XL и XXL (новелла). Глава 1 - Всегда будь начеку.
Суха, сидевший на диване, поднял голову, услышав грохот, похожий на раскаты грома.
Из коридора доносился сильный шум, и мужчина резко распахнул дверь кабинета, пока не упал. Он был отцом отца Суха, президента Чен Гехак.
— Паршивец, работающий на двоих! Сегодня ты умрешь от моих рук!
— Президент! Успокойтесь, успокойтесь!
Как только Гехак увидел Суху, он ещё сильнее разозлился и замахнулся клюшкой для гольфа, а Ким Пильгю, который преследовал его, быстро остановил его.
— Почему у меня не может быть спокойного дня, а? Я не могу спокойно смотреть на тебя, потому что ты меня позоришь! Пильгю, прекрати это. Сегодня я отрекусь от своего сына и накажу этого ублюдка!
— О, президент, пожалуйста, наберитесь терпения. Хорошо? Пожалуйста.
Пильгю издал жалобный звук. Брось это! Но Гехак с трудом сдерживал свой гнев и захрипел.
Отец Суха, которому далеко за 50, был настолько энергичен, что казалось, он мог избивать своего менеджера Пильгю, которому сейчас за двадцать.
Скорее, это было похоже на то, как Пильгю крутился и шатался из стороны в сторону. Никто и никогда не слышал, чтобы кто—то казался карликом или слабаком, но когда он стоял перед Гехаком, он казался бесконечно маленьким.
Это не катастрофа. Суха, которая спокойно наблюдал за двумя людьми, зевнул с открытым ртом. Ха—а, он услышал крик впереди, спрашивая, кто это, но Суха это совершенно не волновало.
— Что происходит? — спросил Суха с таким видом, словно ничего не знал.
Обнаженный, в халате для душа, он выглядел пленительно, как будто только что сошел с обложки журнала в качестве модели. Несмотря на то, что он сидел, выглядел так, словно позировал для фотосессии, и капли воды, которые падали с его платиновых волос и капали на ребра и грудь, тоже, казалось, предназначались для фотосессии.
Пильгю часто думал об этом, пытаясь остановить Гехака. Как бы это сказать, он бесполезно красив.
— Почему? Почему? Ты спрашиваешь меня, почему я делаю сейчас?
С другой стороны, Гехак излучал еще большую ярость, чем раньше. «Бум!» На стол упала толстая книга. После проверки предмета его лицо залилось ярким румянцем.
— Тебе больше нечем заняться, так что покажи себя и сделай фото!
В то же время в студии раздался голос Гехака.
Фирменным стилем продукта стал ежемесячный игровой журнал, известный среди журналов для взрослых за рубежом.
В названии «PLAY!» говорится: «Чон Суха, олицетворение стиля XL!» На обложке, украшенной фразой «Эксклюзивное фото в обнаженном виде!», изображен Суха, вгрызающаяся в красное яблоко.
Яблочный сок, стекающий по горлу, был на его обнаженной фигуре, где не было ни единой ниточки. Возможно, из—за необычного розового цвета живот выглядел более эффектно, чем обычно. Нижняя часть тела, которая проходит под ним, была аккуратно обрезана у подвздошной кости, что стимулировало воображение зрителя. В частности, слегка заметные волосы на теле в нижней части живота создавали особую атмосферу.
Когда он открыл журнал, на первой странице был виден мужчина, лежащий лицом вниз с обнаженными мышцами спины. Это был образ бога—мужчины из греческой и римской мифологии, обнаженное тело которого было обернуто мягкой фиолетовой шелковой тканью. Это было не просто вульгарно, но придавало ощущение элегантности и далёкого прошлого.
Переворачивая страницу, можно было увидеть фотографии Сухи в различных позах.
Его силуэт был отчетливо виден на шелке, едва прикрывавшем подвздошную кость. На некоторых страницах можно увидеть яркие фотографии его груди, а на других — просто фото его мускулистых ягодиц.
Концепция Намшина также была разнообразной, например, у него были крылья, как у Эроса, он окружал себя различными моделями, как Зевс, и держал чашу с вином, как Дионис.
Суха, который изображен без одежды, позировал как статуя Давида.
Его огромные мужские достоинства, которые были отчетливо видны, на первый взгляд казались крупнее и тяжелее, чем у обычных людей.
Они не просто большие, они огромны. До такой степени, что смотреть нужно с восхищением и открытым ртом.
Единственное отличие от жизни — это наличие или отсутствие волос? Некоторые волосы, изображенные на обложке, в журнале были тоньше.
Он попросил его не удалять это, но они удалили. Суха пожаловался, что не хочет видеть только красные перцы без волос, но это мнение не получило широкого распространения. Он не знает, связано ли это с проблемами общественного мнения или с общественными потребностями, но растительность на теле на обложке, вероятно, была лучшей.
— Ты не должен унижать свою семью. Я же говорил тебе прекратить фотографироваться обнаженным, верно?
Гехак, который наблюдал за реакцией, потому что ему было интересно, как долго он будет производить на него впечатление, наконец не выдержал и что—то сказал.
— Ты знаешь, насколько из—за тебя упал имидж группы компаний?
— Вовсе нет. В наши дни ребята считают, что это лучшая компания в мире из—за меня.
— Это здорово! Если вы наберете «Группа Чонха», то это все о ваших любимых или бывших!
Он даже не произнес ни слова! Наконец, Гехак, который в тот момент не мог выиграть, бросил пару тапочек. Но Суха был настолько взбешен, что кое—как уворачивался от летящих в него тапочек.
Именно тогда Гехак привел Суха в свою семью.
В преддверии предстоящего крупного контракта группа ''Чонха» внезапно стала популярной темой в Интернете, и причина была связана с фотографией Суха, полностью обнаженного, которая была выпущена в этом году после предыдущих.
Этот чертов дом с голыми стенами! Когда Гехак узнал, что фотография его сына с обнаженным телом обошла весь мир, он подумал, что распространился ложный слух. Однако, когда он узнал, что это была фотография, которую он сделал сам, он был потрясен. Даже когда он узнал, что журнал с коллекцией фотографий обнаженного Суха набирает сенсационную популярность, Гехаку показалось, что его обманывает.
Нравится ли это людям? Правда?
Не важно, насколько напряженной была обстановка за его спиной, эмоции людей в эти дни было трудно понять. Я облекал это в слова, которые должны были стать искусством, но это были просто картинки, наполненные водой, указывающие то туда, то сюда! Было просто невыносимо видеть композицию или позу, демонстрирующую откровенную сексуальную привлекательность.
Возвращаясь к истории с контрактом, прежде всего, младший сын, который работает моделью, не мог расторгнуть контракт между компаниями только из—за того, что провел достаточно интимную фотосессию.
Итак, проблема заключалась в том, что сам президент Чон Гехак пришел к власти с титулом «глупый папаша голого перца».
Я не занимаюсь рекламой, потому что он плохо воспитал своего сына, а также потому, что срать в лицо отцу — это жирно. На переднем плане он с улыбкой говорит: «В наши дни молодежь может это делать», но на заднем плане это был грузовик, полный людей из United, которые проклинали бы Альфу за то, что он опозорил их.
Это бесстыжее лицо, на котором нет ни следа сожаления или стыда! Он так неистово развлекался всю ночь, что даже Гехак, который пытался убить Суха, почувствовал запах феромонов неизвестного омеги, и ему было велено сначала хорошенько вымыться.
— О чем я и говорю. Вот почему ты позвонил кому—то с раннего утра?
