Интервью с Надей Климовой, которая когда-то писала мерзкие тексты, а теперь UX-редактор в корпорации
Интервью расшифровывали и оформляли нейросети. Из-за этого могут быть оплошности и неточности.
— Давай начнём с тебя. Кто ты, чем занимаешься, чем знаменита? Расскажи вкратце.
— В первую очередь я здесь как редактор, даже как UX-редактор, и выступаю не от лица своей корпорации, а как Наденька Климова. Компания у нас большая-большая, но о ней мы не говорим, называем просто «какая-то компания». За свою жизнь успела кем только не поработать. Начинала в общепите, развивалась там, достигла приятных для себя результатов. Хотела быть обжарщицей кофе в Питере, но в итоге устала от общепита и ушла в тексты. Сначала копирайтером, потом поняла, что это не моё, и пошла рассказывать другим, почему их тексты не очень. Так и стала редактором.
— Все редакторы так и приходят. Ты говорила, что я коротко описал твой путь. Что упустил?
— Я поработала в общепите около 8 лет. Из них 4 года — в кофейне с specialty-кофе. Потом, когда ушла в тексты, были биржи, неприятные агентства с копеечными заказами. Писала ужасные тексты, просто тексты ради текстов. Если бы сейчас автор принёс мне такие, я бы с ним не работала. Потом устроилась в другое агентство, где писали посты и всё подряд, без контекста. Но зато разобралась в куче тем. Потом попала в агентство, где тексты были уже серьёзнее. Там и стала редактором. Потом не по своей инициативе ушла во фриланс, и с фриланса попала в «Сделаем».
— Я думал, у тебя путь проще: кофейня, фриланс и сразу «Сделаем».
— Нет, вообще не так. Там два с половиной года точно прошло.
— Как так получилось: общепит, потом копирайтинг?
— Это были ковидные времена. В общепите стало тяжело, поняла, что устала от работы с людьми лицом к лицу. Надо было думать, кем хочу быть, когда вырасту. Вспомнила, что умею писать. Пошла читать, как на этом зарабатывают. Почитала Ильяхову, прошла бесплатные курсы — копирайтинг с нуля, Нетология. Собрала базу. Первое платное обучение было на «Качалке». Там мы познакомились с Ромой, и я у него попросила работу. Он дал.
— Про деньги можем говорить?
— Да.
— На старте, на биржах — сколько это было? И какой год?
— Это был 2020-й. Писала на ETXT, брала заказы за 10 рублей за тысячу знаков. Потом мне предложили 15 рублей — это казалось круто. Помню, писала огромную медицинскую статью за 400 рублей.
— По тем временам 400 рублей — это уже что-то.
— Ну да. Посты стоили 150–200 рублей. Было страшно поднять цену до 400, я паниковала. И мы перестали с тем агентством работать — оказалось дорого.
— Тебе сейчас 26, значит в 2020-м было 21. Как жила на эти деньги?
— Работала. 9–10 месяцев без выходных. График 2/2 в кофейне, а на сменах писала тексты. Первые месяцы — полторы тысячи, потом пять, потом до 15. В 2021-м зарплата в агентстве была 35 тысяч, уже на полной занятости.
— На 35 тысяч только там работала?
— Да. Были премии по 5 тысяч квартально. Потом научилась закрывать задачи за 2 часа и остальное время отдыхала или брала разовые фриланс-заказы. На 35 тысяч можно было жить в Питере.
— Типа студия, одна?
— Нет, не одна переезжала. Хватало на быт, собаку, кота, еду...
— Есть мемы: кто-то зарабатывает 50 тысяч, но в Турции пятую квартиру купил.
— У меня такого не было, но и нищенства не было. Хватало на всё, даже на врачей и зубы.
— Сейчас у тебя 180–250 тысяч. За 5 лет от 35 до этой суммы. Чувствуешь себя зажиточной?
— Нет.
— Почему?
— Появились новые обязательные траты — больше, чем раньше была зарплата. Сейчас на обязательное уходит около 100 тысяч. Раньше бы подумала, что зажралась, а теперь это базовая потребность. Чем больше зарабатываешь, тем больше трат.
