Поцелуй Злодея. Глава 55. Статус
Группа вошла во Дворец Демонов, Линь Сюй и Линь Юнь поспешно спустились со стен, чтобы последовать за ними.
Линь Сюнь шла впереди, тесно окруженная отрядом Демонов-охранников.
Обойдя главный зал и прошагав еще полчаса, как раз в тот момент, когда все начали подозревать, что Линь Сюнь ведет их по ложному следу, она остановилась.
"Мы здесь", - сказала Линь Сюнь, оглядывая дворец Чу Цзи и приказывая Демонам-стражникам у входа объявить об их прибытии.
"Ни в коем случае!" - воскликнул кто-то из толпы. "Что, если этот маленький демон спрятал его?"
При этих словах даже лидер секты Цинфэн обернулся, озадаченный явной глупостью говорившего. Их присутствие здесь было очевидным; если бы Чу Цзи хотел знать, он бы давно это понял.
Линь Сюнь холодно рассмеялась. “Хорошо”.
Она остановила демонов-охранников и повела группу прямо внутрь, планируя разобраться с этими неприятностями позже.
Демоны-охранники дворца почувствовали вторжение и мгновенно материализовались. Стражники снаружи остались охранять дворец Чу Цзи.
Увидев, что незваным гостем была Линь Сюнь, дворцовые стражники на мгновение заколебались, прежде чем отойти в сторону, хотя и продолжали окружать всю группу.
Линь Сюй чуть не рассмеялся. К счастью, дворец Демонов его младшего брата был достаточно просторным, иначе в нем не поместилось бы больше тысячи человек.
Первым, с кем они столкнулись при входе, был Сюн Цюнь, который выбежал из заднего зала, чтобы перехватить их, его руки все еще были перепачканы мукой. Он поклонился Линь Сюнь. "Бессмертная почтенная".
Затем, озадаченный, он спросил: "Почему Бессмертная Почтенная привела так много людей, чтобы увидеть Молодого господина? Молодому господину не нравится, когда так много посетителей — это загрязняет двор".
Линь Сюнь заметила, что все дорожки во дворе были покрыты коврами. Она посмотрела на людей, стоявших позади нее, и сказала Сюн Цюню: "Отойди в сторону. Они здесь из-за Цзюнь Сюэя".
Услышав, что они ищут Цзюнь Сюэя, а не Чу Цзи, Сюн Цюнь нахмурился, глядя на толпу. "Они слишком грязные".
Не оборачиваясь, Линь Сюнь подняла руку и произнесла заклинание воды, окатив всех. "Вытритесь. Не пачкайте двор моего ребенка".
Голос Линь Сюнь стал нетерпеливым. "Тогда не заходите".
Лидер секты Цинфэн начал действовать первым, используя свою духовную энергию, чтобы вытереться и даже тщательно почистив ботинки. Он обратился к группе: "Теперь это приемлемо? Я должен увидеть своего ученика Сюэ И".
Только увидев его, можно было бы что-то обсудить.
Семья Линь уже привела себя в порядок. Линь Сюй посчитал, что в этом нет необходимости — Чу Цзи, несомненно, выбросил бы эти ковры после того, как они на них наступили. Он подозревал, что его тетя просто хотела облить этих людей.
Во Дворце Демонов у каждого не было другого выбора, кроме как подчиниться.
Все последовали его примеру, вытерлись, прежде чем ступить на ковры и войти во дворец Чу Цзи.
Линь Сюнь провела их прямо в спальню Чу Цзи, полностью минуя главный зал.
Если в этот час он не доставлял неприятностей и не развлекался где-то еще, то мог находиться только в своей спальне.
Сюн Цюнь чувствовал, что ему все же следует попытаться вмешаться. Молодой господин не выходил из своей спальни в течение двух дней.
Но прежде чем он успел что-либо предпринять, Бессмертная достопочтенная Линь Сюнь повысила голос. "Цзи Эр, более тысячи человек из сект бессмертных пришли повидаться с тобой".
