Омега. Глава 87.
И сторонники, и противники повышения земельного налога выглядели уставшими.
От бесконечных дебатов у них, казалось, вот-вот взорвётся голова.
Тем, кто молча страдал, был Джейкоб, старший сын семьи Фетчвиг.
После нескольких часов непрекращающихся споров его чуть не вырвало.
Но больше всего ему было тяжело терпеть собственное бессилие.
В тот момент, когда он пытался что-то сказать, на него обрушивался шквал возражений.
Острые, точные аргументы, которые лишали его дара речи.
Каждый раз, когда это происходило, он невольно поглядывал на отца.
Отец открыто цокнул языком, выражение его лица явно показывало неодобрение.
В этих холодных, безжизненных глазах читалось лишь разочарование.
Затем Джейкоб взглянул на младшего брата.
Брат открыто ухмыльнулся, ухмылка была настолько самодовольной, что Джейкобу хотелось убить его на месте.
Этот ублюдок, единственным умением которого была торговля наркотиками!
'Это плохо — они побеждают. Только посмотрите на лицо Его Величества. Любой может сказать, что он на стороне оппозиции'.
В голове у него крутились мысли.
Ситуация явно была неблагоприятной для семьи Фетчвиг.
Даже лицо его некогда гордого отца теперь помрачнело и стало темным.
При таком раскладе они потерпят полное поражение, а затем станут объектом всех мыслимых оскорблений.
"Паразиты, которые пытались выжать из простолюдинов все соки и потерпели неудачу".
"Это сводит с ума", — тихо пробормотал отец рядом с ним.
"Весь мой престиж… как вы думаете, зачем я зашёл так далеко, что основал семинарию? И всё же эти смеют…"
Джейкоб слышал каждое слово из бормотания отца.
Он чувствовал непреодолимое желание что-нибудь сделать — хоть что-нибудь.
Затаив дыхание, он внимательно изучал лицо отца.
Гордон грубо потёр лицо обеими руками.
Напротив них, враждующие дворяне усмехнулись.
"Ха! Даже могущественный герцог не выпутается из этой ситуации".
Джейкоб резко повернул голову к ним и сердито посмотрел на них.
Его проницательный взгляд никого не заставил вздрогнуть — некоторые даже улыбнулись в ответ.
"Наш представитель так хорошо говорит, что невозможно не кивать в знак согласия, не правда ли?"
"Представитель" — это Честер, второй сын семьи Карлайл.
Каким-то образом Честер стал лидером оппозиции.
Несмотря на свою молодость, он заслужил доверие короля, пользовался широкой известностью и обладал красноречием.
"Даже первенец… Как смеют эти ничтожества не знать своего места!"
Сделай что-нибудь — хоть что-нибудь…
Джейкоб сильно прикусил губу, затем вышел из комнаты.
Ему казалось, что он задохнется, если не выйдет на свежий воздух.
Так Джейкоб этого не видел — как его отец, который, видимо, раздраженно теребил волосы, на самом деле изогнул губы в слабую, многозначительную улыбку.
На улице, в саду, Джейкоб глубоко вздохнул.
Вытирая холодный пот со лба, он услышал чей-то голос.
"Лорд Джейкоб Фетчвиг, не так ли? Что вы здесь делаете?"
Неподалеку стояли братья Карлайл.
На свету солнца они излучали яркую, мощную энергию, непохожую ни на чью другую.
"Боже мой, вы плохо выглядите. Может, позвать врача?"
Голос Честера был мягким, почти нежным. В тот момент, когда Джейкоб услышал его, у него закрутило в животе, словно его вот-вот вырвет.
"Врач не нужен. Мне нужно лишь, чтобы вы исчезли из виду".
"Говоря "Вы", вы имеете в виду нас?"
Честер несколько раз моргнул, затем изобразил на лице преувеличенную обиду.
"Боже мой, как жестоко. Вы ранили сердце бедного Честера Карлайла".
Джейкоб чуть не выругался вслух.
