Элементы власти: Глубокий анализ глобальной борьбы за критические минералы и будущее энергетики - Николас Ниархос
Современный мир невозможен без литий-ионных аккумуляторов. С момента их коммерциализации в 1991 году они обеспечили связь и мобильность всему человечеству: от iPhone 16 до электромобилей Tesla и BYD. Однако человечество заключило «мефистофелевскую сделку» с батареями. В погоне за «чистой энергией» у себя дома, политики и корпорации закрывают глаза на загрязнение и страдания в тех частях света, где добываются сырьевые материалы: литий, кобальт, никель, графит и фосфаты.
К 2024 году Китай установил контроль над 70–90% производства литий-ионных аккумуляторов, выиграв в стратегическом инвестировании у США и Европы. Батарейная революция создала невероятные состояния для таких людей, как Илон Маск, но на другом конце цепочки люди трудятся в нищенских условиях, в рабстве и под угрозой смерти. Новая форма власти теперь измеряется не только в долларах, но и в вольтах и стратегическом влиянии.
В марте 2025 года президент Конго Феликс Антуан Чисекеди Чиломбо появился в эфире Fox News, предлагая новой администрации Трампа доступ к недрам своей страны в обмен на военную помощь в борьбе с повстанцами, поддерживаемыми Руандой. Эта транзакционная внешняя политика подчеркивает, что Конго — это «Саудовская Аравия кобальта», критически важная для зеленого перехода.
Часть 1: Основы
Глава 1. Изгиб Луфилианской дуги
История начинается в Колвези, на юге Демократической Республики Конго (ДРК). Здесь живет Одилон Кажумба Киланга, так называемый creuseur (старатель), который вручную добывает медь и кобальт в самодельных ямах. Город Колвези буквально стоит на металле: после дождя лужи переливаются зеленым цветом из-за окисленной меди. Кажумба описывает свою работу как ночной кошмар — он видел, как шахты обрушиваются, погребая его друзей заживо.
Добыча кобальта и меди сопряжена с катастрофическими последствиями для здоровья: дети рождаются с пороками развития, порожденными воздействием токсичной пыли и радиации. Исследования показывают, что концентрация металлов у беременных женщин в этом регионе — самая высокая в мире.
Глава 2. Великая скала, покрывающая земли
Конголезская провинция Катанга богата ресурсами из-за геологической случайности — столкновения континентов 300 миллионов лет назад, создавшего «Луфилианскую дугу». Еще в XV веке местные короли выплавляли медные кресты, служившие валютой.
В 1880-х годах бельгийский король Леопольд II аннексировал бассейн реки Конго, создав Свободное государство Конго. Его правление стало «самой подлой погоней за добычей», унесшей жизни до 13 миллионов человек ради каучука и слоновой кости. Геолог Жюль Корне в 1894 году назвал Катангу «геологическим скандалом» из-за её невероятных минеральных богатств. Бельгийцы построили здесь систему эксплуатации, которая практически не изменилась и в XXI веке, разве что на смену колонизаторам пришли коррумпированные политики и иностранные корпорации.
Глава 3. Истоки батареи
В 1968 году молодой британский химик Стэнли Уиттингем переезжает в США в поисках солнца и работы в Стэнфорде. Его исследования транспорта ионов финансировались ВВС США, что отражало важность технологий накопления энергии для космической гонки и холодной войны. Позже он возглавил лабораторию в Exxon, которая в 1970-х годах инвестировала миллионы долларов в поиск альтернатив нефти.
Главы 4–6. Земля трех королей и зуб премьер-министра
Одилон Кажумба принадлежит к народу хемба, чьи предки были воинами. Его двоюродный дед, Джозеф Куфи Киланга, был министром при диктаторе Мобуту.
Политическая история независимого Конго началась с трагедии. Первый премьер-министр Патрис Лумумба, стремившийся к единству страны, был убит в 1961 году при подстрекательстве ЦРУ и Бельгии. Его тело растворили в кислоте, оставив лишь один золотой зуб — трофей, который вернули в Конго только через 60 лет. После Лумумбы власть захватил Мобуту Сесе Секо, который установил клептократический режим, сделав государственную горнодобывающую компанию Gécamines своей «дойной коровой».
