Эстер Анна Фейхтвангер.
Имя, фамилия, прозвища.
Возраст, дата рождения. Поколение.
Родилась в 1922 году. В возрасте тридцати лет получила Объятия, став вампиром 11-го поколения.
Раса, клан, секта.
Вампир, клан – Вентру. Принадлежит к Камарилье.
Род деятельности.
Правая рука примогена клана Вентру, Авы Ламбертс.
Основным финансовым активом Эстер является собственное издательство и сеть типографий, в которых некогда печатались главные чикагские СМИ. В наши дни её предприятие специализируется на работе с современными писателями и их продвижении.
Помимо управления издательством Эстер ведёт юридическую практику по своему основному образованию (Чикагский университет, степень JD), специализируется на корпоративном и муниципальном праве, чем нередко пригождается примогену.
Дисциплины, способности.
Ориентация.
Внешность.
Что сразу бросается в глаза, если иметь хотя бы минимальное представление о происхождении Эстер – её необычайно «арийское» лицо. Гены матери и, может быть, других предков сыграли с девушкой злую шутку: в юношестве, поначалу считываемая окружающими как «правильная», она сталкивалась с резким расовым отторжением позже, когда люди узнавали о еврейской линии её семьи.
Эстер обладает низкоконтрастной внешностью: светлые волосы оттенка блонд, серо-голубые глаза и врождённая бледность, к сожалению, приобретшая болезненно-серый подтон в связи со Становлением. Порой кажется, что черты её лица вырезаны дотошным скульптором: от аккуратных тонких бровей «домиком» до чётко очерченного контура губ.
При жизни девушка отличалась сравнительно слабым телосложением и низкой выносливостью, что частично компенсировалось её новообретённой вампирской природой, но внешний образ остался прежним. Линия её узких плеч слегка покатая, она контрастирует с немного более выраженными бёдрами, крутым изгибом переходящими в тонкую талию.
Такой типаж женщин часто воспринимается как «невинный» и «ангельский», однако те немногие мужчины, что имели связь с Эстер, после горько раскаивались, что повелись на первое впечатление о ней… Впрочем, об этом как-нибудь в другой раз.
Дополнительные детали внешности.
На теле Эстер нет ни татуировок, ни пирсинга (даже уши не проколоты). Зато есть родинки – их немного, но они придают шарм.
В одежде Эстер предпочитает в основном классику, популярную в годы её человеческой молодости, то есть 1940-1950 гг.: всяческие женственные платья, блузы, юбки, пиджаки, жакеты и т.д.,
подчёркивающие фигуру. Впрочем, в её гардеробе найдётся место и для более современных и смелых образов в виде экстремально коротких юбок, туфлях на высокой шпильке, игры с материалами (латекс, кожа, бархат, шёлк) и прочее, прочее, прочее. Такого зрелища в основном удостаивается её мужчина, ведь на людях она предпочитает вещи, создающие впечатление строгости – как дань уважение этикету Вентру. По работе она даже порой надевает костюмы почти что мужского кроя, если необходимо придать своей фигуре значимости и «тяжеловесности».
Удивительно для девушки, но Эстер почти не носит украшения, однако хранит в ящике письменного стола старые отцовские часы с потёртым ремешком, которые уже давно встали.
Когда Эстер уверена в себе, её походка – почти вызывающая, от бедра. В периоды же апатии она словно замыкается в себе и мысленно хочет превратиться в точку, из-за чего начинает немного сутулиться и ходить с опущенной головой (хотя обычно она держит голову высоко поднятой, как в силу гордости, так и в силу низкого роста, ведь в большинстве своём люди вокруг выше неё).
Мимика у девушки не то что бы богатая, ей словно бы трудно управлять мышцами лица, так как в детстве она привыкла сохранять ничем невозмутимый вид, как бы ни было страшно и больно, чтобы не давать новых поводов обидчикам, так что её связь со своим телом неровная, несколько потерянная: хмурый взгляд исподлобья, вздёрнутая бровь, недовольный «цок» языком и кроткая улыбка одним уголком губ – максимум, что можно увидеть на её лице в обыденности.
С жестами та же история: в официальной или некомфортной обстановке они минимальны и строго контролируемы, но, когда Эстер позволяет себе расслабиться, она, например, часто всплёскивает руками, эмоционально рассказывая историю, но ждать от неё грациозных театральных движений явно не стоит.
Биография.
Эстер родилась в Мюнхене в 1922-м году в семье еврея и немки (по меркам того времени – мезальянс). Её отец – Людвиг Фейхтвангер,
юрист и издатель, младший брат всемирно известного писателя Лиона Фейхтвангера; её мать – Анна фон Бернус, представительница немецкой интеллектуальной элиты.
Фейхтвангеры – династия раввинов и промышленников; например, прадед Эстер, Элькан Фейхтвангер, основал маргариновое производство в Мюнхене. Фон Бернусы – немецкий аристократический род, с 1851 по 1926 гг. владевший аббатством Нойбург.
