"Я не хочу этого перевоплощения" 355-359 главы
Тгк команды перевода: https://t.me/seungmobl На Boosty (https://boosty.to/seungmobl) главы выходят быстрее по подписке!
Самаэль, мгновенно определив цель для использования, наклонился и прошептал Хан И Гёлю прямо на ухо:
『SS-ранг Заместитель Мастера «Рохеон»?』
При словах Самаэля, наполненных его силой ментального подчинения, плотно сжатые веки И Гёля едва заметно дрогнули. То же самое тут же отразилось и в зеркале:
[SS-ранг Заместитель Мастера «Рохеон»?]
[Заместитель Мастера? Но Ха Тхе Хон же не был им. Может, в другой арке он им станет?]
— Хм… — протянул Самаэль, слегка склонив голову. Ответ оказался не тем, что он ожидал.
Затем его взгляд медленно переместился на Ха Тхе Хона, стоявшего рядом с Чон Са Ёном.
— Ну что, наш Заместителя Мастера Ха Тхе Хон, ты понимаешь, что именно сейчас показывает этот артефакт-зеркало?
Ха Тхе Хон нахмурил брови, явно раздражённый тем, что Самаэль так непринуждённо обращался к нему.
Самаэль, заметив его недовольство, только насмешливо усмехнулся и снова склонился к И Гёлю:
『Интересно, а Чон Са Ён в этой книге тоже появляется?』
Золотоволосый парень в отражении задал похожий вопрос:
[Чон Са Ён тоже там есть? Мастер «Реквиема»?]
[Разве он не его соперник? Он вообще с самого начала появляется.]
— Вот так поворот… — уголки губ Самаэля скрылись в маске, но улыбка была слишком очевидной.
В книге, которую якобы читал И Гёль, упоминались и Чон Са Ён, и Ха Тхе Хон. Пока не удавалось сложить полную картину, но если содержание книги было правдой…
— Выходит, эта книга послужила своего рода проводником, — вслух озвучила догадку Азазель.
Самаэль не скрывал удовольствия — всё развивалось куда интереснее, чем он рассчитывал.
Более того, его интерес к бессознательному И Гёлю лишь усиливался. Даже во время прежнего похищения ему нравился этот своенравный характер, а уж теперь, когда вскрылся такой секрет… желание завладеть им становилось всё сильнее.
— Значит, Хан И Гёль не из этого мира. Похож скорее на монстра, что прошёл сюда через Врата.
— Получается, не только монстры, но и люди могут переходить, — добавила Азазель.
— Но среди людей И Гёль — первый. Если бы Доктор был жив, он наверняка исследовал бы, какие изменения претерпело его тело.
Самаэль щёлкнул языком с видом лёгкой досады, но затем вновь попытался выудить больше информации, копаясь в сознании И Гёля.
『А в романе сам Хан И Гёль тоже появляется?』
[Тогда что насчёт Хан И Гёля?]
Золотоволосый парень в зеркале повторил вопрос Самаэля слово в слово. И в этот раз все были уверены, что ответ последует так же, как прежде…
Вдруг из парящего в воздухе зеркального артефакта раздался пронзительный, режущий слух звук. Поверхность задрожала, словно покрылась волнами, и отражаемые образы начали срываться и дрожать.
— Азазель, что с артефактом? — нахмурился Самаэль.
— …Сейчас проверю, — неожиданно с явным волнением ответила Азазель.
Это зеркало, связанное напрямую с сознанием Хан И Гёля, было для него настоящим шедевром, созданным за долгие годы.
Особенно учитывая, насколько туманной была личность И Гёля, он подготовился тщательно, чтобы в план не закралась ни малейшая ошибка. Но вдруг артефакт оказался в таком нестабильном состоянии…
И прежде чем Азазель успела его проверить, сцена в отражении внезапно сменилась.
Зеркало, до этого окрашенное в непроглядную чёрноту, дрогнуло и показало новую сцену. Золотоволосый парень исчез, а на столе лежало несколько книг с названием «Бездна» на обложках.
— Кажется… он понял, что что-то неладно, и сам изменил ситуацию, — произнесла Азазель.
— Такое вообще возможно? — нахмурился Самаэль.
— Для обычного А-ранга — нет. Но… — Азазель не договорила, и так было ясно, что он имел в виду.
А-ранг, на которого, тем не менее, не действовала способность Самаэля по контролю эмоций — сила SS-ранга. Если учесть это, то проявление подобных «сбоев» не выглядело чем-то невероятным.
— Атмосфера становится неприятной, — поморщился Самаэль.
В этот момент послышался голос Чон Са Ёна. Всё это время он стоял неподвижно с того самого момента, как Хан И Гёля захватил Самаэль. Теперь же Чон Са Ён чуть изогнул губы в усмешке.
Тон был такой, будто он заранее предвидел, что план Самаэля пойдёт не так. Чёрные глаза, видневшиеся в щели маски, холодно блеснули.
Его раздражала эта непоколебимая уверенность Чон Са Ёна — несмотря на то, что перевес явно был на стороне Самаэля.
Ощущая, как внутри всё закипает, Самаэль тоже ухмыльнулся.
— Мастер Чон Са Ён не слишком-то переживает за своего Хан И Гёля, да? — Его перчатка легла на горло И Гёля, и он нарочно провёл пальцами по его шее и лицу. — А если я вдруг решу свернуть ему шею? Что тогда? Сможешь только смотреть и ничего не сделать… На что ты надеешься?
Чон Са Ён медленно моргнул. С серого неба вдали налетел лёгкий ветерок. Он с трудом скрывал жгучую тревогу, но его голос прозвучал спокойно:
— Чон Чже Хон. Ты никогда не сможешь поставить его себе под ноги.
Слова были твёрдые, полные непоколебимой уверенности. Самаэль приподнял бровь и в этот миг из зеркала раздался новый голос:
Самаэль перевёл взгляд с Са Ёна обратно на зеркало. Да, сейчас не время поддаваться на провокации.
Если с артефактом действительно происходило что-то странное, следовало выудить максимум информации, пока связь не оборвалась.
Звук дождевых капель, барабанящих по окну, тревожил душу.
За стеклом, в ночной темноте, дождь лил так, будто небо прорвалось. В комнате царил холод, настолько резкий, что пальцы сами начинали подрагивать.
Я сидел один на диване, тяжело подняв голову. Перед глазами стопка книг, аккуратно сложенных на столе.
