Дарио Сантьяго Рохас
Моя страсть к курению мне очень нравится;
Курю сигарету и она повторяется.
Люблю смотреть как пепел из неё осыпается;
Курю сигарету и она повторяется.
Дарио Сантьяго Рохас. / У Дарио или в частых случаях Дара нет псевдонима. Нет прозвища, указывающего на внешность или блядский крик души, который он через это «имечко» пытается выразить. Дарио поглощает факт: он ублюдок. И те, кто с ним работает или слышал о нём, знают.
Звезда. Гитарист группы «HellBlazer»
Звезда./Есть скандальные звёздочки, чьи откровенные фоточки обсуждает публика, вздыхает и качает головой — «дожили», как говорится. И если «не дожили» означает, что обязательно следует вести себя тихо и не отсвечивать, то Дарио Сантьяго Рохас знатно проебался и к двадцати трём годам не научился ни смирению, ни банальному такту. Наблевать в стельку пьяным в аквариум на мероприятии и свалить это на афроамериканца-уборщика? Пожалуйста. Запалиться на камерах в машине во время ебли с женой крупного бизнесмена? Больше никаких слов. Обозвать «пидорасом» заслуженную звезду киноиндустрии, совершенно не отвечая за свои слова? Без проблем, так и будет. Поэтому Рохас на слуху, с Рохасом забавно работать.
…Я в этом грязном клубе самый грязный ублюдок.
Первое слово, которое приходит на ум, когда речь заходит о Дарио Рохасе, это — запоминание. Может, дело в лице, может, в самом образе, однако это дает пропускной билетик в категорию «о, помнят» или «о, точно видели».
Самому Дарио от одного Дарио и фамилии, от итальянских корней досталось ещё много всего — ничего. Гены папочки точно не спешили стараться, а зато мамины разыгрались на полную, предоставляя Дарио карт-бланш с уклоном в северную внешность.
У Рохаса от природы каштановые волосы, с которыми было достаточно экспериментов, чтоб до звания «ломких» они и дошли — ядерный блонд постарался. Как там, ошибка молодости, да? Сейчас всецело родной цвет, без краски, если, конечно, того не требует съемка или выступление, с меняющимися стрижками, потому что любимой у Дарио нет. Пронзительные голубые глаза с сероватыми вкраплениями взирают на мир в целом с нескрываемым высокомерием и уверенностью в том, что он лучше. Что до лица — аккуратный нос, тонкие губы и нахмуренные брови в тех случаях, когда Рохас не попадает под объектив камеры.
Рост Дарио составляет 184 см. У него хорошо развито телосложение как для возраста, так и для того, чтоб его можно было назвать красивым и эстетичным. Ближе к атлетическому, но без груды мышц — Дарио вполне может хвастаться.
Что до стиля — Дарио Рохас разнообразен. Шкаф пестрит брендами, что позволяет каждый день появляться в новом образе, «выгуливая» очередную покупочку, чтоб видели. Частыми аксессуарами выступают кольца — много колец, цепочки или часы — всё, что сверкает, конечно. К пирсингу и татуировкам относится нейтрально, но не усердствует, чего стоит одна серьга в ухе или парочка мелких татуировок под ключицей — с помощью божьей сделана на пьяную голову, своими же руками перед зеркалом. Повезло, что ничего не подхватил.
Я принимаю свое гниющее, больное растление, — говорит Марла вишенке на конце своей сигареты. Марла вкручивает сигарету в мягкое белое нутро своей руки. "Гори, ведьма, гори"
Опять ждала меня бухого до семи утра
Пообещал, что я всю жизнь буду любить тебя
Я рэпер, зай. Мои слова не стоят ни хуя
И я подонок, я изменщик, я газлайтер и абьюзер
Я не нравлюсь Твоей маме, да и хуй с ней (Ну, разрешено)
Детка, достаточно мне уже дать последний шанс. Счастье — это не для нас
Сияй.