Как и ожидалось, его сын был человеком, который не мог испытывать чувства стыда. Голова Чон Суха была не более чем цветочной клумбой, так что гнев Гехака прошел. И, строго говоря, когда Гехак позвонил Суха, было семь утра, а не утренний рассвет. Два часа спустя, когда он заполз в свой дом, было уже девять утра. Его беспокоило представление этого мальчишки о времени, которое он проводил во сне по утрам, а просыпался ближе к вечеру и развлекался до раннего утра.
— Это все? Теперь ты видишь это, ублюдок?
— В любом случае, тебе больше нечего сказать, верно? Я сегодня занят.
Пильгю поочередно смотрел дрожащими глазами на двух сильных мужчин, стоявших напротив. Возможно, из—за того, что Суха ответил таким дерзким тоном, Гехак, казалось, потерял дар речи. Суха, которая даже взял журнал, собрался уходить.
Неужели сегодня все так и закончится? Это было время, когда Пильгю пытался идти по стопам Сухи.
Внезапно, собираясь покинуть студию, Суха остановился как вкопанный и посмотрел назад своими исключительно игривыми глазами.
Потому что? Потому что? Что это такое? Пильгю, который понял значение этого игривого смеха, быстро покачал головой. Ничего не говори. Если это секрет, не говори мне! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Пилгю бросил отчаянный взгляд на Суху. Он с легкостью проигнорировал его серьезный сигнал и сбросил бомбу.
— Все говорят, что он тоже любит перец. — ...Ты, ты, ты! Это уже слишком...
Гехак, лицо которого в мгновение ока покраснело и запылало, замахнулся второй тапочкой. Тапочки полетели в него, но подчиненный успел захлопнуть дверь.
В тот же момент раздался стук в дверь и голос Гэхака.
— Ты точно когда—нибудь сдохнешь!
Если вы остановите прохожего и спросите, знает ли он группу компаний «Чонха», он, конечно же, ответит, что знает, а если вы спросите, кто первым приходит ему на ум, когда речь заходит о компании «Чонха», он без колебаний назовёт Чон Суха.
Лучшая компания в мире. Известная модель. «Бриллиантовая ложка». Скандальная особа.
Чтобы объяснить это, потребовалось бы много слов.
Суха, младший ребёнок в семье, где помимо него есть ещё сын и дочь, в компании «Чонха», владеющей сетью универмагов, с ранних лет понял, что у него нет предпринимательской жилки. Поэтому он передал бразды правления властной старшей сестре, Чон Юха, и просто развлекался. В отличие от детей чеболей, которые яростно борются за право быть режиссёрами в утренних дорамах, титул сына богатого магната был более желанным.
Разве не интереснее наслаждаться жизнью, чем постоянно находиться в стрессе?
По крайней мере, так считает Суха.
Когда Суха достиг совершеннолетия, Гехак выгнал его из дома без гроша в кармане, сказав, что не может больше терпеть. Конечно, реакция была бурной. Нет, но всё же! Разве это нормально — не дать сыну ни гроша и выгнать его из дома? Не слишком ли это жестоко? Суха попросил отца хотя бы дать ему что—нибудь на первое время, но Гехак и глазом не моргнул. Он сказал, что такой ребёнок, как Суха, должен немножко помучаться, и пригрозил, что тот будет жить вдали от комфортной и сытой жизни.
Но он сказал, что голодать не запрещено законом. И Суха получает неожиданное предложение от знакомой, модельера, с которой он познакомился в клубе. Это предложение меняет его жизнь на 180 градусов.
— Разве ты не хотел бы стать моделью?
Так и должно было случиться, ведь он был обладателем внешности, которая привлекала внимание, куда бы он ни направлялся, независимо от времени и национальности.
Высокий и красивый. Что тут ещё скажешь?
Телосложение прекрасно подходило для модели: мускулистая и подтянутая фигура без излишеств, а модное лицо, которое называли «лисичкой», тоже играло важную роль. А ещё эта неповторимая бунтарская аура, присущая только Ганджи и Налти! Глядя на Суха, знакомый похвалил его за то, что он так и не нашёл музу, которую давно искал.
Гехак возразил, сказав, что моделью может стать кто угодно, но его прогноз оказался в корне неверным. Суха, который умел позировать и знал, как быть интересным, оказался прирождённым артистом.
Бурная личная жизнь в Голливуде, склонность к расточительству, обусловленная финансовой независимостью, и всеобщее внимание, вызванное чрезмерным интересом и завистью! Он жил так всю свою жизнь, зарабатывая деньги только за счёт того, что люди тратили на него деньги! Кроме того, поскольку он был младшим сыном в семье, владевшей конгломератом, ему не нужно было оглядываться по сторонам или пробиваться наверх, как обычным новичкам. Мир был у Сухи в кармане!
Одним словом, он чувствовал, что был рождён для того, чтобы стать настоящей знаменитостью.
Журнал Play пригласил его в качестве фотомодели. В благодарность за беззаботность Сухи, журнал предложил ему сняться в фотосессии «полностью обнажённым», чтобы подчеркнуть его неповторимую атмосферу.
Это было нестандартное предложение, которое вряд ли кто—то принял бы, но Суха с готовностью согласился. Он был уверен в своих размерах.
Результат был слишком очевиден.
Первая фотосессия Сухи в стиле ню принесла журналу Play самые высокие продажи с момента его основания. За ней последовали многочисленные почётные модификации, такие как «Размер XL», «Альфа от Альфы» и «Альфа от Siptop». Благодаря этой возможности Суха стал известен на публике как доминантный альфа, и менее чем через год после дебюта он зарекомендовала себя как восходящая звезда.
Пильгю смотрел на смеющегося Суху, с заднего сиденья через зеркало заднего вида, который поглядывал на его телефон. Он наверняка смеется над своими иллюстрированными историями, опубликованными в сообществе, или над комментариями в Instagram. Кто—то с самого утра не может прийти в себя после ссоры с домашними.
Суха любезно зачитал комментарии, которые увидел.'' У него три ноги, как у треноги или чего—то в этом роде.''
Пильгю, который какое—то время не понимал, что она говорит, растерялся.
Пильгю пошутил, что, похоже, его барабанные перепонки подверглись нападкам. Он прикрыл одно ухо и посмотрел на Суха, но та рассмеялась и сказала, что всё в порядке.
— Ты...Твоя проблема в том, что ты всегда говоришь то, чего не следовало бы говорить...
Вот почему президент его ругает. Судя по тому, что видел Пильгю, который был рядом с ним с самого дебюта и до сих пор, у него был дурной вкус, но он нарочно выходил из себя.
— Ты извращенец, — рявкнул Пильгю.
— И, братишка, я выкладываю фотографии в соцсети только раз в день. Люди клянутся, что я ищу внимания, потому что выкладываю селфи в вымышленные дни.
Разве люди, которые заходят в твои соцсети и ругаются из—за твоих фотографий, не психи? Несмотря на комментарии Пильгю о том, что он «привлекает к себе внимание», Суха, похоже, не добился успеха.
Он не размещает свои селфи на электронном экране посреди Каннам—дэро 24/7 и не расклеивает рекламные буклеты на дверях каждого дома. Он не понимает, почему так много комментариев по поводу того, что он просто публикует их в своих личных соцсетях. Если вы не хотите, чтобы я так часто появлялся у вас на виду, заблокируйте меня. Приходить в чужие соцсети, оставлять злобные комментарии и собирать их — это тоже болезнь. Суха с сарказмом заметил, что в мире много людей, которым нечем заняться.
Но проблема в том, что люди, которые подписаны на него, до сих пор не подписаны на него в ответ. Пильгю хотел было возразить, но передумал, потому что это была бы неубедительная логика.
Сколько бы раз он ни отписывался от кого—то в соцсетях, он был не из тех, кого это задевало, и его популярность не собиралась снижаться. На самом деле вы и не заметите, как уменьшатся три—четыре цифры в конце большого числа, обозначающего миллионы. Это правда, но количество подписчиков в его соцсетях превышало количество тех, кто на него не подписан.
