Эмиль Морье / Андреа Антонелли.

Имя, фамилия, прозвища.

Настоящее имя, данное при рождении: Эмиль Саломон Морье

Имя, которым пользуется сейчас: Андреа Антонелли, Эндрю.

Возраст, дата рождения. Поколение, если создаёте вампира.

1981 год, 45 лет, 11 поколение. Эндрю перенес становление в возрасте 19 лет и выглядит на свой возраст при жизни.

Раса, клан, секта.

Вампир, Последователь Сета, Анарх.

Род деятельности.

Бизнес-коуч, духовный наставник, амбассадор психического здоровья, современный маг, целитель, блогер, маркетолог, писатель – и это только из шапки инстаграма.

Дисциплины, способности.

Серпентис; Стойкость.

Ориентация.

Гомосексуальная

Внешность.

Эндрю является примером классической французской красоты: благородный профиль, пронзительная синева глаз, светлая, почти фарфоровая кожа и природный рыжеватый блонд, который он обычно укладывает в аккуратную, с лёгкой волной причёску. Его рост 175 см, а вес 64 кг. Фигура у Эндрю вытянутая, со склонностью к астеническому телосложению, но он не страдает от избыточной худобы и производит впечатление здорового человека.

Дополнительные детали внешности.

Если приглядеться, на лице его слабо угадываются крошечные веснушки – когда он был жив, они усыпали его лицо словно кто-то тряхнул в его сторону испачканной в оранжевой акварели кистью, но перед его смертью солнце редко радовало Луизиану своими лучами и они начали стремительно блекнуть.

На шее, сбоку остался короткий, сантиметров пять в длину, выпуклый келоидный шрам. Иногда Эндрю прячет его за высокими воротниками и шейными платками, а иногда забывает о нем и выставляет напоказ.

Биография.

Одним далеким летним днем 1981 года окраина небольшого приморского городка разорвалась криками. Молодая девушка, едва успевшая закончившая школу, переживала свои первые роды в собственном доме. Ее гражданский муж, не сильно старше нее, был в это время на работе – единственный заработок, который у них был происходил со стройки нового порта в нескольких десятках километров к западу от города, и денег этих не хватало на больницу, а страховки у них не было. Родители Амели – гордые потомки первых французских переселенцев, живших в Луизиане еще до появления единого государства – сделали ей ручкой, когда узнали о ее беременности. Они с самого начала не одобряли ее отношений с будущем мужем-евреем, с которым они учились в одной школе, а она и не привыкла слышать от них слова поддержки, поэтому сделала выбор в пользу новой семьи. Родители юноши и вовсе отсутствовали в его жизни – оба отбывали длительное заключение в местах лишения свободы, и воспитывался от собственной тетей, которая, впрочем, пиетета к нему не питала и выставила за дверь едва ему исполнилось восемнадцать.

Хотелось бы рассказать историю о том, как любовь преодолевает все жизненные и материальные трудности, но чуда в этот раз не случилось. Ребенок, рожденный в условиях тотального недостатка, заботливо названный именами, выбранными ему каждым из родителей, не получал от них почти никакого внимания. В раннем детстве мать обеспечивала только самые его базовые потребности – кормила, мыла, убирала за ним, а после увлекалась своими делами, надолго бросая ребенка в одиночестве. Отец почти все время проводил на работе, а возвращаясь с нее, мог разве что поесть, да завалиться спать. Маленький Эмиль рос отстраненным, холодным даже к своим родителям и не по годам самостоятельным ребенком. Если другие дети его обижали, они никогда не жаловался – и всегда давал сдачи. Если ему хотелось играть, он сам находил и доставал себе игрушки – строил опасные конструкции из стульев чтобы добраться до верхних полок, тайком выносил под футболкой из магазина или отбирал на площадке. Если ему хотелось есть – он забирался в холодильник, шкафы на кухне, и даже пытался готовить, подражая матери, самые простые блюда – например молочную кашу.

Мать – женщина, которая составляла весь его маленький мир ввиду постоянного отсутствия отца и той минимальной заботы, которую она к нему проявляла, была очень несчастной женщиной, но Эмиль этого не знал. Если мама кричала и плакала, значит у нее были причины, если она ругала его или била, значит он сам был в этом виноват, если мама исчезала на целые сутки, значит это нормально для каждой мамы.