— Например?
— Еда и развлечения. Не хочу готовить — закажу доставку. Тренировки стоили минимум 10 тысяч. Животные — грумер, корм, прививки. Раньше искала подешевле, сейчас ориентируюсь на качество. Бьюти-процедуры дороже. Клининг — тоже обязательный.
— Живёшь кайфово?
— Вообще восхитительно.
— Не бывает ощущения, что 250 — это уже мало, хочется 500?
— Постоянно. Это начинается от 100. Когда зарабатываешь 30, мечтаешь о 50. Зарабатываешь 50 — хочешь 100. Перевалил за сотню — понимаешь, что это мало, особенно в мегаполисе. В Питере 100 — даже не медиана.
— У тебя есть какая-то своя система рекордов?
— Да. Когда вышла на 110, была очень довольна собой. Потом побила и этот рекорд.
— Ты считаешь, статистику ведёшь?
— Скорее по ощущениям. С самого начала у меня всегда было несколько источников дохода. Основная работа и что-то ещё. В конце месяца захожу в банк, смотрю — и можно понять, сколько вышло.
— У всех гигачадов всегда несколько источников дохода. Работают тут, там и ещё где-то. Знаешь кого-то, кто получает 300 в одной компании?
— Знаю человека с зарплатой 2 миллиона в месяц.
— Что он делает?
— Не в текстах точно.
— А в текстах?
— Мне называли вилку до 210 тысяч. У бывшей коллеги оффер был выше 200.
— Но большинство совмещает.
— Да. У меня это ещё и личная необходимость. Год назад пришлось закрывать обязательные хотелки одной зарплатой. Раньше это были две зарплаты. Либо урезать, либо зарабатывать больше. Нашла проект, работаю с ним до сих пор. Сначала брала немного задач, потом больше. Раньше был доход с блога, тысяч 15 в месяц.
— Сейчас блог что-то приносит?
— Почти нет. Может, 2 тысячи в месяц. Иногда реклама, консультации, разовые заказы. Или кто-то благодарит за помощь. Например, помогала проектировать кофейню, получила за это деньги.
— Как это?
— Подписчик попросил помочь с проектом. Нужно было расставить всё в баре для удобства работы бариста. Типа UX в оффлайне. Это было классно.
— Прикольно. Никогда такого не было. Я всё тексты, видосы... Почему вообще ты решила рассказывать про деньги? У тебя ведь раньше было табу.
— Оно и сейчас есть. Я не обсуждаю деньги с кем попало. Никому в карман не лезу и не люблю, когда лезут ко мне. Но тут цель в этом, поэтому странно было бы отказываться.
— Почему тебе интересно об этом говорить?
— Мне нравится идея канала. Это интересно другим людям — как всё бывает. Траты — это часть дохода. На 100 тысяч люди живут по-разному. Кто-то еле сводит концы с концами, кто-то кайфует.
— Тема денег у тебя часто всплывает в терапии?
— Очень часто. Это триггер для меня. Обсуждаем с психологом, стало проще говорить про деньги с партнёром. Раньше тяжело было говорить о бюджете, тратах, планировании. Сейчас проще. С детства это была табуированная тема: у всех всё плохо, денег нет.
— Пожаловаться можно всегда. А вот про доходы — нет.
— Да. Когда начала зарабатывать больше 40, просто перестала обсуждать это. Чтобы никто не просил занять, не анализировал мои траты. В окружении тогда много было людей, кто мог воспользоваться.
— Про деньги, я думаю, мы ещё поговорим. А теперь хочу тебя помучить про агентство «Сделаем». Это ведь веха в твоей карьере, чекпоинт такой?
— Ну да.
— Как ты туда попала, ты рассказывала: через курс. А что делает редактор в агентстве?