Пильгю, наблюдавший за тем, как Суха щелкает камерой телефона, приговаривая, что ей стоит сделать еще несколько селфи, решил сосредоточиться на вождении.
В последнее время настроение Сухи было на высоте.
После своей первой фотосессии в стиле ню для журнала Play накануне вечером он достиг вершины своей карьеры. Он стал моделью для большинства люксовых брендов, а на обложках большинства модных журналов можно увидеть ее фотографии. Но было еще кое—что, что приводило Суху в восторг.
Это был выбор в качестве амбассадора бренда Max Rogers.
Max Rogers — один из лучших люксовых модных брендов в Нью—Йорке, а также уникальный бренд, олицетворяющий доминирующую альф. Официально он этого не говорил, потому что это могло быть расценено как дискриминация, но Макс Роджерс открыто использовал только доминирующих альфа—самцов, и дизайнеры тоже нанимали только доминантных альфа—самцов.
Даже Макс Роджерс, первый предприниматель и модельер, основавший бренд, был доминантным альфа—самцом, так что его слова говорили сами за себя. В результате Max Rogers стал брендом, олицетворяющим доминантных, альфа—самцов, а одежда этого бренда стала отличным способом продемонстрировать свои качества и богатство.
Макс Роджерс связался с Сухой, который даже не использует азиатских моделей для демонстрации превосходства доминантных альфа—самцов. Он хотел, чтобы Чон Суха стал амбассадором Max Rogers. Это стало для него шокирующим сюрпризом, даже когда об этом вспоминал.
Компания рекомендовала ему не демонстрировать своё тело во время работы в качестве амбассадора, но, к сожалению, Суха решил иначе. Почему Max Rogers выбрал меня? Конечно же, потому что я соответствую образу доминантного альфа—самца!
На самом деле было бы дурным тоном сохранять невозмутимость только потому, что он стал амбассадором Max Rogers, но Суха настаивал на том, что в таких случаях он должен вести себя как обычно. Поэтому Суха держался так, будто ничего не произошло, и из—за этого у окружающих его людей просто голова шла кругом.
— Ты ведь сегодня собираешься отдохнуть дома, да? Ответь мне.
Когда он приехал на место и попытался выйти из машины, его окликнул Пильгю.
Он притворился, что испугался, но вскоре улыбнулся и весело ответил:
— Я не знал, что в последнее время вокруг него вьются репортёры, которые пытаются что—нибудь выведать, и то что Суха, особенно в своей статье, должен быть особенно осторожен и не провоцировать его намеренно. Кроме того, завтрашнее закрытое мероприятие в ''Чонха Group'' будет посвящено генеральному директору Чон Юха, так что никаких спорных вопросов быть не должно.
— Эй, за кого ты меня держишь? Не говори мне, что я за один день умудрился попасть в ловушку.
Он осуждающе посмотрел на Пильгю, но тот ответил твёрдо:
— Пообещай, что с тобой ничего не случится. Я умру, если случится ещё что—нибудь странное.
Уходи. Выйдя из машины, Суха быстро отмахнулась от него, но Пильгю, высунувшийся из окна, похоже, не хотел отпускать протянутую руку.
— Вы уверены? Ты ведь дал мне обещание, да?
— Ты не имеешь права создавать проблем. Ты дал мне обещание.
Ну вот и отлично! В конце концов, разозлившись из—за того, что его терпение иссякло, он сунул голову в машину, как пиявка. Когда он велел ему поторопиться и уехать, пока он не испачкался ещё больше, раздался звук заведшегося двигателя. Да, пожалуйста, уезжай.
Суха, наблюдавший за тем, как минивэн съезжает с дороги, с отвращением цокнул языком.
В любом случае у Пильгю много забот, но их слишком много. Это не имеет значения, пока секрет не раскрыт.
Чон Суха, известный как доминантная альфа, но на самом деле не являющаяся доминантной альфой.
— Ты имеешь в виду ту в которой говорится, что у меня большой член?
— Нет, в статье говорилось, что ты занимаешь первое место в категории знаменитостей, с которыми они бы с удовольствием встречались.
Как только он вошёл в кабинет, Нам Чжэвон, сидевший за столом, изображал спокойствие. Но при внезапном упоминании «члена» его лицо исказилось от отвращения.
— Ты всё ещё ребёнок... И это всё, о чём ты можешь думать? Есть такие слова, как «голос», «интонация» и «манеры», но ты не можешь обойтись без такого уродливого слова?
Несмотря на пренебрежительную критику Джэ Вона, Суха рассмеялся и сказал, что это было смешно.
Когда он сел на кушетку, а не в кресло врача, и закатал рукава, Джэ Вон раскритиковал больницу, назвав её своим рабочим кабинетом, но всё же подошёл к кушетке и сделал себе инъекцию.
— Какой результат анализа? Что—нибудь получилось?
Когда Суха с надеждой спросил об этом, вместо ответа в руки сунули бумажный лист. Под фразой «Чон Суха, 28 лет» была краткая информация и график с горизонтальными столбцами. Каким бы ни был график, самое важное — это результат, поэтому Суха сразу перешел к следующей странице и нашел столбец с результатами теста.
[Конечный результат: доминантная омега]
— Что это такое?! То же, что и в прошлом году
— Я уже говорил, результат будет таким же.
— Но если мне делать регулярные инъекции, уровень ведь может снизиться!
Разве это не шарлатанство? Чжэвон, который сохранял невозмутимость, словно привык к надоедливым жалобам Суха, нахмурился, когда увидел слово «каменная задница».
— Нет... Как можно изменить врождённые черты? Действие этого препарата заключается в том, чтобы не допустить повышения уровня в плазме крови, а не в том, чтобы изменить саму суть.
— Но здесь написано, что вероятность того, что я бета, составляет 39 %!
— [Вздох] опять это слово... Послушайте, это генетический показатель, и всё сводится к тому, что он показывает. Так что, раз у вас есть альфа—хромосома, значит, вы можете быть альфой? Господин сейчас ведёте себя очень глупо.
— Даже если учитывать, что реакция на феромоны и их расхождение ничего не значат?
— Это из—за вашего особого телосложения. Но это не отменяет того факта, что вы омега, Господин Чон».
От такого решительного ответа у него перехватило дыхание. В конце концов, что бы ни говорил Суха, финансовые ресурсы не могли дать ему желаемого ответа. Суха, лишённый всякой логики и возможности что—либо предпринять, со стоном рухнул на диван.
— Просто смирись, что ничего не выйдет.
Он услышал голос Чжэвона, который сидел в кабинете врача и работал за компьютером. Когда Чжэвон перестал делать вид, что слушает, не оборачиваясь, он вздохнул.
— Сколько ты ещё собираешься этим заниматься? Разве не страшно обманывать людей?
— Да что у тебя за характер вредный?
Чжэвон покачал головой и сказал:
— Я никогда не говорил, что я доминантный альфа.
— Послушай, вот почему я трясусь от страха. Он будет искать до самой смерти и побежит за ним.
Доминантный омега — самая редкая из доминантных черт, которые относят к редчайшим. Что ж, Чжэвон не был доминантным омегой с самого начала, а стал им уже в зрелом возрасте, после того как встретил свою вторую сексуального партнёра.
Возможно, именно поэтому Суха не чувствовал ни чужих феромонов, ни своих собственных. Конечно, у него никогда не было течки. По словам Чжэвона, это называется «нечувствительность к феромонам».
В любом случае Суха был доминантным омегой только на бумаге, но по своим характеристикам он была ближе к бета—омеге. Это произошло потому, что у него поздно проявилась сущность. В отличие от омег—мужчин, рост которых превышает 170 сантиметров, Суха был ростом 188 сантиметров. Его рост был высоким даже для бета—омеги или альфы.
