"Гроб героя" 23-24 главы
Тгк команды перевода: https://t.me/seungmobl
— Да, вы наш первый жертвователь!
Стоило лишь упомянуть о пожертвованиях, как в толпе поднялся шум, и все одновременно обернулись — один человек резко встал. Лицо Барта просветлело, и он приветливо улыбнулся.
— Я обязательно передам имя нашего первого жертвователя господину Исафу…
Пока его бред служил фоном, он быстро оглядел помещение. У дверей склада стояли мужчины, пришедшие вместе с Бартом, и теперь перекрывали выход. На них тоже были чёрные рясы, но массивные фигуры не скрывались даже под тканью. Судя по зазывале, сидящему у трибуны, все они действовали одной группой.
Он тяжело вздохнул и заговорил:
— Почему бы вам не устроить представление в другом городе?
— Просто наши роли, кажется, немного пересекаются. Я ведь собирался работать здесь. Вы, похоже, выдаёте себя за ближайших помощников Его Светлости, но я, между прочим, готовился основательно, чтобы полностью подражать Ему. Вы хоть представляете, сколько сил я потратил, чтобы найти идеально подходящего чёрного кота?..
Он вскочил с намерением прекратить этот балаган, но подходящей идеи не нашёл, поэтому просто заговорил первое, что пришло в голову. Барт, вспыхнув, закричал. Хм, похоже, эта тактика не сработает. Он хотел придать себе убедительности, показав всем Эн, но…
Эн недовольно мяукнула и тут же выскользнула из его рук, так что в итоге он только пожал плечами и сменил подход.
— А ты, ты точно ближайший помощник Исафа?
— Что? Ты же сам слышал, как я только что с Ним связывался!
— А ты уверен, что этот голос не был подделкой? И вообще, кто из присутствующих знает, как звучит голос Исафа? Ты можешь привести любого и велеть ему сыграть роль.
— К-как ты смеешь! Не произноси Его имя так легкомысленно!
А, всё ещё держится за легенду о «приближённом»? Похоже, возразить ему было нечего, и он просто цеплялся к словам, но люди уже начали перешёптываться и бросать сомнительные взгляды.
Ну что ж, если он хочет придерживаться этой версии…
— Ты можешь отвечать за свои слова?
— Исаф сбежал из тюрьмы в святом городе, охраняемой сильнейшими, и даже похитил святой меч Пиарус. Думаешь, человек, способный на такое, оставит в живых того, кто посмел украсть его имя ради обмана?
Он заговорил ниже, почти шёпотом.
— Подумай. Это же тот самый Исаф.
— Тот, кто ужасно пытал и перебил всех жителей Клама. Серийный убийца.
— Уверен? Можешь ручаться, что это правда — недоразумение?
Игнорировать мрачную ауру, исходящую от имени Исафа, было невозможно. Уверенный, что производит нужное впечатление, он нарочно понизил голос, и плечи Барта заметно задрожали. Даже Сайл, стоявший рядом, побледнел — за что ему стало немного жаль парня, но атмосферу нужно было удержать.
Однако Барт, похоже, слишком рассчитывал на крупный куш и стоял на своём.
— Ты! Я лично обучался некромантии у господина Исафа!
Нужна ли была такая степень упрямства, чтобы заниматься мошенничеством? Он равнодушно посмотрел на него и чуть приподнял подбородок. Этот жест — немой вызов «ну давай, попробуй» — ещё сильнее разозлил мужчину, и тот протянул руку.
«Показушничает, да?» — усмехнулся он про себя, но вдруг застыл, заметив, как тень на полу странно дрогнула, будто липко переливаясь. Тень Барта словно зашевелилась… и из неё действительно что-то поднялось. В воздухе зависла полупрозрачная чёрная душа.
Хотя внешне она напоминала обычного человека небольшого роста, было ясно, что— «нежить». Когда он онемел от неожиданности, вокруг раздались крики.
Хотя все эти люди называли себя последователями Исафа, при виде настоящей нежити они впали в панику. И неудивительно: скорее всего, они просто собирались здесь ради тёмных «игр» и показного мрака, а нежить никогда прежде не видели.
Их наивность стала отличной добычей для мошенников.
— Тихо! Если отдадите все деньги и ценности — отпущу! — заорал Барт, внезапно перейдя к угрозам. Массивные парни, стоявшие у двери, топнули ногами, усиливая атмосферу ужаса. Некоторые попытались вырваться, но громилы преградили путь и швырнули их обратно. Страх в зале только нарастал.
Теперь громилы даже не пытались прятать лица под капюшонами. У всех были одинаково свирепые выражения, а у ушей виднелись одинаковые татуировки: сложный узор, заключённый в треугольник.