Я осторожно протянул руку и провёл ладонью по обложке верхней книги. Ничего не изменилось с того момента, как мы с Ён Сон У достали её с полки впервые.
Эта простая истина болезненно кольнула грудь. Глаза защипало, и я сдавленно выдохнул, словно сбрасывая тяжесть.
Я долго сидел, глядя на книги. Сколько прошло времени — не знаю. И вдруг в тишине раздался короткий стук, и дверь открылась.
В комнату, немного замявшись на пороге, вошёл Ко Дон Чжу.
— Вызывает директор. Звонил вам на телефон, но вы не отвечали… поэтому сообщил мне отдельно.
От отчёта Ко Дон Чжу я будто немного пришёл в себя. С трудом поднялся, словно тело было налито водой и стало неподъёмным, и ответил:
— Подвезти вас? — осторожно спросил он.
— Не нужно, сам доеду. Сегодня закроем магазин пораньше.
Я снова аккуратно затянул галстук, до этого ослабленный. Горло перехватило так, что стало трудно дышать.
— Эм, хён… — начал Дон Чжу, пока я надевал пиджак, висевший на спинке дивана. — Вы в порядке?
Я хотел отмахнуться, будто всё нормально, но тело само замерло. С небольшой паузой кивнул:
— Всё нормально. Извини, я уйду пораньше. Позаботься о том, чтобы закрыть магазин.
Я отвернулся, избегая его внимательного взгляда, и шагнул к выходу. Но, не успел выйти из комнаты, как за спиной снова раздался голос:
— Ваше имя… вас зовут Хан И Гёль, верно?
— Что? — я рефлекторно обернулся.
Дон Чжу смотрел на меня совершенно бесстрастным лицом и произнёс:
— В книгах на столе… там фигурирует Хан И Гёль?
— …Откуда ты это знаешь? Ты что, читал их тайком?
Между нами скользнуло странное чувство дежавю. Передо мной стоял тот самый Дон Чжу, которого я знал… и в то же время от него веяло какой-то чуждостью.
— Тогда как вас зовут на самом деле?
Это только кажется? Или нет?.. И всё же, словно под гипнозом, я пробормотал:
— Ко Дон Чжу, очнись. Почему ты внезапно такие вопросы задаёшь?
Это было ненормально. Я попятился, но Дон Чжу резко схватил меня за запястье. Подойдя вплотную, он выглядел как манекен — на лице не отражалось ни одной эмоции. Холод пробежал по коже.
— Отпусти руку, пока я по-хорошему говорю.
— Тебе известно, что это за книга? Расскажи о мужчине, который вручил её тебе.
Сердце забилось так, что стало трудно дышать. Мужчина, подаривший книгу? Объяснить о нём?...
Через плечо Дон Чжу я увидел стопку на столе. И тут в голове зазвучал шёпот, такой знакомый и ласковый:
«Ведь это первая книга, что я дарю тебе… вот почему мне так нравится.»
Что за чушь? Объяснить, кто дал книгу? Да я даже имя Ён Сон У сейчас вслух не могу произнести!
Разве Дон Чжу этого не понимает?
Осознание обожгло изнутри. Всколыхнулась ярость. Я рванулся, и сам схватил его за воротник.
Мир, который я считал реальностью, распался дымкой. Черты лица Дон Чжу расплылись и исчезли, будто их стёрли.
Он действительно стал похож на куклу без лица. И только тогда я понял: это сон. Чужая, искусственно созданная иллюзия.
Я швырнул это подобие Дон Чжу на пол. Тот рассыпался в пыль, как и вся обстановка вокруг.
Всё исчезло, кроме моего собственного тела. Сон рушился. Я почувствовал, как наружу вырывается сдерживаемая сила Квон Се Хёна, и закрыл глаза.
А когда снова открыл — передо мной был настоящий мир.
[Не надо, я сам справлюсь. Сегодня закроем ресторан пораньше.]
В отражении зеркала стоял уже не тот мужчина, что раньше. Но это не имело значения. Достаточно было того, что вместо Хан И Гёля появился кто-то другой и тогда план мог развиваться по задуманному сценарию.
Предмет-зеркало, созданный Самаэлем и Азазель, показывал сны Хан И Гёля в их подлинном виде. А эти сны подвергались влиянию силы ментального контроля Самаэля. Всё из-за того, что Хан И Гёль выпил жидкость, смешанную с кровью Самаэля и Кали.
[Я в порядке. Извини, но уйду пораньше. Поручаю тебе закрыть ресторан.]
После шёпота Самаэля в сознании Хан И Гёля произошёл сдвиг. Как приказал Самаэль, Ко Дон Чжу в его сне схватил Хан И Гёля, который собирался уйти.
『Уточни, действительно ли он Хан И Гёль.』
[Ваше имя… Вас же Хан И Гёль зовут, так ведь?]
『И проверь, упоминается ли Хан И Гёль в книге.』
[В книге на столе написано имя Хан И Гёля?]
[…Откуда тебе это известно. Ты что, читал её тайком?]
Имя Хан И Гёля в книге? Самаэль, проведя рукой по краю своей маски, посмотрел на Азазель. Но и она в этот раз лишь дважды качнула головой, не находя объяснения.
Если книга действительно была проходом между мирами, то имя Хан И Гёля там появиться не могло. Тогда кто стоял перед ними? Просто другой человек с тем же именем, что и в книге?
Чтобы понять наверняка, требовались более подробные сведения.
Следуя приказу Самаэля, мужчина в зеркале открыл рот —
Со звуком разрыва поверхность зеркала пошла трещинами. Азазель подняла взгляд к предмету, а затем уставилась на Хан И Гёля.
Такого не могло быть. Разрушить предмет в состоянии соединения сознаний было почти невозможно.
Неужели предмет не выдерживает давления энергии Хан И Гёля? Но ведь у него всего лишь А-класс.
Если уж связь установлена, даже обладатель SS-класса не способен так легко освободиться. Тем более Хан И Гёль выпил жидкость с кровью Кали и Самаэля.
Отвергнуть и разорвать такую связь могли разве что братья-близнецы, управляющие миром… но почему же сейчас?..
『Узнай, кто подарил ему книгу.』
Поняв, что предмет долго не выдержит, Самаэль задал самый главный вопрос.
[Кто тот человек, что подарил тебе книгу?]
Брови Хан И Гёля дёрнулись, он едва слышно пробормотал. Его сомкнутые веки задрожали, межбровье напряжённо сжалось.
[Ты знаешь истинную природу книги? Объясни, кто тот мужчина, что вручил её тебе.]