Но лучше всего быть доминантным омегой!
Суха был настолько не похож на омегу, что это казалось несправедливым. Он был выше доминантного альфы Гехака своего отца и выше своей старшей сестры Чон Юхи, ещё одной доминантной альфы. Если бы он пришел куда—нибудь с таким телом и сказал, что он омега, ему бы никто не поверил. Объявить, что Суха — доминантный омега, казалось более немыслимым, чем выдавать себя за доминантного альфу.
Поэтому в каком—то смысле для людей было естественно считать, что Суха — доминантный альфа. В обществе, где не принято открыто спрашивать о сущности вторичного пола, люди обычно судили о них по внешности собеседника. Если бы пришлось оправдываться, то Суха был бы одним из таких людей.
Если спросить, плохо ли быть доминантным омегой, то нет, но... Разве «доминантный альфа» — это не синоним силы и крутости?
Он высокий, крупный, и кто бы мог предположить, что он омега. Хотя Суха не источал феромоны, чем более развитым он становился, тем больше становилось известно о его достоинствах, так что все так и думали.
Конечно, ему не хотелось никого обманывать с самого начала. Оно было неизбежно, так как его никто не спрашивал, а все решили, что он доминантный альфа. Кроме того — как ни странно это звучит в современном обществе XXI века — никто не догадался, что Суха из семьи чеболей тоже может быть доминантным омегой, потому что чем влиятельнее семья, тем выше доля доминантных альф. Так что слухи о вторичном поле Сухи начали распространяться всерьез из—за его размеров, которые стали очевидны после фотосессии в стиле ню для Play.
<Ах, с такими размерами он просто не мог не быть доминантным альфой! >
Все так говорили, но никто не обсуждал это.
А он и не был не против. Открыто говорить, что он доминантный омега, было бы очень плохой идеей.
И поскольку у него никогда не было течки и он не стремился к доминированию, он не видел необходимости выдавать себя за омегу. В этом не было никого смысла.
Хорошо... Честно говоря, были некоторые заблуждения на этот счёт. Но что он хочет? Он и сам всё неправильно думал.
Более того, с тех пор как его выбрали для показа коллекции Макса Роджерса, в которой, как говорят, в качестве модели где представлены только альфы, его гордость не позволяла ему быть искренним.
— Вот почему ты смеялся над фанатами.
Суха нахмурился, услышав слова Чжэвона, его как будто окатили ледяннной водой.
— Уу, они всё неправильно поняли.
— Да, да, можно и так сказать.
Чжэвон саркастично заметил. Конечно, история болезни Суха была доступна только лечащему врачу Чжэвону.
Чжэвон был причиной того, что Суха мог скрывать свои особенности и без особого труда работать. Он его двоюродный брат, и ровесники, и так же врач, специализирующийся на вторичном поле людей. Когда дело касалось альф и омег, его диагнозы были всегда очень точными. Что же может быть лучше для врача в семье Сухи, в университетской больнице, спонсируемой корпорацией «Чонха», да ещё и в VIP—палате? Кроме того, под предлогом того, что он находится рядом, он может приходить в больницу и уходить из неё, не вызывая подозрений.
— В любом случае, пока ничего не произошло, результаты будут такими же.
Чжэвон, печатал глядя в монитор, чётко произнёс эти слова. Однако для поддержания статуса ему рекомендовалось периодически делать инъекции.
Он надеялся, что хоть что—то изменится, если он будет делать инъекции постоянно, но, видимо, это была напрасная надежда. Суха снова удручённо вздохнул, сидя на диване. Ещё утром у него было хорошее настроение, но всё, теперь оно испорчено.
Внезапно захотелось выпить. Суха вскочил с места ирешил что спросиль, думая, что развлечения — единственное, что может помочь ему избавиться от этого гнетущего чувства.
— Я чувствовую что на меня давят.Может, сходим куда—нибудь сегодня вечером?
— Хорошо вчера повеселился,да?
Дэвон посмотрел на часы, видя нетерпение Суха. Вместо быстрого ответа он услышал задумчивый стон, а затем последовал ответ:
— Жди неподалёку. Я скоро закончу работать.
В тот момент, когда он опустил стакан, в воздухе распространился резкий запах алкоголя. Это был уже пятый раз, когда я использовал 40—градусную водку в качестве маскировки.
День был не из лучших, совсем не из лучших.
Клуб, в котором Чжэвон то появлялся, то исчезал, закрылся на ремонт, а следующее заведение тоже временно закрылось по личным причинам. Даже после второго бокала пора было уходить. Тем временем Чжэвон, который уже не мог сдерживаться, предложил пойти в бар при отеле неподалёку и выпить там в меру. К сожалению, Суха тоже устал, но ему пришлось идти на компромисс.
Суха так и сделал, но... Как только официант принёс алкоголь, он не ожидал, что Чжэвон уйдёт, потому что ему срочно нужно, видите ли, было позвонить. Суха посмотрел на часы, украшенные статуэткой Омана. Прошёл уже час.
Если бы он знал, что так будет, то пошел бы на пьяную вечеринку, на которую позвал знакомый. Его охватило сожаление. Что ж, выпьем и уйдём. Суха решил бросить Нам Чжэвона, который бросил его, и допил свой бокал.
Суха на мгновение замер, услышав приближающийся голос, а потом рассмеялся. После комментария о месте. Вы хоть понимаете, что это за бар?
Он махнул рукой, даже не повернув голову в сторону говорившего.
— Да, тут занято. У меня сегодня ужасное настроение, так что поищите кого—нибудь другого.
— Ого, ничего себе. Что—то случилось?
— Да... — раздражённо повернув голову, он увидел обладателя голоса и рот открылся от удивления.
Суха удалось уловить смысл сказанного, хотя оно и прозвучало почти без мата. В баре раньше не было такого лица.
Мужчина, стоявший перед ним, был нереально красив. У него была привлекательная внешность: темные волосы, белая кожа, красивая прическа с собранными в хвост волосами и одет костюм тройку.
Он был его воплощением идеала мечты.
Аура вокруг была идеальной, и сам он — блистательным мужчиной. Еще совсем недавно Суха, пытавшийся отвлечься, едва мог отвести взгляд от его лица. Мужчина, словно заметив, на что он смотрит, очаровательно улыбнулся.
Это была свежая улыбка, словно распустившийся бутон цветка. Очнувшись поздно, Суха стряхнул с себя оцепенение и встал с непринужденной улыбкой. На самом деле он поймал его, потому что он был немного крупнее, чем его милое личико, но даже улыбка на этом лице была очаровательной, так что беспокоиться было не о чем. Суха просто подумал о том, чтобы прямо сейчас отвести этого красавчика в отель.
Он схватил мужчину за подбородок и притянул к себе.
Когда он прошептал это себе под нос, глаза мужчины слегка расширились от удивления.
Это была улыбка с явным радостным подтекстом.
Дверь резко распахнулась, и он услышал звук открывающегося замка. Когда их тела сплелись, в тихой гостиничной комнате стало жарко. Особенно громко в его ушах звучали звуки размазываемой слюны и треск ткани. Это был поцелуй, более страстный и дерзкий, чем когда—либо.
Когда он на мгновение приоткрыл губы и выдохнул, его партне тут же прильнул к ним, словно притянутый магнитом. Очевидно же, что это он прижал мужчину к стене.
Когда Суха пришел в себя, то обнаружил, что его прижали к стене и быстро толкают в противоположную сторону. Ему показалось, что голова странно запрокинута назад. Он думал, что они примерно одного роста, но не предполагал, что он такой высокий.