— В то время редактор вёл очень много разных задач одновременно. Сейчас у них всё по-другому, есть отдельные проект-менеджеры. Тогда всё было в одном человеке. Я вела до 6–7 проектов одновременно, и все были разные: где-то рассылки, где-то лендинги, где-то статьи. У всех разный tone of voice, клиенты разные, и с ними ты общаешься напрямую. Как проект-менеджер следишь, чтобы клиент платил вовремя, чтобы у него всё было хорошо. Следишь за авторами, принимаешь работу, редачишь. Это была высокая нагрузка, настолько, что других работ я не тянула физически. Постоянно была ментально нагружена: в выходные, вечерами, в праздники — неважно когда. Всё время думала, не забыла ли что-то. Но зато работала со всем: и по хардам, и в коммуникации. Училась взаимодействовать с разными заказчиками, у каждого свой подход.
— Было такое, что заказчик — ну прям редиска? Моргни, если да.
— Нет, таких не было. Мне такие не попадались. Да и Наташа таких отсеивает.
— А вдруг не увидела?
— Были, которые посложнее, но не прям ужас.
— Я тоже работал с «Сделаем» в 2019-м, и заказчиков-редисок не было, но помню это ощущение: ты отвечаешь за чужие деньги. Это тяготило. Приходит клиент, платит деньги, а я должен сделать классно. А если клиент хочет какую-то ерунду? Было такое: «давайте статью на VC», я спрашиваю, о чём? «Ни о чём, просто напишем». Я не могу его слить, не могу облажаться. Иду, пишу. У тебя так же было?
— Это вообще работа в любом digital-агентстве. У меня не было негатива к этому. Просто такая работа. Да, ты отвечаешь за чужие деньги, ведёшь проект, заботишься о клиенте и ещё редачишь. Нет разделения ответственности — ты за всё.
— Ты вела 7 проектов, когда не было менеджеров? Я думал, максимум 4. Я писал, что редакторы ведут 3–4 проекта.
— Некоторые из проектов были медленные или с редкими задачами. Возможно, поэтому их было 7.
— Ну не знаю. Это просто безумно клёвый опыт.
— Да, как опыт — круто. Но меня такая работа довела до первого депрессивного эпизода.
— Не очень понравилось?
— Чуть-чуть не очень. Это сложно, нагружено, много ответственности. Но когда уходишь, выходишь прокачанным спецом.
— Обычно так и говорят: идёшь в агентство на пару лет, чтобы потом перейти в более спокойное.
— Я работала меньше года. Замечать, что мне плохо, начала месяца через 4–5. Перестало хватать на проекты, блог, хобби, дом.
— Зарплата? Один редактор писал — 80 тысяч. У тебя сколько было?
— Меньше. Около 70. Это был 2023 год.
— Наверное, потом индексировали.
— Да, пока я работала, появилась система грейдов. За две недели до увольнения получила новый грейд.
— Что бы ты посоветовала копирайтеру, который думает: идти в агентство или нет?
— Всё зависит от человека. Депрессия — не обязательно. Но если нужно быстро прокачаться во всём — это отличный путь. Такого опыта я бы набиралась несколько лет. А тут — сразу, много, быстро. Если есть силы и психика выдержит — можно идти. Если заботишься о себе — лучше подумать.
— Вот у тебя было 6–7 проектов, ты и менеджер, и редактор. А есть Дина, у неё 200–300 тысяч доход, и она автор. Не кажется это несправедливым?
— Нет. Каждый сам отвечает за свои финансы. Дина классный автор, много работает. Я понимаю, почему она много получает.
— Были авторы, которые зарабатывали больше тебя?
— Думаю, да. Я не знаю точных сумм, но думаю, были.
— Тебе не было обидно?
— Нет. Ты знаешь, на что идёшь. Любой редактор может стать автором, пойти на фриланс и зарабатывать 200–300–400. Но ты выбираешь быть редактором на окладе.
— Ты правильно говоришь, но я вот, например, обижался. У меня была похожая ситуация. Работал контент-маркетологом, а авторы получали 8 тысяч за статью. Я зарабатывал около сотни. Считаю, пишу 10 статей — почти столько же. И как-то внутри: ну вы чего?