Первые одиннадцать лет жизни Эстер были малопримечательными: она получала преимущественно светское воспитание с вкраплением элементов обеих традиций, иудейской и католической. Её мать была холодной и требовательной к детям, отец же большую часть времени проводил на работе. Эстер рано приучилась быть незаметной и самостоятельной, насколько это было возможно, будучи ребёнком.
1933 год в Германии ознаменовался приходом к власти Гитлера. Дядя Эстер, Лион, был вынужден бежать. Его произведения были запрещены и сожжены. Его брат, Людвиг, надеясь, что «всё образуется», самонадеянно решает переждать. Была и другая причина: Анна принципиально не хотела покидать родную Германию. Людвиг поддался её желанию вопреки здравому смыслу.
В течение 1933-1935 гг. ограничения для евреев нарастают. Людвиг постепенно теряет клиентов ввиду всё обострявшегося презрения и недоверия к евреям, которых постепенно начали обвинять в поражении в Первой мировой войне, да и вообще во всех смертных грехах. В сентябре 1935 были приняты Нюрнбергские законы: Эстер была официально классифицирована как мишлинг первой степени (Mischling ersten Grades, полуеврейка), что не влекло немедленную депортацию, но значительно ограничивало её гражданские права. Этот статус определил её подростковую жизнь: травля в школе, исключение из публичной жизни, постоянное ощущение «недочеловека» при внешности «арийки».
Следующие три года пришлись на время формирования личности Эстер. В этот период она наблюдала повсеместную травлю и рост ненависти, социального напряжения; видела, как арийские сверстники, поначалу дружелюбные, начинают смотреть на неё свысока, когда узнают об её происхождении. В этот период она глубоко усваивает
деление на «высших» и «низших», «своих» и «чужих», так как эти дихотомии определяли её идентичность.
«Хрустальная ночь» в ноябре 1938 года оказалась переломной – один из братьев Эстер был убит в ходе массовых погромов. Оглушённые горем, родители Эстер больше не могли закрывать глаза на происходящее в стране. Было принято решение бежать в США, куда ранее эмигрировал и Лион.
К концу 1939 года семья эмигрирует в США и оседает в Чикаго, где находилась крупная община немецких иммигрантов. На тот момент Эстер исполнилось семнадцать лет, она учит английский и заканчивает школу. Родители Эстер с головой уходят в работу, чтобы обрести твёрдую почву под ногами в чужой стране – благодаря грамотно вложенному капиталу в течение нескольких лет им удалось выкупить несколько типографий и обанкротившееся местное издательство, а также открыть юридическую контору, которая обрела особую популярность в среде таких же иммигрантов, как и семья Эстер.
По настоянию отца, который хотел, чтоб его дети не только продолжили его дело, но и умели защитить себя, Эстер идёт по направлению юриспруденции несмотря на то, что эта область ей была совсем неинтересна. С 1940 по 1946 гг. Эстер обучается сначала в младшем колледже, а затем и на юридическом факультете Чикагского университета.
В 1944 году умирает мать, в 1947 – отец. Брат и сестра делят наследство между собой: брат получает отцовскую контору, Эстер же – издательство и типографии.
С 1947 по 1952 гг. Эстер окончательно укрепляет позиции возрождённого практически с нуля издательства, превращая его в стабильный бизнес. Сотрудничает с наиболее влиятельными городскими СМИ того времени, предоставляя им по контракту мощности своих типографий по выгодным ценам, а также, благодаря инвестициям, вступает в советы директоров, получая возможность влиять на формирование общественного мнения в печатных изданиях. В остальном её издательство выпускало широкий спектр литературы: от художественной (особую роль занимали произведения немецких эмигрантов) до научной, причём Эстер, хоть к тому моменту она уже почти автоматизировала управление, тщательно отбирала материал для печати, имея высокие требования к его качеству.
В 1952-м году Эстер замечает местный примоген Вентру. Её Становление не было принудительным или неожиданным, как это часто случается: сир Эстер аккуратно, дёргая за уязвимые ниточки, постепенно подготавливала почву в рамках Маскарада. В конце концов, когда Эстер предложили отказаться от прежней жизни взамен на приобщение к высшим слоям общества, она без промедления согласилась.
Однако стать полностью готовым к Объятиям попросту невозможно – лишь после ты осознаёшь цену содеянного, когда уже нельзя вернуться назад. Так было и с Эстер. Становление на долгие годы обострило её экзистенциальный ужас, и без того всегда таившийся в её душе. Девушке понадобилось несколько десятков лет, чтоб окончательно смириться со своим новым существованием и, как ей казалось, безвозвратной потери связи с Богом.
Впрочем, Эстер всегда умела ловко скрывать своё душевное состояние и сохранять хладнокровную работоспособность, что и позволило ей не только интегрироваться в вампирское общество (а не отправиться встречать рассвет), но и добиться высокого поста при своём сире, оправдав оказанное ей доверие.