Ответа изнутри не последовало.
Лидер секты Цинфэн потерял терпение. "Сюэ И, ты здесь?"
Все ждали за дверью, ожидая ответа. Некоторым не терпелось распахнуть дверь, но они не решались сделать ни шагу.
Пока дверь внезапно не распахнулась под действием невидимой силы.
Линь Сюнь повернулась и посмотрела на Лан Юэ в толпе.
Этот человек показался ей знакомым — исключительно знакомым.
Демоническая энергия Демонов-стражей не повлияла на него, он был более спокоен, чем даже его учитель, хотя выражение его лица было мрачным. Он потрясенно уставился на нее, как будто ее присутствие здесь было неожиданностью.
Сейчас было то же самое. Дверь в спальню Чу Цзи была заколдована, но этот человек смог ее открыть.
"Я сказал тебе, что они здесь, а ты все еще суетишься!"
"Не волнуйся, я разберусь с этим".
Изнутри послышались два голоса, один за другим. Дверь открылась, ограничения исчезли, и голоса, естественно, достигли ушей толпы.
Самым взволнованным был лидер секты Цинфэн. Услышав второй голос, он забыл обо всей осторожности и ворвался внутрь. "Сюэ И!"
Только Лан Юэ застыл на месте, как будто увидел привидение.
Как мог человек, принесенный в жертву, вернуться к жизни?
Цзюнь Сюэй действительно вернулся к жизни.
Как мог тот, кто так далеко отклонился от пути, проложенного небесами, кто пал до такой степени некомпетентности, вернуться к жизни?
Без Божественной Сущности, какой смысл был в возрождении Цзюнь Сюэя?
Пошатываясь в дверном проеме, Лан Юэ прислонился к косяку и рассмеялся.
Те, кто стоял позади него, решили, что он смеется от радости по поводу спасения Цзюнь Сюэя. Кто-то, кто хорошо знал Лан Юэ, хлопнул его по плечу. "Поздравляю".
К его удивлению, выражение лица Лан Юэ сразу же потемнело, когда он услышал это, заставив мужчину отдернуть руку.
Тем временем, лидер секты Цинфэн, который вошел первым, отодвигал слой за слоем тонкие занавески — только для того, чтобы остолбенеть.
За этим последовал дружный кашель семьи Линь.
Цзюнь Сюэй, стоя на коленях, помогал Чу Цзи надеть ботинки.
Их волосы так и остались спутанными.
Постель была в беспорядке, одежда разбросана по всему полу — любой, у кого были глаза, мог увидеть, что только что произошло.
Когда снаружи дворца послышались голоса, смущенный Чу Цзи пнул Цзюнь Сюэя. Независимо от того, чувствовал ли Цзюнь Сюэи себя комфортно или нет, он принял форму демона и попытался уйти, но Цзюнь Сюэи притянул его обратно.
Он подумал, что этот парень сумасшедший.
Какой смысл был показывать это другим? В тот момент, когда он почувствовал, что его мать приводит людей во дворец демонов, он призвал их остановиться, но они только начали, и он на самом деле не хотел останавливаться. Теперь, когда прошло полчаса, а люди стояли прямо за дверью его комнаты, Цзюнь Сюэй все еще прижимал его к себе и целовал.
Он подозревал, что Цзюнь Сюэй намеренно пытался показать всем, что они вместе в постели.
Хотя он не понимал цели и не пытался скрывать свои желания, он все равно заботился о своем имидже. Растрепанный вид подорвал бы авторитет Маленького Повелителя демонов.
Но Цзюнь Сюэй схватил его за хвост и не отпускал.
Когда толпа двинулась от входа во дворец к двери спальни, у него не было другого выбора, кроме как быстро вернуться в человеческий облик.
По сравнению с тем, что он был растрепан, ему еще больше не нравилась мысль о том, что другие увидят его демоническую форму.
Цзюнь Сюэю, очевидно, тоже не нравилось, когда его видели в беспорядке. Он облачился во внутреннюю и верхнюю одежду, а затем начал помогать одеваться Чу Цзи.