— Но ты же мог сказать: всё, не хочу быть ответственным, хочу писать тексты. Это легко? Сел, написал 10 статей в месяц — и изи. Но это на самом деле капец как сложно. Я сейчас не смогу просто так сесть и написать статью. Потрачу много времени, буду злая, мне это не надо. Поэтому авторам и платят — они садятся и пишут. Иногда темы такие сложные, что я редачу и думаю: «Храни тебя Господь, что ты это вообще написала». И правки ставлю с мыслями: «Вот же я тварь». На фриланс-проекте, с которым я сейчас работаю, авторы за статьи получают больше, чем редакторы. Я работаю как аутсорс-редактор — они делегируют редактуру сторонним ребятам. Возможно, иногда я зарабатываю больше, чем их штатные редакторы, но не знаю точно.
— Давай теперь про корпорацию. Если вдруг я случайно назову её — заранее извиняюсь.
— Давай дисклеймер: я говорю не от лица компании. Если что, это всё шутка, и названия придуманы.
— Ты работала в агентстве, набралась опыта. Как попала в корпорацию?
— В агентстве поняла, куда хочу дальше. Мне интересны лендинги, UX, что-то собирать как пазлы. Оценивать всё глобально. Думаю, куда человек посмотрит, что захочет сделать, куда кликнет. Я тревожник, эмпатичный человек, люблю продумывать сценарии. Поняла, что хочу в UX. Наткнулась на митап, где была ссылка на вакансию. Откликнулась, пошла на митап, познакомилась с лидом. Уже почти был оффер, сдала тестовое. На митапе пообщались, а в понедельник получила оффер.
— Лид с тусовочки, у неё тоже канал. Знала тебя по блогу?
— Не особо. Мы только взаимопиарились. Я у неё покупала рекламу.
— Но всё же знакомство повлияло?
— Нет. Она говорила, что вообще никак. В корпорациях решение принимает не один человек. Там минимум три этапа собеседований. Всё начинается с HR. Сначала короткий созвон, потом, если заинтересовало, резюме идёт дальше. Дальше — собеседование с лидом, руководителем и, возможно, HR. Потом тестовое. Если нравится — финальное собеседование. После него решение: оффер или отказ.
— Ты не знаешь, какой был конкурс на твою позицию?
— Нет.
— Как думаешь, что в твоём тестовом больше всего зацепило?
— Думаю, что я разложила всё по логике. Обычно советуют не просто сдать текст, а объяснять ход мыслей. В UX это особенно важно. Я описала каждый шаг, почему так, как к этому пришла. Возможно, помогло ещё что-то из портфолио.
— Какое было тестовое?
— Там давали реальные задания, которые делают на практике. Просто старые задачи. В хорошем тестовом проверяют, как ты думаешь, а не как красиво пишешь.
— Похоже на тестовое из Т-банка: посмотреть лендинг, что не нравится, как бы переписал. Лендинг говёный, специально, видимо.
— Так обычно и делают.
— Или взяли самый плохой. Смысл — проверить мышление.
— Да, в UX часто так. Иногда вообще не просят писать текст. Спрашивают: какие вопросы бы задал, какие риски видишь, как выстроишь процесс. Легче научить писать красиво, чем научить думать правильно.
— Есть ощущение, что в большую компанию попасть сложно, нужно быть мега-скилловым. А на деле?
— Там работают обычные люди. Не у всех по 85 лет опыта. Они живут обычной жизнью. Да, нужен какой-то опыт, если он требуется по вакансии. Но решают по разным критериям: от команды, менеджеров, задач.
— Как по сравнению с агентством? Сложнее, легче?
— Намного легче.
— Никогда не работал в корпорациях, вот интересно.
— Многие боятся бюрократии: мол, 50 согласований. Но я вижу разницу, мой парень работает в стартапе, там всё хаотично. А в корпорации почти каждый процесс описан. Это плюс. Все знают, как что работает. Меньше хаоса. Да, дольше — нельзя придумать идею сегодня и завтра её реализовать. Но всё понятно. Если что-то не налажено, есть инструменты, чтобы наладить. Даже найм длится около месяца от отклика до оффера.
— Нет ощущения, что вы в семером кнопку делаете?
