Анна Дизендорф: Люблю интеллектуальные игры за то, какие приключения меня могут ждать на том или ином фестивале

На ШЧР-2024 игрок команды «Матрёшки» Анна Дизендорф стала MVP турнира в категории М. На «Умке» мы встретились с Анной и выяснили у нее, насколько было трудно тренироваться и играть за команду из другого города, как она относится к индивидуальным наградам в интеллектуальных играх и сложно ли быть легионером.

Расскажи, пожалуйста, как ты пришла в интеллектуальные игры, с какого возраста начала играть и кто тебя тренировал. Мы должны знать этих прекрасных людей.

Впервые это случилось в городе Снежинске, когда я была в четвёртом классе, благодаря Елене Леонидовне Морозовой. Она проводила общегородское мероприятие, где заметила меня и пригласила уже на игру. До восьмого класса меня тренировала Елена Леонидовна, потом летом с восьмого на девятый я ходила тренироваться к Александру Владимировичу Губину. Сейчас играю и тренируюсь в команде Артёма Вячеславовича Соловьёва в Челябинске.

У каждого тренера есть свой стиль, что довольно очевидно. У тебя было три тренера. Как считаешь, насколько важно для развития игровых навыков тренироваться у разных людей? Или это не принципиально?

Я бы сказала, что это не главная составляющая успеха, но довольно интересный опыт. Если один тренер способен давать тренировки разных форматов, в зависимости от того, какой раз вам попадается один и тот же факт, по-разному про него рассказывать, то это, в принципе, себя окупает. Если так не происходит, тренироваться у разных тренеров лучше.

На моём опыте: да, немного отличался формат самих тренировок, то, как происходил отыгрыш любого пакета. Каждый тренер по-разному углубляется в какие-то темы. Например, если мы с Еленой Леонидовной не брали какую-то реалию, то могли буквально полчаса проговорить про нее. С Артёмом Вячеславовичем этот промежуток времени сокращается. Здесь, на самом деле, главное, чтобы один тренер мог задавать различные форматы тренировок: как простые отыгрыши пакетов, так и другие дисциплины. Или создавать интересные комбинации из разных команд, чтобы они между собой взаимодействовали.

Итак, ты начинала в Снежинске у Елены Леонидовны. Потом ты перешла в «Матрёшки».

Изначально самый первый свой сезон, который был в четвертом классе, я провела в нестандартном для интеллектуальных игр коллективе, потому что не было никого из моих ровесников. Так что я играла с командами 9-11 классов. Это был, наверное, интересный опыт, который не столько много мне дал с точки зрения игрового развития, сколько повлиял на личностный рост, скажем так.

Затем четыре сезона я провела в команде «6!». Так получилось, что она распалась из-за того, что половина ребят поступили учиться в Екатеринбург, у них увеличилась занятость, и мы просто не могли играть вместе.

«Матрёшки» меня позвали буквально на «ПреДале» 2023 года. Переход состоялся в августе, перед сезоном. Я согласилась, поскольку у меня есть родственники в Челябинске, соответственно, я здесь довольно часто появляюсь. Мне рассказали о возможности онлайн-тренировок, и вот так весь этот сезон мы проиграли. Тогда я жила ещё в Снежинске, а не в Челябинске. Сейчас я сама поступила учиться в Челябинск, и тренироваться стало гораздо легче.

Насколько сложно было тренироваться и играть за «Матрёшек», когда ты жила в Снежинске? Сильно спасали онлайн-тренировки?

На самом деле, онлайн-тренировок у нас было буквально несколько. Я всё так же продолжала ходить к Елене Леонидовне, там были практически индивидуальные занятия, нас приходило один-два человека. Это было регулярно, два-три раза в неделю. С «Матрёшками» я старалась ездить на всевозможные очники в Челябинске, на отыгрыши чемпионата области, на какие-то кубки. Когда мы уезжали на разные фестивали, например, на «Воронёнок», мы специально закладывали еще пару дней, чтобы просто потренироваться в поезде, допустим. Или я старалась приезжать в Челябинск за день до выезда.

