Столичные похождения Эмилии
1
— А столица-то и правда просто огромная, да? — звонко хлопнув в ладоши, просияла невыразимо прекрасная девушка. Она жадно впитывала открывшуюся её взору картину.
Длинные серебряные волосы шёлковым водопадом струились до самой талии, а в аккуратные косы был вплетён белый цветок — изящное украшение, оттенявшее её красоту. У неё были утончённые черты лица; белая, словно первый снег, кожа; а в взгляде, скользившем по улицам, сиял чистейший, подобный драгоценностям, аметистовый блеск.
Девушку можно было безо всяких сомнений назвать несравненной красавицей, однако вела она себя уж слишком ребячливо для столь громкого титула. Людской поток, вечно снующий туда-сюда, шум и гам оживлённой улицы — всё вызывало у неё искреннее любопытство. Слегка приподняв подол плаща с вышитым на нём гербовым ястребом, она едва сдерживала нетерпение, словно готовая вот-вот сорваться с места.
— Беззаботная Лия — это, конечно, очень мило, но тебе пора бы вернуться с небес на землю.
Этот голос мгновенно остудил её пыл. Причём донёсся он не из гомонящей толпы прохожих, а откуда-то совсем рядом — так близко, словно кто-то прошептал прямо на ухо.
— Ну-у… Я знаю, что у нас неприятности. Я же всего на секундочку остановилась, а ты сразу за своё... Ты така-а-ая злюка.
— Да-да, мне и самому не хочется читать тебе нотации. Но если так пойдёт и дальше, кое-кто рискует угодить в беду. Ты ведь не хочешь этого, правда?
— Ну, тут ты прав, конечно, но...
Она неохотно опустила голову, признавая справедливость упрёка. Серебряные пряди качнулись, и на её плече показалась крохотная тень.
— Как бы то ни было, давай пройдёмся, поищем. Стоять столбом нет смысла.
С этим дельным предложением выступил крошечный кот, способный легко уместиться на ладони. Серая шёрстка, круглые глазки и розовый нос. Внешне он мало отличался от самого обычного зверька, если бы не манера важно восседать на задних лапах и поглаживать усы с видом заправского мудреца. Устроившись на плече девушки, зверёк тихонько заурчал, покачивая длинным — вровень со своим телом — хвостом.
— В крайнем случае придётся набраться смелости и расспросить прохожих. Справишься?
— Не смейся надо мной. Уж с этим-то я преспокойно справлюсь. Боже, Пак, ты вечно обращаешься со мной как с маленькой.
— А как с тобой обращаться, если ты так расшалилась, что умудрилась отстать от сопровождающей?
На это девушка могла лишь надуть губы и обиженно отвернуться.
Пак тихо рассмеялся, глядя, как она отрицает очевидное, но при этом всем своим видом подтверждает его слова: — Будет плохо, если стемнеет, потеряшка. Давай-ка перестанем блуждать, пока я ещё могу тебе помочь.
— Никакая я не потеряшка, просто... ну, самую малость не знаю, где я. Вот и всё.
Дерзко парировав, вглядываясь в бесконечный людской поток столицы в поисках отбившейся спутницы, Эмилия с чопорным видом зашагала вперёд.
2
Столица королевства Лугуника, чьё население насчитывало более трёхста тысяч душ, по праву считалась одним из величайших мегаполисов континента. Как сердце государства и дом для королевского замка, этот переполненный представителями всех мыслимых рас город никогда не спал. Жизнь здесь кипела круглые сутки, и за пёстрым хороводом прохожих можно было наблюдать часами напролёт, совершенно забыв о скуке.
Особенно процветала торговля. Торговую улицу плотно облепили лавки и магазинчики, ломившиеся от товаров из дальних городов и стран, а над головами прохожих стоял поистине оглушительный гул.
— Ну и народу же здесь… — пробормотала Эмилия, кое-как вырвавшись из давки на обочину.
Пригладив растрепавшиеся волосы, она с облегчением перевела дух и вновь посмотрела на дорогу. При виде живой реки девушка слегка нахмурилась. Отыскать в такой толпе одного-единственного человека казалось задачей невыполнимой.
— Я думал, та девчонка выглядит довольно приметно... но в столице от этого, похоже, мало толку, — озвучил её мысли Пак.
