Глава 2
Вскочив с кровати в холодном поту, Ева поняла, что это был всего лишь сон, но ощущение того, что кто-то держит её за ногу, не давало отпустить чувство тревоги. Как сон может быть настолько реалистичным, ведь многое совпадало с реальным миром, разве только были отличия в мелочах.
- Надо рассказать маме об этом, такие реалистичные сны всё же редкость, - подумала Ева без особой радости. Она всё ещё чувствовала на щиколотке холод пальцев.
Ева взяла в руки телефон, время уже подходило к 3 часам дня. Девушка не могла похвастаться правильным и здоровым распорядком дня, в отличие от её семьи, где все вставали с рассветом и успевали переделать кучу дел.
Девушка чувствовала огромную пропасть. Для её семьи день был наполнен радостью и новыми возможностями, а для неё день был испытанием и борьбой с собой. Вот и сейчас, прежде чем встать с кровати, она провалялась сорок минут, а ведь за это время можно сделать много полезного, вместо бесцельного скроллинга социальных сетей.
Нацепив мягкие тапки, Ева прошуршала вниз по лестнице на кухню. Комнату освещало тёплое солнце, мама стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле, подпевая и подтанцовывая в такт музыке, доносящейся из колонки. Кухня сияла чистотой: полки с баночками специй, засушенные травы, которые мама собирала сама, висели гирляндой на стене. Хлопотала у плиты словно фея, вся в светлом, бежевые брюки палаццо струились по её ногам, что только визуально прибавляло ей роста, базовая белая футболка, заправленная в штаны и коричневый ремень, который подчёркивал талию женщины, в простом, но любимом хлопковом фартуке, с вышивкой торта. Мама выглядела как всегда энергично, с аккуратно уложенной короткой стрижкой, отливая медным цветом на солнце. На руке красовался серебряный браслет, подарок папы на годовщину их свадьбы, мама никогда его не снимала.
В нос ударил приятный аромат кофе и солёной карамели с лёгким шлейфом сливок. Это могло означать, что мама снова колдует над тортом.
- Мам, ты снова готовишь кофейную фантазию? – поинтересовалась Ева, по её воспоминаниям, это был самый популярный и любимый торт у клиентов.
- Да, милая, - мама обернулась и в её глазах мелькнуло беспокойство – Ты сегодня бледная, заболела?
- Сон дурацкий приснился! Будто наш дом, но всё такое странное, тёмное и мрачное, – Ева запнулась. – Будто я встретила Элен.
Мама на мгновение замерла. Спросила тихо:
- Ага. Ту, что поклялась меня больше не искать, – Ева усмехнулась, но вышло криво. – И ведь не соврала бы опять, если бы не подошла.
Лицо Евы исказилось. Взяв себя в руки, она продолжила:
- А в конце… - Ева запнулась, прежде чем окончить начатое, её снова настигли чувства и ощущения сна, ногу, за которую её схватили заболела так, будто её пытались сломать. Не в силах сдерживать накатившие эмоции, из глаз девушки полились слёзы. – Мне кажется, что я умерла там, всё было так реалистично и страшно.
- Солнце моё, это просто сон, может пора настраивать режим сна, начитаешься ночью страшных историй, потом ложишься спать в стрессе. Может стоит завести будильник на час пораньше, тогда и сны станут позитивнее.
- Ага, начну бегать по утрам и есть тосты с авокадо – Ева уже заразилась весёлым настроем матери – Ещё буду обязательно расписывать планы в гугл-таблицах.
- Эй, не смейся над ними, это мой секрет успеха, - мама потрепала Еву по волосам. Её ладони были тёплыми, слегка шершавыми от постоянной работы на кухне, но прикосновения всегда оставались нежными и полными любви – Садись за стол, будем есть твои любимые тосты с авокадо.
Ева села на диван. Он казался её облачком, такой мягкий, она в нём утопала. Это определённо её любимое место в доме. Да, диванчик на кухне, но зато какой! Девушка уместилась в самую глубь, закинув ноги так, что колени выглядывали из-за стола. Откинулась на спинку дивана, слегка закрыв глаза, провалилась в размышления.
Из размышлений её выдернул мягкий голос мамы:
- Твой любимый раф с ананасом и солёной карамелью! Не зря же мы кофемашину покупали, - женщина будто хвалила себя за эту идею, - И конечно же твои любимые тосты с авокадо.
- Спасибо, мам, – Ева отложила телефон в сторону, приступая к позднему завтраку.
- Я смотрю, кто-то соизволил встать с кровати.
