Каре
— Здравствуйте. Хочу каре. Сможете?
Карина бегло перебирала густые темные пряди, которые скатывались по плечам прямо до поясницы.
— Девушка, но ведь…, — парикмахер попыталась её остановить, но Карина её перебила:
— Всё в порядке. Волосы не зубы, как говорится.
Парикмахер пожала плечами и принялась за стрижку.
Каре было, своего рода, нулевым километром.
Карине так хотелось срезать последние пару месяцев и оставить их там, куда она точно никогда не вернётся. Тёмные пряди беззвучно падали на пол под щёлканье ножниц. Карина отметила, что получается забавно, даже в такт:
«Километры переписок, признания, фотокарточки»
«Поцелуи в машине, руки на голых коленках»
«Совместные планы, цели, мечты»
Перед последним «щёлк» Карина закрыла глаза.
Он любил её длинные волосы, любил запускать в них свои неуклюжие мужские пальцы, любил смотреть с утра на спутанные локоны на подушке.
За два месяца он открыл все её ящички. Разобрал по кускам и собрал снова. Потянул мышцы. Выглядел убедительно, даже терапевтически.
Каждая их встреча – как кусочек податливого подтаявшего Камамбера по тёплому хлебу.
Как недосягаемое расстояние от Земли до Марса, которое чудом удалось преодолеть. 55,76 млн км, слабо?
Как верно расставленные знаки препинания, точки и все восклицательные.
А потом он струсил. Пропал, испарился, вернулся и сообщил, что дальше не сможет.
«Вот тебе, получай. Видишь? Теперь у меня каре, каре, каре, каре, каре. В этом сраном любовном покере у меня теперь самая выигрышная комбинация.
Парикмахер прервала мысленную пальбу прямо на полуслове.
— Очень нравится, — Карина улыбнулась своему новому отражению. А потом аккуратно провела рукой по волосам и дала себе слово вместо Марса впредь выбирать что-то поближе.