Земля Возрождающихся Волков / Охотники за Нежитью ④
1
— Так вот, сестра! Твоя роль будет очень-очень важна для образа будущей Волакии! Это великое деяние останется в истории!
— Не во всё врубаюсь, но звучит круто, братец!
Столь громкий разговор, разносившийся по дворцовым палатам, был совершенно немыслим для этого места — Хрустального Дворца в имперской столице Рапгане, самом сердце Империи Волакии, страны Волка-Меча.
Хрустальный Дворец был известен своим великолепием и считался красивейшим в мире, но эта репутация держалась на холодной, ясной атмосфере и постоянном, неослабевающем напряжении, которое пронизывало всех, вплоть до последнего солдата.
Именно поэтому мысль о том, что в Хрустальном Дворце может раздаваться чей-то столь неугомонный голос, помимо «Голубой Молнии» Сесилуса Сегмунта, казалась невероятной. А ведь обладательницей одного из голосов была не кто иная, как императрица, избранная «Мудрым Императором» Винсентом Волакия — за восемь лет с момента восхождения на престол он прославился как выдающийся правитель и стратег, но до сих пор не взял ни одной супруги. И вот, наконец, у него появилась первая императрица. Империя всё ещё не оправилась от ран, нанесённых недавним «Великим Бедствием», и сердца её смятенного народа с огромным вниманием были обращены к новой государыне.
— Итак, повторюсь: сейчас ты в центре внимания! А теперь ещё раз расскажи своему брату, чем ты занималась до этого!
— Ага! — Императрица бодро вскинула большой палец вверх и широко улыбнулась. — Сидеть смирно в этих платьях с рюшами — совсем не по мне, так что я тренировалась и дралась в учебных боях со всеми солдатами в замке! И довольно часто побеждала!
Стоявший напротив неё Флоп О'Коннел лишь протянул: «М-м-м-м!», после чего громко и твёрдо произнёс имя сестры:
— Ты сдала! — ответил он и, просияв улыбкой, тоже вскинул большой палец вверх. — Сейчас Его Величество Император как раз готовит почву для перемен, но вера в кровавый кодекс Империи всё ещё очень сильна!
— То, что ты показала свою силу, — великое дело!
— Уо-о-о, круто, братец! Буду тренироваться ещё лучше!
К слову, во время учений, в которых участвовала Медиум, солдаты получили прямой приказ от императора «не поддаваться императрице», так что её победы не были результатом лести или уступок.
— В самом деле, после «Великого Бедствия» Его Величество Император по уши в делах. Не мудрено, если кто-то попытается воспользоваться этим, чтобы присвоить трон. Императрице тоже нужно уметь за себя постоять.
— М? Братец, ты что-то сказал?
— Ничего, сестра! Просто продолжай в том же духе, будь такой же яркой и жизнерадостной, и сможешь вскружить Его Величеству Императору голову!
— А… да, точно, братец, — понурилась Медиум. Она неожиданно растеряла весь свой пыл.
— А? — удивлённо склонил голову Флоп.
Она свела кончики пальцев на уровне груди и пробормотала:
— Эм, знаешь, братец… я тут хотела спросить…
— Да? Что такое? Если этот братец сможет ответить, то спрашивай что угодно!
— Как мне… — заговорила она быстрее обычного, — как мне вскружить голову Винсентику? — У неё покраснели щёки.
Флоп в ответ коснулся своего тонкого подбородка.
— Ясно, — произнёс он. — Раз так, то нужно экстренное совещание!
2
— Значится, соблаговолили спросить именно меня?
Йорна Миссигр, приглашённая в покои императрицы, выслушала просьбу и мечтательно покачала в руке кисэру. Забавная суть вопроса заставила её томно улыбнуться.
До сих пор Йорну, одну из «Девяти Божественных Генералов», множество раз вызывали в замок, но она, в силу определённых обстоятельств, ни разу не подчинилась приказу. Однако на сей раз она откликнулась на зов: «Великое Бедствие» закончилось, да и позвал её не Император или совет во главе с премьер-министром, а приобрёвшая новый статус Медиум.
Как-никак, у души Йорны был богатый опыт: в прошлом, как Ирис и как Сандра Бенедикт, она несколько раз избиралась в супруги императоров Волакии. Посему была уверена, что как никто другой понимает чувства Медиум, так внезапно возвысившуюся из простой жительницы в императрицы.
