«Я выбираю жить»: первое интервью Софьи Агафоновой — гимнастки, которая тихо делала невозможное

Есть спортсмены, которых зритель будто не успевает узнать — они выходят на ковёр, делают невозможное и исчезают в тишине зала. Софья — именно из таких. Её имя звучало реже, чем хотелось бы, но она всегда была рядом: в составе, в многоборье, в финалах, на сборах, в Новогорске, в гимнастике. И только сейчас, когда карьеру уже оставила позади, она впервые решилась рассказать свою историю.

В 2020 году Софья получила звание мастера спорта международного класса, а спустя три года завершила спортивную карьеру.

«Это не про медали. Это про путь. И про то, что я выбираю жить»

Первые шаги

— Кто привёл тебя в гимнастику?
«Меня привела мама в 4 года. Она сама занималась гимнастикой в детстве, и ей хотелось, чтобы я тоже попробовала. Сначала это было просто для общего развития, а потом всё постепенно закрутилось».

— Помнишь ли ты свой первый зал? Какие ощущения от него остались в памяти?
«Первый зал помню, конечно. Я хожу туда до сих пор к своему родному первому тренеру — Губаревой Елене Александровне. Теперь в моём зале висит большой баннер со мной. Когда прихожу, вспоминаю, какой путь мы прошли вместе — я, тренеры и родители. О том, как было непросто, как мы радовались и разочаровывались, но шли дальше. Теперь я сама помогаю и передаю опыт новым гимнасткам — и в своём зале, и в других по стране».

«Детство — это не возраст. Это состояние. И я его не потеряла».

— В детстве тебе было тяжело вставать на тренировки утром — или спорт сразу стал чем-то большим?
«В детстве я спокойно могла встать в любое время. Помню, что был момент, когда утром я к восьми ходила на первую тренировку, потом в садик и после обеда на вторую. Один раз из-за своей медлительности я случайно осталась с девочками на индивидуальную тренировку (основная шла с 8 до 11, а индивидуальная с 11). После неё со мной стали больше работать. Я тогда сидела, собирала вещи, меня поругали: „Бери вид и иди работай“. Наверное, я испугалась и не сказала, что моя группа до 11 часов. Так и осталась дальше заниматься».

— Ты больше любила выступать или тренироваться?
«Я больше любила тренироваться. На тренировках я чувствовала себя увереннее. А выступления долгое время давались очень тяжело. Я очень боялась выходить на ковёр, буквально был ступор. Только лет в 12 я начала справляться, а позже ещё и работа с психологом помогла. Он не научил чему-то новому, просто я вспомнила, что и так умела — быть собой на ковре».

— Было ли у тебя ощущение, что ты чем-то жертвуешь в детстве ради гимнастики?
«Никогда не считала и не считаю, что спорт отнимает детство. Всё было в радость. В ранние годы спорт научил принимать поражения: я видела, что есть дети лучше, но внутренне знала — ещё научусь выигрывать. Спорт заставляет раньше взрослеть. В моём случае это произошло, когда я попала в Новогорск. Но при этом я не перестала ощущать детство. Для меня детство — это не возраст, а состояние. Это умение радоваться простым вещам, подурачиться в кругу близких. Даже сейчас, в 20 лет, моё восприятие мира почти такое же, как тогда в 11».

— Помнишь свои самые первые соревнования?
«Самые первые соревнования я не помню. Помню первые выездные. Я упала на повороте с ногой вперёд, хотя никогда на нём не падала. На этих соревнованиях почему-то решила улыбаться и пытаться делать выразительно. После выступления тренеры сказали: так получилось, потому что на тренировке я никогда не улыбалась, а тут решила это исправить. С тех пор я всегда тренировалась и выступала с эмоциями».

Путь в сборную

— Помнишь ли ты день, когда узнала, что попала в сборную? Что почувствовала — радость, страх, ответственность?
«Да, я помню день. Это было на Первенстве России в 2017 году. Я выступила, пошла переодеваться, и в раздевалку залетела Евгения Олеговна (Канаева): „Я тебя поздравляю, ты в сборной!“. К тому моменту я уже полгода с ней тренировалась, не находясь в составе сборной. Внутренне я очень обрадовалась, хотя скорее всего это не показала. Потом со временем почувствовала ответственность».