Сложилось так, отношения с другими представителями клана у неё в большинстве своём натянутые: многим консервативным и старым вампирам она кажется выскочкой с недостаточно родовитым происхождением, и это стимулирует Эстер работать ещё больше, чтобы доказать, что она действительно заслуживает своё место.
На сегодняшний день Эстер обладает значительным авторитетом среди Сородичей, являясь правой рукой примогена клана.
Характер.
Фундаментальный страх Эстер – отвержение. Вокруг этого строится и вся её личность: доказать себе (через доказательство другим людям), что она ценна, важна и незаменима (даже силой, если того требует ситуация). Однако эта стратегия неизбежно ведёт к тупику. Ошибка кроется в самом уравнении: покуда ты мыслишь такими категориями, ты никогда не сумеешь достичь эфемерного идеала в своей голове, ведь он недосягаем. Таким образом, она всё время страдает от внутренней пустоты. К сожалению, Эстер подвержена самообману (хотя и весьма чуткая ко лжи других).
Эстер выросла в мире, где её считали неполноценной. Она ненавидит эту систему, но интериоризировала её логику. Она мыслит категориями «высшие – низшие», «чистые – нечистые», потому что это единственный язык власти, который она признаёт.
В плохие дни она чувствует себя «унтерменшем»: грязной, ненужной, мусором, который вышвырнули из Германии и терпят в Камарилье только за полезность. В хорошие дни она чувствует себя «уберменшем»: высшим существом. Она — вентру. Она пьёт кровь. Она лучше тех, кто когда-то смотрел на неё свысока. Нельзя предугадать, в каком режиме она окажется сегодня. Даже она сама не всегда понимает, что вновь оказалась в одной из крайностей.
Эстер – жуткая гордячка, считающая себя гораздо лучше и выше большинства людей, якобы при жизни, особенно в Германии, её «не рассмотрели по-настоящему». Она презирает большинство окружающих. Это презрение никогда не высказывается вслух, но чувствуется в каждом жесте, когда она желает продемонстрировать это. Изредка Эстер стыдит себя за гордыню, но всегда возвращается к холодному ощущению превосходства. Есть и обратная сторона медали: каждый свой провал (даже если это лишь мимолётная глупость в случайном диалоге) девушка переживает крайне болезненно, так как её самооценка буквально падает со «скалы» на дно самобичевания.
Страх оказаться отвергнутой гарантирует её гиперлояльность – ей критически важно быть не просто полезной, а незаменимой. Это
проявляется как в личных, так и в рабочих взаимоотношениях, но достигает апогея именно в работе, что делает её сверхпродуктивной и крайне цепкой в делах, как коршун.
Эстер подвержена импульсивности, которую она, тем не менее, тщательно подавляет на людях, позволяя ей проявиться лишь с теми, кому она полностью доверяет. В обществе она предпочитает нести маску либо пресловутого «ангела», либо беспристрастного судьи – зависит от окружения и настроения. Подавленные импульсы сублимируются ею в шоппинг, скандалы с близкими людьми, мстительность (по отношению к чужим; своим не мстит) и прочие не самые полезные вещи.
Что интересно, так это то, что Эстер не стремится сконцентрировать власть в своих руках – куда большее удовольствие ей доставляет быть рядом с обладателем власти, пользоваться его расположением и помогать нести его бремя (слоган: «Служить бы рад, прислуживаться тошно»). Придерживается весьма консервативных политических взглядов и полностью поддерживает постулаты Камарильи.
Ещё более интересно то, что у тех, кто близко знаком с Эстер и знает об её внутренних демонах, нередко возникает странное двойственное чувство: не дитя ли Малкава она? Чудеса, да и только.
Страхи и слабости.
При жизни Эстер страдала недиагностированным маниакально-депрессивным психозом, что перекочевало вместе с ней и в не-жизнь. Сей «нюанс», мягко говоря, бросает тень на её репутацию в качестве Вентру и правой руки примогена, поэтому девушка вынуждена тщательно контролировать себя.
- Восстановление после ран занимает у Эстер большее количество времени и пунктов крови по сравнению с большинством Сородичей.
- Клановый недостаток Вентру – избирательность в пище. Эстер, вероятно, не повезло сильнее всех: она способна насыщаться лишь кровью других вампиров (жажда Мафусаила). Это ограничение – непроходящая головная боль для Эстер: чтобы избежать Уз, она вынуждена питаться либо дорогостоящим витэ из пакетов, либо каждый раз искать нового «донора», что в свою очередь делает её обязанной этому вампиру. Несладко.
Дополнительная информация.
- Несмотря на то, что Эстер проживает в Штатах с шестнадцати лет, она говорит с ярко выраженным немецким акцентом, который даже не думает искоренять, искренне считая, что так «звучит красивее».
- Эстер ненавидит юриспруденцию, однако именно благодаря ей она встретила свою родственную душу.
- В тайне исповедует христианство. Как так вышло? Мы сами удивлены. Как это работает? Весьма своеобразно. В любом случае – это секрет.