"Мой гонг всего лишь привидение?" 11 глава

Для Гу Сюаня не существовало преград: он мог избавиться от Тун Сяосуна, не моргнув глазом. Возможно, не в этот раз, но в любой другой день. Тун Сяосун вцепился в ручку стула, размышляя о том, следовало ли ему пойти ва-банк, чтобы выйти сухим из воды. После смерти Цуй Цзяня, Чжу Фаня и Чжао Шаньи он почувствовал, будто, невидимые оковы, удерживающие его все это время, рассыпались пеплом и даровали Тун Сяосуну долгожданную свободу. Внутри него зрела невиданная ранее смелость, подстрекавшая Тун Сяосуна взглянуть в лицо страху и сжечь все мосты.

Гу Сюань медленно поднялся с кровати. Глядя на его стройную высокую фигуру, Тун Сяосун всем своим телом ощутил, исходящий от него холод.

— Как насчет твоей сестры?

Тун Сяосун в недоумении приподнял бровь. Гу Сюань никак не отреагировал. Его выражение лица было предельно серьезным.

— Я думаю, она очень расстроится, если с тобой что-то случится.

Тун Сяосун почувствовал кислый привкус на языке. Мысли о сестре всегда вызывали в нем желание плакать. Он потер лицо и тяжело вздохнул. Гу Сюань продолжил, не отводя взгляд:

— Я предельно серьезен, ты мне не нравишься и я запросто избавлюсь от тебя, если ты продолжишь обороняться. Я бы не пришел сюда, но, так уж вышло, что кроме тебя никто не сможет мне помочь. Это дело тридцати минут и, если мы отправимся сейчас, то ты успеешь вернуться и поспать перед занятиями.

Хватка Тун Сяосуна ослабла и впервые за долгое время он взглянул Гу Сюаню в глаза: непривычно спокойные и серьезные. Этот Гу Сюань был другим. Его внутреннее содержание будто бы подменили, оставив лишь внешнюю оболочку. Тун Сяосун пошел Гу Сюаню навстречу.

— Что я должен достать?

— Мне нужна медная чаша, — Гу Сюань развел руки в сторону. — Примерно такого размера. Она должна быть в моей комнате под кроватью.

— Что? — Тун Сяосун растерянно уставился на Гу Сюаня. — Почему ты не можешь взять ее сам, это ведь твоя комната?

Гу Сюань щелкнул языком.

— Я забыл ключ, а попасть внутрь можно только через окно, но я слишком крупный и не протиснусь, в отличие от тебя.

— Обратись в администрацию или вызови слесаря. К тому же, ты ведь как-то открыл дверь моей комнаты, хотя она тоже была заперта.

Гу Сюань на мгновение замолчал, глядя на Тун Сяосуна со сложным выражением лица. Он пытался решить, что делать дальше. Смутившись от настолько пристального внимания, Тун Сяосун поежился, чувствуя, как с каждой секундой воздух в комнате становился тяжелее. Взгляд Гу Сюаня напоминал тетиву лука, натянутую до предела.

— Хорошо, признаюсь, я солгал. Но у тебя нет выбора: ты обязан принести мне эту чашу. Мне все равно сделаешь ты это добровольно или нет. Иначе… — Гу Сюань игриво улыбнулся и облокотился на дверной косяк. — Я закрою дверь.

— Стой!

Тун Сяосун дернулся в сторону двери. Слова Гу Сюаня прозвучали убедительно и Тун Сяосун почувствовал, что ему не оставили выбора. Почему ему так внезапно понадобилась медная чаша? И почему именно Тун Сяосун должен был её достать?

— Я согласен…

Тун Сяосун на секунду замешкался, пытаясь найти подобие оружия самообороны в комнате. Впрочем, бросив очередной взгляд на мощное тело Гу Сюаня, Тун Сяосун решил, что не было такой вещи, которая смогла бы его спасти. Ему не оставалось ничего, кроме как отыскать медную чашу.

