Сладкая ловушка (новелла). Глава 1.2. - Потребности (2)
Чтобы ответить на этот вопрос, нужно вспомнить самый мрачный период в жизни Со Джухвана.
Если быть точным, именно в этот момент каждый мужчина — включая Со Джухвана — становится самым несчастным из всех/
Вопрос: неужели я никак не могу избежать службы в армии? Пожалуйста, я отдам вам все свои баллы.
Это срочно. Пожалуйста, подскажите, как не пойти в армию, если у меня нет гражданства США. Если я сильно наберу вес, смогу ли я действительно получить освобождение от службы?
Военная жизнь | #Grunt #Военные #Освобождение от военной службы
Пользователь уровня «Бог Солнца»:
— Освобождения не будет, пока тебя не демобилизуют. Просто уходи, серьёзно.
Как и бесчисленное множество отчаявшихся людей, заполонивших интернет, Джухван тоже не хотел идти в армию. Это его бесило — тратить своё драгоценное время, отказываться от своих прав, — но это была не самая большая проблема.
[А что, если кто—нибудь узнает?]
Ему и так было непросто смириться с тем, что он гомосексуал. А теперь ещё и армия? Это было уже слишком, слишком быстро.
Сможет ли он действительно провести больше года в окружении одних мужчин и выйти сухим из воды? А что, если — не дай бог — что—то случится в душе? Член — это не то, чем можно управлять по команде.
Но как только он действительно записался в армию, все эти страхи, порождённые непониманием и предрассудками, оказались совершенно беспочвенными.
Не потому, что Джухван каким—то образом достиг просветления и научился контролировать свой член или что—то в этом роде. Нет, на самом деле заслуга принадлежит его сослуживцам и старшим по званию в казарме — все они выглядели как корнеплоды, которые слишком долго пролежали на складе. Благодаря этому Джухван чувствовал себя совершенно непринуждённо, когда принимал душ вместе с товарищами по отряду или слышал, как кто—то тихо дрочит в общежитии после отбоя.
В конце концов он даже начал задумываться:
[Погоди… значит, я на самом деле не гей? Меня даже парни не привлекают.]
Джухван только начал лелеять эту сладкую надежду как:
— Привет, Со Джухван. Скоро у тебя появится младший сослуживец, да? Тебе повезло.
Пока Джухван начищал свои армейские ботинки, один из старших солдат—администраторов заговорил с ним. И действительно, вскоре к казарме подъехал военный грузовик, подняв облако пыли.
Даже тогда Джухван не придал этому особого значения. Он лишь надеялся, что его младший брат не окажется полным неудачником. С этой простой мыслью он продолжал начищать свои армейские ботинки.
И всё же лёгкое любопытство заставило его обернуться, когда новобранцы начали выходить из грузовика.
[Кто из этих парней станет моим?]
Картофель. Подгоревший картофель.
Заплесневелый картофель. Картофель с зарождающейся М—образной бороздкой.
Его взгляд лениво скользил по невзрачному ассортименту, как будто он без особого энтузиазма просматривал какой—то скучный набор, — пока внезапно не остановился.
Слова сорвались с его губ прежде, чем он успел их осознать.
— ...Вау. Это действительно неплохо.
Потому что прямо там, посреди картофельной грядки, расцвела лилия. Не батат и не редис, а лилия.
Джухван понимал, насколько нелепой была эта метафора, особенно когда она описывала темнокожего парня в армии. Но, в его защиту, другого слова для этого просто не было.
Этот парень был просто... сногсшибателен. Он не был похож на человека — скорее на представителя другого вида.
Его голова была обрита наголо, он был в стандартной военной форме, но при этом буквально излучал свет. Какой нормальный человек будет выглядеть ТАК в форме?