Дарио Рохас — это человек, чья улыбочка на публике доведена до идеала. Чья речь в мгновение смягчается, крепнет, становится бархатной. Дарио — это доверие и любовь к фанатам. Звёздочка, пёстрая и неугасаемая. На деле Рохас — профессиональный лицемер, который никогда не покажет настоящих своих эмоций, не позволит себе лишнего в высказываниях касаемо поклонников. Для них он — Дар. Весёлый и подвижный Дар, который никогда не откажет в фото или автографе. Душевный Дар, с которым можно поржать над тупой шуткой или понаблюдать за творчеством, в котором он, чёрт возьми, искренен. В конце концов, отвязный Дар, который обязательно составит компанию в первых рядах для очередной тусовки, распития алкоголя или поддержки в любых действиях — хоть в употреблении веществ. Особенно в употреблении.
Я не люблю мужчин. Я не люблю женщин. Я не люблю детей. Мне не нравятся люди.
По правде же Дарио Рохасу плевать. Плевать на фанатов, их переживания, и комплименты. Ему не нравится фотографироваться, каждый раз улыбаться в камеру — никогда не любил. Не нравится обниматься с чужими людьми. Не нравится шум и тупая болтовня о какой-то херне, в которой Дарио не спешит разбираться. Ему не нравится ничего, кроме хрустящих купюр и собственного «я». Определённо — самовлюблённый ублюдок. Но это слишком просто. Самовлюблённость — это когда ты веришь, что хорош. Дарио не верит. Он просто знает, что остальные — хуже.
Красивые, но внутри гнилые яблоки.
Дарио Рохас — это никогда не про букеты цветов, милые свидания, звонки двадцать четыре на семь и слова о любви. Кроме тех случаев, когда это касается секса. Рохас — это про разбитое стекло после скандала, впившееся остриём в кожу. Про быстрые перепихоны, даже если не совсем хочется. Про игнор в сообщениях. Про сброс звонка и раздражённое: «Взрослые люди, справишься, кись». Дарио — это всегда сухие разговоры, потому что ему не интересно. Отсутствие поддержки, когда требуется. И кислые конфеты в пёстрых фантиках.
Имеет склонность к постоянной скуке. Скука заставляет его делать глупости: звонить бывшим в три ночи, покупать ненужный хлам, соглашаться на интервью, которые потом смотрит с отвращением. Самая страшная пытка для Дарио это календарь: два выходных без денег, без телефона, без возможности куда-то уехать. Один на один с собственной головой. Сдался бы на пятой минуте.
Рохас не умеет насыщаться. Новая тачка, новый альбом, новая девушка — через какое-то время всё то же самое. Дарио похож на ребёнка, который разворачивает подарок, смотрит на него и истерично спрашивает: «А где остальное?»
Дарио — мастер обесценивания. Всё, что он не может иметь, становится «говном». Все, с кем он расстаётся, становятся «шлюхами». Все, кто умнее, — «задротами». Это его жизненная позиция и настолько он в эту позицию верит, что признать то, что это не так, что это плохо и неправильно не сможет. А даже если и попытается согласиться, перед этим долго подумает, находя в таком решении как плюсы, так и минусы.
А ещё Дарио не умеет дружить. Не потому, что не хочет — он просто не знает, как это работает без подкупа. Все его «друзья» либо на зарплате, либо в ожидании халявы. Он платит за ужины, за билеты, за отели. Он считает, что дружба — это когда ты даёшь, у тебя берут и поэтому остаются рядом. Это нормально. Покрайней мере Рохас бы так и сделал.
Примерно так мы и проживаем свою жизнь: смотрим телевизор. Курим всякую дрянь. Сами себя лечим. Переключаем внимание. Дрочим. Отрицаем.
TW: Упоминание сексуального насилия.