Трещины на зеркале расползлись шире, и ветер, вырвавшийся из тела Хан И Гёля, стремительно набирал силу.
В тот миг, когда отражённого в зеркале мужчину схватили за грудки, в центре зеркала появилась глубокая трещина, окрашенная в чёрный цвет.
От Хан И Гёля взметнулся ураганный поток ветра и колоссальной энергии, взрывая пространство.
Так же, как и зеркало-предмет, разлетевшееся вдребезги до полной неузнаваемости, красный кристалл, паривший позади, тоже не выдержал давления энергии и с треском раскололся.
Пронзительный звук разрыва и зеркало с красным кристаллом рассыпались на куски, осыпавшись на пол. Сектанты, не выдержавшие энергии, исходившей от Хан И Гёля, в панике отвернулись и бросились бежать.
Самаэль, до этого державший за волосы Хан И Гёля, резко отдёрнул руку, его пронзила острая боль. Кожу на ладонях рассекли беспорядочные, как лезвия, порывы ветра, и из ран потекла алая кровь.
Азазель преградила ему дорогу, холодный пот катился по её вискам. На таком близком расстоянии, когда она прямо приняла на себя энергию Хан И Гёля, её давящее присутствие ощущалось на коже почти физически.
— Все предметы разрушились. Нам стоит…
Кагак! Ветер Хан И Гёля задел лицо Самаэля. Он почувствовал, как под маской треснула область под правым глазом, и, указывая пальцем вперёд, сказал:
Ветер подхватил Хан И Гёля и поднял в воздух. Его каштановые волосы постепенно темнели, превращаясь в чёрные.
Запястья, видневшиеся из-под рукавов, утолщались, руки покрывались шрамами. Лицо под чёрными волосами стало резче.
В пространстве, созданном Абель, когда я разорвал энергию контроля сознания, смешанную с кровью Кали, всё было иначе. Тогда расход энергии был куда больше, и я испытал такую сильную боль, словно сердце пронзали молнией — дыхание перехватывало.
Конечно, сейчас потоков энергии было гораздо меньше, чем тогда, но всё равно… чувство тревоги не отпускало.
Убедившись, что артефакты действительно разрушены, я открыл глаза. Понять происходящие с телом изменения пока не получалось, но разобраться в этом предстояло позже.
Отключив способность вмешательства, я увидел перед собой Азазель, Самаэля и рассыпавшиеся ряды сектантов Прауса.
Встретившись со мной взглядом, Самаэль внезапно рассмеялся. Он согнулся почти пополам, неистово хохоча, а затем резко повернул голову к Чон Са Ён.
— Чёрт, Чон Са Ён! Ты всё это время скрывал от нас такое?
Несмотря на то что их артефакты и весь план были разрушены, Самаэль нисколько не выглядел обеспокоенным.
— С такой силой ты ведь вне рангов, да? Вот почему на тебя не сработало моё управление сознанием.
— Ну как, Хан И Гёль? А если присоединишься к нам? С первого взгляда ты мне приглянулся, но я и подумать не мог, что скрываешь ТАКОЕ интересное обличие.
От этой наглого предложения у меня невольно сорвался насмешливый смешок. Совсем недавно этот тип копался в моих воспоминаниях, а теперь… что?
— Хорошенько подумай над моими словами.
Сняв окровавленные изорванные перчатки, Самаэль получил от сектантов новые и продолжил:
— Всё, что можно было вытянуть из тебя, я уже вытянул. Теперь хранить твою жизнь смысла нет.
Голова прояснилась, а сердце запылало ещё жарче. Я улыбнулся широко и спокойно, без малейших сомнений:
— Для меня это даже лучше. Не придётся больше ломать голову и мучительно выбирать.
Я вынужден был отступать и прятаться, чтобы скрывать свою истинную силу и облик.
Смотрел, как люди погибают, и всё время метался между выбором: что правильнее? Что важнее — жизнь людей сейчас или их будущее?
— Ты сказал, что меня больше не жалеть?
Наоборот, именно сейчас я чувствовал себя свободнее всего. Раз уж тайна раскрыта — то всё, как в бою с Доктором и Абель.
— То же самое и с нами, Чон Чже Хон.
Намеренно назвав его настоящим именем, а не «Самаэль», я заметил, как пальцы с новыми перчатками на мгновение дрогнули.
Я ударил ногой о землю и резко взмахнул рукой. Сильный ветер, обвивавший моё тело, ринулся вперёд, накатываясь, словно штормовая волна.
И в тот же миг я ощутил знакомую энергию за своей спиной. Улыбка сама коснулась губ.
Объяснять было не нужно. Я верил без тени сомнений: все ждали меня и поймут мой сигнал сразу.
Чон Са Ён и Ха Тхе Хон стремительно вырвались вперёд, обступив меня с обеих сторон. За ними последовали превратившийся в гигантского волка У Со Хёк, а также Пак Гён Хо и Ким У Джин.
Напоследок я увидел, как Ли Джу Ха, Элис, выжившие члены «Рохеона» и бойцы гильдии «Реквием» ринулись в схватку с сектантами. Подняв ветер, я направил его им на подмогу.
Нежный, светлый облик Хан И Гёля исчез, уступив место крепко сложенному мужчине с чёрными волосами.
Все взгляды в округе устремились на Квон Се Хёна. Под их пристальными глазами он медленно открыл глаза.
В миг, когда сознание прояснилось, я ощутил энергию Квон Се Хёна, идущую прямо из его сердца, и не смог скрыть потрясения.
Почему она ощущалась такой сильной? Несмотря на то, что моя способность находилась за пределами рангов, сама мощь энергии была значительно выше, чем у Ха Тхе Хона, SS-класса. Она почти сравнялась с Чон Са Ёном, который жил, снова и снова повторяя долгие годы.
Но сейчас… она стала ещё сильнее. Энергия, просачивающаяся из сердца, была слишком велика, я никак не мог удержать её под контролем.
Даже в растерянности способность вмешательства срабатывала безупречно.
Мой взгляд распространился на бесконечные просторы. Будто птица, взмывшая в небеса, я видел весь Сеул ясно, до мельчайших деталей. Так всегда было, когда Квон Се Хён использовал свою способность вмешательства.
Раньше я искал нити энергии, тянувшиеся от Самаэля или Абель. Но в этот раз цель была другой.
Красные предметы-переходники, что всё время выбрасывали монстров. Их нужно было остановить, иначе ситуацию не урегулировать.