Постепенно их дом начал наполняться вещами. которые маленький Эмиль не понимал. Набор черно-белых картинок, изображение в рамке, зубы и клыки какого-то животного, странная статуэтка. Мама с папой стали ругаться чаще: «Нечего сливать на это барахло деньги!», «Это бесполезный мусор», «Какты посмела это снова купить?». Конечно, папа был не прав. Мама ведь сказала, что это поможет, чтобы у нас стало больше денюжек, и чтобы беда обходила наш домик стороной. Разве папа этого не хочет? Может, водонагреватель больше не будет так часто ломаться, и мы сможем починить забор, через который во двор пролезают дикие животные?

Скоро папы не стало. Эмиль тогда только-только пошел во второй класс. Несчастный случай на стройке, как сказала мама, какая-то балка была плохо закреплена и выскользнула из крановой клешни. Каска не спасла. Все сбережения, которые были, ушли на похороны, и Эмиль стоял у могилы отца рядом с плачущей матерью, смотрел на свежую землю пустым взглядом, и не понимал, что вообще происходит. Теперь ведь им будет лучше – никаких больше ссор и криков по вечерам. Амели села рядом с ним на корточки, притянула к себе, и крепко сжала в своих объятиях так, что ему стало больно.

«Не бойся, Эмиль, только ничего не бойся, хорошо? Ты теперь у меня один остался. Единственный мужчина в семье. Но сейчас можно, поплачь, я знаю, что ты хочешь. Заплачь, Эмиль».

Он напрягся, нахмурился, пытаясь выдавить слезы, но ничего не вышло. Тогда он уронил голову, уткнулся маме в плечо и начал всхлипывать. Притворился, что плачет.

Вскоре они переехали. Новый дом был больше и теплее, но кроме них с мамой там жили и другие люди – друзья и новая семья. Эмиля перевели на домашнее обучение.

Новым местом жительства оказалась своего рода коммуна. Люди здесь были объединены общей идеей поклонения настоящему богу – тому, кто был скрыт от глаз массового сознания уже много лет, и того, которого официальная церковь несправедливо оклеветала, назвав его учение еретическим, а самого его нарекла источником всех бед человеческих. Когда-то давно, при старом лидере, Сет, жестокое, но справедливое божество, благоволил своим последователям гораздо больше, сейчас же только некоторым счастливчикам удавалось ощутить на себе его влияние. одним из них был и текущий лидер.

Жизнь в коммуне была непростой. Физические наказания практиковались повсеместно. Деньги зарабатывались как угодно, кроме легальной работы. Женщины в культе зарабатывали проституцией, они же толкали наркоту, которая варилась здесь же на кухне, рядом с обычной едой. Некоторые занимались попрошайничеством, чередуя с воровском из чужих карманов и просто магазинов. Время от времени, бывало, кто-то принесет новый телек и видеомагнитофон после того, как вынесет из видеомагазина, угрожая продавцу пистолетом. Иногда они пропадали, если полиция их все же находила, а потом возвращались, выйдя из тюрьмы и приводя с собой своих новых знакомых из тюрьмы. Эмиль смотрел на это и впитывал – человек выживает так, как может, и выживает самый приспособленный. Пока слабые и трусливые гнут спину на работе, как его отец когда-то, сильный человек берет свое силой, а умный – умом. Если тебе хватает мозгов кого-то обмануть на деньги – это его проблема, что он повелся на низкосортный развод. Деньги легко приходят и легко уходят. Завтрашний день может обернуться любой неожиданностью, поэтому жить нужно здесь и сейчас.

Когда Эмилю исполнилось 12, лидер культа по имени Рахим, вызвал его к себе и впервые выпорол его так, что мальчику показалось, будто он ослеп от боли. «Ты хороший мальчик, Эмиль», -- сказал он ему тогда, «я знаю тебя с твоего детства, и я хотел бы, чтобы ты всегда оставался таким же хорошим. Но скоро ты начнешь становиться мужчиной, а я знаю, как это бывает. Запомни хорошенько, какой урок я преподал тебе сегодня. Если ты когда-нибудь в будущем решишь, что ты умнее меня, или решишь воспользоваться мнимым преимуществом и предать меня в пользу любого другого члена нашей дружной семьи, сегодняшнее покажется тебе радостной прогулкой по пляжу».