В дверях толпились люди, и Цзюнь Сюэй не торопился одеваться, даже нашел время, чтобы привязать цветок к поясу Чу Цзи.
Чу Цзи, затаив дыхание, ждал, когда Цзюнь Сюэй поможет ему надеть ботинки, когда кто-то распахнул дверь.
У него перехватило дыхание — он был ошеломлен.
Даже его родители стучали, прежде чем войти во двор. За всю его жизнь никто и никогда не осмеливался вот так врываться в его покои. Он недоверчиво уставился на огромную толпу — какой бы большой ни была его спальня, она никак не могла вместить столько людей.
Округлившиеся глаза Чу Цзи уставились на толпу, и он злобно рассмеялся. Подняв руку, он призвал кнут и, все еще наступая ногой на руку Цзюнь Сюэя, направил его в их сторону.
В тот же миг по залу пронесся мощный поток энергии, выбросив всех наружу.
Лидер секты Цинфэн был слишком ошеломлен, чтобы отреагировать, потому что этот кнут был оружием Цзюнь Сюэя.
Главному ученику праведной секты считалось неприличным пользоваться кнутом, поэтому он научил Цзюнь Сюэя пользоваться мечом. Но по сравнению с мечом этот кнут был тем оружием, которое действительно подходило сердцу Цзюнь Сюэя.
Даже меч, который он дал Цзюнь Сюэю, был не таким подходящим.
Как Чу Цзи мог использовать этот кнут?
Оружие, связанное узами, подчиняется только своему хозяину.
Цзюнь Сюэй был жив — как Чу Цзи мог все еще владеть этим кнутом?
Линь Сюнь спокойно защищала четырех членов секты Линьшуй и оставалась в зале.
Она взглянула на другого человека на кровати Чу Цзи — действительно, красивая внешность, такая же поразительная, как и у отца Чу Цзи.
Она показала сыну большой палец вверх.
Отличная работа. Выбирая партнера, нужно выбирать кого-то красивого, приятного глазу.
Лидер секты Линь внезапно почувствовал, что у него начинает болеть голова. Что это была за ситуация?
Он потянул Линь Сюнь за собой. “Давай тоже выйдем”.
Чтобы дать детям время привести себя в порядок.
Инь Сюй, как старшая, тоже сочла эту сцену неловкой и увела Линь Юнь и Линь Сюя прочь.
Толпа стояла во дворе, обмениваясь растерянными взглядами. Те, кто видел, что происходило внутри, потеряли дар речи.
Те, кому не удалось протиснуться внутрь, не видели, что произошло, и не могли получить ответов, как бы они ни спрашивали.
Те, кто видел, не осмелились ответить — слишком уж все было грязно.
Было неясно, было ли это следствием принуждения, заключения или чего-то еще.
Линь Сюнь нашла свободное место во внутреннем дворе и села, пригласив членов семьи Линь тоже присесть.
Она подала знак, чтобы кто-нибудь принес чай и закуски.
Она любила поесть, как и Чу Цзи.
Хотя, на их уровне культивации, они могли только пробовать блюда на вкус. Все съеденное, в лучшем случае, заставляло их чувствовать себя сытыми, а затем растворялось в духовную энергию, не оставляя даже и следа.
Покончив с тарелкой закусок и выпив несколько глотков сладкого чая (она не была уверена, что именно сделало его таким сладким), люди, находившиеся в спальне, наконец—то вышли.
Под всеобщими выжидательными взглядами Цзюнь Сюэй встал позади Чу Цзи, не обращая внимания на взгляды окружающих, пододвинул для него стул, а затем налил воды и помог ему попить.
Чу Цзи сделал глоток и первым делом спросил свою мать: “Мам, вы с папой вышли из уединения?”
Выражение лица Линь Сюнь смягчилось, когда она протянула руку и погладила Чу Цзи по голове. “Да, мы вышли”.