Сейчас ты переехала в Челябинск, учишься в лицее, который входит в топ-4 России по конкурентоспособности выпускников на текущий год. Как изменилась твоя жизнь в плане совмещения игры и учебы? Как правило, учителя не очень понимают, что это такое.

На самом деле, сложилась очень интересная ситуация: я поступила в этот лицей во многом благодаря интеллектуальным играм. В августе этого года, благодаря турниру от «Лиги Знаний», я смогла отправиться на Северный полюс. Об этом узнали в лицее, в который я поступала. Информация дошла до директора, а директор — очень инициативный и прогрессивный человек, поэтому факт поездки, как мне кажется, повлиял на его отношение ко мне. Дальше мне дали шанс подучиться на протяжении месяца и только после этого переходить. Поэтому директор, которому я проговорила, что мне нужно будет уезжать энное количество раз в год на фестивали, сказал, что это не проблема. В целом все ребята, которые там учатся, — олимпиадники, поэтому у них есть различные сборы и так далее. Учителя относятся к этому с пониманием. Сейчас, когда я отпрашивалась на «Умку», написала все контрольные заранее, все работы сдала, и меня спокойно отпустили. Важно просто заложить к себе хорошее отношение и дать понимание, что я хочу учиться. Я учусь, все в порядке, но вот у меня еще есть такое увлечение.

Существует большое количество разных турниров. Условно говоря, сильная команда играет МКМ, ШРеК, ещё кучу разных игр — суммарно это много игровой практики. Насколько тебе прямо сейчас нужен дополнительный тренировочный процесс в плане теории? Или тебе уже достаточно просто приходить, играть вопросики и уходить?

На самом деле, это можно совмещать. Если мы тренируемся с Артёмом Вячеславовичем, то обычно отыгрываем пакеты, и дополнительно он нам рассказывает теорию, связанную с фактами из вопросов. Мы разбираемся, почему мы взяли или не взяли тот или иной вопрос. Это необходимо в любом случае, так как что-то может забыться, могут появиться новые реалии. Вопросы постоянно развиваются, меняется форма подачи, появляются новые виды и так далее.

Это необходимо даже сейчас, просто в более младших классах это выходило на первый план. Сейчас нужно развиваться на практике: отыгрывать как можно больше пакетов и не забывать всю эту теорию.

В прошлом сезоне ты стала MVP (от англ. Most Valuable Player — Самый ценный игрок — прим. ред.) двух чемпионатов России. Тем не менее, мы играем в командную игру, очень сложно бывает выделить индивидуальные характеристики игрока. В чем ты видишь смысл отмечать лучших игроков и стоит ли такое практиковать в будущем?

На самом деле, это довольно важный момент. Потому что даже сейчас, когда мы брали легионера себе в команду из Москвы, первое, на что мы посмотрели, — это его рейтинг на ШЧРе и в общих таблицах. Это даёт понимание о человеке как об игроке. Оно может быть не совсем точным, поскольку на той же кнопочной игре на скорость без фальстартов (КИНСБФ — прим. ред.), которая вносила довольно большой вклад в общий рейтинг MVP, зачастую первыми оказывались кнопочники своих команд, просто потому что команда может придумать версию сообща, но ответят именно они. В моём случае сыграл в числе прочего этот фактор. На ШЧР у меня балл по КИНСБФ был лучше всех, но в эрудит-квартете, например, первый был мой сокомандник. То есть здесь тяжело оценить, кто из нас на самом деле первый-второй. Вот так распределилось. Если в эрудит-квартете понятно, какой вклад вносит тот или иной человек, то в КИНСБФ с этим чуть-чуть посложнее. Но это не так сильно влияет на объективность, чтобы вообще убирать такую оценку из практики.