Возможно, Рахим считал, что чем раньше он пресечет любые проростки лидерских качеств и амбиций, только начинающих развиваться в начале подросткового возраста, тем меньше шансов у него будет встретить в лице мальчика соперника. Возможно, он просто приревновал его. Тогда Эмиль, конечно, не понял, что хотел сказать ему Рахим, и за что он был наказан, но очень хорошо запомнил тот день.

Время шло, а дела у культа складывались все хуже. Их ряды редели, денег становилось все меньше, а новых последователей находить становилось все сложнее. Даже костяк из самых фанатично преданных Сету фанатиков начал задаваться вопросом, не покинул ли их бог? Смотрит ли он все еще на них? Не бесполезны ли все те усилия, которые они прилагали, расширяя свои знания и распространяя хаос при помощи своих последователей?

Человеческое жертвоприношение – это не просто. Даже убийство, будь оно спонтанным или хорошо спланированным, не вызывает столько давления на того, кто его совершает, особенно впервые. Поднося такую дорогую жертву своему богу, ты не можешь облажаться. Ритуал был найден в одной из старых книг, оставшейся от основателя культа, который исчез несколько десятилетий тому назад, и никто из текущих членов не мог похвастаться тем, что знал его. Запутанная инструкция, не совсем ясный текст – частично Рахиму пришлось его додумывать, на свой, конечно вкус. Требовалась для этого жертва, алтарь, а также немного ритуальной крови – один единственный флакон давно хранился в его сейфе. Узнать об успешном завершении ритуала можно было очень быстро – Сетт возвращал принесенную ему жертву живой и невредимой. Что еще может послужить доказательством его могущества, как не настоящее чудо – воскрешение своего последователя.

Эмиль знал, что будет идеальной жертвой. Ребенок, выросший в культе, окруженный его культурой и последователями. От него этого тоже не скрывали – вот только он понятия не имел, в чем конкретно заключается ритуал, и по какой-то наивности даже не думал, что с ним случится что-то плохое. В конце концов, сложно придумать что-то хуже и больнее той порки, которую он уже пережил. Когда он зашел в ритуальную комнату и дверь за ним закрылась на замок, было уже поздно передумывать.

Как мы все знаем, взрослый мужчина – эмансипированный, проработанный, оттерапевтированный – у него вообще матери быть не должно. В идеале, конечно, каждый мужчина должен, даже, скорее, обязан при достижении возраста первых волос на груди задушить свою мать во сне. Если мужчина свою мать так и не убил, и тем более, если он с ней ещё и продолжает общаться, то это 100% редфлаг. Эндрю, хотя он этого и не помнит, со своей расправился в тот самый момент, как выбрался из ритуальной комнаты – она была той, кто вышел встретить его прежде всех. Гордая, ослепленная радостью женщина, увидев, что сын ее жив, бросилась к нему с широко раскрытыми объятиями и вместе с тем, как он обнял ее, клыки новорожденного каинита вошли в ее шею.

С тех пор дела у культа и вправду пошли на поправку. Правда, место Рахима естественным образом очень быстро занял сам Эмиль. Настал его звездный час – он наслаждался вниманием и всеобщим обожанием. На него равнялись, к нему тянулись, его ставили в пример, один его вид воодушевлял последователей и мотивировал. Некоторые вступали в культ только потому, что Эндрю был достаточно красив и харизматичен. Снова настали хорошие времен, которые продолжались почти десять лет. Приток новых последователей увеличился, да настолько, что это привлекло внимание полиции. Началось расследование, привлекли даже ФБР. А культ этого даже не заметил. Нет, были какие-то звоночки – но до самой облавы они были лишь рябью на поверхности культа. У лидера было слишком мало опыта, чтобы хорошо справиться со своей новой ролью.

Эндрю был единственным кому удалось сбежать – по крайней мере так думал он сам, но попыток связаться с арестованными членами культа он даже не предпринимал. Кому-то еще на первом этапе, когда вооруженная группа захвата зашла в здание где проживали участники культа, пришло в голову оказать вооруженное сопротивление. Наверное, он запаниковал, а может, просто был под наркотой и ему показалось, что это конец света. Как бы там ни было, началась стрельба. В этой неразберихе Эмилю было очевидно, что пора делать ноги – а те из последователей, которые оказались рядом с ним, когда все началось, умоляли его спасаться – ведь если умрут они, он сможет снова собрать верных, а если умрет он – это будет концом для всего культа.

