Марк Твен. Доверяй, но проверяй!
Я очень люблю книги. А книжная иллюстрация моя особая любовь, местами переходящая в страсть. Книг сейчас печатается великое множество. В какой-то момент меня это стало даже пугать. Столько всего интересного - хочется все!
Иллюстраторы со своей стороны тоже стараются вовсю и вносят ещё большую ажитацию в процесс выбора. Глаза разбегаются - что не книга, то шедевр. И из-за этих-то мук выбора зачастую срабатывает принцип «по одёжке встречают».
Но иногда случается так, что за прелестной иллюстраторской работой кроется полностью провальное произведение.
Верхом такого надувательства для меня стала книга «Похищение принца Олеомаргарина». Можно было бы подумать, что я купилась просто на красивые картинки. По правде сказать, иллюстрации действительно бесподобны. Ведь это потрясающие рисунки Эрин Стед, которую я давно люблю. Но не только внешняя сторона пленила меня. Автором этой сказки является сам Марк Твен! Я очень удивилась, что до этого ни разу не слышала о таком его произведении. Чуть не бросилась сразу покупать, но вовремя остановилась. Взяли с Мироном для начала её в библиотеке.
Так вот позиционируется это произведение, как детская сказка, книжка-картинка. То что она детская - очень спорный вопрос, столько совсем не детских мыслей и умозаключений находим мы на её страницах.
Начнём с самого главного, с авторства...
На обложке мы видим во-первых, громкое имя Марка Твена, а следом за ним имя Филипп Стед.
Вступление выглядит, как «записка одного из авторов»: «Меня зовут Филипп Стед, и, скорее всего, вы никогда обо мне не слышали, хотя я жив-здоров, а вот мой друг, господин Марк Твен, - давно уже нет, но велика вероятность, что как раз о нём вы все-таки кое-что знаете.»
Я понимаю, что книга детская и это сказка, в ней полно вымысла, но какие-то моменты должны оставаться достоверными и ни при каких обстоятельствах ими манипулировать нельзя. М.Твен вовсе не друг Ф.Стеду даже просто с исторической точки зрения. Он может быть его кумиром, любимым писателем, но не другом. Мы, взрослые это понять можем (и то только те, кто знаком с творчеством Марка Твена и годами его жизни), а вот дети едва ли. Но здорово и хитро так громко заявить о себе с первых страниц и, главное, потом разделить ответственность за всё произведение с таким мэтром, как Твен. Ведь первоисточник-то поди отыщи.
История создания «Похищения принца...» любопытна. В архивах Университета Беркли, штат Калифорния, одним из учёных, исследующих кулинарные рецепты семьи Клеменсов (М.Твен это псевдоним Сэмюэла Клеменса), были обнаружены записи М.Твена с упоминанием олеомаргарина. Оказалось, что речь вовсе не о продукте - так звучит имя одного из героев книги.
Такое странное имя было выбрано автором не случайно. В 80-х годах XIX века в Америке вовсю шли «маргариновые» войны. Это продукт завоёвывал рынки и сердца людей, став дешёвой заменой сливочному маслу. О нем писала вся пресса.
Твен ежевечерне рассказывал своим дочкам сказки собственного сочинения, а начинались они с того, что девочки сами придумывали о чем будет история, выбирая тему в журналах и газетах, ткнув пальцем в понравившуюся картинку. Так родилась и эта история.
И вот в архиве М.Твена нашлись черновики этой сказки. В своих дневниках Твен тоже сообщает о том, что одну из историй, рассказанных дочкам, попытался записать. История обрывочна и не закончена.
Так вот, после прочтения современного опуса «Твен-Стед», очень хотелось бы взглянуть на оставшиеся хоть и разрозненные и не завершённые, но подлинные записи. Потому что современная сказка вышла занудной, тоскливой и совершенно не интересной для детей. После такого вряд ли захочется читать ещё какие-либо книги данных авторов.
Есть здесь много таких умозаключений, про которые хотелось бы знать поконкретнее, чьему перу они принадлежат: что пишет Стед от себя, и что же было в записках Твена.
И уж точно история получилась не сказочной и не доброй, как следовало бы ожидать из эпиграфа со словами дочери Твена:
...И я думала: вот бы папа написал такую книгу, чтобы все увидели, какой он добрый.
Сложно поверить в то, что эту нудятину девочки просили отца пересказывать снова и снова, как следует опять же из дневниковых записей Твена.
У Стеда история получилась мрачной, морализаторской, насквозь политизированной. Образ Марка Твена весьма двусмыслен и вызывает массу вопросов. Странно читать и о Стеде, когда он признаётся, что он «занимается тем, что у него получается лучше всего, а именно - делать вид, что внимательно слушает.» Судя по этому признанию и архивные записки читал он также невнимательно, или даже просто сделал вид, что читал. Короче, даешь авторскую версию!
Странно решил поступить с наследием Твена его Архив в Университете Беркли. Это не привлечение внимания к автору, а антиреклама какая-то. Правда, что говорить, когда из американских библиотек изымаются книги о приключениях Тома Сойера и Геккельбери Финна.
В данном повествовании дети узнают от Ф.Стеда, например, как закончил свои дни Марк Твен. «С Марком Твеном случилось то же самое, что и с бобрами на Бобровом острове», - а именно его извели «щёголи-французы, лысеющие путешественники из Европы».
Для меня Марк Твен, при всей его едкой сатире, очень жизнерадостный, жизнелюбивый и добрый писатель, с отличным чувством юмора, а не тот образ, который создал в этой сказке Стед. И самой достоверной фразой, вышедшей из-под пера Твена во всём повествовании мне видится лишь эта:
- И вот что я вам скажу: кур в мире много, всех не пересчитаешь, зато доброта сердца - редчайшая из птиц.