[Разве он не чуть выше?]— подумал Суха, посасывая его горячий язык, который свободно двигался в его рту. Недолго думая, он расстегнул пуговицу на его рубашке и принялся с большим рвением ласкать языком его мягкие и чувствительные губы.
Лишь спустя некоторое время после того, как они вошли в отель,они смогли добраться до кровати. Суха толкнул мужчину на кровать и забрался на него сверху. Он рассаматривал лежащего мужчину, и его живот напрягся. Он чувствовал, что его член упирается ему в промежность, и это возбуждало не только его.
Он приподнялся и застонал, ощутив трение между ног. Затем мужчина расстегнул пряжку на брюках Сухи, и он снял с себя брюки в ответ на его прикосновение. Оба действовали торопливо и без промедления.
Обычно он ласкал их до тех пор, пока они не начинали умолять его войти в них, и тогда он входил. Но в этот раз, возможно, из—за остаточного действия алкоголя, он почему—то не мог этого сделать. Его тело было жарче, чем обычно, и он был возбужден.
Он пытался совладать с ускользающим сознанием. Но, в отличие от его усилий, происходящее вокруг, казалось, замедлилось и распалось на короткие фрагменты, как в испорченном видео.
Последнее, что он увидел перед тем, как отключиться, — это рука другого человека, надевающая презерватив на его член.
Приоткрыв глаза, почувствовав знакомый аромат, Суха на мгновение нахмурился от солнечного света, проникавшего сквозь тонкие занавески. Он, который некоторое время страдал от похмелья, повернул голову в сторону силуэта, появившегося в поле зрения сбоку. Он смотрел спину своего противника, который крепко спал, обнимая подушку.
О, точно. Я же вчера.. переспал с красавчиком.
Суха, который размышлял о том, как к нему обращаться, понял, что переспала с мужчиной, который спал рядом с ним, даже не поговори. Он даже не удосужился нормально с ним пообщаться, сразу снял номер, пришел туда, занялся с ним сексом, и на этом все закончилось.
В обычной ситуации он бы не торопился, а дождался, пока он расслабится, занялся с ним сексом и даже позаботился о том, чтобы он получил удовольствие. Суха рассмеялся над своим нетипичным поведением.
К счастью, он, кажется, не упал в обморок. Его одежда была натянута кое—как, как змея, сбрасывающая кожу, а презервативы валялись где попало, завязанные только с одной стороны. Любой мог бы подумать, что он ушел, яростно споря с ней о политике.
Он повернулся на звук шороха рядом с собой. Мужчина, который спал как убитый, перевернулся на кровати и повернулся к нему, открыв лицо.
На его лице читалось восхищение.
Его партнер, которого он, как ему казалось, превозносил в пьяном угаре, оказался именно таким, каким он видел его прошлой ночью.
Суха смотрел на лицо мужчины так, словно он был его любимым актером. Под длинными, аккуратно подстриженными ресницами лежала длинная тень, и когда она сползла вниз по мягкой переносице, Суха увидел аккуратно сомкнутые губы. Взгляд Сухи, который закатил глаза и опустил голову, застыл на одном месте. Это была грудь крупного светлого мужчины, полностью чистая.
Похоже, ты сейчас выставишь себя на посмешище.
Улыбаясь, Суха облизнул губы. Он был уверен, что прошлой ночью у них был жаркий секс, но почему он так плохо его помнит? Это несправедливо. Может, сыграем еще разок, когда я проснусь? Он раздумывал, стоит ли будить мужчину, который уже давно крепко спал, но остановился, увидев отпечаток ногтя у него на плече.
Слегка приподняв голову и оглянувшись через плечо, он увидел то, чего раньше не замечал. Плечо, предплечье и спина мужчины были сильно исцарапаны. Судя по всему, это были его собственные следы. Но на этом вопросы не закончились.
С чего бы ему это делать? Если бы эти отметины были на моей руке или спине, я бы не узнал, что это не мои следы. Поразмыслив над этим, Суха решил тут же протянуть ему рисовый пирог, подумав, что, возможно, дело в том, что он сильно ударился. Надо сначала умыться. Он схватился за простыню и приподнялся.
Когда же он приподнялся, из его груди вырвался стон от боли, которая, казалось, сковала все мышцы его тела. Как ни странно, его охватила дрожь, и он свесил ноги с кровати.
Как только его ноги коснулись пола, он закричал от невыносимой боли, которая отдавалась в пояснице.
Не успел он осознать происходящее, как между его бёдер потекла какая—то жидкость.
Жидкость? Между бёдер? Он в изумлении провёл рукой у себя между ног. Скользящая рука поднялась по бедру.
Он поднял руку, на которой была липкая слизь, и посмотрел на нее. Белая слизь медленно стекала по его пальцам, и лицо Сухи, наблюдавший за этим, постепенно становилось серьёзным.
...Холодно. Кинжал летит ему в грудь и вонзается в неё. В голове у него всё померкло.
Нет, это не... Он пытался отрицать очевидное.
Он снова осторожно ощупал себя между бёдер. Мягкая слизистая оболочка была теплее, чем обычно, а края набухли и стали плотнее.
Смутившись, он огляделся и увидел сбоку зеркало в полный рост, которое было намного выше его самого. Суха едва сдержался, чтобы не вскрикнуть.
Это не тот парень, который... Это был я?..
Он быстро одевался, даже забыв принять душ. По пути он споткнулся и упал, ударившись о мебель, но сейчас было не время обращать на это внимание.
Жизнь Чон Суха, который только—только встал на путь «вершины», была в опасности.
Неужели Чон Суха напился и переспал с кем—то на одну ночь? Это совсем не повод для шуток. Красная сирена в голове приказывала ему немедленно убираться отсюда.
[Как такое могло со мной случиться?]
Когда он увидел себя в зеркале в полный рост, ему показалось, что вот—вот потеряет сознание.
Плечо, грудь, даже живот и бедра — он не мог найти ни одного места без красных следов. Кроме того, оба соска прошлой ночью набухли и стали темнее обычного.
После пары неудачных попыток ему наконец удалось натянуть штаны. Он поспешно подтянул их и застегнул на пряжку.
Суха вздрогнул от тихого голоса, раздавшегося позади.
Сжимается... Он неуклюже повернул голову, словно плохо смазанный оловянный робот.
Его взгляд встретился со взглядом мужчины, сидевшего на кровати. Они застали его врасплох. С посиневшим лицом он застыл на месте, не в силах пошевелить челюстями. Солнечный свет, проникавший в комнату через большое окно позади мужчины, создавал иллюзию нимба.
Мужчина, который молча смотрел на Суху. Улыбался так же очаровательно, как и накануне вечером.
Суха смотрел на мужчину, сидящего напротив, как на бездомную кошку.
Я подставил ему задницу... Завтрак в приватной комнате с мужчиной. Ему хотелось умереть, уткнувшись носом в тарелку с водой.
Как это произошло? Он пытался найти выход из этой ситуации, погрузившись в воспоминания, которые не мог толком воспроизвести.
С другой стороны, мужчина выглядел скорее расслабленным, чем спокойным. Завтрак предложил он, но даже за едой почти ничего не говорил и с наслаждением потягивал эспрессо.
[Но он пронзил мою спину этим милым, невинным взглядом...]
Чем больше он об этом думал, тем нелепее это ему казалось. Он хотел спросить, не установлена ли здесь скрытая камера, но следы на его теле были слишком очевидными. Боль, которая пронзила его до самой талии, как только он ступил на землю, и разлилась между его промежностью и ягодицами... О боже, он зажмурился, не в силах поверить в происходящее.
(п.п. далее чусочек мыслей Сухи)
[Не было смысла совершать ошибки и слушать о том, что уже случилось. Да и как вообще можно было перепутать? Я был пьян, но именно я внезапно схватил тебя за руку, чтобы пойти в комнату, так что в этом не было ничего однозначного.
