Барнаульская азбука

С

У меня был лучший друг детства - деда Вася. Мне было где-то 5, ему где-то 95. Но, так как дети воспринимают возраст взрослых совершенно по-другому, ему могло быть и 30.

Жил он в соседнем доме. Наш гараж стоял ровно под его яблонькой, поэтому в рамках семейного хобби, ночами мы всей семьей воровали у него яблоки. Днем же, я частенько сидела с дедодругом на лавке возле его дома.

Он всегда честно отвечал на все мои почему. И был единственным кто рассказал зачем на Пасху биться яйцами и что такое эта ваша Пасха вообще.

У него была прекрасная овчарка. Когда она вставала на задние лапы, то была выше меня. Мы могли бы победить в конкурсе “нелепый вальс 96”, но она была простой собакой, а мне было пора идти домой кушать.

Возле деды Васи всегда протекала самая широкая часть весенних ручейков. Иногда он помогал мне мастерить новые кораблики. С ним было очень весело.

Однажды деда Вася перестал приходить на лавочку. Мне сказали, что он заболел. “Ничего необычного” - подумалось мне - “деды всегда чем-то болеют”.

В один из дней, приехала делегация незнакомых людей. Ворота и все двери в дом моего друга были нараспашку. Собаку посадили на короткую цепь. В тот день мы не вальсировали. Она только обняла меня своими лапищами и проскулила в ухо.

Я прошла в дом. В нем было сыро, темно и холодно, хотя на улице светило яркое солнце. Все толпились в одном месте. Соседи стояли со скорбными лицами. Некоторые незнакомые люди плакали. В центре стоял бородатый мужик в платье и что-то бормотал.

В тот день я узнала новое слово - смерть. Когда она приходит, ты больше не сможешь поговорить с человеком. Но мир из-за этого не переворачивается. Просто помогать делать кораблики будет кто-то другой.

От нового знания вдруг стало очень тоскливо. И совсем непонятно - кому теперь задавать свои почему и можно ли будет и дальше танцевать с собакой.

П

У моей подруги Р. был старший брат Андрей. Андрей был типичным барнаульским 18 леткой в 90-е. Ходил в синем спортивном костюме. Выпивал в палисадничке у дома с друзьями. Воспитывал нас своими молодежными методами. Типа - не жгите костер, а то пиздов надаю; уж - это не ядовитая змея, его не нужно бояться.

В мои 7 лет Андрей казался идеалом старшего брата и я очень завидовала Р. Мне-то маман не могла родить старшего брата, как бы я у нее не выпрашивала.

Однажды Андрей передознулся. Все знали, что он колется. Тогда все это делали. Андрей первым из моих знакомых умер от передоза. Подробности его предсмертных корчаний знали все соседи и казалось, что даже местные березки пересказывают их.

В солнечный день Андреевских похорон, традиционно для хорошей погоды, гроб вынесли на площадку к гаражу. Поставили вокруг стулья. Собрались родственники. Молодых ребят почти не было.

Наблюдая из-за елочки за траурной процессией, я не придумала ничего лучше, чем показать всем собравшимся как я люблю маму. Повод же подходящий. Андрейка-то свою маму вон как расстроил. А я так не буду. Решила, что лучшим способом демонстрации будет как можно громче позвать маму. Я заорала во всю глотку. Все на меня обернулись. Кто-то из бабок перекрестился, кто-то плюнул. Р. бросила в мою сторону испепеляющий взгляд.

Кажется, остальные не поняли мой порыв и услышали - “мама, мама, беги скорей смотреть, как Андрейка откинулся”. Мама быстренько выбежала на улицу, больно оттащила меня за руку, что-то прошипела. Подошла к гробу, извинилась перед его матерью и увела меня подальше.

В тот день я хорошо выучила слово передоз и поняла, что лучше на похоронах не кричать, даже если очень хочется.

У

У моих родителей были приятели - семья - папа, мама и дочка, почти моя ровесница. Она была красоткой. Как и полагается восточной принцессе - черноглазая, с красивыми кудрявыми волосами и очень мелодичным бархатным голосом. Мне очень нравилось сидеть с ней на нашей облупленной синей лавчонке или играть со ржавой уличной ванной. Нам было лет по 12.

Тем летом они частенько к нам приходили. Но потом вдруг перестали. Я извела родителей вопросами когда же они придут снова. Но те только пожимали плечами.

И вот в один из вечеров в местных новостях, которые сейчас я бы нарекла “ежедневная чернуха”, был репортаж о жестоком убийстве семьи. Затем показали фотографию наших еще недавних гостей.

Так я узнала что такое убийство двух и более лиц, совершенное с особой жестокостью и что такое бывает на соседних улицах.

Было обидно, что больше нам с ней никогда не удастся поиграть у ржавой ванны.

Злоба, алчность и нищета - три столпа захолустной провинции. Смерть, убийство и передоз - лучшие слова для демонстрации азбуки из гетто. Очень хочется, чтобы в мире прекрасного будущего такую азбуку искоренили.