Я почувствовал их энергию в разных точках улицы Кванхвамун. Всего семь. Благодаря быстрой передаче информации от Ли Джу Ха удалось разрушить часть предметов сразу после обнаружения, иначе бы их осталось гораздо больше. Изначально их было больше десяти, а значит, из них вырвалось и несметное число монстров.
Нити энергии, которые я видел раньше в бою, и сейчас тянулись от предметов, соединяя их с небом. Всего семь красных нитей. Похоже, они связывали предметы-переходники с теми, что находились внутри врат.
Нити были не только связующим звеном между предметами и вратами, но и источником энергии самих предметов. Если перерезать их, работа перемещения монстров прекратится даже без разрушения предметов.
Холодное дыхание вырвалось сквозь губы. Будто прорвавшаяся дамба, сердце выплеснуло мощный поток энергии Квон Се Хёна.
Стоило задействовать лишь часть этой силы и все семь нитей оборвались с пугающей лёгкостью. Судя по их красному цвету, предметы точно были сделаны с примесью крови Кали, но при этом после разрыва нитей я не ощутил никакого ответного удара.
Все монстры были уничтожены, и началась схватка только между людьми со сверхспособностями. Сектанты Прауса, выстроив ряды, преградили путь к Самаэлю и Азазель и, используя свои силы, бросились на нас.
К счастью, с нашей стороны людей было больше, чем когда-либо, поэтому я направлял ветер так, чтобы регулировать силу ударов и помогать союзникам, стараясь свести ранения к минимуму.
Среди десятков способных, обрушивших свои силы друг на друга, особенно выделялись Чон Са Ён и Ха Тхе Хон. Чон Са Ён молниеносно рассёк руку мешавшему противнику и стремительно сокращал расстояние до Самаэля, а за ним шёл Ха Тхе Хон. Никто не мог легко их остановить. Тем более что после смерти Доктора и Абель у Праус не осталось SS-рангов, кроме самого Самаэля.
Увидев, как к нему приближаются Чон Са Ён и Ха Тхе Хон, Самаэль поднял руку, соединяя большой и средний палец. Белоснежные пальцы в перчатках щёлкнули и в тот же миг один из гильдийцев «Рохеона», владевший парными клинками, замер на месте.
Звук ударяющихся пальцев не смолкал. Каждый раз, когда Самаэль щёлкал, кто-то из наших на мгновение замирал, а затем, словно обезумев, бросался на союзников.
Даже У Со Хёк, впившийся клыками в бок сектанта и окрасивший пасть кровью, не смог избежать контроля сознания.
S-ранг мог сопротивляться — У Со Хёк яростно тряс головой, рыча, — но вскоре он всё же кинулся на Пак Гён Хо.
К счастью, Пак Гён Хо заранее знал о способностях Самаэля и не растерялся: схватил волка за шею, остановив атаку. Этого короткого мгновения оказалось достаточно, чтобы я снова активировал способность вмешательства.
Перед глазами вспыхнули белые нити энергии, связывавшие наших бойцов с Самаэлем. Я без колебаний перерезал ближайшую.
От разрыва контроля многие упали, не выдержав шока, лишь немногие устояли. У Со Хёк же, тяжело дыша, сумел удержаться и не потерял сознание.
Самаэль сразу же перевёл взгляд на меня — он понял, что именно я разрушил его силу. Он чувствовал, когда кто-то насильно разрывал его связь. А значит, наверняка догадался: это было уже не впервые.
— Попробуй ещё хоть сколько раз.
Я, нарочито улыбнувшись, бросил слова прямо ему:
— Пока я здесь, твоя сила никого не коснётся.
Я сказал это уверенно, но тело предательски выдавало напряжение. По виску скатилась холодная капля пота. Слишком много энергии И Гёля я уже выпустил без остановки — сердце отзывалось болью. Лимит был близко, но я сдерживал гримасу, чтобы не показать слабость.
Каждый из товарищей, кто сражался рядом, ставил на кон жизнь. Они держались не ради принадлежности к гильдии, ими двигало желание остановить Праус и защитить людей.
В Кванхвамун из монстров вырвалась целая орда, унесшая бессчётные жизни. Сейчас я уничтожил все артефакты, но однажды их уже создали, и значит, угроза того, что появятся новые и снова приведут монстров, была реальной.
— Здесь мы должны покончить со всеми до единого. — С ловкостью уклонившись от вражеского удара произнесла Ли Джу Ха. Словно прочитав мои мысли.
— Да. Мы должны схватить каждого без исключения и положить этому конец.
Отвечая, я незаметно прикусил щёку. Боль в сердце усиливалась, когда я сжимал остатки энергии, и хотя я сохранял спокойное выражение, пальцы дрожали, а зрение на миг затуманивалось.
Даже если больно, даже если тело на пределе — падать и сдаваться нельзя. Здесь нет никого, кому было бы легко. Самаэль смотрит на меня, значит, я не могу показать слабость.
Чья-то мягкая маленькая ладонь осторожно обхватила мою левую руку. Я удивлённо обернулся и встретил взгляд Мин А Рин.
Её лицо было побледневшим, щека распухла, а вся левая рука залита кровью. Видно, она пострадала ещё в предыдущей схватке, когда держала натиск десятков монстров и сектантов. Всё время находилась за моей спиной, поэтому я даже не заметил её ран.
И всё же в таком состоянии Мин А Рин улыбнулась.
С мягким голосом и через сжатые вместе руки в меня стремительно вливалась энергия. За плечом Мин А Рин я заметил, как ко мне, хромая, приближается Квон Чон Хан, с рассечённым лбом, из которого текла кровь.
На его лице ясно читались сожаление и горечь из-за того, что он не сумел уберечь Мин А Рин. И от этого на меня опустилось тяжёлое бремя вины. Это не была вина Квон Чон Хана. Это была моя вина. Я не сумел позаботиться о них двоих, самых уязвимых, которых должен был защитить. Пока они получали такие ранения, я всё ещё колебался и прятал свою истинную силу.
Я с трудом подавил горячее, подступившее к горлу чувство, и снова устремил взгляд вперёд. Энергию, что передавала мне Мин А Рин, я принял с благодарностью и не жалел ни капли, выплёскивая её во вне.
Те, кто уже имел опыт взаимодействия с моей силой ветра, сражались уверенно. Остальные же, хоть и неловко принимали подмогу, всё равно дрались изо всех сил.