Барт, заметив, как он стоит, растерянно глядя на происходящее, презрительно усмехнулся и снял капюшон. Его полностью открытое лицо было самой картиной самодовольного мошенника.
— Ну как тебе?! Теперь хоть чуть-чуть веришь в мои слова?!
Он промолчал. Не потому, что был шокирован призванной нежитью, его взгляд был прикован к чему-то, что мерцало за спиной Барта.
Помимо призванной нежити, за его спиной густо клубилось нечто. Что это?.. Сосредоточив взгляд, он едва слышно выдохнул.
Такие же, как и на Земле. С тех пор, как он оказался в теле Исафа, ни одного не встречал, почему же теперь вдруг видит? Возможно, раньше он просто не хотел их видеть. Это тело ведь принадлежало гению некромантии, может, глаза были закрыты до тех пор, пока он не пожелал увидеть форму духов.
Его внезапно передёрнуло. Вид призраков, облепивших одного человека, был не только мерзким… Он знал, когда подобное происходило. Он видел это своими глазами на Земле.
Такое случается, когда людей убивают мучительно.
Те, кого он убил, оставались рядом, полные злобных обид. Возможно, и шрам на подбородке Барта появился из-за этого. Может, он специально убивал людей ради некромантии. А из множества попыток смог лишь подчинить одного — этого мелкого неживого.
Он думал, что эти люди просто притворяются последователями Исафа ради вымогательства, но всё оказалось куда ужаснее.
…Это мерзкое чувство — не то ли, что испытывали святые рыцари? Ведь Исаф тоже устроил резню, а потом подчинил погибших, обращая их в нежить, как рабов. От тяжёлой мысли разболелась голова; он сжал пальцами переносицу, а Барт уже подошёл ближе, ухмыляясь.
Люди вскрикнули и поспешно расступились. Протиснувшись сквозь толпу, Барт встал прямо перед ним и похлопал по плечу.
— Ещё недавно был таким язвительным, а теперь что притих?
— Есть ли способ разрушить подчинение нежити? — спокойно спросил он.
На этот неожиданный вопрос Барт только выдавил:
— Что? — но он не обратил на него внимания. Перед глазами всплыло синее окно, и он быстро прочитал появившийся текст.
[Протяните руку к голове мужчины.]
Раньше он никогда не «общался» со статусным окном, но теперь разговор шёл так естественно, будто они действительно разговаривали. Его даже не удивило это внезапное изменение в поведении прежде молчаливого интерфейса. Просто, как было сказано, он протянул руку.
Вокруг него начала расползаться тёмно-фиолетовая энергия. Стулья задребезжали, закачались, а его зрение на мгновение помутнело. Свет от настенных ламп колыхался странными волнами, будто пространство само дрожало.
— Ч-ч-что это такое?! — вскрикнул Барт и, мгновенно почувствовав опасность, отпрянул. Его инстинкты были остры, он быстро отступил.
А он, глядя на него спокойно, шагнул вперёд.
— Нападите на него! Убейте его!
По приказу Барта нежить ринулась вперёд. С вытянутыми руками, словно собираясь его задушить, она бросилась на него, но стоило ему взмахнуть рукой, как её отбросило в сторону, и она с грохотом впечаталась в стену. Хотя это было лёгкое движение, душу швырнуло прочь, будто её подхватил ураган.
Наверное, именно такие сцены описывали очевидцы, когда рассказывали о силе Исафа.
Лицо Барта побелело до меловой бледности. Он несколько раз пытался вернуть нежить под контроль, но фиолетовая энергия подавляла ту душу.
— А-а-а! — заорал он и бросился наутёк.
Он спокойно пошёл за ним. Барт то и дело оглядывался через плечо, пока не запутался в собственных шагах и не грохнулся на пол, жалкое зрелище. Даже упав, он продолжал ползти, отчаянно отталкиваясь руками, будто внутренний инстинкт вопил, что нужно бежать от него как можно дальше.
— Ч-что вы стоите! Защитите меня!
— Не мешайтесь. Если не хотите попасть под раздачу.
Громилы, уже готовые броситься выполнять приказ Барта, замерли после этих слов. Энергия, колыхавшаяся вокруг него, выглядела слишком зловеще.
И не только они, даже сам Барт застыл. Благодаря этому он спокойно подошёл и остановился прямо перед ним. Присев на одно колено, он встретился взглядом с человеком, распростёртым на полу. На его лице не отражалось ни гнева, ни жалости — лишь полное безразличие к испуганным, дрожащим глазам.