Главы 7–9. Свобода в пустоши и шпион в рясе
В 1960-х в США зарождается экологическое движение против открытых горных выработок в Аппалачах. Ричард Никсон, под давлением общественности, создает Агентство по охране окружающей среды (EPA) и подписывает Закон о чистом воздухе.
В это же время предприниматель Роберт Аронсон пытается создать массовый электромобиль на свинцово-кислотных батареях с добавлением кобальта. В 1973 году Уиттингем подает патент на первую литий-ионную батарею на основе сульфида титана, работающую по принципу «интеркаляции» — обратимой вставки ионов в кристаллическую решетку.
Однако холодная война диктовала свои условия. В Анголе шла война за контроль над Бенгельской железной дорогой — главным путем вывоза конголезской меди и кобальта. В 1978 году вторжение в Колвези привело к резкому скачку цен на кобальт (на 500%), так как СССР тайно скупал металл в ожидании дефицита. Кобальт официально стал критическим металлом.
Часть 2: Торговля и война
Главы 10–11. Тушение пожаров и кобальтовый катод
Литий-ионные батареи Уиттингема были нестабильны и часто самовоспламенялись. Exxon в итоге свернула проект, решив сосредоточиться на нефти. Эстафету принял Джон Гуденаф в Оксфорде. Он обнаружил, что использование оксидов металлов (особенно кобальта) в качестве катода позволяет создавать батареи с напряжением 4 вольта — в полтора раза мощнее аналогов.
Затем Акира Ёсино в японской корпорации Asahi Kasei доработал технологию, использовав кобальтит лития и углеродный анод, что сделало батарею безопасной для коммерческого использования. Это стало началом эпохи портативной электроники, символом которой стал Sony Walkman.
Главы 12–15. Болезнь дойной коровы и закат «Больших Овощей»
В 1980-х годах режим Мобуту окончательно прогнил. Приближенные диктатора, прозванные «Большими Овощами», сказочно богатели, в то время как инфраструктура Gécamines разваливалась. В 1990-х годах, после распада СССР, Запад перестал поддерживать Мобуту, и в стране вспыхнули этнические чистки против народа луба-касаи в Катанге.
В 1991 году Sony представила первую коммерческую литий-ионную батарею. К середине 90-х японские компании контролировали 90% рынка батарей, но вскоре их начал теснить Китай. В 1997 году Мобуту бежал, и к власти пришел Лоран-Дезире Кабила, лидер повстанцев, обученный в Китае. В отеле Karavia в Лубумбаши началась грандиозная «распродажа» конголезских активов: западные инвесторы спешили заключить сделки с повстанцами еще до падения режима.
Глава 16. Построение мечты: Восхождение BYD
Пока японские гиганты почивали на лаврах, в Шэньчжэне рождалась новая сила. Ван Чуаньфу, выходец из бедной крестьянской семьи в провинции Аньхой, основал компанию BYD (Build Your Dreams) в 1995 году. Его детство было пропитано нищетой: отец-плотник умер, когда Вану было 13, а мать — через два года, из-за чего одну из его сестер даже пришлось отдать на удочерение. Обладая блестящим умом и феноменальным трудолюбием, Ван стал профессором химии и понял, что импорт японских батарей обходится Китаю слишком дорого.
Ван применил стратегию «человеческого моря»: вместо дорогих автоматизированных линий он нанял тысячи рабочих, которые собирали батареи вручную, разбивая процесс на простейшие операции. Это позволило сделать продукцию на 40% дешевле японских аналогов. К началу 2000-х BYD уже поставляла аккумуляторы для Motorola и Nokia, а Ван начал мечтать о «зеленом автомобиле», понимая, что контроль над ресурсами станет ключом к мировому господству.