Но и численность у Культа Праус была немалой, и, несмотря на то что мы напали первыми, переломить ситуацию в свою пользу мы не могли. Наши силы уже сильно истощились в предыдущей битве, раненных было много, а численное соотношение оставалось примерно равным. Захватить инициативу было непросто.
Поэтому мне приходилось снова и снова направлять ветер, помогая. Я верил, что стоит продержаться ещё немного, и Чон Са Ён или Ха Тхе Хон прорвут оборону культа и схватят Самаэля и Азазель.
Тем временем состояние Мин А Рин, которая снабжала меня энергией, ухудшалось буквально на глазах. Пусть она и вливает силу, но утечка происходила с такой скоростью, что выдержать долго это было невозможно.
В такие минуты я особенно остро ощущал сожаление, что не могу использовать переполнявшую Квон Се Хёна энергию для своей способности. Да, моя сила вмешательства была невероятно полезной, но то, что я вынужден был ограниченно пользоваться ветром — моей основной способностью, — тяготило.
Даже просто помогать товарищам избегать лишних ранений было уже невыносимо тяжело. Я закусил губу, глядя на Мин А Рин, которая едва держалась на ногах и вот-вот могла упасть.
Громкий крик разнёсся с противоположного края, где стояли сектанты Праус. Я поднял голову и меж хлеставшей крови и вспышек способностей увидел знакомые алые пряди волос.
— Что это? Где Хан И Гёль? Его не видно!
За Ча Су Ён показалась и Хон Си А. Она со звоном хлестнула алым кнутом по земле.
— Всем по своим позициям! С этими сектантскими ублюдками покончим раз и навсегда!
На её приказ гильдейцы «Джайна» громко откликнулись и одновременно выхватили оружие. Увидев это, я почувствовал, будто с моей шеи сняли удавку — дыхание снова стало свободным.
— Подкрепление прибыло, гильдия «Джайна»!
Точно так же, как и я, бойцы «Реквиема» и «Рохеон» встретили появление «Джайны» радостными криками. Битва, которая до этого держалась в напряжённом равновесии, с приходом союзников тут же качнулась в нашу сторону.
А вот культисты Праус оказались зажаты между нами и подкреплением, словно крысы в ловушке, без шанса сбежать.
Чон Са Ён, оказавшийся уже почти вплотную к Самаэлю и Азазель, встретился со мной взглядом. Это была удача — гильдия «Джайна» появилась как раз вовремя, подарив нам редкий шанс.
«Мы не можем упустить этот момент».
Нужно было использовать этот шанс, чтобы схватить Самаэля. А если не удастся, возможно, лучше убить его, чем позволить уйти. В любом случае упустить его сейчас было недопустимо.
Я оборвал все потоки ветра, которые распределял между остальными, и собрал всю оставшуюся силу, направив её к Чон Са Ёну. Обвитый ветром, куда более сильным, чем прежде, он рванулся вперёд с невероятной скоростью.
Его цель была одна — Самаэль. Лезвие меча, запятнанное кровью, сверкало под светом, грозно мерцая. Чон Са Ён, разрезая и плавя все преграды на пути, стремительно сокращал расстояние.
Самаэль, наблюдая за ним, достал что-то из внутреннего кармана своего пиджака. В руках, в белоснежных перчатках, оказался небольшой предмет неизвестного назначения. На вид что-то вроде пульта или сигнального устройства. Маленькая лампочка на нём загорелась зелёным светом.
— Не думал, что придётся использовать даже это… Ну что ж, придётся вернуть долг сполна.
Самаэль пробормотал что-то непонятное и нажал на центр устройства. Зелёный свет сменился красным. В ту же секунду раздался резкий, пронзительный свист, растёкшийся по округе, будто разрывая барабанные перепонки.
Земля заходила ходуном так сильно, что удержаться на ногах было невозможно, а затем начала трещать и раскалываться. Я успел поддержать пошатнувшуюся Мин А Рин и огляделся — все остальные тоже падали или еле держали равновесие.
Пак Гён Хо грубо стер кровь со щеки, усмехнулся раздражённо и пробурчал. И будто эти слова стали сигналом — из глубин, содрогавшихся от подземных толчков, резко вырвалось огромное существо.
Из земли показалось чудовище в форме гусеницы, громадное, больше большинства зданий. Его мохнатое, покрытое густыми волосками тело устремилось вверх, словно собиралось достать до небес.
От внезапного появления этого исполинского монстра всё вокруг моментально погрузилось в хаос. Мне пришлось поспешно схватить Мин А Рин и Квон Чон Хана, чтобы увести их прочь от чудовища.
Убедившись, что монстр поднялся, Самаэль без колебаний швырнул устройство на землю и раздавил его ногой.
— Ну что ж, увидимся в следующий раз.
Вместе с его словами Азазель достала чёрную сферу. Чон Са Ён заметил, как сфера падает вниз, и со щелчком языка бросился вперёд, но остановить активацию перемещающего артефакта не успел.
Я тоже попытался использовать силу вмешательства, но, защищая Мин А Рин и Квон Чон Хана от внезапной атаки сектантов, не сумел вмешаться и предотвратить побег.
Чон Са Ён, только что упустивший Самаэля и Азазель, тяжело выдохнул, вонзил меч в землю и опустил голову.
Громадный монстр, внезапно появившийся, оказался на долю Ха Тхе Хона. Землетрясение, вызванное его появлением, нанесло куда больший урон гильдийцам, которые и так едва держались после прошлых сражений.
Нужно было помочь перенести раненых, чтобы монстр не успел их раздавить. Пока все силы уходили на эвакуацию, Ха Тхе Хон один, окутанный чёрной пылью, бросился навстречу чудовищу.
Переместив Мин А Рин и Квон Чон Хана в безопасное место, я собрал последние крохи силы и окутал тело Ха Тхе Хона ветром, чтобы поддержать его в бою.
Монстр, выше и больше любого здания, к счастью, оказался всего лишь класса A. Судя по всему, Самаэль подготовил его на случай непредвиденного — только чтобы вызвать хаос.
Острый клинок Ха Тхе Хона рассёк монстру грудь по центру. Из рассечённой плоти хлынула густая пурпурная кровь, и чудовище забилось в конвульсиях.
Ку-гу! Из-за его огромного тела даже малейшее движение рушило и крошило всё вокруг. Поняв это, Ха Тхе Хон цокнул языком и опустил меч, который собирался взмахнуть снова.
Благодаря моему ветру, за его спиной в воздухе сгущалась плотная чёрная пыль. Вскоре она собралась в десятки длинных копий с острыми наконечниками.