Эмиль протиснулся по вентиляционной шахте исключительно благодаря сверхъестественной гибкости, которую даровал ему серпентис, полз по ней несколько часов, пока не выбрался за несколько кварталов от места облавы и бросился прочь. Никаких вещей, без денег, карты вскоре оказались заблокированы, счета заморожены. Полное фиаско, крах, все начинать сначала.

Первым делом он направился как можно дальше от родного города, где ему грозила полиция и больше не было никакого укрытия. Он добирался четыре ночи на попутках, спал с дальнобоями за двадцатку, ночевал в их машинах. Оказавшись в Чикаго, почти на другом конце страны, он снял себе крохотную комнату за небольшие деньги и начал думать что делать дальше.

Больше всего и проще всего ему удавалось общение с людьми. По правде говоря, больше он ничего толком и не умел – он едва закончил младшую школу, плохо считал, не любил читать, понятия не имел где находится Венесуэлла и что такое семантика. Однако, можно сказать, ему сказочно повезло, потому что он оказался в нужное время и в нужном месте. Инстаграм, тогда ставший феноменом и набравший за два месяца после запуска 1 миллион пользователей, обзавелся еще одним начинающим блогером и инфлюэнсером. Новым именем Эмиль выбрал запоминающееся и немного экзотичное имя, которое и сам не помнил где услышал – Андреа Антонелли.

Поэтому Эмиль, а точнее теперь Эндрю, стал одним из первых, кто активно продавал курсы по продвижению в соцсетях и участвовал в гивах, благодаря которым быстро набрал аудиторию. У Эндрю появилось целых два профиля: личный, на котором гивами собралось больше миллиона подписчиков. Второй профиль был посвящен лайфстайлу и там аудитория тоже перевалила за миллион.

Эндю рассказывал, что он на самом деле итальянец, который переехал в США и получил там итальянское гражданство. Утверждал, что учился в Стэнфорде, живёт в Бероли Хилс, однажды даже побывал на баскетбольном матче и сидел неподалёку от Ким Кардашьян и Адель. И Эндрю этим очень гордился.

Постепенно, на деньги, полученные с рекламы в блоге, Эндрю стал покупать обложки журналов, например снялся для Men’s health. В какой-то момент он и вовсе захотел продюсировать фильмы для взрослых. Вскоре, он начал продавать курсы по продвижению в инстаграм и эти курсы очень быстро стали дорогими. Он объяснял это тем, что не ждет на своих программах тех, кто не готов платить за результат. Низкая цена, по его мнению, привлекла бы недостойных людей. А если вам кажется, что курс дорогой и ничему не учит, то это не провал, а философский отбор клиентов.

В блоге, который он ведет сейчас и который является его главным источником заработка, Эндрю и сейчас учит людей различным энергетическим практикам, эзотерике. магическому мышлению, а также продает ретриты под своим руководством, предлагает услуги коуча и рассказывает какая у него замечательная жизнь – ведь в свои 25 он уже заработал свой первый миллион долларов, снимает люксовый номер в гостинице в башне Трампа и каждый вечер проводит в лучших ресторанах, на концертах и красивейших площадках Чикаго в компании очаровательных девушек.

Девушки, впрочем, Эндрю совсем не интересуют. Мало его интересуют и мужчины – его интересует только секс и поощрение его нарциссического радикала.

У Эндрю есть небольшой круг из ближайших последователей. Это неприлично богатые, и на удивление ведомые мужчины, которые готовы платить за его консультации тысячи долларов в час. Все они совершенно одурманены его харизмой, находятся в эмоциональной и физической зависимости от некоторых проявлений серпентиса и смутно догадываются о его нечеловеческой природе.

Оставаться в Чикаго незамеченным на протяжении шестнадцати лет просто невозможно, но добрую половину этого срока у Эндрю получалось по крайней мере не ввязываться в конфликты с местными сородичами. Пока он жил в Луизиане, ему не приходилось сталкиваться с другими каинитами, в Чикаго же он нашел их довольно быстро – точнее, они его.