Она думала, что этот день никогда не наступит. Чем выше становилось ее самосовершенствование, тем сильнее она ощущала невидимое подавление. После рождения Чу Цзи это подавление усилилось.
По мере того как Чу Цзи продолжал расти, ей и его отцу становилось все труднее справляться с этим. Если они не будут уйдут в уединение, они могут исчезнуть в любой момент.
Чу Цзи был ещё молод и нуждался в своих родителях.
К счастью, древняя демоническая кровь выбрала Чу Цзи. Даже если бы они ушли, никто из клана демонов не смог бы запугать его.
Им приходилось часто уединяться, как для того, чтобы противостоять подавлению, так и для того, чтобы помочь Чу Цзи постепенно приспособиться к жизни без их защиты.
Теперь все было в порядке. Хотя их совершенствование, возможно, никогда не продвинется дальше в этой жизни, им было достаточно просто жить.
Цзюнь Сюэй наблюдал за Чу Цзи, который послушно позволил Бессмертной достопочтенной Линь Сюнь погладить себя по голове, но отмахнулся от руки Цзюнь Сюэя, когда тот попытался прикоснуться к нему.
Цзюнь Сюэй налил чаю Бессмертной достопочтенной Линь Сюнь и небрежно сказал: “Мама”.
Бессмертная почтенная Линьсюнь никак не отреагировал,а но Чу Цзи повернулся и посмотрел на Цзюнь Сюэя.
Как ты ее называешь? Это моя мама.
Как ты смеешь пытаться украсть даже мою маму?
"Ты думаешь, он бы расцарапал тебе лицо?"
Цзюнь Сюэй посмотрел на Чу Цзи, небрежно взял его за руку и продемонстрировал печать Компаньона Дао.
Чу Цзи опустил голову, чтобы посмотреть на свою руку, затем уставился на Цзюнь Сюэя. "Для чего это?"
Цзюнь Сюэй накормил Чу Цзи пирожным и беспомощно улыбнулся. "Твоя мама все еще твоя мама. Просто сделай мне одолжение — позволь мне тоже называть ее "мама"".
Чу Цзи откусил кусочек пирожного, подозрительно глядя на Цзюнь Сюэя. "Значит ли это, что мой дядя, жена моего дяди, мой брат, моя сестра и мой отец тоже должны будут позволить тебе называть их так?"
Цзюнь Сюэй ухватился за это предложение. “Конечно”.
Чу Цзи откусил большой кусок печенья. "Ты нарываешься на неприятности?.."
"Вздох. Я здесь". Голос Линь Сюнь прервал Чу Цзи.
Чу Цзи обернулся и увидел, что Линь Сюнь протягивает Цзюнь Сюэю нефритовую подвеску. "Приветственный подарок".
Чу Цзи посмотрел на свою мать, и его глаза наполнились болью.
Они так долго не виделись, и как только она вышла из затворничества, она позволила кому-то другому называть ее "мамой".
Линь Сюнь бросила на него один взгляд, и у нее защемило сердце.
Она не видела Чу Цзи два года. Она погладила его по голове, чувствуя себя одновременно убитой горем и веселой. "Ты вернул его во Дворец Демонов — разве ты не собираешься придать ему надлежащий статус?"
Цзюнь Сюэй не ожидал, что Чу Цзи будет таким милым перед Линь Сюнь.
Нежно держа Чу Цзи за руку, он не обращал внимания на людей, стоявших позади него. "Молодой господин, я хочу стать женой Маленького Повелителя Демонов".
Цзюнь Сюэй взял Чу Цзи за руку, давая понять этим жестом, что он здесь для того, чтобы присоединиться к этой семье.
Главным образом потому, что если бы он этого не сделал, то то, что он когда-то сказал Цзюнь Сюэю, в конечном итоге было бы направлено против него самого.
"Айё, лидер Секты! Лидер секты, что случилось!"
Все обернулись и увидели, как Лидер Секты, пошатываясь, сделал несколько шагов, чуть не упав.