Картина напоминала ту, что я видел очень давно, когда мы с Ха Тхе Хоном вошли в Врата за SS-классовым пальто. Десятки копий, возникшие за его спиной, по одному движению руки разом метнулись и вонзились в тело монстра.
Огромное чудовище, получившее сразу десятки попаданий, разразилось жутким криком и разорвалось на части. Падающие ошмётки туши и пурпурная кровь заставили лица всех вокруг — и моё в том числе — исказиться от ужаса.
— Точно. И одежду теперь всю выбросить придётся.
Ча Су Ён, сжигая останки монстра огнём, подошла к нам. Рядом с ней шла Хон Си А.
Заметив их, я с облегчением и радостью улыбнулся.
Я был безмерно благодарен гильдии «Джайна» за то, что они прибыли с поддержкой в идеальный момент. Без них у нас не было бы ни малейшего шанса приблизиться к Самаэлю и Азазель. В конце концов, мы всё равно упустили обоих, но...
Однако Ча Су Ён и Хон Си А, заметив мою улыбку, лишь переглянулись с выражением «он что, с ума сошел?» на лице. Более того, Ча Су Ён посмотрела на меня настороженно.
— Ты вообще кто такой, что заговорил со мной?
Её слова напомнили мне: сейчас я выглядел не как Хан И Гёль, а как Квон Се Хён. Вот почему они смотрят на меня, словно на чужака. К тому же, вокруг ещё оставались сектанты Прауса, и все были на взводе.
Сказать прямо, что я — Хан И Гёль, невозможно. Но и выкладывать всё от начала до конца явно было не время.
— Где вообще Хан И Гёль? Его уже какое-то время не видно.
Отворачиваться или врать Ча Су Ён, которая настойчиво искала меня, было тяжело. Холодный пот стекал по вискам и неожиданно мне на помощь пришёл кто-то другой.
— Мужчина, который стоит впереди, и есть обладатель силы Хан И Гёля.
Это вмешалась Ли Джу Ха, чёрные волосы которой были туго стянуты резинкой в хвост. Вид у неё был бледный, в испарине — очевидно, битва далась ей очень тяжело.
Ча Су Ён и Хон Си А одновременно удивлённо ахнули. Но Ли Джу Ха, не обращая внимания на их взгляды, уставилась на меня усталым лицом и произнесла:
— Этот мужчина и есть обладатель силы Хан И Гёля. Я своими глазами видела, как его внешность изменилась.
— Подожди, изменилась внешность…? Конечно, звучит любопытно, но…
Теперь взгляды, которые до этого были устремлены на Ли Джу Ха, пронзили меня. В глазах Ча Су Ён сверкало недоверие, а в глазах Хон Си А — неподдельный интерес. От этого бремени мои плечи сами собой напряглись.
Хон Си А, внимательно разглядывавшая меня довольно долго, склонила голову набок.
— Ты всё-таки шутишь, да? Что этот мужчина обладатель силы Хан И Гёля? Но он же… слишком другой. И аура у него совсем не уровня А.
Я понимал: раз уж дошло до этого, отрицать слова Ли Джу Ха было бы равносильно предательству её доверия.
Я невольно потянулся к затылку, собираясь хотя бы в общих чертах что-то объяснить — поверят они или нет, уже неважно. Но в этот момент…
Тук, тук. Послышался стремительно приближающийся стук каблуков. Резкий запах крови ударил в нос, и едва я повернул голову, как кто-то схватил меня за руки и рывком притянул к себе.
В один миг подбежавший Чон Са Ён без малейшего колебания заключил меня в крепкие объятия.
Я растерялся от внезапности, но вскоре в ухо донёсся его тяжёлый вздох облегчения, и рука, что собиралась оттолкнуть его, бессильно опустилась.
Его ладони, охватывающие мои плечи и талию, заметно дрожали. Лоб Чон Са Ёна, уткнувшийся мне в шею, оказался ледяным. Почувствовав, как он обнимает меня с болезненной силой, я не смог оттолкнуть его и тихо обнял в ответ.
Я до сих пор чувствовал боль, вспоминая тот миг, когда Самаэль предложил мне сделку, а Чон Са Ён хватался за моё запястье, пытаясь остановить.
Чон Са Ён слишком многое потерял из-за Самаэля, Кали и их сектантов. Неудивительно, что он был в таком отчаянии. Я, сам того не желая, снова затронул его старую рану. Поэтому я с искренним сожалением осторожно похлопал его по спине.
— …Если уж даже Мастер Чон Са Ён так реагирует, то, может, и правда этот мужчина Хан И Гёль?
— Я же сказала, так и есть. Почему вы мне не верите?
Ча Су Ён, видя нашу с Чон Са Ёном внезапную близость, просто остолбенела. А Хон Си А с Ли Джу Ха обменялись странными взглядами и тихо переговаривались.
Мин А Рин, которая всё это время, сдерживая слёзы, не отходила от меня ни на шаг, наконец расслабилась и впервые за долгое время искренне улыбнулась. Квон Чон Хан тоже с облегчением шумно выдохнул и снял очки, перепачканные пылью и грязью.
Ким У Джин, из последних сил удерживавший клона, наконец рассеял его и, пошатываясь, направился ко мне. У Со Хёк в звериной форме рухнул прямо на землю и тяжело задышал. Пак Гён Хо поддерживал одного из гильдийцев и протянул ему бутылку воды.
А Ха Тхе Хон… всё это время так и не сделал ни шага от тела поверженного монстра. Он стоял неподвижно с опущенным клинком, и даже после окончания битвы от него исходил холодный, леденящий воздух.
Его взгляд, устремлённый прямо на меня из-под слегка склонённой головы, был слишком тёмным. В этих чёрных глазах не осталось ни капли привычного тепла — только мрак, который врезался мне в память.
Эта битва принесла нам слишком много потерь.
Главное — мою личность полностью раскрыли сектанты Прауса. Они видели не только то, как я меняю облик из Хан И Гёля в Квон Се Хёна, но и то, как я сумел вырваться из ментального контроля Самаэля. А значит, они почти наверняка догадались и о моей способности вмешательства.
После Доктора и Абель нам повезло, мы сумели убрать свидетелей облика Квон Се Хёна.
Но теперь… мы упустили Самаэля и Азазель, а ещё толпа людей воочию увидела, как я превратился в Квон Се Хёна.
Это был полный провал, ситуацию никак не исправить.