Кот укрылся в гуще серебряных волос. Поправляя причёску, она легонько ткнула пальчиком в серую шёрстку: — Да, беда... И ещё, не показывайся без особой нужды. Если тебя заметят, поднимется шум. Мог бы пока и в кристалле отдохнуть.
— Если спрячусь в нём, боюсь, мы оба пожалеем об этом. Лучше скажи, что делать-то будем? Бродить наугад?
— Ка-а-ак скверно звучит! Нужно искать более обдуманно.
Она решительно отвергла предложение духа и гордо выпятила грудь. Пак, задумчиво поглаживая ус, приготовился выслушать гениальную стратегию, которая вот-вот должна была созреть в голове его подопечной. Однако ожидания не оправдались. Глаза девушки внезапно округлились, и вместо плана она выдала…
— Ой, смотри! Там, кажется, кто-то ссорится.
— Я ненадолго! Гляну одним глазком.
У лавки через дорогу действительно собралась толпа зевак: там разгорался скандал. Пак схватился лапками за голову и тяжело вздохнул: — Лия, ты не забыла, что у нас самих проблем хватает?
— Н-нет же. Я не собираюсь вмешиваться или помогать... Просто… ну да, захотелось поглазеть.
Бросив фразу, не слишком приличествующую её благородному облику, она поспешила к месту происшествия. Протискнувшись сквозь толпу, Эмилия оказалась в первом ряду и замерла.
— Го-во-рю же тебе! — звенел детский голосок. — Я не собиралась делать «кусь» и бежаать! Просто... я с Хетаро разминулась!
— А я тебе говорю, барышня, хватит талдычить одно и то же. Знать не знаю о чём ты, но товар-то уже съеден. Я останусь в убытке, если ты не заплатишь. Э-э-эх, раз платить нечем, придётся тебе оставить что-то в залог...
— Из вещей у меня только этот посох, но если я его отдам, Госпожа будет ругаться!
Глазя на спорящих, Эмилия удивлённо моргнула.
Одним из участников перепалки был высокий смуглый мужчина — очевидно, хозяин лавки. Его оппонентка же едва доставала ему до пояса.
Перед ней стояла девочка-зверолюд с оранжевой шёрсткой, чуткими круглыми ушками и в пушистой белой накидке, укрывавшей её почти полностью. Ростом она была Эмилии лишь до груди, а огромные глазища и аккуратный розовый носик делали кроху настоящим воплощением милоты и обаяния.
Судя по всему, она полакомилась товаром без спроса, а теперь попросту не могла заплатить.
— Мими не хочет, чтобы её считали плохой и воровкой… Что же теперь делать...
— Да и мне самому как-то совестно отбирать этот посох… Вещица-то с виду непростая. Так что?
И в тот момент, когда ситуация окончательно зашла в тупик, Эмилия шагнула вперёд. Под удивлёнными взглядами спорщиков девушка мягко произнесла: — Эм... Нужно ведь просто заплатить за то, что она съела, верно?
— Ну, да... Э-э, барышня, вы знакомы с этой крохой?
— А? Сестрёнка — знакомая Мими? А я и не знала!
— Нет, совсем её не знаю. Вижу впервые в жизни.
Лавочник от столь чистосердечного признания растерялся ещё сильнее. Но Эмилия, не обращая внимания на его замешательство, уверенно потянулась за пазуху.
— Я заплачу за неё. И проблема будет решена... верно?
— Ну, меня-то это вполне устроит, но... Вы точно никак не связаны?
— Точно. А если говорить начистоту... она мне просто приглянулась.
Девушка заговорщицки подмигнула. Лавочник, будто признавая поражение перед женской логикой, примирительно поднял обе руки. Улыбнувшись, Эмилия потянулась за кошельком…
Пальцы, скользнувшие в складки одежды, нащупали… ничего не нащупали. Озадаченно склонив голову, она принялась ощупывать себя повсюду. Посреди улицы воцарилась звенящая тишина. И в этом неловком безмолвии, Эмилия выдавила: — Кошелёк… куда-то подевался.
Потеряться в огромной столице, а теперь ещё и остаться без гроша в кармане — худшего расклада и представить было нельзя.
