Мертвые

Прежде всего, автор хочет предупредить, что рассказ является плодом его больного воображения и не имеет связи с реальностью.

В рассказе явно присутствует фантастический элемент. Выборы в М-ске состоялись на месяц раньше выборов в Н-ске, чего быть не может из-за Федерального закона от 2 октября 2012 года №157-ФЗ о введении в России единого дня голосования на региональных и муниципальных выборах. Поэтому все, приводимое ниже, никак не может описывать наш мир. Автор просит читателя не относиться к рассказу серьезно.



Широка страна наша родная! Сколько бескрайних степей и полей, сколько зеленых лесов и лугов, сколько чистых рек и озер в ней есть! И все это – наше, родное, русское; необозримая и необходимая ни за одну, даже самую длинную человеческую жизнь – раскинулась Россия от Балтийского до Берингова.

И вот среди всех-всех полей и лугов нашей родины лежал маленький город Н-ск. И было он как все другие маленькие города. Вот, например, по улице Советских Космонавтов идет закутанный в самую теплую зимнюю одежду карапуз лет четырех и несет в руках человеческую руку. Он заходит в подъезд, стучится в пятую квартиру, а когда ему открывают, кричит, захлебываясь от детской, искренней радости новых открытий.

- Мама, мама! Смотли, смотли! Вот сто я насол!

А мама – такая обычная мама, в халате, с заколотыми волосами, протирающая какую-то кастрюлю(ведь кому еще готовить и убирать, как ни женщине!) морщится и говорит:

- Фу! И где ты взял эту каку? Это же наверное чья-то. Владик, верни обратно.

Владик стоит, думает – думает долго, думает медленно. И произносит растерянно:

- А я не пооомню где взял…

Мама прекращает протирать кастрюлю.

- Горе ты луковое, - вздыхает она.

Она ставит посуду на комод и берет руку. Рука уже начала гнить. Давайте же осмотрим ее, читатель. Кое-где остались еще клочья покрытой сине-зелеными пятнами кожи; черные пальцы скрючились так, что их было не разогнуть; а в мясе, теплом и влажном, сидели мушки и терли свои лапки друг об друга(непонятно, как они выжили зимой!).

Мать вздохнула.

- Ладно, положу в морозилку. Потом заберут.

К обеду пришел папа. Он ел суп большой ложкой, прихлебывал и объяснял сыну:

- Запомни, Владик. Никогда не бери на улице ни рук, ни ног. А если они больные? И вот лежит, например, труп, разлагается – не бери этот труп, пусть отдыхает себе, разлагается, не мешай ему! – он доел суп, вытер губы рукой, и пошел писать объявление.

Вскоре на двери подъезда висело следующее:

«Просим гражданина, потерявшего свою руку в Комсомольском районе, обратиться в пятую квартиру. Рука б/у, с остатками кожи и черным ногтем на большом пальце. Есть темно-зеленое пятно в виде слоника»

На следующий день, вечером, пришел и сам труп. С пустыми черными глазницами, с черепом, торчащим сквозь лоскуты кожи и еле держащейся челюстью. Челюсть за весь ужин два раза отваливалась и падала в суп, и брызги летели прямо в отца, сидящего рядом.

Жутко извиняюсь, жутко извиняюсь, - говорил труп, прикручивая челюсть на шурупы обратно. Как-то тут все разболталось, надо бы к врачу сходить. А у вас жена кстати вкусно готовит. Ну и правильно. Эх, редко кто сейчас так готовит, как в наше время! Лицевые мышцы возле глазниц напряглись. Мертвец попытался сладко зажмуриться.

- А сейчас что? Как живем? – он махнул рукой. – Все не то. И водка не та, и люди скурвились. А вот помнится подходил, уже мужики стояли, подбегали, под руки подхватывали, кричали: третьим будешь! И ты с ними сидишь, анекдоты про Брежнева травишь…И зачем мы его ругали? – он вздохнул. – Господи, как же хорошо было!

Брежнев, застой, Горбач, пидорас – все эти слова были новыми для Владика и открыли дверь в какое-то особенное светлое царство, где было тепло и солнечно, где люди жили и имели какую-то тайную мудрость – пока не пришло что-то темное и страшное…

- Я тоже Горбачева не одобряю, но вы при ребенке-то не ругайтесь, - нахмурился отец.

- А ты тут простому рабочему не указывай, - погрозил пальцем труп. Он уже выпил третью рюмку водки и был изрядно пьян. – Вот видно плохо вас воспитывали. Перевернули тут все, устроили бардак… - он встал, уронил стул…и побрел, пошатываясь, покачиваясь, со слезами на глазах – расчувствовался – к выходу. – Пора мне… - пробормотал труп.