— Нужно подождать, пока шум поутихнет. Сейчас это лучшее, что мы можем сделать.
Официального заявления пока не было. Но, по сути, все, кому надо, уже знали.
— Постойте. «Появился одарённый, использующий две силы в двух обликах? Узнаем поближе незарегистрированного Хан И Гёля». Это… реально заголовок статьи?
Я, едва успев дочитать заголовок, чуть не выронил бумаги из рук. У Со Хёк, стоявший рядом с Чон Са Ёном, спокойно кивнул.
Что за бред они вообще публикуют? А заголовок-то какой корявый!
Я в ступоре уставился в текст, а Чон Са Ён тем временем невозмутимо поднёс к губам чашку кофе.
— Теперь понимаешь, почему я велел тебе не выходить наружу?
Я помассировал пульсирующий висок и отложил папку в сторону. Там оставалось ещё пять листов. Неужели и они все забиты подобной ерундой? Даже проверять страшно.
Для нас самым большим ударом было то, что Культ Праус раскрыл мою личность.
А для страны — внезапное нашествие монстров в Кванхвамун и колоссальные разрушения.
Прежде чем государство успело обратиться за помощью, гильдии «Реквием», «Рохеон» и «Джайна» уже самостоятельно выставили бойцов и занялись урегулированием ситуации.
Но в итоге именно их власти обвинили и даже вынесли официальное предупреждение якобы они «не смогли предотвратить происшествие заранее».
Хотя же всё очевидно: это был теракт Культа Прауса с использованием монстров.
И всё равно ответственность свалили на гильдии.
Однако Чон Са Ён, вместо того чтобы возмущаться абсурдным решением, сосредоточился на помощи: выплачивал компенсации семьям погибших, брал на себя расходы на похороны, занимался восстановлением. «Рохеон» и «Джайна» помогали с восстановлением Кванхвамуна.
Но общественное мнение всё равно оставалось враждебным.
К тому же вокруг меня множились слухи, запросов становилось всё больше, и Чон Са Ён был загружен до предела. Даже сейчас мы встретились впервые за целую неделю.
И Ха Тхе Хон, наверняка, так же занят. Настолько, что даже не может заглянуть в телефон. Да, он точно очень занят…
Я пытался себя в этом убедить, но тревога всё равно грызла изнутри. Не выдержав, я снова взял телефон и проверил сообщения — в который уже раз за последнюю неделю.
[Если можно, хотел бы поговорить.]
Это было три дня назад. С тех пор ни ответа.
Цифра «1»* рядом с моим сообщением так и не исчезла. Я глухо вздохнул.
[П.п. В корейском мессенджере Kakao цифрой «1» отмечаются непрочитанные сообщения — Ха Тхе Хон даже не прочитал сообщения.]
Через два дня после инцидента на площади Кванхвамун нам всё же удалось выкроить немного времени и собраться в комнате. Там я наконец смог услышать объяснение, что же произошло, пока я был без сознания.
Если подумать… когда я очнулся, то зеркало-артефакт действительно было расколото. Значит, оно и было связано с моим разумом.
Я слишком ясно помнил, что снилось после того, как выпил жидкость, переданную Самаэлем, и потерял сознание. То было воспоминание: тот самый момент, когда Ён Сон У подарил мне книгу «Бездна», и я впервые открыл её… Очень далёкое прошлое.
Конечно, из-за вмешательства Самаэля и его способности к ментальному контролю кое-что исказилось. Но в целом разница с настоящей памятью была не так велика.
— Хм, зеркало ведь не слишком большое… — осторожно сказала Мин А Рин. — Так что, думаю, видели не все, а лишь несколько человек. Не стоит так переживать, И Гёль-ши.
Я заставил себя кивнуть на её слова утешения. Но внутри всё было не так спокойно: чувства переплетались и бушевали, словно шторм.
И ведь показалось именно то, что я больше всего хотел скрыть. Вся правда, которую я боялся выдать, раскрылась самым неприятным образом. Я выдавил на лицо кривую улыбку, глядя на команду.
О книге я ещё никому никогда не рассказывал. С признанием, что я на самом деле Квон Се Хён, я должен был объяснить и это… Но мне стало страшно, и я утаил.
Ведь для меня это была просто книга, которую я читал ради интереса. Но когда я узнал, что её содержание — это мучительное прошлое, которое пришлось пережить моим товарищам… язык не повернулся даже упомянуть о ней.
Особенно перед Ха Тхе Хоном и Чон Са Ён, почти главными героями той «Бездны». Перед ними у меня не было и не могло быть оправданий. Я лишь надеялся, что они так и не узнают правду. Но всё раскрылось самым худшим способом.
— Можно… — я сжал руки, и пальцы от напряжения побелели. — Можно я сначала поговорю с Ха Тхе Хоном, а потом объясню всем остальным?
Я не решался встретиться взглядом с товарищами, сидящими напротив, и тихо продолжил:
— У нас с ним был разговор, который я обещал… Простите.
— Я не возражаю, — мягко ответила Мин А Рин и ласково похлопала меня по плечу.
За ней заговорил и Пак Гён Хо:
— Я тоже не против, но… Хан И Гёль, ты точно в порядке?
— У тебя ведь проблемы с Заместителем Мастера Ха Тхе Хоном?
От его прямого вопроса внутри всё сжалось, словно иголки прошили нутро. Я изо всех сил оттолкнул это чувство и ответил, будто ничего не случилось:
— …Ха Тхе Хон-ши тоже, наверное, запутался. Нужно лишь немного времени. Всё будет хорошо.
Иронично, но после того, как я уверял команду, что всё наладится, Ха Тхе Хон за целую неделю так и не ответил ни на один мой звонок.
Если я звонил, слышалось лишь сухое: «Абонент вне зоны действия сети». Сообщения оставались непрочитанными. В новостях и статьях Ха Тхе Хон больше не появлялся — официальные дела вёла Ли Джу Ха, а о неофициальных и вовсе не было упоминаний.
Раньше, даже находясь за границей, он всегда находил время, чтобы ответить на мои сообщения. И никогда не оставлял меня без внимания так надолго. Списать всё на банальную занятость было бы слишком наивно, особенно после того, что произошло тогда.
«Правильно ли я делаю, просто ожидая?»
Между мной и Ха Тхе Хоном явно образовалась трещина. Это было очевидно. И виноват в этом я сам: скрывал до последнего, пока всё не рухнуло.
Именно поэтому я хотел увидеть его лично, поговорить лицом к лицу… Но даже связаться не удавалось.