Главы 17–19. Распродажа в «Каравии» и кошмар Гертлера
В Конго 1990-х крушение режима Мобуту превратило страну в поле битвы для инвесторов-стервятников. В 1997 году повстанцы Лорана-Дезире Кабилы захватили Лубумбаши, и в отеле Karavia началась грандиозная распродажа медных и кобальтовых активов в обмен на наличность для ведения войны. Здесь взошла звезда Огюстена Катумбы Мванке, скромного бухгалтера HSBC, который стал доверенным лицом режима и «серым кардиналом» конголезских финансов.
В это же время в Киншасу прибыл 24-летний израильский предприниматель Дэн Гертлер, внук «алмазного короля» Моше Шнитцера. Он быстро сблизился с сыном президента, Джозефом Кабилой, и за 20 миллионов долларов наличными получил монополию на экспорт конголезских алмазов. Когда Лоран-Дезире был убит собственным телохранителем в 2001 году, Джозеф возглавил страну, а Гертлер стал его «братом», расширив свои интересы с алмазов на кобальт и медь, создав сложную сеть оффшорных компаний, через которые утекали богатства страны.
Часть 3: Батарейный бум
Глава 20. Гигафабрика и её цена
В марте 2024 года инвесторы посетили Gigafactory Tesla под Берлином — символ новой эры. Фабрика была построена с невероятной скоростью, но её экологический след вызвал протесты местных жителей. Илон Маск провозгласил миссию «ускорить переход мира к устойчивой энергии», но критики указывают на «неоколониальные цепочки поставок», на которых держится эта империя. Внутри завода царит атмосфера «ночного клуба для демонов»: грохот машин, роботы «Кинг-Конг» и «Годзилла» и рабочие, собирающие Model Y каждые 45 секунд.
Главы 21–24. «Малыш» Амзе и приход Glencore
В середине 2000-х литий-ионные батареи стали «солдатами цифровой революции». В Конго появился новый тип игрока — Алекс Хайссам Амзе, известный как «Ле Пети» (Малыш), сын инструктора по боевым искусствам из Ливана. Он оказался гением логистики и взял под контроль рудник Мутанда, превратив его в одно из богатейших производств кобальта в мире.
Позже швейцарский трейдинговый гигант Glencore под руководством Ивана Глазенберга выкупил активы Амзе и Гертлера за миллиарды долларов. Glencore стремился к господству на рынке меди, считая кобальт лишь побочным продуктом, но в итоге стал крупнейшим производителем этого «критического металла», попутно оказавшись втянутым в коррупционные скандалы и выплатив более 1,5 миллиарда долларов штрафов в разных странах.
Главы 25–26. Новый катод и никель из лесов Индонезии
Технологии не стояли на месте. Ученые Аргоннской национальной лаборатории разработали NMC-батареи (никель-марганец-кобальт), которые позволили электромобилям ездить дальше и быстрее. Это сместило фокус на Индонезию, ставшую «никелевым центром» мира. В городке Баходопи на острове Сулавеси возник гигантский промышленный парк IMIP, финансируемый Китаем. Фермеры, такие как Садип, потеряли свои рисовые поля из-за загрязнения воды и строительства угольных электростанций, которые питают производство «чистых» батарей.
Главы 27–29. «Сделка века»
К 2009 году Китай стал крупнейшим авторынком мира. Министр науки Вань Ган, фанат Tesla, убедил правительство залить отрасль электромобилей субсидиями. В то же время в Конго была заключена «сделка века»: Пекин выделил 6 миллиардов долларов на инфраструктуру в обмен на миллионы тонн меди и кобальта через совместное предприятие Sicomines. Западные дипломаты были в ярости, но Китай «взял мяч и побежал», пока США игнорировали Африку.
Часть 4: Консолидация
Главы 30–33. Дети в шахтах и Касуло
Реальность на нижнем уровне цепочки поставок остается трагичной. На руднике Килимабунга 13-летний Андре, прозванный «Боссом боссов», покупает руду у других детей, чтобы помочь семье выжить. В 2014 году в жилом квартале Касуло (Колвези) один из жителей, копая яму для туалета, наткнулся на чистейший кобальт. Началась «кобальтовая лихорадка»: люди рыли туннели прямо под своими кроватями и церквями. Сотни туннелей превратили район в решето, что привело к многочисленным обрушениям и смертям. В итоге губернатор Ричард Муйеж передал права на Касуло китайской компании Huayou Cobalt, выселив жителей в полуразрушенные дома без воды и света.