3
Эмилия, только что с таким благородным видом вызвавшаяся заплатить, оказалась загнана в угол. Хотела помочь прохожему — точнее, зверолюду, — и вот к чему это привело. Она почти физически ощущала, как зарывшийся в её волосы Пак разочарованно качает головой. Ей безумно хотелось пожаловаться ему, поныть, но сейчас нужно было во что бы то ни стало сохранить лицо. Мысли лихорадочно метались, и внезапно её осенило.
— Я покажу трюк… Если вам понравится, пожалуйста, бросьте монетку!
От столь внезапного предложения устроить уличное представление головы склонили все — и зеваки, и сам торговец. Из общей растерянности выбивалась лишь кошечка, которая захлопала в ладоши: — О-о, трюки, трюки!
— Лия, Лия... страшно спрашивать, но что на тебя нашло?
— Я вспомнила, Пак! На таких оживлённых улицах, если показать необычный фокус, люди дают деньги, так ведь? По-моему, в нашей ситуации это идеальный выход.
— Твоя находчивость — это, конечно, мило, но иногда мне кажется, что я допустил какую-то ошибку в твоём воспитании. Например, прямо сейчас.
Но Эмилия уже не слушала его ворчание. Отступать было некуда, да она и не собиралась. Игнорируя скепсис окружающих, девушка глубоко вздохнула и вышла вперёд. Она встала перед прилавком так, чтобы её было хорошо видно каждому прохожему. Лавочник попятился назад. Сцена перешла в её полное распоряжение.
— Сейчас я покажу вам невиданного, редчайшего зверька, который исполнит удивительные фокусы!
— Ох, нехорошее у меня предчувствие... Меня ведь сейчас во что-то втянут, да?..
Девушка резко вытянула правую руку. Толпа с недоумением уставилась на пустую ладонь, обращённую к небу. Купаясь в замешательстве зрителей, она незаметно подмигнула замешкавшемуся Паку.
— Давай, прошу тебя. Ну же, Пак. Ну же!
— Я не момент упустил, я просто не горю желанием... Но раз уж нельзя позволить Лие стать посмешищем — так и быть.
Демонстрируя всем своим видом вселенскую скорбь, Пак нехотя выбрался наружу. Серебряные локоны колыхнулись, и появление крошечного существа вызвало в толпе удивлённый гул. Но когда зверёк важно поднялся на задние лапки прямо на её ладони и вскинул передние к небу, шёпот мгновенно перерос в панику.
Почувствовав мощный отклик публики, Эмилия торжествующе провозгласила: — Это редчайший в мире зверь! А сейчас он покажет вам...
— Спасайся, кто может! Бросайте оружие и бабки! Бежи-и-им!
Эмилия, которая в этот момент вовсю размышляла, заставить ли Пака станцевать или сделать кувырок, глазам своим не поверила. Вместо бурных оваций на улице начался хаос. Плотное кольцо зрителей с дикими воплями бросилось врассыпную. Более того, улепетывая в панике, люди побросали на землю свои сумки, мешки и свёртки. Улица мгновенно опустела. Те прохожие, кто был подальше и не слышал криков, продолжали спокойно идти по своим делам, но толпа «зрителей» испарилась без следа.
Пока ошеломлённая девушка стояла столбом, Пак преспокойно уселся на её ладони и принялся умывать мордочку лапкой: — Я же говорил тебе, дурная затея. Ну, зато теперь о деньгах можно точно не беспокоиться.
— Но ведь танец Пака такой милый... Могли бы хоть посмотреть, а уж потом уходить...
— Назвать подобное «уходить»… Обожаю твою деликатность.
Девушка лишь тоскливо вздохнула и растерянно окинула взглядом горы брошенного. Она совершенно не понимала, что ей теперь делать со всем этим добром.
Вдруг её взгляд зацепился за знакомый предмет, сиротливо лежащий поверх какого-то грязного узла. Это был холщовый мешочек. Нагнувшись, она подняла его и удивлённо осмотрела.
— Мой кошелёк... Но как он здесь оказался?
— Может, какой-то добрый человек решил вернуть его хозяйке?.. — лениво протянул Пак, зевая и забираясь обратно в её уютные волосы.
Его выступление было окончено. Эмилия нутром чуяла какой-то подвох, но факт оставался фактом: кошелёк вернулся. Обернувшись к лавке, она увидела хозяина, который застыл на месте, начисто выпав из реальности от столь стремительного поворота событий.