Хоть я и был пьян,но на той стороне не употребляли алкоголь, и если бы я не хотел, чтобы меня насильно схватили, то должен был оставить на своем теле хотя бы следы сопротивления... Но когда я посмотрел на себя в зеркало в ванной, на моем теле остались лишь следы от ласк.
Хорошо, что я ничего не помню о своей «официальной» жизни. Если бы у меня были четкие воспоминания, я бы не смог вот так сидеть с ним лицом к лицу.
Додумавшись до этого, Суха перестал пить американо со льдом и выплюнул соломинку, которую жевал.
— Вы ведь знаете, кто я такой?
Суха произнес это довольно неприятным тоном.
Он сделал акцент на слове «кто», но мужчина не дрогнул и ответил ровным голосом, ни слишком быстро, ни слишком медленно.
— Да, господин Чон. Вы вчера назвали мне свое имя.
— Не в этом смысле. Вы знаете меня в том смысле, что видели меня в интернете или в новостях?
На мгновение воцарилась тишина. Мужчина, потягивавший эспрессо, тихо ответил:
— Да, я знаю, потому что вы очень известная личность.
— Значит, вы знаете, что я сын владельца группы компаний Чонхa?
Тогда это будет легче сказать, чем сделать. Суха, сидевший, поджав ноги, вздёрнул подбородок.
— Пожалуйста, сделай вид, что ничего из того, что между нами произошло, не было.
Мужчина никак не отреагировал. Он был настолько спокоен, что даже не изменил выражения лица, и он подумал, что он не понял его слов. Но Суха всё равно продолжил.
— Тебе не нужно объяснять почему, верно? Это было из—за того, что я был пьян, но я вовсе не собираюсь оправдываться. Лучше не думай о всякой ерунде.
Когда собеседник перевёл на него взгляд, голос Сухи стал жёстче.
— Например, ты можешь пойти куда—нибудь и снисходительно рассказать о том, что произошло вчера, или выложить в интернет пост вроде такого: «Что—то в этом роде. Я подам в суд, как только он сделает что—то подозрительное»
— Неважно, правда это или нет, мы всё равно ничего не будем делать, так что лучше подготовься к тому, что тебе придётся разбираться с этим позже.
Хорошо? Затем он улыбнулся по—другому, не так, как раньше. Он не сказал этого вслух, но именно это и пытался донести Суха. Он посоветовал ему разобраться во всем самому.
На самом деле достаточно было просто не обращать внимания на слухи и посты в интернете.
В любом случае общественность назовет это ложью, а если и поверит, то быстро забудет, если сначала разразится какой—нибудь другой скандал. Но какое—то предупреждение было необходимо. Так другая сторона не будет злиться и не станет сыпать неуклюжими угрозами.
— Что… Это немного странно — делать что—то по обоюдному согласию, но, если вы хотите отблагодарить меня молчанием, пожалуйста, свяжитесь с моим агентством. Я позабочусь о вас, но не хочу слышать никаких мук совести.
Суха достал из внутреннего кармана визитку и протянул ее собеседнику. Конечно, я не собирался уговаривать его молчать. Нужно предложить ему достойную награду, чтобы он согласился.
Ну как? Хорошая сделка? Суха торжествующе посмотрел на собеседника.
Но тот не нашел, что ответить.
Он просто вертел в руках маленькую чашку с эспрессо. Поскольку возражений не последовало, казалось, что его слова возымели какой—то эффект.
Он делает вид, что волнуется, потому что стесняется дать отпор, когда тот говорит, что собирается дать ему денег.
— Надеюсь, вы правильно поняли, что я сказал.
Он уже собирался встать и уйти с легким сердцем, но услышал тихий смех собеседника.
— Чем больше я об этом думаю, тем страннее мне кажется.
Вот так—то. Неудивительно, что он ничего не сказал. Он ни за что не оставлю золотое яичко у тебя перед носом. Суха с кислой миной посмотрел на собеседника.
— Как и сказал господин Суха, если бы это было сделано по обоюдному согласию, то не имело бы значения, одобрю я это или нет. Нужно ли предупреждать меня, чтобы заткнуть, и даже давать вознаграждение?
— Он говорит (про Суху) приятные вещи и даже обещает дать мне денег. Так что не надо этого делать.
— Более того... Есть ли какая—то другая причина, по которой ты хочешь заткнуть мне рот, пока делаешь это?(п.п. монолог Гонджуна)
От этого дурацкого комментария у него отвисла челюсть. В тот момент он не мог сразу ответить, потому что смутился, но, похоже, мужчина и не ждал ответа.
— Суха, ты ведь не знаешь, кто я такой, да?
О чём, чёрт возьми, он говорит? Это тоже был неожиданный вопрос.
Он снова посмотрел на мужчину, но было ясно, что он его уже видел. К тому же я бы никогда не забыл это лицо.
Он рассеянно оглядел его с головы до ног. Затем, подперев подбородок тыльной стороной ладони, он медленно приблизился к нему и тихо произнёс:
— Ты выдвинул такое предложение, потому что не знаешь, кто я такой.
Это ловушка? Или просто провокация?
Одно можно сказать наверняка: если ты не знаешь, кто этот человек, даже после того, как увидел его лицо, значит, твой подчинённый не так уж важен для тебя.
— А мне нужно это знать? Не думаю, что мне стоит на это смотреть.
— Ну, я так не думаю. Думаю, в будущем нам ещё многое предстоит увидеть.
Слово «нам» в конце почему—то придало ему сил.
Он сказал: «Посмотрим, посмотрим», — и ушел прочь. Судя по тому, как он подбирал слова, говоря о чём—то бессмысленном, казалось, что мужчина провоцирует его на что—то без всякой причины, хотя он ничего не знал. Он мало с кем знаком, ни за что не сделаю ничего подобного.
— Ха, с чего ты это взял? Что ты со мной что—то сделаешь?
— Хм. Рот, живот, промежность, близкие отношения?
На мгновение он усомнился в том, что слышит. Суха моргнул, не веря своим ушам, когда услышал эти случайные слова, слетевшие с его губ.
— Ты насмехался надо мной, а потом получил по заслугам, и ты весь день хранил моё семя. Разве могут быть отношения ближе, чем эти? Ты что, не помнишь?
Мужчина, который без колебаний взорвал бомбу, улыбнулся.
— Ты с катушек слетел из—за того, что я не хотел остаться? Что за херню ты несешь...
Это был тот самый момент. Он не смог сдержать вспышку гнева и выругался, но в конце его речи его слова потонули в двух глазах, которые он встретил. Его охватило чувство дежавю. Вскоре в его голове, словно в фантазиях, начали разворачиваться панорамные сцены.
— Тебе хорошо? Ты ещё больше возбуждаешься, когда он касается твоего соска.
— Вздохни, ах... Очень хорошо, продолжай...
— Ого, тебе нравится это место? Здесь
— А—а—а! Ещё, ещё, ещё!.. Войди ещё, глубже!..
Стук был таким громким, что было неловко слышать звук трения. После того как стон достиг своего пика, из—за спины донёсся выдох и звук стал чуть тише.
Лицо Сухи побелело от непристойной сцены, что всплыла у него в памяти. Всё это... Что это такое?..
— А. Ты, должно быть, вспомнил по выражению твоего лица.
Он попытался возразить, но мужчина пристально посмотрел на него и задал вопрос:
Мужчина не изменил выражения лица и произнёс несколько непристойных слов.
— Разве ты не помнишь, как господин Суха жаловался на меня и просил войти в себя полностью? Я много раз входил и выходил, пока не заполнил тебя целиком, но при этом всё время бил тебе в животе в твою любимою точку. А нижняя губа, которая ночью была искусана...
