Разорвав строй одним ударом, Чон Са Ён срубил голову монстру, равному ему по размеру. Сквозь брызнувшую зелёную кровь к нему подскочил У Со Хёк в облике волка и вместе с ним ударил по монстрам.
Начало выглядело лучше, чем я ожидал. Но радоваться было рано. Ведь врагом были не только монстры.
Даже пока мы разбирались с монстрами, набрасывающимися с жадностью, способности последователей Культа Праус сыпались одна за другой. Стоило Ким У Джину изогнуть корпус, как ярко-жёлтая молния ударила в землю.
Я с тревогой следил за боем команды и в конце концов поднял энергию Хан И Гёля. Ха Тхе Хон, заметив ветер, исходящий от меня, сузил глаза.
Расстояние было велико, поэтому энергия убывала быстрее, чем обычно, но это всё равно было куда лучше, чем стоять и бездействовать. Ветер, поднятый моим жестом, потёк к товарищам.
Обвитые ветром Чон Са Ён, Ким У Джин, Пак Гён Хо и У Со Хёк двигались плавнее. Чувствуя, как энергия стремительно истощается, я сосредоточился, чтобы хотя бы немного обезопасить их в бою.
«Если удастся хотя бы уменьшить число монстров перед глазами…»
Последователи культа пока не действовали активно. Если сначала разобраться с чудовищами, а потом шаг за шагом продвигаться дальше… возможно, есть шанс.
— Ты выглядишь тревожным, Чон Са Ён.
От мягкого голоса сердце ухнуло вниз.
Кали, подперев подбородок, наблюдала с высоты за сражением под ногами и продолжила:
Её красные губы изогнулись в дугу. И тут же рядом со мной брызнула алая кровь.
Мин А Рин широко раскрыла глаза и пошатнулась. В воздухе повис густой запах крови.
На её шее, будто прорезанной острым клинком, появилась глубокая рана. Красная кровь залила рубашку и быстро расползалась.
Будто горло сдавили, дыхание перехватило. Поддерживая Мин А Рин за плечо, я поднял взгляд на Кали.
Что произошло? Она атаковала Мин А Рин с такого расстояния? Как? Но ведь никакой энергии не чувствовалось. Тогда как же она пострадала?..
Мысль не успела оформиться. Мороз пробежал по коже, и вдруг огромная рука заслонила обзор.
Хрясь — звук рвущейся плоти, и ладонь Ха Тхе Хона была пронзена чем-то невидимым. Он перехватил удар, целившийся мне прямо в горло, и бесстрашно выдернул прозрачное оружие из своей руки.
Ха Тхе Хон цокнул языком, и Самаэль, как ни странно, услышав его, слегка склонил голову.
— Точнее, скальпель. У тебя хороший нюх.
Скальпель? Значит, этот удар был не от Кали, а от Самаэля?
«Точно… Самаэль же говорил, что получил силу от Кали.»
Что, у него появилась новая способность? Делать оружие невидимым и управлять им на такой дистанции?
Прежде чем я успел разобраться, Самаэль поднял руку в белой перчатке.
— Тогда следующий удар тоже постарайся отразить, Хан И Гёль.
Как только он сказал это, со всех сторон кожу обожгло острейшей аурой.
Я в поту обвёл взглядом окрестности и исказил лицо. Я не видел ничего.
Если бы атаковали только меня, это было бы одно. Но рядом со мной были и Ха Тхе Хон, и Мин А Рин, и Квон Чон Хан.
Раз уж ладонь Ха Тхе Хона так легко была пронзена, опасность была ещё выше. Стиснув губы, я поднял новый поток ветра, помимо того, что уже направил к сражающимся товарищам.
Пусть атаки и были невидимыми, но ведь всё равно исходили от Самаэля. Значит, лучшим решением было удерживать его на расстоянии, отталкивая ветром. Но энергия Хан И Гёля, и без того стремительно убывающая, при двойном использовании уменьшилась ещё сильнее.
Вспышка боли обожгла щёку, и тут же на плече Мин А Рин рядом появилась новая рана.
Это было из-за расстояния? Или силы ветра уровня А-ранга Хан И Гёля просто не хватало? В любом случае, атаки Самаэля не удавалось остановить.
