Немного про "Марафонцев" и самомотивацию.
Хоть заголовок и выглядит однозначным и понятным, обман кроется в каждом слове.
Немного — скорее всего, превратится в много.
Марафонцы — в данном контексте, это на самом деле спартанцы.
А самомотивация оборачивается осознанием себя — где-то между Сциллой и Харибдой, с огромным желанием не выбирать, кто первым оторвёт от тебя кусочек.
Последние полгода я с полной самоотдачей работаю над одним проектом. Он бессрочный, с промежуточными целями, о которых я напишу в апреле 2025 года, когда достигну их.
Этот проект затрагивает и психо-эмоциональную, и физическую стороны моей жизни.
Проект = бег.
Звучит просто и несерьёзно? Но всё очень даже серьёзно.
Когда ты делаешь что-то (порой даже не зная зачем) и вкладываешь в это столько усилий, что рискуешь сломаться, так иногда и случается...
После почти полугода интенсивных тренировок без единого пропуска, я в буквальном смысле сломался.
Причина? Травма, на которую я по собственной глупости закрывал глаза два месяца. Думал, само пройдёт.
Гениально! Знаю.
В итоге сначала я лишился бега почти на три недели.
Для уверенных любителей такой перерыв — всего лишь небольшой отпуск, ничего страшного.
Но я — человек, который последние месяцы бегал 5–6 дней в неделю (в дождь, снег, солнце, уставшим, заряженным, в 5 утра на выходных или в 11 вечера в будни), — не знал, что это так.
С первых пропущенных дней пришло осознание: я остался без бега, без главного инструмента для достижения своих целей.
Появилось ощущение ущербности, дофаминовая яма, потеря веры в себя и свои возможности. Полная деморализация.
Было настолько плохо, что в первые две недели, когда мне нужно было заниматься ЛФК, правильно питаться и отдыхать, я забил на всё.
Я думал, что всё потеряно.
Полгода нон-стоп — и к чему это привело? Непонимание, как тренироваться дальше, и сомнения: смогу ли я вообще реализовать свои цели?
Быть в этом состоянии было очень больно.
Нужно было сделать выбор:
😩 Ковылять по морально сложному пути восстановления, сохраняя хотя бы часть результатов.
🙄 Забить и забыть, жить дальше и больше не вспоминать, как ломал собственное малодушие, каждый день находя время и силы на то, что приносило только ощущение пути.
И тут не важно, правильный это путь или нет. Главное — твой.
На этой ноте хотелось бы написать что-то мотивирующее для тех, кто оказался в тяжёлой ситуации и хочет сдаться…
Но вместо этого расскажу одну архетипичную историю (в своей вольной интерпретации).
Это не история о стандартном герое. Скорее, это история о выборе. И о том, как не надо.
Давным-давно, когда доллар стоил 27 рублей, а фраза «Верни мне мой 2007» звучала как бред сумасшедшего, в знаменитом «вечнозелёном лесу» сняли эпический блокбастер — «300 спартанцев». Тот самый, с законопослушным гражданином в главной роли.
И нет, я не буду говорить о достоверности экранизации, канонах и о том, почему Геродота не указали в титрах как сценариста.
Важно другое:
Вся эта история — один большой архетип, пронизывающий подсознание своими образами. Мы так охотно смотрим фильмы про Героев… Но главный герой здесь — не Леонид.
На самом деле, эта история — про Эфиальта (горбуна, изгнанника, того, кто показал персам тайную тропу).
Я попробую в двух коротких диалогах передать всю суть этой истории для простых смертных, коими мы и являемся.
Когда Эфиальт впервые появляется перед Леонидом, завязывается диалог, в котором можно проследить намерение и мотивацию Эфиальта.
Эфиальт:
Леонид, возьми меня в своё войско, сражаться с персами. Мой отец учил меня обращаться с оружием. Я хочу заслужить право носить его доспехи.
"Показывает свои навыки и пронзает копьём воздух."
Леонид:
Хороший выпад. Встань прямо! Подними свой щит.
"Эфиальт не может этого сделать, горб мешает ему."
Леонид:
Спартанцы в боевом строю должны уметь защитить товарища щитом — от шеи до бедра.