Она ожидала, что девушка попросит совета по поводу поведения в новой роли и всего прилагающегося. Не того, что повестка дня будет кардинально другой - о том, как быть хорошей женой.
— Мы с братцем — подкидыши, так что я понятия не имею, какими должны быть хорошая жена или мама. Вот я и подумала, что лучше всего спросить у тебя, Йорна-чан.
— Ох-ох, какая честь, что выбор пал на меня. Впрочем, мой путь любви — её дарения и принятия — весьма своеобразен. Не знаю, послужит ли он хорошим примером...
— Послужит! Обязательно послужит! — Глаза Медиум быстро зажглись и так же быстро поблекли, она прижала ладони друг к другу перед грудью в молебном жесте. — Прости, Йорна-чан, ты ведь, наверное, так занята восстановлением Хаосфлейма...
В ответ женщина приложила пальцы к губам и медленно покачала головой.
Город Демонов Хаосфлейм был полностью разрушен в битве, ставшей прелюдией к «Великому Бедствию», и теперь там кипели долгие восстановительные работы. Однако, её любимые детки, стойкие и выносливые, не столько унывали из-за разрушенного города, сколько горели желанием отстроить его ещё лучше прежнего.
Присутствие Йорны лишь принесло бы излишнее волнение, так что, можно сказать, этот вызов пришёлся как нельзя кстати.
— Кроме того, мне и так нужно было поговорить с Его Превосходительством по поводу Танзы.
— Ну и ну, Миди, неужели ты полагаешься только на Генерала Йорну? Меня, как твою приёмную мать, это заявление очень расстраивает.
— Эй, но ведь Сери-нээ сама сказала мне считать её старшей сестрой, а не приёмной матерью! Не забирай слова назад без предупреждения!
На лице Медиум прорезалось несвойственное её беззаботной натуре недовольное выражение, она хмуро посмотрела на другую женщину, приглашённую в покои - эффектную красавицу с суровым взглядом и шрамом от меча на лице, старшую графиню Серену Дракрой.
Та отмахнулась и обратилась к третьей гостье:
— Может, и госпоже хозяюшке есть, что сказать?
— ...Дракону нет дела до ничтожных людских забот-ча. Просто Медиум — сестра Балроя, вот и приглядываю за ней-ча.
— Мэделин-чан — моя подружка по поеданию вкусняшек, — пояснила Медиум. — Когда мне одиноко, а Винсентик занят, она составляет мне компанию.
Словно в подтверждение этих слов, Мэделин профессионально игнорировала проходящий диалог и с головой ушла в поглощение сладостей со стола. Для представительницы столь грозной расы как дракониды она вела себя слишком по-детски, мило уплетая за обе щеки и шурша бумагой, словно зверёк. Йорне нестерпимо захотелось погладить её по голове и обнять, но она сдержалась, опасаясь навлечь на себя яростный гнев.
— Значит, мы собираемся свести Его Превосходительство с ума? Звучит весьма занятно.
— О да, согласна. Не сочти за грубость, но мы с генералом Йорной были вполне себе подходящими кандидатками в супруги Его Превосходительства. А он отверг нас и выбрал - ни за что бы не поверила - Миди. Вершина комедии.
— Если уж говорить об интригах, то премьер-министр Беллстетз был так озабочен вопросом престолонаследия, что наверняка пытался сделать кандидаткой и Мэделин, право слово.
— Ой-ой, Мэделин-чан, ты в порядке?! Ты тоже была кандидаткой в жёны Винсентика?!
— Д-дракон об этом не слышала-ча... Надо будет потом прижать этого старикашку к когтю...-ча...
Йорна мысленно отметила, что ей нужно будет защитить Беллстетза, чтобы Мэделин, охрипшая и со слезами на глазах объявившая о своей мести, сгоряча не перестаралась.
Но по сути, Серена была права. Йорна, искавшая защиты для Хаосфлейма, пристанища для своих бесприютных деток, действительно боролась за расположение Винсента.
«А я-то думала, Его Превосходительству нравятся дерзкие женщины...»
Он не возьмёт никого в жёны, пока не будет покончено с «Великим Бедствием». Таковы были истинные причины Винсента, и, к своему стыду, Йорна должна была признать, что все её провокации были пустышками. Хотя... учитывая взаимоотношения Винсента и Приски, может, это и к лучшему.