Главы 34–35. «Стив Джобс металлов» и грязный никель
Китайский магнат Сян Гуанда, глава Tsingshan, известный как «Большой выстрел», стал ключевой фигурой в Индонезии. Его заводы на острове Оби превратили прибрежные воды в «красное море» из-за токсичных отходов, лишив местных рыбаков, таких как Худин, средств к существованию. Сян проповедует философию тяжелого труда, призывая иностранцев понять, что Китай лишь наверстывает упущенное за 400 лет западного доминирования.
Ниже представлена заключительная (третья) часть подробнейшего саммари книги Николаса Ниархоса «Элементы власти: История войны, технологий и самой грязной цепочки поставок на Земле». Этот раздел охватывает завершение Части 4, всю Часть 5 и Послесловие, фокусируясь на консолидации китайского доминирования, попытках Запада ответить на этот вызов и личной трагедии автора.
Глава 36. Молодой континент
Питер Чжоу, выходец из промышленной провинции Шаньси, в 2012 году перешел в отдел слияний и поглощений банка BMO в Пекине, став свидетелем «второй волны» китайских инвестиций, когда компании стали действовать более изощренно. Китайские компании, такие как MMG, начали скупать активы, оставленные западными фирмами, например, рудник Кинсевере. Чжоу был поражен молодостью населения Конго и тем, что китайские компании строят там школы, фактически заменяя отсутствующее государство. Для многих китайцев условия в Конго не казались шокирующими, так как они напоминали внутренние районы Китая середины XX века, где в провинции Шаньси рабский труд на кирпичных заводах был реальностью еще в 2000-х годах.
Глава 37. Токийский дрифт
В 2012 году компания Sony, создавшая первую коммерческую литий-ионную батарею, объявила о переносе своего аккумуляторного производства из Японии в Китай. Япония проиграла ценовую войну из-за дорогой иены и нежелания корпораций рисковать. Позже Sony продала все подразделение компании Murata, окончательно выйдя из игры. Китай же, в лице CATL, совершил рывок, представив в 2023 году батареи с плотностью энергии 500 Вт·ч/кг, что оставило японских инженеров далеко позади.
Глава 38. «Нет смелости — нет славы»
Рудник Тенке-Фунгуруме (TFM) в Конго обладает аномально богатыми залежами меди и кобальта. В 1990-х шведский авантюрист Адольф Лундин получил права на него, лично встретившись с Мобуту, а затем перекупив лояльность повстанцев Кабилы. Позже контроль перешел к американской Freeport-McMoRan, которая управляла рудником в стиле «ковбойского капитализма». Однако из-за долгов от неудачных нефтяных проектов в Луизиане Freeport была вынуждена продать TFM китайской компании China Molybdenum (CMOC) в 2016 году за 2,65 миллиарда долларов.
Главы 39–40. Связывание поставок и «зеленые очки»
Glencore под руководством Ивана Глазенберга стала крупнейшим производителем кобальта в мире, управляя рудником KCC в Колвези. Санкции США против Дэна Гертлера в 2017 году создали юридический хаос: Glencore был вынужден платить ему роялти в евро, чтобы не потерять активы в Конго. Китайские банки обеспечили China Moly дешевыми кредитами для выкупа долей у западных партнеров, таких как Lundin. В этих сделках участвовала фирма BHR, соучредителем которой был Хантер Байден, что позже стало предметом политических скандалов в США.
Глава 41. Захват пространства
China Moly фактически приватизировала участок государственной трассы в Конго, установив там собственные блокпосты для контроля за вывозом минералов. В 2019 году правительство Конго направило армию под командованием генерала Джона Нумби для зачистки концессии TFM от десяти тысяч старателей. Солдаты сжигали целые поселения, такие как Кафвая, не щадя детей, чтобы защитить интересы инвесторов. При этом китайские компании зачастую крали руду друг у друга через подставных посредников.