Он отвел взгляд, подавляя отвращение.
Рядом с Честером стоял Исаак, молча наблюдая.
Даже несмотря на то, что его младший брат так выпендривался, Исаак, казалось, был совершенно невозмутим.
'Тебе даже все равно, когда собственный брат затмевает тебя, Исаак Карлайл? Ах, я понял — ты просто так уверен в себе, да?'
В нем кипела ярость, но он ничего не мог поделать.
Единственным выходом было притвориться, что он ничего не слышал, и уйти.
"Почему бы не попросить отца разрешить вам отдохнуть? Скажите, что вам слишком плохо, чтобы оставаться".
Честер медленно произнес следующие слова.
"Честно говоря, какой вам смысл там находиться? Вы выглядите так, будто ничего не сможете сделать".
"Я сказал, что мне вас жаль, милорд".
Глаза Честера расплылись в улыбке.
"Отсутствие способностей — это ужасно. Тем более, когда ты родился в хорошей семье. Чем лучше семья, тем выше ожидания. Какая жалость".
Притворяться дружелюбным, но втыкать нож в рану - Джейкоб так сильно сжал кулаки, что все его тело задрожало от ярости.
"Довольно", — пробормотал Исаак.
Честер пожал плечами и пошел. Исаак шел в ногу с ним.
"Зачем его провоцировать? Он того не стоит".
"Мне нужна была цель, на которую можно было бы выплеснуть свои эмоции. Гордон — проклятый старик — он явно проиграл, и всё равно продолжает спорить. Это пустая трата времени для всех, и это раздражает".
"Хаах… Я просто хочу поскорее вернуться и увидеть лицо Адама".
Исаак нахмурился, услышав легкомысленное замечание брата.
В этот момент они почувствовали приближение кого-то сзади. Исаак даже не вздрогнул.
Вместо этого он протянул руку и вывернул запястье человека, бросившегося к ним.
Исаак швырнул мужчину на землю, тот на мгновение взмыл в воздух, прежде чем сильно удариться.
Нападавший лежал распростертый, его конечности онемели.
"Ну-ну, разве это не молодой господин? Пожалуйста, поймите, мой брат не хотел вас напугать. Но почему вы так на нас набросились?"
Он давно понял, что этот человек напал именно на него.
Глупо и безрассудно — неудивительно, что отец был им разочарован.
По воздуху раздался тихий голос.
Два брата обменялись взглядами.
Внезапно упавший мужчина разразился громким смехом — резким и пронзительным, как крик вороны.
"Ведете себя высокомерно! И даже не знаете, в какую ловушку попали!"
Это был крик, пропитанный самодовольством.
Честер недоуменно наклонил голову.
Брови Исаака медленно нахмурились.
Он был готов проигнорировать бред этого человека, но затем в его голове мелькнул один образ.
Лицо Гордона Фетчвига, загадочно улыбающееся, несмотря на неблагоприятную ситуацию.
Улыбка, которая явно скрывала какой-то замысел.
Исаак уже тогда счел это подозрительным.
Теперь, услышав эти слова сына, он не мог отмахнуться от этого.
"Ты хочешь сказать, что устроил нам ловушку?"
Исаак очень медленно добавил следующие слова:
"Но у тебя нет такой возможности".
Джейкоб коротко и резко рассмеялся.
Его лицо было искажено яростью и извращенным весельем.
"Думаешь, что единственный умный? Твоя высокомерность отвратительна".
Честер кивнул, в его глазах мелькнула спокойная непринужденность, словно говорящая: "Понимаю!"
"Конечно, тебе ужасно не нравится, когда все твои сверстники преуспевают. А ты, скрываясь в тени отца, ничего не можешь сделать".
Комплекс неполноценности, который он подавлял с детства, наконец-то дал о себе знать.
Унижение от того, что Честер над ним издевался, привело Джейкоба в такую ярость, что он не смог этого вынести.
Его гнев взорвался, и прежде чем он успел себя остановить, он сказал то, чего не должен был говорить.