— Есть. Это и есть наша работа. Иногда нужно разобраться: нужна ли кнопка, зачем, кому. Что получим, какие ресурсы, ограничения. Подключаются аналитики, UX-исследователи, и всё это ради кнопки.
— Звучит... жёстко.
— Страшно звучит, но это клёво. Для каждого действия есть обоснование. В агентстве: придумал идею, написал в личку, сделал. В корпорации: обдумал, обсудил с лидом, получили фидбэк, докрутили, описал в документе цели, задачи, боли. Потом презентуешь лидам.
— Сколько времени прошло от идеи до презентации?
— Пара недель.
— Быстро. В маленьких компаниях идею легко предложить, но не факт, что реализуешь. Мы с Пашей хотели книгу написать, даже угрожали друг другу, что если не напишем — поедем на СВО. Не написали.
— Да, потому что нет процесса. Идея есть, а потом лень ей заниматься. Запал проходит.
— Придумывать веселее, чем делать.
— Ну да.
— У тебя в анкете указано, что ты самоучка. Но ты же училась в качалке, курс всё-таки был?
— Да, это курс для редакторов.
— Смотрю на анкеты гигачадов — никто не пишет, что закончил крутой курс. Все «сам чему-то научился». Почему так?
— Возможно, потому что не могли купить курс на старте. Я тоже не могла. Училась сама, потому что не было выбора. Когда нет лишних 10 тысяч, ты по-другому относишься к жизни и работе. Такие люди умеют херачить. Они нарабатывают опыт дольше, сложнее, но зато потом умеют всё. Но мы не знаем, у скольких самоучек не получилось. А те, у кого получилось — заметны. Ошибка выжившего.
— Нет анкеты, где человек много зарабатывает и проходил курсы.
— Потому что он сейчас работает и не пишет анкеты.
— Я тоже курсы не покупал. Жадный. Даже когда курсы классные, первая мысль — спиратить. Я сам продавал курсы и всё равно...
— Мне тоже жалко. Никогда не покупала. Качалку оплачивала не сама, 70% платила компания. Даже свои 30% я старалась отбить по максимуму.
— Получается, компания оплатила обучение, после которого ты ушла?
— У нас была договорённость: минимум год работы. На словах. Я закончила курс, через две недели компания ликвидировала наш отдел. Никто не знает, и мы забыли.
— Последний вопрос. Ты читала самый залайканный комментарий к своей анкете?
— Нет.
— Там писали: «Как после таких анкет бороться с синдромом никчёмности? Я 8 лет в профессии, с образованием, курсами, а зарабатываю в три раза меньше. Где я свернул не туда?» Что бы ты ответила?
— Не знаю. Смотреть на больший контекст. Мой путь — это не просто «хоп-хоп, и всё классно». Было тяжело, хотелось плакать, не получалось найти работу. Реально лежишь и рыдаешь. И надо помнить об ошибке выжившего. Моему психологу мой кейс кажется такой ошибкой. Где-то повезло. Я вовремя пришла в качалку, дождалась набора, успешно сдала тестовое. Много факторов. Кто-то родился в Питере или Москве, и уже проще, больше инфополя. У меня до Питера был вакуум. Поэтому — не сравнивайте себя с другими. Я сравниваю только с собой. Надя из прошлого гордилась бы мной сейчас. И этого достаточно.
— Мысль простая, но чтобы она вштыривала — надо с собой поработать. Психотерапия помогает. Или ChatGPT, говорят. Насмотришься на других, типа Гребенюка: «У тебя нет 5 миллионов? Нищий». А вроде живёшь нормально, но начинаешь сомневаться.
— Моя первая зарплата была 600 рублей в кофейне за две недели. Сравни с тем, что сейчас — небо и земля. Даже если бы сейчас зарабатывала 6 тысяч в неделю — это уже рост.
— Спасибо тебе за откровенность про деньги, работу, личные переживания. Спасибо зрителям. Подписывайтесь на ЗПшки в контенте. Не сравнивайте себя с другими, но канал читайте — чтобы понимать рынок.
— И не демпинговать.