Когда стало известно, что в Чикаго объявился новый бесхозный сородич, которого никто не представил двору, а сам он взял на себя смелость охотиться в домене князя без ее личного разрешения, начались поиски. Среди прочих, особо охотливых до награды, оказался Гита Сингх. Он первым нашел сетита, встретился с ним лично и, быстро сообразив на месте, что Эндрю вообще ни сном ни духом о неписаных правилах сообщества, посадил его на узы. Дальше уже мало что зависело от Эндрю и его желаний. Он был представлен князю и Гита взял его под свое крыло, поручился за него перед Амелией, после чего Эндрю был карандашиком записан в ряды порядочных сородичей и в короткие сроки постиг все тонкости взаимодействия с Камарильей в Чикаго.

Характер.

Аналогично предыдущему пункту, описывайте характер, повадки и привычки вашего персонажа максимально подробно. Чем больше деталей вы напишете, тем больше крючков для отыгрыша у вас будет в ролевой.

Характер у Эндрю, прямо скажем, прескверный. В нем нет никакой врожденной робости или застенчивости, да и чувство стыда редко дает о себе знать. Зато есть в нем целый список пороков, ведь сетит редко сопротивляется даже самым базовым и низменным порывам своего разума. Эндрю тщеславен, охотлив до чужого внимания и любит, когда его слушают, открыв рот. Он любит общаться с теми людьми, которые готовы принять все его слова на веру, которые не задают "глупых вопросов" и не знают о пользе критического мышления. При всем при этом, он удивительно хорош с обращении с хейтерами — он знает, как много людей ненавидят его, знает, как часто на него снимают разоблачения и пытаются дискредитировать его блог, лайфстайл и идеи, которые он продвигает. Что он делает? Смеется над ними. Да, говорит он, меня ненавидят, но за что? За мои деньги, за то, как я легко отдаю и получаю от вселенной все, что мне захочется и за то, что я успешнее их. Где я и где они — зачем слону обижаться на муравьев, растоптанных неаккуратным шагом?

За словом Эндрю в карман не полезет. Он словоохотлив и слова его – блуд. На колкие замечания он отвечает быстрее, чем успевает подумать, не думает он о сказанном и впоследствии. Его грубость практически его фишка. При этом с теми, из кого он может извлечь выгоду, или от кого явно может получить по первое число, он ужасно любезен и обходчив, одним словом – лизоблюд. Не обманывайтесь его вербальной агрессией, ведь Эндрю никогда не полезет в драку, если не уверен заранее в своей победе. При этом насилия в свою сторону он совершенно не боится – ему достаточно часто приходилось переживать его в детстве и подростковом возрасте, чтобы в его голове прочно закрепилось, что это не конец света.

Запугать его? Амбициозная задача, ведь Эндрю не боится ни побоев, ни угроз, у него нет близких или дорогих ему существ, которыми он бы в достаточно мере дорожил, чтобы пожертвовать ради них своим собственным благополучием. Посему, единственный и эффективный способ договориться с ним – убедить его в том, что сотрудничество с вами в его же интересах. При этом не стоит слишком расслабляться – ведь как только ему подвернется любой удобный случай или появится подходящая причина, он легко и без зазрений совести вас предаст, продаст и забудет.

Страхи и слабости.

1) Кровавые узы к Гитой. Эндрю не хотел и никогда даже не представлял себе таких чувств, которые подарил ему этот опыт. Тем не менее, несмотря на широкий ряд своих недостатков, Эндрю довольно незлоблив и после того, как он понял, что его обманули, скоро оправился. Зла он на Гиту не держит, хотя не то чтобы он мог. Но Гита – его уязвимость, а еще теперь Эндрю вдвойне опасается, что кто-то может провернуть такое еще раз.

2) Вся жизнь Эндрю – от финансового потока до самооценки – построена на внимании аудитории. Он готов идти на огромный риск ради хайпа, легко ведется на провокации, направленные на его эго, и совершенно не умеет выстраивать отношения без элемента «зритель–артист». Его уверенность рассыпается, когда ему отказывают в восхищении или ставят под сомнение его экспертизу.

3) Эндрю находится в розыске. Конечно, скорее всего его не признают спустя двадцать с лишним лет – они ищут мужчину гораздо старше того, как он сейчас выглядит. Но если полиция нападет на его след, это все равно может плохо кончиться как для него самого, так и для маскарада.

Дополнительная информация.

Когда Эмилю было 16 он начал приторговывать своим телом – спал с дядьками за деньги и относился к этому очень по-потребительски. В каком-то смысле он считал себя выше своих клиентов, потому что ему не приходилось платить за секс, и потому, что он хотя бы не обманывал себя мыслями о том, что здесь есть место человечности.