Ха Тхе Хон, заключив меня в объятия, с мрачным выражением резко высвободил свою энергию. Меж чёрной пыли, собравшейся в одно мгновение, смутно проступил контур прозрачного скальпеля.
Но это было всё. Даже щит, созданный способностью Ха Тхе Хона, не смог его сдержать.
Не сразу заметив, что с нами происходит, Чон Са Ён попытался пробиться к нам, но толпа монстров преградила путь. Сколько бы он ни жёг и ни плавил их своей энергией, прорыв был невозможен — врагов оказалось слишком много.
Острые клинки скользили по всему телу. Атаки, целящиеся в шеи, сердца и головы Мин А Рин и Квон Чон Хана, мы с Ха Тхе Хоном кое-как отбивали, но долго это выдержать было невозможно.
В конце концов я вынужден был снова использовать способность вмешательства. Из-за энергии Квон Се Хёна поток ветра Хан И Гёля резко оборвался.
С активацией способности вмешательства проявились алые нити, которых раньше не было видно. Скальпель по-прежнему оставался невидимым, но я смог разглядеть нити, к нему привязанные, и ситуация стала куда легче.
Надо было сразу использовать вмешательство! С облегчением я разом перерезал все нити, связанные со скальпелем.
В тот же миг, словно кто-то выдрал сердце из моей груди, ужасная боль накрыла меня, и вместе с ней хлынула металлическая жидкость изо рта. Схватившись за грудь, я согнулся, и на землю закапала кровь.
Это было куда болезненнее, чем тогда, когда я рвал нити, соединённые с телепортами. Ха Тхе Хон подхватил меня и что-то сказал, но уши заложило, и слов я не расслышал. Да и от боли ответить я всё равно не смог бы.
Почему? В чём причина этой боли? Потому что я коснулся энергии Самаэля, усиленной силой Кали?
От ясного, мягкого голоса я насильно распахнул глаза и поднял взгляд. Пот, смешанный с кровью, стекал по подбородку.
Слова Ха Тхе Хона, находившегося совсем рядом, тонули, словно под водой, но голос Кали, находившейся вдалеке, слышался абсолютно отчётливо.
— Квон Се Хён. Ты ведь не забыл, что в твоём теле течёт моя кровь?
Кровь Кали. Та самая отвратительная жидкость, которую Самаэль силой заставил меня выпить во время инцидента на Кванхвамун.
— Тебе не любопытно, какой эффект даст моя кровь, смешавшаяся с твоим телом?
Меня охватило зловещее предчувствие. Кали с мрачной улыбкой взглянула на меня и слегка пошевелила белым пальцем.
Холодок пробежал по телу, и жуткая боль разлилась из сердца. Я резко втянул воздух, и новая волна крови хлынула в горло.
Казалось, что мои конечности разрывают на части. Будто сердце пронзили сотни копий, а живот вспороли и вырывали органы.
Я не выдержал безумной боли и забился в конвульсиях. Даже среди криков кровь снова и снова вырывалась наружу, лишая возможности дышать.
Боль, превосходившая воображение, заставила мой рот сам собой раскрыться. На этот раз даже крика не вышло.
Когда я, дрожа и захлёбываясь кровью, корчился, Лис поспешно принял облик Хан И Гёля и протянул руку. Его ладонь, сжавшая моё плечо, испустила слабое белое сияние, но ничего не изменилось.
— Думаешь, такой жалкой силой сможешь меня одолеть?
Кали насмешливо глядела на Лиса, что, стиснув губы, отчаянно пытался мне помочь.
Кровь внутри моего тела будто закипела лавой. Казалось, что кожу кто-то сдирает живьём. Или это вовсе не казалось?
Больно. Больно. Больно… слишком больно. Лучше бы я потерял сознание. Нет — лучше бы умер…
В голове, измученной мукой, раздался голос.
『Ты должен был прислушаться к моему предупреждению.』
Всё вокруг стало красным. В хаосе крови и боли слова Кали звучали особенно ясно.
『Если бы ты отказался от Чон Са Ёна, тебе бы не пришлось терпеть такую муку…』
В её негромком голосе слышалась жалость. Как и в тот первый раз, когда мы встретились в сне Чон Са Ёна, Кали по-прежнему считала меня жалким и глупым человеком.