В проёме кухни стоял Руслан – её копия, только на голову выше, шире в плечах и всё ещё мокрый после душа. С кончиков волос стекали капли воды, парень пытался уложить их назад, они непослушно жили своей жизнью, скулы были покрыты лёгким румянцем, который выдавал недавнюю нагрузку. Он был в широких серых штанах и майке с необычно глубокими вырезами по бокам, через которые можно было разглядеть результаты нескольких лет тренировок.
- Ты с тренировки? – буркнула Ева, зарываясь обратно в диван.
- Да, – Руслан подошёл, и Ева машинально отметила его походку – уверенную и спокойную. – Отрабатывали ката. Потом кумитэ, одному парню не повезло сегодня. – парень произнёс последнее с некой гордостью в голосе.
- Не сломал, – Руслан ухмыльнулся. – Просто доходчиво объяснил, что будет, если не держать блок.
Он плюхнулся рядом, диван жалобно скрипнул под его весом. От него пахло гелем для душа и сигаретами.
- Ты опять курил? Боже, ты точно спортсмен? – жалобно протянула Ева, которая устала ругаться с братом по этому поводу.
- Не начинай, нам уже по 18, так что никаких ограничений нет.
- Руслан, ты есть будешь? – поинтересовалась мама, которая уже смирилась с плохой привычкой сына.
- Не, спасибо, мам. А ты чего такая кислая? – Руслан уже повернулся в сторону сестры, в глазах которого читался интерес.
Ева промолчала, уткнувшись в кружку с остывшим кофе. Руслан смотрел на неё пару секунд, потом просто протянул руку и взлохматил ей волосы – привычка с детства, он всегда так делал в попытках утешить сестру.
- Бывает, возьми в сумке шоколадный батончик, – Парень мельком глянул в сторону матери. – Только, чтобы мама не увидела, а то опять начнёт тираду о полезном питании.
Когда Руслан с дивана, он снова потрепал сестру по голове в знак утешения.
Руслан ушёл к себе в комнату, Ева провалилась обратно в диван. Кофе совсем остыл, тосты давно съедены, мама колдовала над оформлением торта.
Ева смотрела в окно, мысли вертелись медленно, со скрипом, как старый механизм. Школа. Она не была там два года, не хотела туда больше возвращаться, но лечащий врач настоял перевестись с домашнего обучения, сказал, что это поможет в лечении.
- Маааам… - протянула Ева, и после недолгого молчания продолжила. – В школу надо сходить, за учебниками.
Дарья Львовна замерла на секунду, после медленно повернулась и спросила:
- Ты хочешь пойти сама?
Не успев ответить, из коридора раздался голос Руслана.
- Я пойду. Можешь остаться дома, я могу забрать учебники вместо тебя.
- Нет, мне всё равно надо будет туда пойти. Не сегодня, так через неделю.
- Тогда пойдём вместе. Собирайся, поедем на машине. 30 минут хватит?
Ева поднялась с дивана и побрела наверх. В комнате пахло мятой, по полу были разбросаны лоскуты ткани, до середины ночи она пыталась собрать из них хоть какую-то юбку. Швейная машинка, подарок родителей на прошлый день рождения, стояла на столе в окружении других инструментов.
Девушка провела рукой по стопке вещей, висевших на стуле. Эту рубашку она перешила из папиной – убрала плечи, добавила вытачки и вышивку в виде сакуры, которая плавно спускалась от плеча к запястью. Джинсы, которые она расписала во время бессонных ночей – от кармана до колена красовался узор в виде звёзд и крестов.
Надев то, что первое попало под её руку: свободные льняные штаны, футболку. Остановилась перед зеркалом, поправляя воротник и замерла.
Шрам под ключицей. Тонкий, белый, даже можно было сказать – изящный, как ветвь весеннего дерева. Она почти не замечала его раньше, но именно сегодня он будто горел.
Она одёрнула воротник, пряча шрам под тканью. Сверху накинула ту самую рубашку. Посмотрела в зеркало – достаточно, чтобы не сильно привлекать внимание, и достаточно своё, чтобы чувствовать себя в своей тарелке.
- Я готова, - крикнула в коридор.
Руслан уже сидел за рулём, когда Ева вышла во двор. Машина – старенький чёрный Рено, который отец уже не раз ремонтировал, но менять отказывался. Салон пропах хвойной пахучкой и вечными Руслановыми сигаретами, несмотря на все мамины запреты.
- Пристегнись, - бросил он, даже не повернувшись.
Ева закатила глаза, но всё же пристегнулась.
Город проплывал за окном. Родные улицы, которые она видела только из окна последние два года. Вот здесь был магазин, куда они маленькие бегали за мороженым. Вот остановка, с которой она ездила в школу. Тогда, в восьмом классе.
- Волнуешься? – Руслан, не отвлекаясь от дороги, вдруг прервал тишину.