Ах, та самая Присцилла, наверное, просто осмеяла бы и отбросила столь сентиментальные мысли.
Да, Йорна погрузилась в тихую грусть, вспоминая свою погибшую дочь.
— ...Хм, Миди, просить совета - это так не в твоём стиле. Конечно, стремление похвально, но обычно ты из тех, кто бросается в бой с шашкой наголо и полагается на удачу, разве нет?
— М-м-м, ты хорошо меня знаешь, Сери-нээ! Понимаешь, обычно это работает, а вот с Винсентика так нельзя.
— Хм? Винсент хрустальный что ли-чаа?
Серена — намеренно, а Мэделин — неосознанно, увели разговор от сих грустных воспоминаний, пытаясь докопаться до истинной причины беспокойства Медиум. Йорна тоже выпрямилась и стала ждать, что скажет императрица, оказавшаяся в центре внимания трёх женщин.
Медиум, встретила их взгляды и на мгновение задумалась, подбирая слова...
— …Не хочу... потерпеть неудачу.
— Боишься ошибиться? Это тоже на тебя не похоже.
— Обычно да! Обычно я выкладываюсь на полную, чтобы даже если провалюсь, можно было сказать: «Ну что ж, я пыталась!» Но...
— ...С Винсентиком... я просто не хочу ошибаться. Это странно?
Она смущённо опустила уголки губ, задавая этот вопрос, и у Йорны что-то сжалось в груди.
Желание избежать неудачи - это естественно в любом деле. Особенно, по её мнению, в отношениях между людьми. Но Медиум ничего не избегала. Вернее... не избегала до тех пор, пока не начала так переживать из-за Винсента.
Прежде чем женщина успела сказать, что в этом нет ничего страшного…
— ...Стараться не оплошать в отношениях с любимым-ча. — тихо вмешалась Мэделин. — Это не странно-ча. Дракон тоже... когда говорила с Балроем, чувствовала поровну и радость, и тревогу-ча.
— Бывало, что ты говорила что-то не то, или ставила его в неловкое положение?
— Бывало-ча... А он, когда я это говорила, смеялся-ча.
Мэделин говорила искренне, направив нечитаемый взгляд в пол и поглаживая ещё не зажившую рану.
Йорна редко пересекалась с бывшим «Божественным Генералом» Балроем Темегрифом. Но она помнила его как достойного человека без предубеждений, который заботился о своём драконе. И знала, что для всех присутствующих, помимо неё, он был незаменимым человеком.
— Мило. Впрочем, меньшего от моего воспитанника не следовало и ожидать. Жаль только дурной вкус из него так и не вытравила.
— ...Это ты воспитала Балроя-ча?
— Да. Если так подумать, я чего-то да стою, вам так не кажется? Один мой воспитанник стал «Божественным Генералом», избранником «Дракона», а другая — императрицей. Может, мне стоит назваться матерью нации?
— Позволю себе заметить, столь сильное заявление угрожает вылиться в изрядное пренебрежение волей Его Превосходительства.
— Ха, и это мне говорит главная бунтовщица Империи, «Ярчайшая» Йорна Миссигр.
Серена картинно всплеснула руками, отчего Йорна невольно прыснула. Смех перекинулся на Медиум, и, что удивительно, даже губы драконида дрогнули в улыбке.
Заметив, как разрядилась обстановка, женщина предложила:
— Как насчёт вот чего? Не знаю, сумеет ли это развеять тревоги Её Величества, но мы можем время от времени устраивать такие собрания?
— А, можно? Но вы же все, наверное, заняты? Сери-нээ точно не сможет.
— Не смей исключать меня из весёлой компании. Во-первых, я мать императрицы. С какой стати мне не примчаться, когда я тебе понадоблюсь? Я заставлю драконий эскадрон лететь быстрее самого ветра.
— Мне тоже, похоже, отныне можно будет бывать в столице, не опасаясь косых взглядов Его Превосходительства или генерала Гоза, так что зовите меня в любое время, сударыня.
— А-а! Сери-нээ, Йорна-чан, спасибо!
Вне себя от радости, Медиум вскочила и поочерёдно пожала руки обеим женщинам, рассыпаясь в благодарностях. Её энтузиазм стоил каждого сказанного слова.