«Я обрадовалась — но скорее всего это не показала. А потом пришла ответственность»

— Как прошла твоя первая встреча со «старшими» гимнастками сборной? Это была поддержка или скорее конкуренция?
«Я не помню явного момента встречи. Когда я только приехала — это был 2016 год, Яна и Рита готовились к Олимпиаде в Рио-де-Жанейро. Я смотрела их тренировки с детским восторгом. В сентябре впервые тренировалась с Диной и Ариной (Авериными) в одном зале: они — на одном ковре, я — на другом. Потом со всеми познакомилась постепенно. Конкуренция в спорте есть, и это здорово, но в жизни она не ощущается. Мы каждый день вместе в зале. Это и дружба, и внутренняя конкуренция с самой собой. Даже маленькая ошибка могла для меня стать позором и ударить по самооценке».

— Как изменилась твоя жизнь тогда — быт, друзья, семья?
«Жизнь кардинально поменялась: я стала самостоятельнее, ответственнее. Первый год жила где придётся (у девочек по команде, иногда даже у Евгении Олеговны Канаевой). Потом бабушка переехала со мной в Москву, взяв академический отпуск. Мы жили вместе, я училась дома, а в 13 лет уже полностью перебралась на базу в Новогорске. До ковида по выходным ездила к бабушке, после 2020 года это стало невозможным».

— Семья поддержала твой переезд в сборную?
«Семья однозначно поддержала. До того, как я попала в Новогорск, я ездила два раза на сборы в Дмитров и планировалось, что останусь там, и в дальнейшем перейду к Анне Вячеславовне (Шумиловой-Дьяченко), но судьба сложилась иначе. После сборов в июне 2016 года я приехала домой отдыхать. Маме звонит Евгения Олеговна: представилась — Евгения Канаева, и пригласила меня на просмотр в Новогорск. Этому посодействовала Петрова Ольга Владимировна, которая до 9 лет работала со мной в Шахтах (потом она переехала в Москву, предлагала поехать и мне, но родители посчитали нужным остаться дома, так как я была совсем маленькая — 9 лет, они не готовы были меня отпускать. Но со временем я всё равно приехала в Москву). Просмотр длился одну тренировку — и через две недели я уже вернулась туда на сборы. Постепенно всё закрутилось, и я осталась».

— Каково было привыкнуть к самостоятельной жизни?
«Было тяжело, я не сразу привыкла. Маленькой всегда хотелось вырваться из дома, так как до Новогорска со мной на все соревнования и сборы ездила мама. Обычно тренеры настаивают, чтобы дети ездили сами, но у меня мама была рядом всегда. Это единственный человек, который был со мной от начала до конца — и тогда, и после того, как я уже закончила. После моего переезда в Москву она никуда больше не ездила».

Закулисье сборной

— Был ли момент, когда ты впервые почувствовала себя на вершине?
«Прямо „вершины“ — нет. В 2018 году я просто поняла, что могу конкурировать с девочками по команде. Это стало точкой опоры».

— А момент, когда почувствовала, что спорт может закончиться в любой день?
«Я понимала это всегда. Травма может случиться в любой момент. Но никто не учил, что спорт могут остановить ковид, СВО, отмены стартов. К этому готовой я не была».

«Даже маленькая ошибка для меня была позором. Я сама закапывала свою самооценку»

— Были ли у тебя ритуалы, суеверия перед выходом на ковёр?
«Особых не было. Но однажды в Казахстане я забыла купальники в гостинице. Автобус остановили, пришлось возвращаться. Я подумала: „Плохая примета“. И действительно — потеряла предметы несколько раз, выступила плохо. После этого поняла: дело в самовнушении. У меня есть талисман — игрушка-кошка Муся. Бабушка подарила её мне, когда я была совсем маленькой. Я брала её почти на все поездки. Целовала и оставляла в номере, перед выходом на ковер. Она со мной до сих пор — уже 19 лет».

— Какое выступление в сборной стало для тебя самым личным?
«Первое гран-при в старом зале „Дружба“ — зрители кричали „Россия!“. Мы делали только один вид, права на ошибку не было. Было страшно, но всё шло на автомате, и я осталась довольна собой.

Запомнился клубный чемпионат мира Aeon Cup в Японии. Я была единственной юниоркой, допустила ошибки, но зал — весь розовый, зрители поддерживали даже при промахах. А на «Надеждах России» я исправила ошибки, и это стало важным опытом.

И, конечно, чемпионат России 2022 года. Я выступала и за Москву, и за Ростов. В составе команды Москвы я стала Чемпионкой России и попала в финал с лентой. Люди говорили: «Ты заслуживала быть в тройке». Это было очень ценно. Позже оказалось, что это мой последний чемпионат России.