Ева потянулась к магнитоле, в надежде не оставаться в неловкости.
- Слушай, - он сбавил скорость перед поворотом, - если кто-то из этих… ну, твоих бывших… скажешь сразу. Я быстро разберусь.
- Сомневаюсь, что мы пересечёмся, они уже на год впереди меня… - Ева запнулась от горечи, она потеряла целый год, оставшись на второй.
- Всё равно будь начеку. Я рядом.
Машина остановилась на парковке у серого трёхэтажного здания. Ева смотрела на него через лобовое стекло, в горле уже стоял ком.
- Сиди, - Руслан заглушил двигатель. – Я сам открою.
Он вышел, обошёл машину, распахнул дверь. Протянул руку. Ева взялась за его ладонь. Тёплую и большую.
- Я сама, - сказала она, но руку не отпустила.
Дорога до школы казалась бесконечной, хотя на самом деле метров двести, не больше. Ева смотрела в пол, в голове проносились самые тёмные воспоминания: холодный, бетонный пол каморки, клочки разорванных тетрадей и смеющиеся силуэты, уходящие за дверь. То, о чём хотелось бы забыть, то, что не должно было произойти.
Каждый новый шаг давался ей тяжелее предыдущего, ноги становились ватными, голова – пустой.
Руслан сжал руку сильнее, это выдернуло Еву из воспоминаний. Он смотрел на неё обеспокоенно, будто хотел, но не решался. Он знал, о чём она думает. Знал – и молчал, потому что слова здесь бесполезны.
- Я в порядке, – тихо, почти не слышно.
- Если хочешь, я поговорю с родителями, тебе необязательно туда возвращаться.
- Нет, я хочу попробовать. Нельзя навсегда закрыться дома.
Руслан в последний раз сжал её руку. Эту дверь она должна открыть сама.
Перед ней была она. Дверь школы - высокая, тяжёлая. Каждое лето её цвет освежали, но не очень качественно - под новым слоем краски были видны выступы, похожие на шрамы.
Ручка массивная, из холодного металла, потёртая тысячами ладоней. Ева помнила её наощупь. Сейчас был конец августа, но ручка всё равно была ледяной, словно зимой.
Ева чувствовала - за порогом этой двери заканчивалась безопасность. Там внутри даже воздух пах по другому.
Один вдох. Два. И дверь была открыта.
Учебниики выдавали на третьем этаже. Шли близнецы в тишине: Ева думала о прошлом, а Руслан не хотел её беспокоить. Парень первый влетел в библиотеку.
-Здрасте, Вера Степановна! Мы столько с вами не виделись, - он не успел договорить, молодая сотрудница его перебила.
-Ветров, тебе на айкидо сбили биологические часы? 11 класс получает учебники в пятницу. Сегодня среда.
-Разве плохо видеть такого красавца, как я?
Чуть закатив глаза, Вера степановна парировала:
-Красавец, пропусти девушку, твои учебники ещё не пришли, - Ева тихонько прошла к столу. - Класс и фамилия.
-10 Б, - чуть промедлив, продолжила. - Ветрова…
Глаза Верочки - так называли ребята молодую учительницу между собой - округлились. Такого она точно не ожидала, но всматриваясь в них больше, видела неопровержимое сходство.
-Да, вам и тест ДНК не нужен. Откуда к нам пришла?
-Надеюсь, тебе у нас понравится, - Ева была удивлена тому, как такая хрупкая женщина понимала такое количество книг и глазом не моргнув. - Я буду вести у твоего класса литературу. По спискам ты в профильной группе. Подойдёшь в 301 кабинет 1 числа, обсудим учебное время для консультаций, - Вера Степановна протянула какой-то лист бумаги. - Это список литературы, который мы будем изучать, обязательно с ним ознакомься.
В монолог Верочки вклинился Руслан:
-Вера Степановна, а вас сюда отправили учеников запугивать?
Лёгкое прикосновение учебником к голове Руслана означало подзатыльник, который не могла дать в сиду профессии.
-Ветров, тебе лишь бы глупость сморозить. Тебя я тоже жду 1 сентября на линейку и классный час. И жду без опозданий в 11:00.
Руслан лишь посмеялся в ответ. Близнецы в голос попрощались и вышли из библиотеки. Но на первом этаже разминулись. Руслан встретил знакомого, а Ева хотела покинуть школу.
Когда Ева вышла на школьное крыльцо, её взгляд зацепился на высокой фигуре.
Она казалась ей слишком знакомой. Зализанные волосы, очки на поллица и худощавое тело. Ева отметила, что парень выглядит лучше, чем во сне, но в то же время её тело парализовала. От шока и подступившей паники у Евы потемнело в глазах, тело обмякло и потерялось равновесие. Удар. Пустота.