С её лёгким смешком в ушах зазвучал отчаянный крик Чон Са Ёна.
『Твой выбор — не отказываться от Чон Са Ёна — сделал его несчастным.』
『А теперь все люди вокруг тебя умрут.』
С окончанием я вновь почувствовал знакомое жуткое убийственное намерение. Я инстинктивно понял, что Самаэль снова использовал способность.
『Тогда хотя бы тебя одного я пощажу.』
『Давай, выбирай, Квон Се Хён.』
Выбрать? Даже сквозь эту невыносимую боль меня пробрал пустой смешок.
Я, удерживая рассудок, готовый сорваться под гнётом боли, ответил:
«Заткнись и убирайся из моей головы».
Кали раздражённо выдохнула и холодно прошептала:
『Больше никогда не дам тебе такого шанса.』
Да хоть так. Мне и этот шанс был не нужен.
Но за команду и Чон Са Ёна я переживал. Долго я уже не выдержу. Если потеряю сознание, что будет с нами…
『Квон Се Хён, ты умрёшь, захлёбываясь болью, что я дарую…』
В тот миг, когда Кали проклинала меня за отказ, её голос внезапно исчез. Вместо него мой разум заполнил другой — знакомый и родной голос.
Стоило услышать эти решительные слова, как боль, терзавшая тело, начала утихать.
Я в изумлении распахнул глаза и поднял голову. С неба, затянутого кроваво-красными облаками, во множестве прорезались белые лучи.
Белый свет, исходивший от меня и моих товарищей, стал щитом и защитил нас. Прозрачные скальпели, что летели в сторону Мин А Рин и Квон Чон Хана, в одно мгновение были остановлены белым сиянием.
Кали, что смотрела на меня сверху, вздрогнула плечами и перевела взгляд вперёд. Под голубым небом, пробившимся сквозь кроваво-красные тучи, стоял кто-то величественный.
Белые волосы развевались на ветру, а под ними сияли глаза. Парящий в воздухе Элаха излучал благородство, которого у Кали не было.
Кали, смотревшая на Элаху с удивлением, вскоре улыбнулась грустной улыбкой.
Кали, сидевшая на вершине здания, и Элаха, зависший в небе, встретились взглядами. Элаха, чьё лицо оставалось непроницаемым, взмахнул рукой.
Оставшиеся крупицы боли тут же исчезли, и моё тело наполнилось свежей энергией. Только теперь я окончательно понял, что Элаха действительно пришёл сюда, чтобы помочь нам.
— Неужели сам ты сюда явился, Эл. Думала, что если и придёт кто-то, то это будет Элохим.
Но Элаха не ответил на дружелюбный тон Кали и лишь молча смотрел на неё. Лис, помогая мне подняться, дрожал от отвращения.
— Слушай, бессовестная! Ещё смеет прикидываться дружелюбной!
— Лис. Тот, кто сейчас помог нам этой силой… это точно Элаха?
— Конечно. Такой мощью, кроме этих братьев, никто не владеет.
Ответ прозвучал не от Лиса, а от самого Элахи.
Медленно опускаясь на землю рядом со мной, он в своей привычной вальяжной манере бросил упрёк:
— Ты, едва не умерший, ещё смеешь говорить о расплате?
Шурх. За его спиной, сложившей руки на груди, подул свежий ветер. Длинные рукава и белые волосы Элахи мягко колыхнулись в воздухе.
— Хорошо держался. Я хотел прийти раньше, но если уж наносить ответный удар, то лучше сразу, одним разом.
Я хотел спросить, что он имеет в виду, но ощутил приближающуюся за его спиной энергию. Неужели?.. Элаха, уловив мой взгляд, чуть склонил голову.
— Мы ведь не можем только терпеть удары, верно?
Звонкие голоса окликнули моё имя. Спиной к сияющему солнцу появились Ча Су Ён и Хон Си А. Рядом стояли Ли Джу Ха, Чхве Ми Джин, Ли Су Джин, а за ними собрались десятки одарённых.
Ли Джу Ха подняла длинное ружьё, и её приказ разом подхватили остальные.
Пока я стоял ошеломлённый, Элаха слегка приподнял уголки губ.