Когда кто-то пытается наскрести денег, чтоб заплатить за квартиру или отложить их на что-то дорогое, чтобы хоть чуточку приблизиться к традиционному понятию «элита», Дарио Рохас имеет полное право назвать таких людей лохами, показать фак и специально нажать на кнопочку новенькой «Lamborghini Veneno Roadster», показывая, что до такого уровня эти кто-то, без имени и славы никогда не смогут дорасти. Тут дело не в стремлении, блядском трудолюбии и подобной хуйне, что затирают в книжках «Как стать миллионером», — дело в везении, обстоятельствах и, конечно, в семье, в которой посчастливится родиться.
Дарио повезло. Дарио… он же Дар. Хорошо, что Дар с большой буквы — со значением «то, что представляет особую ценность, значимость». Как раз таким и был Дарио Сантьяго Рохас, когда появился на свет.
Семья Рохас берет свой «золотой бум» в послевоенной Италии, когда прадед Дарио — Алессандро Рохас — обладал феноменальным чутьем на перспективные ниши. Начав с небольшого завода по пошиву кожаных изделий в предместьях Милана в 50-х, он умудрился в 70-е переключиться на производство компонентов для премиальной автоиндустрии — той самой, что кормит «Ламборгини» и «Феррари».
Сейчас семейный бизнес — это группа компаний «Rohas Group», которая включает в себя:
«Rohas Automotive» — производство кожаных салонов для сегмента дорогих авто; миноритарные пакеты акций в нескольких модных домах уровня D&G — позволяют считать себя частью высокой моды; и сеть отелей класса люкс в Милане, Комо и Тоскане — для души.
Массимилиано Рохас, как крупный бизнесмен, женившись во второй раз на американской модели Лейси Роуз ради галочки, создал союз, в котором и появился Дарио. Он же сыночек, он же «милый, что ты хочешь на этот раз?» — мамин любимец. Папин ну…папин очередной сын, без особого внимания и проявления интереса.
Дарио шесть. Дарио сидит за столом в новом комбинезончике, что сшили на заказ, держит в руке робота из эксклюзивной коллекции, пока мамочка кормит с ложки. Мама берёт его на мероприятия. Дарио не осознает — просто шум, постоянно картинка меняется, голоса — множество, и ни один не мамин. Из маминого только смех, где-то по близости. Мама берет его на руки и говорит: «Улыбнись, милый». Улыбается.
Дарио восемь. За окном пасмурно, голову пронзает тупая боль, давя на черепную коробку: бип-бип, сейчас отключится. Ноты сливаются в одно месиво, в чёрные фигурки — фортепиано. Мамина прихоть и желание приручить к прекрасному. Искусство проявляется в музыке, с долбежкой Баха, Шопена, Брамса — скучно до удури, Дарио хочет посмотреть мультики.
— Что еще раз сделал твой брат? — интересуется мама. Хмурится, её накрашенные толстым слоем помады губы сжимаются в тонкую линию. Только пришла. Шлейф цветочных духов разносится по коридору, как и запах чего-то острого, что пытаются прикрыть — алкоголя. Очередной корпоратив, да, мам?
— Сказал, что заплатит однокласснику, если тот сильно ударится об парту головой. — строит грустную мину Вероника, поправляя кофточку с кружевом — ангелочек, но Дарио знает: пока мама не видит, сука лыбится, завистливая сволочь. — Я сама слышала, мам! — стукачка, крыса поганая. Дарио цокает языком, находясь рядом.
— Это дорого? — щурится мама, пытаясь вспомнить что-то или точнее подсчитать отцовские деньги, которыми стоит возместить ущерб, или договориться, чтоб учителя замяли подобное. Ведь отношения родителей работают по принципу рассрочки: не ебешь нервы — я тебе плачу. Дарио остается помотать головой и посмотреть на сестру ещё раз.