Руки Джухвана, всё ещё сжимавшие ботинок, начали расслабляться. Прошло уже пять месяцев с тех пор, как он записался в армию. А значит, прошло пять месяцев с тех пор, как эстетические чувства, которые он с любовью взращивал в себе в школьные годы, увяли и умерли.
В этой визуальной засухе, неожиданно чистое лицо было как внезапный весенний ливень — он не мог отвести взгляд. Он даже вспомнил о конкурсе на рекламу спортивного напитка, в котором едва не участвовал до того, как пошёл в армию.
[Если бы этот парень был нашей моделью, мы бы точно заняли первое место — даже если бы он просто стоял и ничего не делал. Почему в моём кампусе не было таких людей?]
Даже закончив с ботинками, Джухван намеренно тянул время. Какой смысл возвращаться в общежитие и смотреть на эти унылые лица? Гораздо лучше остаться здесь и насладиться видами.
— Ладно, вот ваш новобранец. Я проделал весь этот путь только для того, чтобы убедиться, что никто из вас с ним не свяжется, так что прекратите эту дурацкую дедовщину. Ты — назови свой ранг и имя.
…В тот момент я и представить себе не мог, что мы воссоединимся всего через час. Тогда я был занят глупыми мыслями вроде:
[Этот красавчик — мой младший сослуживец?]
Каковы были шансы? Джухван смотрел на него то ли с удивлением, то ли со странным чувством удовлетворения, пока стоявший рядом с ним старшекурсник не толкнул его локтем и не указал на брошенную командиром отряда спортивную сумку.
— Джухван, что ты делаешь? Возьми с собой младшего.
Придя в себя, Джухван быстро назвал свой чин и имя.
— Хорошо его обучи. Если он выкинет какую—нибудь глупость, ты будешь несчастен. Теперь ты старший. Его непосредственный старший.
И всё же, как бы он ни был рад снова его увидеть, тот факт, что этот парень теперь был на его попечении, не внушал оптимизма. Одно дело — любоваться милым котом на фотографии, и совсем другое — растить его самому.
Джухван ещё раз окинул Ли Шихёна оценивающим взглядом. С близкого расстояния он действительно выглядел как избалованный молодой господин. Вместо того чтобы проявлять нервозность, как большинство новичков, он выглядел совершенно скучающим — его глаза были полузакрыты, как будто ему было всё равно.
— Ты отвечаешь за то, чтобы превратить его в настоящего солдата.
Когда старший коллега строго напомнил ему об этом, Джухван мысленно щёлкнул языком.
[Я с трудом справляюсь с собственными проблемами. Как, чёрт возьми, я могу превратить его во что—то?]
И в конце концов Джухван действительно не смог превратить Ли Шихёна в настоящего солдата.
— Кто является непосредственным руководителем Ли Шихёна?
— Рядовой первого класса Со Джухван! Простите...
—О—о—о, неудивительно, что он такой сообразительный — он же младший брат Со Джухвана! Ха—ха—ха! Ас порождает аса, да?
Как, чёрт возьми, можно превратить кого—то в человека, если он изначально идеален? — Вот в чём был вопрос.
Ли Шихён был безупречен. Ему никогда не приходилось повторять дважды. Он был одарён от природы. К тому времени, как прошло два месяца с момента его назначения, он выглядел так, будто родился с винтовкой K2 в руках — как кадровый военный, который с самого рождения попадал в яблочко.
…А что можно сказать о Со Джухване? Он был едва ли человеком. Скорее, каким—то тупым зверем в форме.
С самого рассвета — какого чёрта...
Это было похоже на удар под дых во сне. Он был ошеломлён, дезориентирован. Даже когда он голыми руками стирал бельё в ледяной воде, его затуманенный разум отказывался возвращаться в строй.
Хорошо, что он проснулся до того, как заиграл утренний сигнал, — иначе он бы вышел на утреннюю пробежку в пропитанном спермой нижнем белье.