Тренировки и соревнования

— Что оказалось самым неожиданным при переходе во взрослый спорт?
«Объём. По три старта в месяц, всегда нужно быть на максимуме. В Израиле я заболела, Ирина Александровна Винер сняла меня с этих соревнований. По приезду в Москву мы поехали с Евгенией Олеговной делать рентген, который показал, что у меня пневмония. Из-за этого я пропустила русско-китайские игры и Спартакиаду. Было очень тяжело.

А потом, через полтора месяца, был Чемпионат мира среди юниоров. По идее, я готовила скакалку, потому что весь сезон выступала именно с ней и с мячом. Конечно, были старты, где я брала ленту или булавы, но основной, коронный вид тогда была скакалка.

На контрольных выступлениях, когда перенесли чемпионат России, мы — юниорки — каждый день выходили с теми видами, с которыми весь сезон работали. У меня это были скакалка и мяч. Скакалку я из трёх выходов сделала чисто только один, а мяч — практически все три, только с одной небольшой ошибкой.

Поэтому Ирина Александровна Винер решила, что лучше мне готовить мяч. Думаю, она переживала за меня и за моё состояние после пневмонии: скакалка всё-таки более энергозатратная — и по дыханию, и по выносливости. А мяч был спокойнее. В общем, это было её решение. Но и с мячом, в итоге, я так и не выступила…

Зато я показала в Японии, на Aeon Cup, все четыре вида. Для меня это был не менее важный старт, чем юниорский чемпионат мира. Потому что там, на чемпионате, страну в личном виде представляли три гимнастки и ещё была команда в групповом. А в Японии я одна, как юниорка, представляла Россию.

И рядом со мной — Дина и Арина Аверины, первые номера сборной. Естественно, это было очень ответственно и очень почётно.

А дальше были «Надежды России», где я вошла в тройку сильнейших и заняла второе место».

— Какой старт вспоминаешь с теплотой?
«Чемпионат мира в Баку. Я смотрела на наших девочек и понимала — вот он, большой спорт».

— Самый тяжёлый момент?
«Травма. У меня был перелом. Сначала терпела, потом уже не стала. Врачи говорили про операцию. Тогда впервые почувствовала отчаяние и страх не вернуться».

— Какие старты были самыми эмоционально разными?
«Самый сложный — чемпионат России, с его напряжением и многоборьем. Любимым был день финалов: там я могла спокойно выступать. А любимым стартом в России было Гран-При — настоящий праздник и начало сезона».

Психология: «Иногда тяжело не телу, а голове»

— Многие гимнастки говорят, что психологическая нагрузка — самая тяжёлая.

«Это правда. В спорте тебя постоянно сравнивают: места, оценки, ожидания тренеров, страны. Даже если ты сделал максимум, этого может оказаться мало. Это очень тяжело принять.

Меня спасала любовь к процессу. Даже если результат не тот, я знала: каждый день расту. И ещё вера — без неё я бы не справилась».

— Как ты считаешь, нужен ли психолог в штабе? Почему?

«Обязательно. Особенно в видах, где работают с детьми. Не каждый ребёнок может открыться тренеру. А тренер — он тоже человек, у него свои страхи и эмоции. Конечно, он может поддержать, но иногда этого недостаточно. У нас с Евгенией Олеговной была близкая связь, но всё равно был момент, когда мы обратились за помощью. Это нормально».

Завершение карьеры

— Всё шло к завершению, у тебя случилась травма. Как это было?
«В июле 2022 года мне сделали неправильный снимок: рентген не той части стопы. МРТ тогда не назначили. Евгения Олеговна отпустила домой — было лето, стартов не было. Потом сборы в Сочи, я лечилась, входила в форму. Но к Спартакиаде боль усилилась. МРТ показало перелом, который плохо срастался. Восстановление заняло три месяца вместо одного. В какой-то момент обсуждали операцию, но обошлось плазмой. Левая нога — толчковая, и это было особенно тяжело. Именно тогда начали приходить мысли, что, наверное, пора заканчивать».

«Это было тяжёлое, но честное признание»

— Как выглядел тот самый разговор с Евгенией Канаевой, когда ты решила заканчивать?
«У нас был с Евгенией Олеговной разговор, после которого я решила заканчивать. Мне не хватило времени восстановиться, а я не представляла, что могу пропустить чемпионат России. Но на мое завершение повлияла не только травма, но и ситуация в мире: отсутствие международных соревнований, которых очень ждала. Разговор дался тяжело, я всегда с трудом говорила о том, что на душе. Но это было честное признание. Я никого не виню — наоборот, благодарна, что помогли пройти этот период. Я восстановилась, но не успела набрать форму. А выходить не готовой мне всегда было страшно. Поэтому я сделала выбор».