Вы очень круто играете в КИНСБФ. Есть ли у вас заранее обговоренная тактика? «Жать, потом думать» или «думать, потом жать». Всегда ли у вас отвечает автор версии или в сложных ситуациях кнопочник берет на себя ответственность?

У нас нет какой-то единой тактики. Понятно, что есть поднятый палец. В этом плане у нас довольно сильное доверие в команде. Ты не озвучиваешь версию, как это должно быть, на мой взгляд, но команда верит игроку. Буквально только что (интервью записывалось после первого отборочного круга КИНСБФ на «Умке» - прим. ред.) произошла ситуация, когда я понимала, что человек очень осведомлен в конкретной теме, поэтому я все равно нажала, хотя он не выставил палец, но все же ответил правильно. Но так лучше не рисковать, как будто бы это просто свезло.

Действительно, чаще всего я отвечаю большинство версий. Ну, это опять-таки, потому что бывают элементарные вопросы, на которые половине команды в голову приходит ответ, но поскольку никто его не успевает озвучить, я просто отвечаю, и всё, все довольны. Никогда не отбираю версии, если они озвучены конкретным человеком. Если ответ индивидуален, то отвечает непосредственно его автор. Если, например, мы понимаем, что время подходит к концу и у нас есть какая-то кривая-косая версия, то тогда тоже, скорее всего, отвечу я, потому что она сформирована из мнений нескольких людей. То есть кнопочник обладает правом голоса в случае, когда отвечаешь на чтении или когда ответ сформирован из нескольких.

Очевидно, что ты в какие-то моменты времени и в каких-то составах капитанила. Вопрос посвящен отбору версий. Как ты отбираешь? Есть ли то, на что ты опираешься в большей степени? Чуйка, интуиция, опыт? Как у тебя работает этот процесс?

В первую очередь я обращаю внимание на то, насколько версия красиво ложится на текст вопроса. Обязательно надо прокрутить и подумать, стало ли это поводом для вопроса, насколько вообще такое возможно. А потом начинаются разные моменты, такие как случай, когда у нас ответ два слова на одну и ту же букву, но этого не было сказано в вопросе, то, возможно, что-то не так. Это не всегда срабатывает, хотя тоже является интересной отсечкой. Также я опираюсь на мнение сокомандников. У нас не было никогда жесткого капитанского отбора. Окончательное решение остаётся за капитаном, но учитывается также и то, что происходит за игровым столом. Капитан прислушивается, слушает все «за» и «против» конкретных версий и, основываясь на всём вышеперечисленном, сдаёт ответ.

Ты часто борешься за самые высокие места, поэтому тебе, вероятно, приходится договариваться с нервами и адреналином. Как можно справляться с нервами, когда ты претендуешь на золото и понимаешь, что перед последним туром команда идет на победу?

У нас в команде есть прекрасный человек, который очень часто задаёт отличную атмосферу в коллективе просто своим присутствием. Такой человек, я считаю, обязан быть в каждой команде, потому что когда все на нервах, то можно очень сильно сбиться и не ответить на очевидные вещи.

Этот игрок должен говорить, что всё нормально, всё в порядке. Здесь важный момент не то, насколько вообще вероятно нам подняться на высшую строчку и так далее, сколько контроль накала страстей внутри команды.

Нас Артём Вячеславович всегда выводит на улицу в перерывах. Чуть ли не отжиматься на ШЧРе заставлял. Это важная резкая смена деятельности. И не надо запариваться над тем, насколько высоко команда сейчас в табличке. Вы боретесь всегда не столько с командами, сколько с вопросами. Нужно просто взять наибольшее количество, а потом уже смотреть, сколько взяли остальные. И тут надо постараться перевести свое внимание на сами вопросы и не следить, как это мы делали раньше: взяла что-то команда соперников или нет, высовываться из-за стола и смотреть, радуются они там или не радуются. Вот это отнимает гораздо больше сил, времени и внимание фокусируется абсолютно не на том.