После случая с Ким У Джином я прекрасно понял, как сильно можно пожалеть о том, что упустил момент для примирения. Потому я не мог позволить себе сидеть сложа руки и ждать, когда Ха Тхе Хон, быть может, когда-нибудь сам откликнется.
«Может, стоит самому найти его?»
Я отлично знал, где находится дом Ха Тхе Хона. Всё-таки он не из тех, кто выставит гостя за дверь, даже если тот пришёл без приглашения… наверное.
Подумав об этом, я вспомнил суровый характер Ха Тхе Хона и невольно почесал лоб. Хм. Впрочем, вероятность того, что он и правда захлопнет дверь перед моим носом, исключать тоже нельзя.
Я смотрел сквозь стекло балкона на ночное небо и колебался. Но затем решительно поднялся. Раз уж решил встретиться — то лучше отправиться прямо сейчас, чем терзать себя мыслями. Даже если он выставит меня вон, я хотя бы попробую.
Лис, развалившийся на столе и уставившийся в телевизор, поднял голову на мой зов.
В комнате были только мы двое, уже почти полночь. Дом Ха Тхе Хона находился не так далеко, думаю, туда и обратно я уложусь часа в три.
— Я ненадолго выйду. Сиди спокойно. Если захочется спать — ложись.
Я провёл ладонью по его белоснежному пузу. Лис моргнул большими глазами, а потом резко вскочил.
Он завилял хвостом и вцепился в мою одежду, даже без слов было ясно: «Возьми с собой!»
В другое время я бы уступил. Но сейчас мне предстоял серьёзный разговор с Ха Тхе Хоном. Я решительно отцепил его лапки.
— Нет. Сегодня останешься тут и присмотришь за комнатой. Я быстро вернусь.
Я схватил его за загривок и мягко, но настойчиво отодвинул. Лис, похоже, и не думал, что я откажу вот так категорично. Он плюхнулся обратно на стол и с обиженным видом уставился на меня.
Он протяжно заскулил. Я отвернулся, открыл балконную дверь и вдохнул холодный ночной воздух. Волосы тут же разметал порыв ветра.
— Прости. Я скоро вернусь. Отдохни пока. Хорошо?
Лис не ответил, лишь смотрел мне в лицо с таким укором, что я невольно улыбнулся криво и неловко.
«Хотел помириться с Ха Тхе Хоном, а теперь ещё и Лиса обидел. Ладно, вернусь как можно скорее».
Я поднял ветер и взмыл в небо.
Внизу раскинулся ночной Каннам: даже в этот час улицы озарялись огнями зданий и фарами машин.
Чтобы не попасться на глаза, я набрал высоту и направился в сторону дома Ха Тхе Хона. Ветер свистел в ушах, волосы развевались ещё сильнее. С такой скоростью я доберусь минут за тридцать.
Была уже поздняя осень, и даже сквозь куртку пронизывал встречный поток ветра. Плечи дрожали от холода, но я не снижал скорость.
Поздно приходить без предупреждения, особенно когда ты сам стал источником проблем. Интересно, что подумает Ха Тхе Хон, когда я ввалюсь к нему среди ночи? Тем больше причин торопиться.
Ну, он же SS-ранга — даже лёгкий стук по стеклу его разбудит. Всё равно будет неудобно. Или, может, он всё ещё занят делами гильдии «Рохеон» и даже не дома.
Я тяжело вздохнул, думая, что это путешествие может оказаться напрасным. И в этот момент…
Воздух прорезал резкий звук, и плечо обожгло болью.
Тело, которое летело вперёд без заминки, резко застопорилось. Я схватился за левое плечо — ладонь тут же облепила горячая липкая жидкость, от которой ударил запах крови.
Только теперь я осознал: на меня напали.
Слишком внезапно, слишком неожиданно, я не мог сразу поверить в реальность происходящего.
Не успел я договорить сам с собой, как по коже снова пробежал холодок. Я резко дёрнулся в сторону, и в тот же миг по щеке полоснула боль — по лицу потекла тёплая влажная жидкость.
Пуля? Нет. Увиденное краем глаза было длиннее и острее. Лук? Арбалет? Что бы это ни было кто-то явно целился в меня. А пока я не знаю, где именно враг, нужно срочно уходить с линии огня.
Осознав ситуацию, я первым делом набрал высоту. И даже в этот момент очередная стрела, свистнув в воздухе, едва не задела мою ногу.
Лишь поднявшись настолько высоко, что вокруг уже стлали облака, я почувствовал, как атаки прекратились. Похоже, стрелявший находился на крыше какого-то высокого здания. Значит, снижаться теперь нельзя.
Я уже слишком близко подошёл к дому Ха Тхе Хона, поэтому возвращаться в «Реквием» было бессмысленно. Но и наверху дышать становилось трудно: воздух разреженный, температура гораздо ниже, чем внизу. К тому же ноющая боль в левом плече, насквозь пропитанном кровью, всё сильнее отвлекала.
Стиснув зубы, я из последних сил дотянул до дома Ха Тхе Хона и начал осторожно снижаться. Я всё ещё был настороже: если вдруг снова полетят стрелы, я должен суметь мгновенно уйти. Так я опустился на его террасу.
Внутри дома через широкие окна царила темнота, ни одного огня. Я прижался лицом к стеклу, но ничего толком не разглядел, не смог понять даже, есть ли кто-то внутри.
Стоя посреди чужой террасы среди ночи и прижимая к телу кровоточащую руку, я колебался.
«Что делать? Постучать? Но услышит ли он из спальни? И вообще дома ли он? Я же ничего не знаю наверняка…»
Я прошёл такой путь и уйти ни с чем было бы слишком глупо. Немного поколебавшись, я осторожно поднял чистую руку, чтобы постучать.
Но прежде чем я коснулся стекла, внутри дома внезапно мелькнула тёмная фигура.
Не успев ничего сообразить, я услышал тяжёлые шаги. Человек стремительно подошёл и рывком распахнул дверь на террасу.
Дррр, — поскрипывающие стёкла сдвинулись, и знакомый аромат коснулся моего носа.
Я поднял взгляд на того, кто оказался буквально в шаге от меня, и с трудом заговорил:
Нахмуренные брови Ха Тхе Хона выдавали его раздражение. Его взгляд сразу скользнул с моего лица к моему левому плечу.
И тут же на меня, словно волна, нахлынуло пугающее ощущение — от него исходила ледяная, зловещая аура.