Однако, оставшаяся в стороне Мэделин обиженно прищурилась, накручивая волос на палец.
— ...А дракона ты не зовёшь-ча?
— А? Но, Мэделин-чан, ты же и так всегда здесь. Я подумала, это само собой разумеется. — Девушка округлила глаза и ахнула — Ты не хочешь приходить?!
— Я не говорила, что не приду-ча! ...Какая же ты дурында-ча!
Мэделин оскалила клыки и прорычала, явно раздражённая таким будничным ответом, а затем фыркнула с делано-напыщенным видом.
Йорна и Серена, наблюдавшие за этим до неловкости прямым обменом реплик переглянулись, и, как истинно старшие, лишь пожали плечами.
— Ура-а! Теперь, когда у меня столько надёжных друзей, я непобедима! Мы точно очаруем Винсентика... кхм, будем стараться изо всех сил, чтобы растопить его сердце!
— Верно. Мы заставим Его Превосходительство ослепнуть от любви к нашей Миди.
— Пусть трепещет в ожидании-ча.
«Наше совещание становится похожим на обсуждение зловещего заговора», — подумала Йорна.
Но как бы то ни было, они твёрдо решили поддержать чистые и искренние чувства воодушевлённой Медиум к Винсенту.
Ведь это будет такое удовольствие — увидеть, как дрогнет каменное лицо самого Винсента Волакия.
3
— И вот так, вокруг моей сестры теперь собралась просто нереальная боевая сила!
— Ха-ха-ха, так вот оно что! Ну и ну, господин советник, ваше решение мне весьма по душе! Я всё гадал, что это за должность такая выросла на месте «Звездочёта» господина Убирка, и что же на ней делают, но вы — именно тот, кто нам сейчас нужен!
— Спасибо, господин «Голубая Молния»! Ваши слова — лучшая награда за мои старания!
Так и пожали крепко руки двое мужчин, что прежде встретились перед Хрустальным Дворцом. Это были Флоп и Сесилус — двое из пяти обладателей самых громких голосов в столице. К слову, остальные трое — это Медиум, Гоз Ральфон и ещё один человек, чья личность постоянно менялась.
Для такого крикуна, как Флоп, было полной неожиданностью встретить здесь не менее голосистого Сесилуса, ведь в данный момент тот исполнял личное поручение Винсента особой важности — охоту на разбросанной по всей Волакии выжившей нежити.
— Я, конечно, рад снова так скоро увидеться с племяшкой… — сказал Флоп, гладя девочку по голове, — то есть, с леди Спикой. Но, может, у вас что-то стряслось? — склонил он озадаченно голову, гадая. — Хотя даже страшно представить, что за беда могла случиться, если с ней не справились господин «Голубая Молния» и леди Аракия!
В ответ Сесилус с радостным видом воскликнул:
— О нет, вовсе нет! Я бы сказал, это не неприятность, а скорее удачное стечение обстоятельств. Они заставили меня пересмотреть предначертания небес! Просто мы хотели бы узнать мнение Его Величества насчёт одного человека, которого подобрали по пути. Хотя лично я считаю, что и спрашивать не о чем!
— Прекрати… — недовольно отреагировала Аракия, — прекрати шутить. Спросим у Его Величества как следует.
В отличие от воодушевлённого Сесилуса, она была явно не в духе. Впрочем, их перепалка была делом обычным. Интересно, о чём же они хотели спросить Винсента?
— Что ж, Его Величество Император наверняка обрадуется, если вы зайдёте доложить о хоть каких-то результатах. К тому же, моя сестра будет просто в восторге. А сейчас у нас в гостях ещё и высшая графиня Дракрой с генералом Йорной, так что они, думаю, тоже будут рады вас видеть.
Флоп увидел, как после этих слов троица отреагировала совсем по-разному.
Спика округлила глаза и бросила взгляд на четвёртую спутницу, стоявшую позади. Аракия прижала ладонь к глазу, закрытому повязкой. И только Сесилус стал ещё более воодушевлённым.
— Видите? Вот оно, небесное провидение! Всё сходится и ведёт нас к захватывающей и романтической драме! Аха-ха-ха-ха! — громко рассмеялся он, гордо выпрямив спину.