Суха быстро зажал мужчине рот ладонью, он был так удивлен. У мужчины, который невинно своими раскосыми глазами моргнул. Он почувствовал, как мужчина медленно приоткрывает рот, и ощутил прикосновение его языка к своей ладони.
Суха вскрикнул, когда мужчина лизнул его ладонь, и отдёрнул руку.
— Ха, теперь ты облизываешь мою руку?!
По всему его телу бегали мурашки. Ему казалось, что он по ошибке прикоснулся к чему—то тёплому и липкому.
Мужчина улыбнулся, как бы намекая, что его действия были преднамеренными.
— Как и вчера, ты все такой же очень сладкий.
Странно раскрасневшиеся щеки и глаза, которые стали еще более коварными, чем прежде, излучали совсем другую ауру.
— Я хочу облизать его, когда ты вот так сжимаешь свой член.
Смех был слышен даже сквозь ругательства.
— Запомни меня. Меня зовут Пэк Гонджун.
— Думаю, я и сам должен знать. Но Мёнмён — первая, кто позволил мне продолжить.
Суха отступил на шаг, подняв флаг.
Куда—то подевался растрепанный мужчина в костюме—тройке, которого он видел вчера вечером, и теперь перед ним был лишь развязный юнец, который без стеснения отпускал грязные и непристойные комментарии.
Мысль о том, чтобы сбежать, инстинктивно пришла ему в голову. Разум кричал. Если ты ещё больше сблизишься с ним, будет очень плохо. Сделав ещё пару шагов назад, Суха быстро развернулся и выбежал за дверь.
Позади раздалось забавное прощание, но Суха не обратил на него внимания. Ублюдок. К счастью, парень, похоже, не стал его преследовать, но Суха не сбавляя темп и бежал изо всех сил.
Как только Суха сел в ярко—розовый суперкар с откидным верхом, который сам назвал «Пинки», он тут же захлопнул дверь. Тяжело дыша, быстро достал из конверта противозачаточную таблетку, положил ее в рот и запил водой, он купил когда—то на всякий случай.
Все присутствующие, кроме пожилого фармацевта, похоже, узнали его. Видел он это или нет, не имело значения. Потому что он и не думал принимать эту таблетку.
Он бросил упаковку с таблеткой и бутылку с водой из сумки на сиденье рядом с собой. Тревога отступила, дыхание успокоилось. Суха был крайне удивлен неожиданным поведением этого «сумасшедшего» и сбежал, но теперь сомневался, правильно ли поступил. Должно быть, он сошел с ума. Даже забеспокоился, так как думал, что «сумасшедший» не стал бы говорить такое просто так.
Если бы я мог, то узнал бы его еще до того, как лег в кровать. Должно быть, это какой—то неизвестный актер, который ненадолго появился в кадре. Неизвестный актер, который в душе даже не смеет и пальцем пошевелить. Суха откинулся на спинку сиденья, пытаясь унять тревогу. Внезапно он увидел свое отражение в зеркале заднего вида. Его глаза сузились, когда он кое—что заметил.
Суха увидел едва заметный след на шее.
Он даже оставил на нем метку. Возможно, он был небольшим, но на той части, которая была аккуратно прикрыта одеждой, было много отметин. Увидев разноцветные следы под рубашкой, Суха, не раздумывая, схватил себя за воротник.
В этот же момент он выгнулся, содрогаясь от прикосновения собственной руки, которая как раз коснулась его соска.
Он зажал рот, чтобы не выдать смущающий его звук, вырвавшийся рефлекторно.
...Что происходит? Это был шок и ужас. Неужели это я издал такой звук? Я? Чон Суха?
Хотя звук исходил из его рта, он не казался реальным. Дрожащая рука осторожно приблизилась к тому месту, где он недавно среагировал.
Когда он зажал сосок между большим и указательным пальцами, из его рта вырвался еще один смущающий его звук. Он быстро зажал рот обеими руками.
Это... ты не только всю ночь ласкал мою задницу, но и трогал мою грудь?
До сих пор Суха касался только чужой груди и даже представить себе не мог, что все может быть наоборот. Иногда кто—то из партнёров ласкал его грудь, но каждый раз он старался не обращать на это внимания. Другими словами, он привыкла к тому, что его грудь трогают, но обращал на это внимания.
О нет, все по—прежнему, но неужели я так реагирую на легкое прикосновение? Он чувствовал себя страдальцем, думая, что его сосок всю ночь кусали и сосали. Тут Суха понял, что рука, которой он зажимал рот, была той самой, которая касалась языка этого придурка, и быстро вытер рот рукавом.
Со вчерашнего дня все идет наперекосяк.
Теперь, когда я об этом думаю, этот мудак вошел в меня без презерватива? Внезапно Суха понял, что купил противозачаточные таблетки в аптеке именно из—за него. Обида начала примешиваться к гневу.
Нет, блять, он, что не знает, что такое презерватив? Разве это не элементарные правила приличия? Суха, который уже собирался снова пойти к Пэк Гонджуну и поговорить с ним, замешкался, вспомнив кое—что.
— Погоди немного. У меня закончились презервативы, так что я пойду куплю ещё...
— Всё готово, так что не надевай.
— Аааа..! О, о... О, господи...
Бах! Он уткнулся головой в руль.
Мне что, умереть? Почему ты опять так стонешь? У тебя что, голова кружится?
В прошлом милые стоны бет и омег, которые Суха записывал в своём клубе, мало чем отличались от тех, что он записал вчера. Было трудно сохранять самообладание. Сколько бы я ни думал об этом, та я, что был вчера вечером, — это не я.
— Эй! Не думай об этом! — сказал он, обращаясь к череде любовных интрижек, которые, естественно, всплывали у него в голове. — Не думай! — крикнул он.
Звук удара головой о ручку стал глуше.
Не надо было идти в тот бар при отеле! Я даже не оглянулся, как обычно, но как я там оказался?..
Он посмотрел на его лицо. Теперь, когда он об этом думал, то понял, что не получал от него вестей с тех пор, как вчера пошел за телефоном. Этот ебанный сын, наверное, вернулся домой, сказав, что ничего не знает о безопасности своего брата...
Он стиснул зубы и принялся рыться в карманах, намереваясь немедленно встретиться с Чжэвоном.
Он повернулся к пустому карману и оглядел сиденье. На полу заднего сиденья валялся телефон. Он поднял его, разблокировал экран, и на нем появилось уведомление.
Двадцать пропущенных вызовов и 15 сообщений?
Телефон зазвонил так громко, что он даже не успел осознать, что происходит. Это был звонок от Пильгю.
— Эй! Чем ты там занимаешься, что до сих пор не берешь трубку? Где тебя черти носят?
Как только он ответил на звонок, раздался громкий голос Пильгю.
Он вернулся домой из—за работы, но до сих пор не пришел, звонил и отправлял сообщения одно за другим, но ответа так и не получил. Ты же знаешь, как я боялась, что нарушу его планы. Мне сейчас нужно ехать в магазин, но где же ты? Я опоздаю и так далее... Я тут из—за тебя намучился.
Отложив телефон на некоторое время, Суха поднес его к уху и сказал: «Из—за работы».
— Ну да! Я же говорил, что сегодня в отеле «Чонха» будет частная вечеринка!
— ...О, конечно. Я знаю, да? Я помню.
Суха притворился, что все в порядке, и попросил его приехать, потому что ему нужно в магазин. В ответ раздался громкий голос.
— Что? Ты не собираешься домой? Эй, только не говори мне... Ты что, всю ночь где—то был?
Ох. Я думал, все пройдет гладко, но этот «строгий надзирателль» так просто не сдастся. Суха быстро повесила трубку, сославшись на то, что она за рулем, потому что ему уже собирались устроить второй сеанс отчитывания.