Теперь он понял, что именно имелось в виду под «нейтрализацией», о которой сообщило статусное окно. Подробные инструкции были уже не нужны. Схватив Барта за голову, он тихо повторил ту же команду, что и прежде:
И душа Барта была выброшена из его тела.
Эта сцена ясно отразилась в его глазах.
Душа слабо дрожала, будто сопротивляясь фиолетовой энергии, исходящей из его руки, но в конце концов была извлечена. Тело Барта обмякло.
От души тянулась тонкая нить, и, проследив за ней взглядом, он увидел, что она соединена с нежитью, пригвождённой к стене. По мере того, как нить постепенно угасала, нежить подняла голову.
«Так вот как выглядит процесс разрушения подчинения.»
Эта маленькая душа существовала недолго. Однако, когда в конце она медленно поворачивала голову туда-сюда, он догадался, что это, вероятно, было выражением радости. Душа спокойно приняла приближение забвения.
Когда связь с нежитью оборвалась, душа Барта, парившая в воздухе, вернулась в тело.
Барт закричал — потрясённый, словно от сильнейшей психической травмы. Это было понятно: наверняка он впервые в жизни испытал подобное. По всему телу струился холодный пот, руки и ноги дрожали, он снова и снова ощупывал себя, будто проверяя, цел ли он.
На самом деле, он и сам был поражён.
Когда он отделял душу чудовища в главном зале, он полностью разорвал связь, но сейчас лишь временно отсоединил её и вернул обратно. Значит, такой уровень контроля возможен. Разве не требовалась для этого колоссальная концентрация?
И, словно подтверждая это, внезапно пронзила адская головная боль.
Он рухнул на колени, сухо закашлявшись. Члены шайки переглянулись, настороженно наблюдая. Барт, пребывавший в состоянии шока, ничего не соображал, но для остальных всё выглядело очевидно: энергия этого существа угасла.
«Это плохо», — мелькнула мысль.
С самого начала, когда они только подошли, он нарочно говорил внушительно, рассчитывая, что не сможет долго использовать способности. Он даже нарочно распространил вокруг фиолетовую энергию, чтобы создать мрачную атмосферу и, пока трюк срабатывал, он внутренне радовался. Но его звёздный час закончился слишком быстро.
Пошатываясь, он поднялся. Надо уходить, пока они не поняли, насколько он ослаб. Это единственный шанс, пока в их глазах ещё оставался страх.
Он заставил свой голос звучать спокойно, хотя говорить было трудно. С Бартом, главным в этой шайке мошенников, он разобрался, значит, некоторое время они не смогут продолжать свои аферы, и новых жертв не будет.
Остальные, прижавшись к стенам, дрожали, глядя на него с благоговейным ужасом. Он не стремился к таким взглядам, но всё же было немного неприятно. Однако головокружение становилось всё сильнее, и надо было уйти.
— Кажется, силы у него кончились… может, схватим его?
Люди, привыкшие нападать на слабых, обладают поразительным чутьём на чужую уязвимость.
Когда громилы медленно двинулись к нему, он намеренно тяжело вздохнул и протянул руку вперёд. Те мгновенно замерли, принимая оборонительные позы.
На деле всё можно было бы решить одним жестом — стоило лишь призвать нежить.
Даже если их сила была невелика, они численно превосходили этих людей, а одного их появления было бы достаточно, чтобы вызвать панику. Даже без подсказок от статусного окна он теперь уже интуитивно понимал, как пользоваться своими умениями. По своим ощущениям, энергии хватило бы на короткое время…
Но в этот момент в голове прозвучало предупреждение Харенира:
«Всегда будь осторожен. Не привлекай лишнего внимания.»
…Похоже, в Святой Империи только Исаф мог управлять нежитью в двузначном количестве, но мог ли он контролировать число вызванных? Если ошибётся и призовёт целую орду — тогда ему действительно конец.
— Ха… — тяжело выдохнул он и опустил руку.
В этот момент мужчины переглянулись. Из-за головокружения он пошатнулся, и это наверняка показалось им идеальным шансом.
Наконец, кулак врезался ему в лицо. Они, видимо, вложили всю силу, чтобы сразу его вырубить. Голова резко дёрнулась, и он рухнул на пол. Сразу же последовал удар ногой в живот — бух! — и он сжался, застонал. С этим телом можно было справиться и без такого насилия, но они явно перестарались. В ушах звенело, перед глазами мутнело, подступала тошнота.
Может, это карма — возмездие за то, что он сам наказал Барта? Разве не абсурдно, что Исаф, убивший бесчисленное множество людей и поработивший их души, злится на кого-то за использование нежити?