Понятно, что составы команд не всегда постоянные. Люди перетекают из команды в команду. Был ли у тебя опыт легионерства в незнакомом коллективе?

У меня был опыт легионерства в «Квадратных штанах», и это был очень атмосферный и классный выезд. Мы здорово поладили, потом мы взяли двух ребят оттуда — капитана Пашу Розова и Никиту Катити к себе на ШЧР от «Лиги Знаний». На нашем ШЧРе я показывала им Челябинск. Мы до сих пор общаемся. С Северного полюса я отправляла им открытки. Это очень классный вариант коммуникации между командами. Становится тяжелее, когда ты соревнуешься с теми, с кем до этого играл. Но всё равно эти нервы не стоят того, чтобы ограничивать себя в общении с другими командами. Это интересный опыт налаживания коммуникации с новыми людьми, который, на мой взгляд, необходимо попробовать каждому, потому что ты видишь, как играет другая команда, ты, грубо говоря, можешь какие-то фишки перенести к себе и просто посмотреть, как можно иначе крутить вопросы.

Я с тобой полностью согласен, тем более что у меня уже очень давно нет базового состава, я постоянно за кого-то вписываюсь поиграть. Но я понимаю, что это может быть тяжело: прийти в команду, где пять человек друг друга знают, ты шестой, и ты потихоньку въезжаешь в командный вайб.

Вот буквально так и произошло на «Обормоте». Мы с ребятами познакомились минуты за две до начала тура. Что я сделала? Максимально постаралась рассказать о себе, о каких-то интересных, незаурядных фактах, они, основываясь на этом, сложили мой портрет, и мы начали вместе играть. Во всех перерывах мы тесно общались, узнавали друг о друге что-то. То есть и ребята были заинтересованы, они были открыты, спасибо им огромное за это. И мне было, само собой, интересно, как можно ближе познакомиться с командой.

Сейчас (на «Умке-2024» — прим. ред.) мы взяли легионера из московской команды, Андрея Чистякова. И я внимательно слежу за тем, чтобы ему было с нами комфортно. Сразу рассказала, кто есть кто из команды, кто за что отвечает, про какие-то локальные приколы. Если у нас кто-то шутит, я стараюсь всегда отвлечься и ему объяснить, в чем именно эта шутка. В «Квадратных штанах» меня приняли ровно так же тепло. Вот этот вайб складывается на первом вопросе. Ты считываешь человека, ты знаешь его бэкграунд, если вы его к себе берёте, и становится гораздо легче играть.

Твое фото на ледоколе — это очень сильный аргумент, который объясняет, что интеллектуальные игры могут дать какой-то определенный бонус. Потому что медалька из спортивного магазина может не казаться таким бонусом. Что бы ты могла сказать или показать новичку в интеллектуальных играх, если он спросит, зачем это всё надо и вообще?

Я два года назад уговаривала свою младшую сестру начать играть. Выложила буквально весь свой мерч, который у меня есть, и акцентировала внимание на каждой вещи. Рассказала ей разные истории с каждого фестиваля.

Но, честно говоря, мне гораздо больше интеллектуальные игры дали за счёт тех людей, с которыми я познакомилась, за счёт моего собственного развития. Ледокол — это прекрасная возможность, но я люблю интеллектуальные игры за то, какие приключения меня могут ждать на том или ином фестивале.

Если говорить о чём-то более вещественном, та же самая «Лига Знаний» проводит разные фестивали, на которых можно выиграть денежные призы. Насколько я помню, в сентябре 2023 года «Хлопок» выиграл по 60 тысяч на каждого человека. Это если мы просто хотим показать человеку никак неосведомленному, что могут дать интеллектуальные игры.

И в конце нашего интервью скажи, каким должен быть вопрос, чтобы Аня Дизендорф сказала: «Какая это прелесть!»?

Вопрос должен быть неординарным и красивым. Таким, чтобы после его отыгрыша в голове проносилось «Вау!», но скорее не от сложности, а от крутого использованного в нём приема. Например, вот таким.