"Эфиальт не мог поднять щит и был мал ростом. Леонид отказал ему."
Эфиальт:
Леонид!
Позволь мне стоять плечом к плечу против персов. Как же я смогу доказать, что достоин доспехов моего отца!?
Леонид:
Ты можешь оттаскивать раненых с поля боя, подносить им воду. Но в бою ты нам не поможешь.
"Эфиальт поддался гневу и уходя проговорил."
Эфиальт:
Ты ещё пожалеешь об этом, Леонид!
Спустя сотню метров киноплёнки Эфиальт попадает в лагерь Ксеркса, где у них происходит следующий диалог.
Ксеркс:
Это мой сад наслаждений: золото, женщины и дурман. Всё это будет твоим! Только выдай тайную тропу, ведущую в тыл спартанского отряда.
Эфиальт:
"Пульс Эфиальта прыгает сразу в четвёртую зону, ладошки потеют и он с предыханием, почти кричит."
Дааа! Да! Да! Только мне нужно кое-что ещё… броня.
"Это была не спартанская броня, не броня его отца, которую он так хотел заслужить."
Ксеркс:
Я добрый бог и дам тебе всё это.
Я не настолько жесток, как Леонид, который заставлял тебя стоять прямо.
Для меня достаточно увидеть тебя на коленях.
"Эфиальт становится на колени."
Для понимания контекста: фильм растянут на 65 млн $, но на самом деле всё кроется в этих двух диалогах.
Почему Леонид — не главный герой?
По закону жанра герой — это тот, с кем в процессе повествования происходит некая трансформация на любом из возможных уровней.
Леонид же на протяжении всей истории не подвержен никаким метаморфозам.
Он — недостижимый идеал, сияющий с вершины Олимпа своим мужеством, честью и дисциплиной.
По сути, он бог, настолько совершенен и непоколебим в своём исполнении, что просто не к чему придраться.
Такими хотят быть все, но планка так высока...
Ну, как говорится, лучшая цель — та, которую нельзя достичь, но в достижение которой ты будешь верить.
Почему Эфиальт?
Жанр соблюдён. Эфиальт проходит настоящую внутреннюю трансформацию и из человека превращается в реально «горбатого», которого, сами знаете, что исправит.
Он больше похож на человека, чем Леонид или Ксеркс. По сути, они — аллегория на добро и зло, между которыми всегда встаёт выбор.
Был ли Эфиальт таким изначально?
И да, и нет. В каждом из нас есть спящий потенциал.
Потенциал = нереализованные возможности, свобода выбора.
Изначально Эфиальт имел достойную цель — заслужить доспехи своего отца.
По сути, это то же самое, что сохранить дух традиции, который порождает его культурный код. Иначе говоря, это путь к поддержанию порядка и, как следствие, к возможности созидания.
Почему Эфиальт выбирает зло?
Образ Эфиальта малодушен.
Жизнь потребовала от него невыразимо большего, чем он мог сделать «с наскока». Она заставила его стоять прямо, стать похожим на человека. Но не об этом мечтал наш герой.
Чтобы обрести бессмертную славу, спартанцы всю жизнь готовились к битве.
Это не обычные крестьяне, взявшие палки и по синьке вышедшие на битву со ставкой 300 к бесконечности.
Поэтому, когда Эфиальт понял, что для того, чтобы идентифицировать себя с «успешным успехом», достаточно лишь встать на колени и остаться обезьянкой, он согласился почти без раздумий.
Ему не хватало лишь брони, которая сделала бы его своим, сделала бы его мужчиной. Желание идентифицировать себя было в нём изначально — ещё при разговоре с Леонидом.
Конечно, эти образы — крайности, но на таких контрастах чётко видно, чего может стоить один неверный шаг.
Жизнь — это пространство вариантов и бесконечных возможностей.
Добро и зло — это скорее внутренняя система координат, а не временами обновляемый социальный патч.
Мораль сей басни такова:
Жить в соответствии со своей совестью совсем не просто.
Но это пожалуй, единственная достойная и наполненная смыслом дорога.
p.s.
Я продолжаю свой проект и спасибо всем, кто оказался рядом и помог вернуть веру в себя. Семье, тренеру, друзьям и себе конечно...❤️