Если из этого опыта он что-то и понял, так это то, что для освобождения нежити Исафа нужно уметь вызывать вне-телесные состояния. Но существовал ли в этой империи некромант, способный отделить душу Исафа от тела? Или проще было бы просто умереть?
Но умирать здесь, от побоев, ему не хотелось. Он, задыхаясь, полз по полу, пока громилы, приободрённые, навалились всей толпой, топча ногами. Насилие вырывалось из них, как компенсация за тот краткий миг страха, что они недавно испытали.
— Хм. У него, кажется, интересная сила. Может, заберём его? Пригодится.
Его актёрское мастерство — отточенное годами притворств и симуляций — сработало. Головорезы купились. Он уже боялся, что его продолжат пинать, но, к счастью, их заинтересовала его «способность». Внутренне обрадовавшись, он мысленно прикинул время. Похоже, он уже довольно давно отсутствовал в Историческом зале… заметили ли спутники его пропажу?
Харенир говорил, что вернётся в трактир около полуночи, значит, вскоре поймёт, что он исчез, и воспользуется поводком. Раз они нуждались в его способностях, чтобы попасть на небесный остров, то не станут сразу взрывать ему голову, верно?..
Кстати, интересно: если его потянут поводком, что произойдёт? Он слышал, что тот втягивает силой, даже если мешают преграды, но ведь если на пути окажется здание… он же не умрёт, влетев в стену? Пока он раз за разом гонял эти праздные мысли, кто-то схватил его за затылок.
— Посмотрим сначала на его лицо.
…Минутку. А если лицо Исафа известно? Говорят, никто не знает его голоса, но ведь свидетелей было много. Возможно, где-то ходят его описания.
Он вздрогнул и обеими руками вцепился в капюшон.
— Что, притворялся без сознания?!
Громилы ошеломлённо переглянулись, а затем пришли в ярость.
— Да как ты посмел нас обманывать! — Один схватил его за шиворот и с силой швырнул в сторону.
Он ударился лицом о старую железную дверь, царапая кожу. Мужчина, сделавший это, злобно ухмыльнулся и снова потянулся к капюшону. Он отчаянно держался, но силы уже кончались. Ткань медленно сползала.
— Сколько бы ты ни сопротивлялся…!
Скрип — дверь рядом с его лицом вдруг приоткрылась, и кто-то вошёл. Он встретился взглядом с этим человеком. Несмотря на тень от капюшона, глаза под ним сияли.
Голубые глаза. Такие чистые, словно в них отражалось небо.
— …Я думал, ты сбежал. Почему ты в таком состоянии?
Как только он увидел его, напряжение ушло, и он с облегчением выдохнул. Харенир вернулся в трактир раньше и заметил его отсутствие? Или, может, его спутники в историческом зале сообщили о его пропаже, и он уже выдвинулся?
Вместо того чтобы потянуть за поводок, он пришёл, определив его местоположение, как же мило со стороны героя. Пока он терялся в этих смутных мыслях от головокружения, его спутники ворвались в помещение. Как только Кальтерик заметил фигуру в чёрном, прижатую к противоположной стене, он указал на неё и закричал.
Едва поправив имя, он тут же заметил множество людей в чёрных мантиях и наклонил голову в недоумении. Пробормотав «Что, этот мрачный тип размножился?», он наконец последовал за взглядом Харенира и сильно вздохнул от шока.
Он сравнил телосложение членов банды с треугольными татуировками, что видел здесь, с телосложением Кальтерика. Поняв, что даже самый крупный мужчина в банде не может сравниться с Кальтериком, он сказал:
Кальтерик с недоумением отреагировал на внезапный вопрос, а затем сразу же закричал:
Харенир смотрел на него с очень странным выражением лица.
— Верно. Ты его ненавидишь. Наверное, хочешь убить не только Исафа, но и всех, кто с ним связан.
— Эти ребята говорят, что служат Исафу. Утверждают, что они его ближайшие помощники и что находятся с ним в контакте. Эта банда с треугольными татуировками.
Он указал прямо на них, и бандиты вздрогнули. Это было понятно, потому что все четверо, вошедшие в зал, излучали зловещую ауру. Святые рыцари все были высокими, и, парадоксально, Ной выглядел подозрительно из-за того, что его телосложение было таким маленьким. В таких группах самый невнушительный обычно был магом.
— Что за чёрт ты несёшь?! Ты что, с ума сошел? Ты знаешь, через что мне пришлось пройти, чтобы найти тебя...!
Как только Кальтерик раздражённо зарычал, банда с треугольниками пришла в движение. Хотя они точно не знали, кто их противники, им казалось, что нужно быстро подчинить их, и они атаковали его. Жест, с которым они подняли кулаки, был почти торжественным.