Не по путеводителю
В прошлой жизни — до репатриации и большой войны — мы очень много путешествовали. Объездили всю Европу вдоль и поперёк и выработали для себя оптимальную схему идеального отдыха: минимум больших городов и туристических скоплений, никаких титулованных музеев и путеводителей.
Нет лучшего способа узнать страну, чем свернуть с платной трассы и поехать, куда глаза глядят, по маленьким городкам, останавливаясь в малюсеньких гостевых домах местных жителей и обедая в крошечных кафешках, где пожилые мужчины в полуденный зной играют в шашки.
Но одно дело отпуск — когда приезжаешь куда-то на две недели и в своё удовольствие беззаботно рассекаешь на арендованной машине: что увидел, то и увидел; что о стране понял, то и увёз с собой.
Казалось бы, другое дело — когда ты живёшь в стране. Хочется как-то ответственнее подойти к знакомству. Побыстрее узнать самое главное. Чётче увидеть то, что поможет почувствовать и полюбить.
Поэтому мы — новые репатрианты — первым делом бросаемся в старый город Иерусалима, гуляем по Тель-Авиву, пытаемся добраться до Масады.
На самом деле ищем знакомые места, те, о которых знали и слышали ещё до приезда сюда. На самом деле пытаемся встроить новое в старые представления и знакомые образы.
Нужно время, чтобы понять, что так оно не работает.
Ты ходишь по этим местам, как по музеям — с воображаемым аудиогидом в голове, который рассказывает тебе что-то, что ты узнал ещё 30 лет назад, и вместо того, чтобы постигать новое, ты накладываешь увиденное на пыльные матрицы своего воображения, невольно акцентируя внимание на том, что укладывается в твои представления, и игнорируя то, что им не соответствует.
Правда, ты об этом не задумываешься, пока не попадёшь в действительно новое для себя место и не поймёшь, что по-настоящему узнать страну получается только так — в местах, от которых у тебя нет никаких ожиданий.
За три года жизни в Израиле у нас появились здесь друзья — настоящие, каких, думаешь, в нашем возрасте уже и не бывает.
И кроме замечательного и тёплого общения, эти друзья научили нас узнавать Израиль.
Вместе с ними мы побывали в нетуристических местах, ели в кафешках, где в полуденный зной играют в шашки, сворачивали с главных трасс и ходили заброшенными тропами.
Они показали нам Эйлат таким, каким мы бы никогда не увидели и не полюбили бы его, если бы приехали туда сами.
Обычный маршрут в незнакомом курортном городе всегда понятен: набережная, череда отелей, центральная улица и главный пляж.
Друзья привезли нас на дикий пляж рядом с египетской границей — и там среди плотно расставленных палаток, среди израильских семей — еврейских и арабских — мы провели два лучших за все три года дня: пробуя настоящий Израиль на ощупь, на вкус и даже на запах.
Они возили нас в небольшой друзский город на севере, куда мы бы никогда не рискнули поехать сами и никогда бы не посмотрели и не почувствовали, кто такие израильские друзы.
Они отвезли нас в кибуц, где делают самое вкусное в Израиле мороженое. И оно, правда, самое вкусное.
Они срывали для нас помело и апельсины прямо с деревьев, когда провожали нас до станции после первого знакомства.
И даже в излюбленную туристами Кейсарию они завели нас “с чёрного входа” — с моря, небольшими живописными дорожками.
Это удивительно, но Кейсария с этого ракурса совсем другая — более настоящая.
Благодаря этим поездкам мы поняли — или вспомнили — что витрины бывают очень красивыми, но почти никогда не передают настоящий дух и смысл того, что внутри.
Если хочется настоящего — надо идти вглубь.
В Израиле для этого есть, например, множество кибуцев, которые приоткрывают свои двери для сведущих посетителей и делятся с ними своей, настоящей, израильской жизнью.
Самым вкусным мороженым, самыми красивыми оранжереями, самым ароматным вином, самыми ручными попугаями.
Или даже самыми смешными обезьянками, которых там выхаживают после рук контрабандистов.
Ты не только ешь мороженое и кормишь животных — ты смотришь на то, чем и как живёт Израиль, и потихоньку начинаешь ощущать это всё своим.