- Все бы отдал, - продолжал он говорить, обуваясь. – Лишь бы туда вернуться…в прошлое. Вы же ругали, говорили, мол, застой, гадость, ан нет! Разве вы вот сейчас счастливы? Ответьте честно. Называйте ту эпоху как хотите. Хоть застой хоть хуестой. Но я тогда был счастлив. А сейчас мне плохо, - он открыл дверь и вывалился на лестничную площадку.

- Ну и тип. Взгляды чего стоят, - вздохнул муж.

- А ты что хочешь, - усмехнулась мама. – Все трупы такие. Открой окно, пожалуйста. А то после этих мертвых стоит невыносимая вонь.

***

Но как же в Н-ске появились мертвые?

А все началось перед выборами. Губернатор у нас, Владимир Валентинович, сидит уже давно. Такой толстый, солидный дядечка в малиновом пиджаке. И голос у него тоже солидный, низкий – он часто рассказывает с ним что-то об общественном благе рядом со свежепостроенными детскими домами, церквями, больницами(в основном, конечно, рядом с церквями).

Но недавно этот солидный мужчина испугался.

Все дело в том, что в соседней области, М-ской, тоже губернатор сидел уже давно. И тоже был солидным дядечкой в малиновом пиджаке. И внезапно – месяц назад – он проиграл выборы. Сами жители М-ской области, казалось, были удивлены. И рады.

И стул под нашим губернатором зашатался. Ведь ровно через месяц и в нашей Н-ской области должны быть выборы губернаторы. В интернете кто-то начал высказываться о голосовании за других кандидатов. О том, что надоело и хватит. О том, что сколько можно.

И вот, когда в один из дней Владимир Валентинович расхаживал по кабинету и в панике думал, как бы ему не проиграть выборы, к нему зашел помощник.

- У нас есть прекрасная идея! – сказал помощник. – Как пролонгировать ваше пребывание на посту губернатора и продолжить становление области по правильному пути.

- И как же? – круглое, как ясное солнышко, лицо, Владимир Валентиновича просияло.

- Все избиратели сейчас настроены против вас, - сказал помощник. – Но это не проблема, если мы найдем еще людской ресурс, который отдаст свои голоса за вас.

- И откуда же его взять?

- Понимаете ли, - вздохнул помощник. – Масса людского ресурса пылится без дела и буквально гниет. Мне кажется, что это не дело.

Не знаю точно, как и что он делал. Говорят, наш губернатор был в глухой деревушке у какой-то гадалки – я не отрицаю этого. Говорят, в церкви находили тело ребенка, расчлененное на части – многое говорят, особенно после того, как появились эти плакаты. Я об агитационных плакатах. Они-то и удивили наш народ. На них посреди пшеничного поля, стоял Владимир Валентинович и смотрел вдаль. А рядом красовалась надпись:

КАЖДОМУ РОССИЯНИНУ – СВОЮ МОГИЛУ!

На другом плакате Владимир Валентинович сидел с милой улыбкой у надгробия – надгробия своей матери, держал в руке похоронный венок, а внизу было написано:

НЕУДОБСТВА ПРИ ЖИЗНИ ВРЕМЕННЫ. КОМФОРТ ПОСЛЕ СМЕРТИ ВЕЧЕН.

Все поначалу смеялись – думали, губернатор окончательно из ума выжил.

А потом начали появляться они.

Они были в полуистлевшей одежде, полусгнившие, с черными губами и без глаз. Они шли по улице прихрамывая – мышцы были повреждены сыростью и червями – и говорили:

- Ну хоть кто-то о нас позаботится!

- Теперь заживем!

- Никакой уверенности в завтрашнем дне, то и гляди, завтра все могилы размоет – кто на таких местах кладбища ставит?!

Это были мертвые.

- Зачем менять губернатора? – говорили они. – Не хочется нам после смерти ничего менять. Знаете, после смерти все и так хорошо. Поверьте уж нам. А вот если тебя вытаскивают из могилы или грызет червяк – тогда да, не очень. В общем, любые перемены к худшему.

Когда они пришли в приемную комиссию в день выборов и предъявили свои свидетельства о смерти, то с ними не знали, что делать. Паспорта же нет. Да и живут на кладбище без прописки(да и живут ли?). Звонили в ЦИК. ЦИК постановил:

- Каждый мертвый – гражданин России.

Только когда об этом председатель ЦИКа говорил по телевизору, он так переволновался, что нечаянно сказал:

- Каждый гражданин России – мертвый.

Все долго над этим смеялись.

Так Владимир Валентинович снова стал губернатором. А что мертвые? А все также, периодически вылезают из своих могил, гуляют, вздыхают, вспоминают молодость. Потихоньку догнивают и разваливаются на куски.

На следующий срок Владимиру Валентиновичу мертвых может не хватить.