Глава 42. Бог улыбается Конго
В 2022 году советник Байдена Амос Хохштейн прибыл в Киншасу, пытаясь убедить власти ДРК, что кобальт — это «новая нефть» и США должны стать их главным партнером. США продвигают проект «Коридор Лобито» — восстановление железной дороги через Анголу, чтобы вывозить руду в обход китайских путей. Однако ирония в том, что саму дорогу уже восстановил Китай за 1,8 миллиарда долларов. С приходом администрации Трампа в 2025 году политика стала еще более транзакционной: Конго предложили военную помощь в обмен на минералы.
Главы 43–44. «Специя жизни» и секс-символ лития
Будущее за LFP-батареями (литий-железо-фосфат), которые не требуют кобальта и никеля. Это делает критически важным фосфат, 70% мировых запасов которого находятся в Марокко и на оккупированной им территории Западной Сахары. Активистка Аминату Хайдар годами борется против эксплуатации недр Сахары марокканцами, проходя через пытки и исчезновения. Трамп признал суверенитет Марокко над этими землями в обмен на нормализацию отношений Марокко с Израилем, фактически благословив добычу «кровавых фосфатов» для нужд зеленой энергии.
Главы 45–46. Новая энергия и Красные моря
Китайские гиганты, такие как BYD, перешли на производство батарей Blade, которые дешевле и безопаснее. В то же время американские стартапы, такие как ONE Муджиба Иджаза, пытаются создать аккумуляторы с запасом хода в 1000 км, чтобы побороть «страх разрядки». Однако в погоне за никелем на острове Оби в Индонезии китайские заводы превратили море в красную жижу. Профессор Мухаммад Арис обнаружил, что тяжелые металлы вызывают некроз тканей у морских обитателей, но компания Harita пыталась заставить его подделать данные.
Глава 47. Погребенные заживо
История Нитунги Илунги, который погиб при обвале шахты в марте 2019 года на территории концессии Glencore. Его жена Франсуаза теперь продает маниок у тех самых шахт, где погиб её муж, чтобы прокормить семерых детей. Число жертв таких обвалов официально занижается в десятки раз, чтобы не пугать инвесторов на международных биржах.
Глава 48. Задержан
В июле 2022 года сам автор, Николас Ниархос, был арестован секретной полицией Конго (ANR) при попытке взять интервью у повстанческого лидера Гедеона. Его держали шесть дней в камере без окон, допрашивали, обвиняли в шпионаже и заставили подписать отказ от возвращения в страну. Полицейские удалили все его полевые записи и черновики этой книги с его ноутбука и телефонов. Это был наглядный пример того, как «государство в государстве» охраняет доступ к минеральным богатствам.
Главы 49–50. Африканский электромобиль и Дядя Банкер
Уганда пытается создать свой бренд электробусов Kiira Motors, но даже они вынуждены закупать батареи у китайской CATL. В США компания Bunker Hill пытается возродить добычу свинца и цинка в Айдахо, надеясь доказать, что добыча в развитых странах может быть экологически чистой. Параллельно развивается индустрия переработки, такая как Redwood Materials, но она способна покрыть лишь 5% спроса.
Послесловие: Сны о власти
Автор проводит параллель между современными магнатами и бельгийцем Альбертом Тисом, который в конце XIX века строил железную дорогу в Конго ценой тысяч жизней. Тогда это был каучук для шин, сегодня — кобальт для батарей. Литий-ионная батарея стала инструментом глобализации, позволяющим перемещать власть из бедных регионов в руки богатых. В Колвези на кладбище Мвангеджи находится безымянная братская могила тридцати старателей, погибших в один день. Эта красная трава над их телами — истинный символ цены, которую человечество платит за «чистое» технологическое будущее.
Summarizator — это Telegram-канал, где мы собираем саммари самых актуальных и захватывающих книг об ИИ, технологиях, саморазвитии и культовой фантастике. Мы экономим ваше время, помогая быстро погружаться в новые идеи и находить инсайты, которые могут изменить ваш взгляд на мир. 📢 Присоединяйтесь: https://t.me/summarizator