Именно поэтому он заставлял себя «наводить порядок» каждый вечер, как будто делал домашнее задание, даже когда смертельно уставал. Но в последнее время? Ничто его не вдохновляло, поэтому он обленился — и вот результат. А сон… этот сон был совсем другим.
До этого момента Джухван во время мастурбации использовал только материалы с участием женщин. Для него ничего не изменилось, но даже несмотря на это, он никогда не хотел смотреть гей—порно. Вы можете подумать: какая разница?
Но тогда это имело значение. Он боялся — боялся, что, если переступит эту черту, уже не вернётся. Поэтому он упорно избегал всего «ненормального». Эта привычка осталась с ним даже в армии, где ему приходилось полагаться только на воображение.
Даже когда он дрочил, его упрямство никуда не делось. Даже если он фантазировал о том, как кто—то раздвигает ноги и занимается сексом, он всё равно представлял себе только переднюю часть. Пока он достаточно долго тёр только головку своего члена, он всегда мог кончить, поэтому он никогда не прибегал к другим методам.
Может быть, поэтому ему приснился такой сон, как этот?
— Нет, я не... а, э—э, н—гх!..
В сюрреалистичном, тающем в дымке сне женщина извивалась под мужчиной, сопротивляясь его действиям. Она попыталась приподняться, но он схватил её за запястья и с силой прижал к кровати.
[Что за фигня? Ей это явно нравится.]
Для Джухвана это был заезженный сюжет.
Те же старые порнушные клише — «Нет, прекрати, пожалуйста!», «Ах, ах, просто признайся уже», «Мне правда… нравится…»— те, что он видел тысячу раз, вдруг показались ему… неправильными.
Сплетённые тела больше не вызывали возбуждения; они казались зловещими. Как стая птиц, улетающих перед концом света.
Наблюдая за происходящим настороженным взглядом, Джухван начал замечать кое—что странное.
— Ты хочешь, чтобы я его вставил?
Как раз в тот момент, когда мужчина собирался войти в неё, он внезапно раздвинул свои ноги.
Не женщины — а его собственные!
А затем он опустился на напряжённый, торчащий член...
Погодите—ка. Какого хуя здесь второй член? (п.п. да тавтология :( …)
— ...Ни за что. Мы что, оба парни?
От этого осознания в его голове мгновенно воцарился хаос. Но на этом всё не закончилось.
Пока он стоял с открытым ртом, словно получил удар под дых, лицо мужчины, до этого размытое, словно окутанное туманом, резко прояснилось. Он даже не успел вздрогнуть.
Джухван, затаив дыхание, смотрел на лицо, которое видел в зеркале каждый день.
С другой стороны, Со Джухван двигал бёдрами. При каждом движении блестящий кончик члена, зажатого под ним, слегка вдавливался, а затем с влажным шлепком выскакивал обратно.
Мужчина под ним нахмурил брови, словно это ощущение было для него невыносимым, и запрокинул голову.
И когда угольно—чёрные волосы рассыпались по плечам, стало видно лицо.
Мужчина, чьё лицо было слишком хорошо знакомо. Он умолял — умолял с таким выражением лица, которого Джухван никогда раньше не видел. Обычное безразличие сменилось чем—то мягким и трогательным, его челюсть бесконтрольно дрожала.
После этого по базе начали распространяться слухи.
Ходили слухи, что Со Джухван терпеть не мог Ли Шихёна.
Это был естественный вывод. Парень, который обычно был добродушным и дружелюбным, заметно хмурился и чувствовал себя неловко только в присутствии Ли Шихёна.
И если честно? Джуван только рад был этим слухам.
Какой смысл был сближаться с Ли Шихёном, если это приносило ему лишь путаные, ненужные мысли?
Держаться на расстоянии было правильным решением. Поэтому вместо того, чтобы исправить ситуацию, Джухван пошёл ва—банк — намеренно игнорировал Шихёна и делал всё возможное, чтобы не пересекаться с ним.