Разница. Разница в два года с Вероникой — в её пользу — ухудшает взаимоотношения. Дарио десять. Веронике двенадцать. Вероника любит шарики с гелием и кукол, Дарио обожает лопать шарики ножницами, разукрашивать фломастерами лица пластмассовых красавиц и улыбаться, когда можно услышать звонкий крик сестры после. Вероника стучит матери о всех его недочётах: что получил плохую оценку в школе, прогулял уроки фортепиано и ещё всякого. А вот Дарио…за это в отместку дёргает сестру за волосы, отрывает с корнем, а та ударяет его по лицу — приходится разнимать взрослым.
Однако во всех этих натянутых взаимоотношениях, детской ревности к вниманию, истерикам и параноидальной злости происходило примирение и негласное правило: молчать, закрывать рот руками, если даже не хочется, проглатывать слёзы в темных коридорах дома и никогда не произносить в слух, если «это» и происходит. Но относиться с пониманием в глазах стоит на летних каникулах заявиться в гости Лоренцо Рохасу.
Позитивная мотивация — явно не мой конёк
Всё уже было до нас, можно выдохнуть страх
Если окружающему блядству и сопротивляться
Всё повторится не раз, но мы живы сейчас
Лоренцо был старшаком и единственным ребенком от первого брака их отца, разница с которым составляла целых четырнадцать лет. Лоренцо в воспоминаниях Дарио всегда был неустойчивым, конфликтным и очень агрессивным — настолько агрессивным, что даже мать по вечерам могла завести разговор с отцом насчет того, что Лоренцо нестабилен, Лоренцо не нужно появляться у них дома. Пожалуйста, Массимилиано.
Поэтому Лоренцо жил отдельно от них. В его квартире постоянно воняло куревом, точнее травкой, которой гробил свой организм брат, находясь в основном в мнимых просветлениях своего состояния. А ещё играл музыку — забавно. По крайней мере, так говорил отцу, а отец… отец пытался пристроить его к своему бизнесу.
А ещё Дарио помнит бульканье пузырьков в аквариуме, синевато-зеленый узор обивки дивана (который забрал из их дома брат перед переездом), несколько тканевых мешков с наполнителем в виде белых шариков, на которые обычно говорят «не садитесь, а падайте», у входа на кухню, стопку пластинок на полу, выходящее на соседний дом-муравейник окно и слова, доведённые до абсурда в динамиках, пока играла Nirvana. Лоренцо входил в него пальцами, обещая, что однажды обязательно сделает это членом, вжимал в диван, а он пытался сопротивляться, подавляя вырабатывающийся наружу крик с плачем.
Дарио Сантьяго Рохасу было двенадцать, двенадцать, когда он начал понимать что то,что творит брат неправильно.
Дарио Сантьяго Рохас боялся говорить об этом вслух.
Боялся подойти к матери и рассказать, что происходит, к отцу — тем более.
Но как оказалось, чтобы заслужить внимание отца, требовался лишь пьяный Лоренцо, жаркое, отвратительное лето и не закрытая дверь в комнату Дарио в их доме, в Милане. Очередной раз, когда Лоренцо навалился сверху, их спалил отец. О чудо. Папа. К четырнадцати годам наконец обратил внимание — какое счастье. Готов сесть за стол и поставить чайник? Чтоб как дружная семья перетерли насущные проблемы, а?
У Дарио в тот день всё смазалось до чёрной точки, и снова голоса, голоса, голоса — как тогда в шесть с мамой на мероприятии. Рохас и правда не помнит, что было потом. Высказал ли отец что-то Лоренцо? Сказал ли матери? Нет, вряд ли сказал. Однако это воспоминание так плохо отложилось в голове, как и первый раз, когда он попробовал. Друзья. Пакетик за школой, и травка. Кажется, это называется способом забыться. Для сопливых подростков — способом выглядеть старше. Для Дара — и тем, и другим.
Отец, право слово, не остался в долгу — вина душила. Способы заговорить или затронуть тему заканчивались молчанием. Он просил скидку, просил молчаливого прощения, просил, чтобы всё это оказалось неправдой. Дарио ему такого не дал. Он требовал компенсации, служа напоминанием о позоре и ужасе, какой может происходить в «счастливых» семьях.
