Все в Кучу! Всё в кучу!
По этажу суетится мужчина с ноутбуком и еще каким-то экраном под мышкой.
Такое обычно не спрашивают. Девушка деликатно интересуется, что значит «отсканировать», и с какой это целью.
— Я проект готовлю. Собираю цвета посетителей «Кучи».
На девушке пальто с темными аппликациями в виде человеческих фигур. На манжетах мех цвета тиффани.
Летом 2025 года Полина Слепенкова и «Сообщество Современных Сибирских Художников» (СССХ) переоборудовали заводское помещение в центре Петербурга под первую выставку — «Сибирская готика». Так появилось арт-пространство «Фабрика лимонной кислоты» с честным названием из прошлой жизни и неоново-желтым характером в новой.
С 24 по 26 апреля на «Фабрике лимонной кислоты», соорганизатором которой выступил «Музей Музеев» (Венеция), прошла ярмарка независимого искусства и книгоиздания «Куча-2». Это событие объединило под одной крышей представителей российского (и не только) андеграунда. За три дня можно было увидеть, насколько разнообразным может быть искусство, и что его рамки шире, чем кажутся. Здесь были представлены и столичное издательство «Почин», и воронежская Null Gallery, организующая цифровые выставки. Петербург раскрылся в местных арт-объединениях PARAZIT, «Художники24» и в совсем еще молодом объединении «Крыса». В секторе книгоиздания были «Князев и Мисюк» и Jaromir Hladik press.
Независимое искусство отказывается от общепринятых форматов и поддержки официальных институций. Оно ориентируется на поиск нового и транслирует внутренний голос авторов. Петербург — одна из ключевых точек альтернативного искусства: от «Бунта четырнадцати» за свободу тем и нонконформистов с их выставкой в ДК им. Газа до перформативных практик 90-х. Стремление к творческой свободе остается важной чертой города. «Куча-2» открыла двери «Фабрики лимонной кислоты», чтобы общаться и объединяться с теми, кто создает искусство. Коллективная деятельность остается приоритетом «Кучи», а коммерческая составляющая ярмарки становится добрым жестом поддержки авторов.
«По 5, 10 и 15 рублей монетами» — так обозначили демократичные цены на работы объединения PARAZIT на одном из листов формата А4 у входной двери. На других листах – композиции рублевых монет и цветные рисунки в стиле наивного искусства. Первый стенд ярмарки буквально кричит: «Оставь пафос, всяк сюда входящий».
В этом все независимое искусство: оно срезает привычно высокий порог вхождения. Вместо надменного академизма нас гостеприимно встречают работы за пять рублей и обложенная зинами банка квашеной капусты, чтобы закусить под лестницей что-то покрепче кофе.
Практически весь первый этаж занят книгоиздателями. Стол с бумажной гирляндой и открытками заняли «Князев и Мисюк». Петербургское издательство выпускает книги с уникальным дизайном и ручной печатью. На мягкий крафт обложки ложится ксилография. Истории бережно укутаны в полосатую манжету с черным силуэтом Мефистофеля с Дома Лишневского.
Среди представленных работ – «Бабак» Марка Заевского, «Фрукты и фруктики» Павла Кошелева и «Дом, который не строил» Кирилла Александрова. Все книги создаются вручную. Наборщик соединяет тактильность и визуальные образы с самой сутью текста — такой подход находит особый отклик у читателей. А выбор книги, которой достанется внимание и трепетное оформление «Князева и Мисюка» – еще один акт независимости и самоидентификации маленького, но любимого и читаемого издания из Петербурга.
25 апреля сооснователь проекта Руслан Князев рассказал о ручной печати и авангарде Ильи Зданевича на лекции, открытой для всех посетителей «Кучи-2».
На втором этаже «КОРПУС» чистил карму и воспоминания. Это самоорганизованное художественное объединение обращало индивидуальный опыт в коллективный, иронично обыгрывая культурные символы. Их формат, близкий к хеппенингу, начинался с призыва к участию в утилизации: со стен кричали плакаты, а у офисного стола дежурили двое инициаторов, как герои «Людей в черном» или «Матрицы»… только в повязках советских дружинников с авторскими манифестами вроде «ошибка является частью метода» или «сделайте вид, что вы поняли». Гость подавал заявление и бумажные материалы, от которых хотел избавиться: рисунки, записанные на бумагу мысли. Сотрудники Лизавета и Павел Госьковы в соответствии с протоколом утилизировали отданные им ненужные установки или воспоминания с помощью шредера.
Заявитель получал измельченный остаток в конверте. Вокруг процесса создавалось пространство на грани утопии и антиутопии, где настоящее смешивалось с прошлым. Соц-арт пародия на бюрократический характер общественных отношений дошла до внутриличностного уровня: сложные психологические процессы сводились к формальностям административного регламента. «КОРПУС» обновил акцию концептуалиста Андрея Монастырского и собрал наши мысли в Кучу 2.0.
Бороться и искать… не находить, но не сдаваться
С каждым уровнем конструкция становится все более шаткой. На третий этаж поднимаются по одному по узкой лестнице.
— Меня зовут Альфия. И я добавила «Донна». Прикольно же? — так встречал посетителей последний этаж.
Донна Альфия представляла «Эффект Наруто» — онлайн-объединение без географической привязки, собравшее художников из Москвы, Петербурга, Парижа. На онлайн-встречах сообщество пытается осмыслить искусство разными способами. Их философия в том, чтобы продолжать искать, но не находить, потому что ответа на вопрос «что такое искусство?» не существует. Смысл — в самом процессе. Так что у «Эффекта Наруто», как у самурая, есть только путь. И за ним, к счастью, можно наблюдать: на стенде продаются флешки с записями групповых практик по поиску смысла. Например, художники несколько часов молча лежали в эфире. «Эффект Наруто» совмещает высокие представления об искусстве с утилитарным применением: объединение выпустило стикерпак работ своих художников в Телеграм.
Объединение не создает, оно созерцает и осмысляет. И это тоже часть мира независимого искусства.
«Сами живем в подвале и любим все вытесненное»
На ярмарке были представлены и совсем молодые объединения. Одно из них – «Крыса», самоорганизованное пространство. Их стена пестрила разнообразием форматов: от брелоков до графики. Вышивка на brat-лаймовом лоскуте – тактильная работа художницы и саунд-дизайнера Дарьи Орловой; рядом – серый флаг в той же технике. Неприметно висел эротический календарь с ню фотографиями резиденток «Крысы», призванный сместить с пьедестала пожарников с голым торсом. А выше – монохромная геометрическая графика Ады Морозовой.
В углу за шторкой на третьем этаже все дни шли лекции, перформансы и концерты. Кроме леттерпресса и Ильязда от Руслана Князева, можно было узнать про визуал тамиздата, услышать экспериментальную музыку с Inorganic blossoming, Technicolor vision, Kurskov и увидеть перформанс о жизни животных от художницы naomimuno. А еще поучаствовать в дискуссии о приоритетах современной фотографии и других открытых мероприятиях.
Как показала «Куча-2», у независимого искусства есть важное преимущество перед конформистской или сверхкоммерциализированной культурой. Это разнообразие, которое достигается только свободой. За настоящим приходит настоящее. Любое искусство находит того, кто в него влюбится.
К концу ярмарки становится ясно: «Куча» не мала, она просто неоднородна. Разноплановое независимое искусство, объединяясь, становится заметнее, громче и острее.
Автор: Даша
Фотограф: Диана