***

Тун Сяосун шел в нескольких шагах от Гу Сюаня. Они перелезли через ограждения и покинули территорию школы. В ушах звенела тишина: замолкли автомобили, рассеялся гомон толпы и даже насекомые притихли. Тун Сяосун не придал этому особого значения, списав это на разыгравшееся воображение. Спустя два квартала Гу Сюань остановился возле двора, посреди которого был возведен двухэтажный дом. Он подошел к воротам и махнул Тун Сяосуну рукой.

— Вперед. Медная чаша находится под кроватью, думаю, не заблудишься.

Тун Сяосун колебался. Что-то подсказывало ему, что в этом доме давно никто не появлялся или и вовсе не жил.

— Это твой дом?

Гу Сюань выглядел так, будто не имел никакого отношение к этому месту и уж тем более не являлся его хозяином: он неловко стоял у ворот и переминался с ноги на ногу, не решаясь войти внутрь.

— Да, — Гу Сюань вздохнул. — Я живу один и сейчас там никого нет. Электричество отключили пару дней назад, поэтому смотри под ноги, иначе набьешь шишек. Моя спальня на втором этаже. Остальное тебе знать необязательно.

— Не говори, что ты не знаешь, какая из этих спален твоя?

Гу Сюань уже открыл рот, чтобы ответить, но вдруг сощурил глаза и усмехнулся.

— Знаешь, иногда следует прикинуться дураком, чтобы сойти за умного, — Гу Сюань покрутил пальцем у виска. — Хочешь считать, что этот дом не мой — пожалуйста. Сделай вид, что ты бессовестный воришка. Если заметишь что-то странное на первом этаже, то не пугайся, а лучше и вовсе не лезь не в свое дело.

Тун Сяосун посмотрел в глаза Гу Сюаню и не смог сдержать тяжелый вздох: его честный и чистый взгляд действовал безотказно. Когда в последний раз Гу Сюань был настолько открыт к нему? Тун Сяосун нерешительно толкнул ворота плечом и оглянулся.

— Чего ты ждешь? Хочешь, чтобы я закричал? Тогда и узнаем живет ли в этом доме кто-то, кроме меня.

Если бы Гу Сюань хотел, то уже давно бы закричал. Не было смысла ждать ещё дольше, Тун Сяосун зашел слишком далеко, чтобы струсить и повернуть назад. Великолепная дверь отворилась и он вошёл внутрь. Гу Сюань не солгал: на первом этаже, посреди комнаты, виднелся странный силуэт, окутанный рассеянным светом едва треплющимся пламенем свечей. При рассмотрении это оказалось чучело человека, сделанное из бумаги. За всю свою жизнь Тун Сяосун ни разу не видел ничего подобного. Если бы Гу Сюань не предупредил его, то подобная внезапная находка наверняка напугала бы Тун Сяосуна до чертиков. Было пусто и он распахнул дверь, позволяя слабому свету луны осветить помещение.

Стоило Тун Сяосуну ступить на лестницу, как его спины коснулся могильный холод. Он обернулся, будучи не в силах оторвать взгляд от жуткого чучела. Издалека оно походило на бумажных кукол-слуг, которых сжигали во время церемонии погребения, но было куда более блеклым: лишь щеки чучела были выкрашены в ярко-красный цвет. Во мраке ночи оно казалось… живым. Тун Сяосун не позволил себе думать об этом и ринулся наверх. Каждый его шаг отзывался гулким эхом, будто само место следило за ним.

Стоило Тун Сяосуну подняться на второй этаж, как дверь перед ним распахнулась и послышались неторопливые шаги. Он вздрогнул и спрятался, не переставая при этом осторожно выглядывать из-за угла. Вопреки ожиданиям Тун Сяосуна никто не вышел, но шаги не прекратились и даже послышались возле его убежища. На мгновение наступила тишина, в затем звук босых ног раздался в районе лестницы.

В доме никого не было, но тогда откуда шел этот звук?

Тун Сяосун зажал рот, чтобы не вскрикнуть и на носочках подобрался к перилам, чтобы осмотреться: возле ног чучела плыла тонкая струя дыма. Кто-то зажег благовония.