Отцу ничего не оставалось, как обеспечить компенсацию пожизненно: на оценки — никакого внимания, разгульный образ жизни — пожалуйста, и первая машинка в шестнадцать — без проблем.
А ещё была гитара. Мамино фортепиано и папино- отстань от парня, сделали своё дело — мать перестала наседать, а может, просто утонула в очередном бокале вина, и её больше ничего не интересовало. В любом случае для Дарио это стало сначала сугубо интересом, способом попробовать — если не понравится, то очередной безделушкой, закинутой в угол, — потом переросло в страсть. В необходимость играть на постоянной основе.
В шестнадцать — желание создавать что-то новое, выходя со своей музыкой на публику. Сначала желание, потом следствие, затем: «Пап, я хочу музыкальную группу». Дарио не говорил «помоги», он просто произносил «хочу». Хочу, чтоб поддержал; хочу, чтоб организовал; хочу, чтоб раскрутил, набрал людей. Так появилась HellBlazer. Отец, как умел, отмазался деньгами — нанял продюсера, арендовал студию, передал в надежные руки,которые позволят и подтолкнут к такому как - слава.
Его репутация — это смесь из истерик, зависти и грязных денег. Продюсеры знают: работать с Рохасом — значит, иметь железный запас терпения и адвоката на коротком поводке. Он может сорвать запись, потому что «настроение не то». Может не явиться на важное интервью, потому что «передумал». Но он же и приносит прибыль. Каждый его скандал — это бесплатный пиар. Каждая его выходка — это заголовок для таблоидов.
Журналисты пишут разоблачения, публикуют фотографии, где он пьяный в стельку валяется у клуба. А он в ответ постит селфи с подписью «спасибо за хайп, ребят.»
Но фанаты его любят. Когда он выходит на сцену, зал взрывается. Кричат его имя. Светят телефонами. Подпивают песни «HellBlazer». И это, по правде, доставляет удовольствие, раствориться в этом шуме, иногда приятном шуме того,что ини делают и людям нравится. Люди одобряют.
1. Игра на электрогитаре — доведена до уровня, позволяющего выступать на сцене. Любит грязный звук и импровизацию.
2. Базовое владение фортепиано — благодаря детским урокам, но ненавидит классику, использует только для написания простых аккордов.
3. Вождение — научился водить ещё в шестнадцать, однако права категории B получил в 18 лет. Хотя...что до получения прав его останавливало?
4. Свободно разговаривает как на итальянском, так и на английском языках.
5. Умение писать песни. Дарио как адреналиновый наркоман во время очередного написания текста, может пробовать разные способы, прочувствовать на собственном опыте то,о чем пишет, даже если не всегда это играет на положительную сторону.
6. Игра в покер и блэкджек — на уровне любителя.
7. Снимать стресс через саморазрушение — умеет уходить в запой или многодневную тусовку, а потом «разгружаться» за время,что требует ситуация.
8. Фотогеничность и позинг — с полуоборота принимает выигрышную позу для папарацци, не думая.
- Слабость: алкоголь и наркотики — героин , травка, коктейли, стимуляторы.
- Неумение говорить «нет» людям, которые его искренне хвалят — если кто-то восхищается его музыкой не за деньги, он теряется и может согласиться на любую глупость.
- Боязнь зеркал в темноте — иррациональный страх увидеть в отражении не себя.
- Неспособность долго планировать — живёт одним днём, любая цель дальше недели вызывает тревогу, потому что «всё равно всё разрушится».
- Боязнь оказаться смешным — может ударить за невинную шутку над своей причёской или машиной. Над деньгами — пожалуйста, над ним самим — нет.
- Слабость перед спонтанными тратами — не может пройти мимо ограниченной серии или аукциона, даже если вещь не нужна. Это как наркотик.
- Ненавидит, когда вторгаются в его личное пространство без разрешения.