У каждой истории есть начало, рано или поздно которой приходит конец. Моя история подошла к концу, это только мое желание и решение 🙏 Я хочу сказать каждому человеку который прошел со мной этот путь огромное спасибо! Художественная гимнастика это моя жизнь, которая останется со мной💜

— В 2024 году ты снова вышла на ковёр. Как это случилось?
«В 2024 году, уже после завершения карьеры, я вышла на этап Кубка Сильнейших. Но не от сборной, а в студенческих соревнованиях за ЮФУ. Я выступала за Академию Физической Культуры и Спорта, представляя свой университет. Мы поехали с деканом Татьяной Анатольевной Степановой, моим первым тренером — она приехала меня поддержать. За 10 дней я подготовила четыре вида. Показала новую ленту, которую хотела ещё в 2023-м, но не получилось. Показала новый мяч. Ленту мы делали с Евгенией Олеговной, мяч — сама. Благодаря этим студенческим соревнованиям я смогла всё-таки показать то, что хотела. И это дало удовлетворение — как будто закрыла внутреннюю потребность».

Отрывок из интервью Софьи после выступления, 2024 год

Это интересный опыт, такое возвращение назад в прошлое, хотя оно было не так давно, прошло 2 года с моего последнего выступления, практически 2 года я не тренировалась и была супер короткая подготовка в 10 дней, но мне стало интересно, реально ли это и я решила попробовать. Сейчас развивается студенческий спорт и мне предложили от университета выступить, сначала мне предложили поехать в роли тренера, а потом предложили выступить, я подумала 2 дня и согласилась

— Какие моменты в спорте для тебя были самыми запоминающимися, и чему они тебя научили?

«Спорт научил меня бороться самой за себя. Мне как-то сказала Ирина Александровна фразу, которая прямо запомнилась: „Бог помогает сильным, и тебя никто не уберет, кроме тебя самой“. Для меня это было про внутреннюю силу и про то, что иногда нужно отстаивать себя, даже если это сложно.

В 13 лет, когда я столкнулась с определёнными трудностями, мне было действительно непросто. Состояние было не лучшим — физическая форма оставляла желать лучшего, возможно, это было связано с перенесённой пневмонией или эмоциональным состоянием. В день, когда меня сняли с соревнований, мне было плохо. И, наверное, я не до конца смогла перетерпеть и отстоять себя. Сейчас я понимаю: это был мой урок на всю жизнь.

Самая запоминающаяся фраза от Евгении Олеговны тоже осталась со мной: „Всё от головы“. Действительно, многое зависит от самовнушения, от того, как ты настраиваешь себя, и это работает».

Жизнь после: «Теперь я учусь быть просто девушкой»

— Можно сказать, что после спорта ты впервые почувствовала себя «обычной» девушкой?

«Да. У меня даже гардероб изменился. Раньше только спортивные костюмы, теперь я создаю свой стиль. Переехала, купила квартиру и делаю в ней ремонт, учусь, получаю права, пробую новое. Каждый шаг — маленькая победа».

— Какие качества спорта помогают, а какие мешают?

«Самокритичность. В работе — плюс, в отношениях — минус: ждёшь от других такой же отдачи, а это неправильно. Люди разные. После спорта я стала мягче, теплее к близким. Наверное, именно этой мягкости раньше не хватало».

— Если бы к тебе подошла 15-летняя гимнастка и сказала: «Мне страшно, что будет после спорта» — что бы ты ей ответила?

«Не бойся. После спорта жизнь не заканчивается. Она прекрасна и полна возможностей. Ты справишься с любым вызовом. Главное — верь в себя».

— Чем ты хочешь заниматься дальше?
«Я хочу передавать опыт и работать с детьми. Я знаю, как важно, когда рядом есть тот, кто понимает. И хочу жить обычной жизнью: путешествовать, быть рядом с семьёй и друзьями. Сейчас я интересуюсь в новой для себя сферы бизнеса и маркетплейсов».

Итог

История Софьи — это не про громкие заголовки. Она про то, как ребёнок и его семья делают выбор, который меняет всё. Про бабушку, оставившую работу ради внучки. Про маму, которая всегда была рядом. Про звонок, который изменил судьбу. Про радость первых гран-при и тяжесть стресс-перелома. Про разговор, где честность оказалась важнее страха. И про то, что даже после завершения карьеры можно вернуться на ковёр — не ради медалей, а ради себя.

Софья сказала это просто:
«Спорт научил меня бороться саму за себя. Я выбираю жить. Это мой новый старт».