— Я должен ехать, да? — уныло вздохнул Суха, сидя за рулем.
Хоть и в отеле произошел неприятный инцидент, ему не хотелось туда возвращаться. Однако ответ должен быть утвердительным, независимо от того, нужно ехать или нет.
Иначе его надоедливый начальник не отстанет, а Чон Юха, которая ведет сегодняшнее мероприятие, не оставит его в покое.
Суха не спал всю ночь и крутил руль, чувствуя, как все тело ноет.
Суха страдал от недовольства Пильгю по поводу его прически и макияжа, хотя и не мог избежать шока от того, что за ним впервые в жизни следили.
Он подал свою собственную капитуляцию, но держал рот на замке, потому что его поймали на том, что он спросил:
— Что ты сделал, чтобы устать?
Его тело все еще пульсировало от боли в мышцах. В конце концов, сосок не мог устоять перед удовольствием, который реагировал каждый раз, когда он нечаянно терся об одежду, поэтому Суха попросил персонал тайно купить пластырь. Пильгю, который поймал его, так как он выглядел как привидение, спешил посмотреть, куда же он «ранен».
Пильгю набросился на него еще яростнее, когда Суха попытался убежать в раздевалку со своей одеждой.
— Почему именно в раздевалку? Обычно вы позволяете менджерам переодевать вас, потому что не хотите поднимать руку. Ты сегодня очень странный!
— Ты с ума сошел? Что со мной сегодня не так? Забудь про это!
То, что Пильгю кусался, как бешеная собака, что пугало Суху. Двое взрослых мужчин долго боролись перед раздевалкой.
Суха, которая сумел оттолкнуть Пильгю в сторону и зашел в раздевалку, глубоко вздохнула и высунула язык. Когда он только пришел в компанию, он был довольно симпатичным, потому что, казалось, проявлял большой дух, потому что его пугали его размеры, но теперь он был похож на Цербера, который только значительно увеличил свою боевую мощь. Нет, внешне он похож на бурого медведя. К тому же он огромный. Как «альфа», но, к счастью, отличительной чертой был то что он «бета».
К счастью, у него чувствительная кожа, в отличие от его жестокой гангстерской внешности с одной рукой и острыми зубами, которые выглядят так, будто им нужно немедленно оказаться на ринге, но если Пильгю решит драться, Суха не сможет гарантировать результат.
Зачем мне переодеваться в раздевалке? Это не то же самое, что заявить: «Меня оттрахали». Когда он снял свою отчаянно защищенную футболку, то увидел красные пятна, которые заметил еще утром. Пильгю напомнил ему о чем—то, что на на время он забыл.
Суха, стоявший возле зеркала, накладывал на сосок Х—образную повязку. Он сильно прикусил его нижнюю губу и держал футболку в зубах, потому что боялся застонать, это ему пришло в голову, прежде чем перейти к расписанию дел.
В этот момент он увидел свое отражение в зеркале. Он не мог порезаться, не ударившись головой о стену в порыве реальности.
Когда он вышел из раздевалки, Пильгю, который с подозрением наблюдал за ним с тех пор, как они встретились, спросил его, зачем он это делает сегодня.
— Ты доставил кому—нибудь «проблемы»?
Несчастный случай...случился… со мной... Но проблема в том, что это был неприятная ситуация, о которой никогда нельзя было говорить.
Он решил просто держать рот на замке. Если бы он хотел, чтобы с ним обращались как с дураком, у которого нет ответов, он бы так и сделал. Жалостливые взгляды — это определенно не то, что вам нужно.
По дороге в отель «Чонха» Пильгю ворчал:
— Я не знаю, насколько сложно было заблокировать приглашение нескольких репортеров, которые были в черном списке агентства». Это список журналистов, которых «вообще не следует кормить», разделяемый отраслью, которые часто пишут сфабрикованные статьи, полные злого умысла, или навязывают мнения с провокационными заголовками, чтобы подорвать имидж своих знаменитостей.
Среди них Чон Суха была отмечен как знаменитость, на которого много охотились журналисты из сферы развлечений. Это был так называемый «шведский стол» статей.
Так и будет, Суха — очень заметная фигура, чтобы выбрать агрессивного джентльмена. Что касается истории группы «Чонха», то речь идет о рассказах многих влюбленных, которые проходили через нее, а также о размерах и особенностях этого места. Несмотря на то, что они удалили фотографии, которые Суха разместил в социальных сетях в день публикации, именно эта статья попала в заголовки газет. Количество посещений было разделено в зависимости от того, сколько раз вы нажимали на заголовок статьи, чтобы написать ее.
Это потому, что Суха с самого начала наслаждался вниманием и игнорировал любые споры или критику в свой адрес, но менталитет знаменитости давал сбои.
До сих пор некоторые писали специальную статью со списком любовников, с которыми встречался Суха, а другие писали статьи о Чон Суха, чтобы найти недостатки в группе компаний Чонха.
Среди них был сумасшедший парень, который написал откровенную статью о взаимосвязи между сущностью и размером, «альфа—доминант». Суха с радостью передал ему эту статью, сказав, что она хороша, но агентство подало на него в суд за сексуальное домогательство.
Среди множества репортеров есть настолько известные, что их называют папарацци, посвятившими себя преступному миру. Они были настолько настойчивы, что их знали в лицо, потому что они были настолько дороги сами себе, что им было совершенно наплевать на других. Конечно, я не запомнил их имен.
В любом случае, по словам Пильгю, журналисты не были приглашены на мероприятие, поэтому они не собирались. Суха, который прошел через ряд изнурительных испытаний, подумал, что это было облегчением на фоне стольких несчастий.
Даже когда он добрался до места назначения, Пильгю с беспокойством жаловался.
Никогда не попадайте в аварию на месте, никогда не переходите на второй тур и звоните, как только программа закончится. Таковы были минимальные требования, которые Пильгю предъявлял к Суха. Сначала Суха резко отреагировал, сказав: «Понял», но в конце концов разозлился и сказал: «Это не попугай, а царапина у меня на ухе». Однако Пильгю робко возразил муравьиным голоском, сказав: «Если бы я с самого начала прислушался к просьбе, я бы этого не сделал».
Ха...! Шли дни, и Суха смеялся над комплексом неполноценности Пильгю.
В конце концов, в качестве финальной кульминации, Суха смог избавиться от Пильгю только после того, как пообещал позвонить ему, как только мероприятие закончится.
Как только он поднялся на верхний этаж отеля, на него обратили внимание важные персоны, приглашенные на вечеринку. Как и в случае с чудом Моисея, люди разделились на две части. Суха обошел это место, так как будто оно было ему знакомо. Независимо от того, сколько они говорили о Чон Суха, когда действительно познакомились с ним, они были поражены его внешностью и аурой, и у них не было другого выбора, кроме как быть очарованными им.
Когда кто—то из тех, кто наблюдал за Суха, смело заговорил с ним, все заговорили один за другим, как будто ждали этого:
— О, я ваш фанат. Оппа, чем ты занимался до сих пор, что даже не позвонил мне!
— Суха, я вчера видела твою фотосессию... Это было здорово. Вы можете сфотографироваться со мной? Могу ли я опубликовать фотографию, которую я сделал с вами, в социальных сетях и отметить вас? И так далее.
Делая вид, что не замечает восторженного интереса и благосклонности к себе, он расправил плечи и уголки губ начали медленно приподниматься. Да, даже если на спине пирсинг, суть от этого не меняется. Звезда первой величины, знаменитость, центр мира. Сын из семьи чеболей, красивый альфа—доминант. Это тоже очень большое место! Он вспомнил, что из—за своего ума и гордости на какое—то время забыл, что был раздавлен на полдня.
Окруженный людьми, Суха посвятил себя тому, чтобы показать себя в полной мере. Он был известен своим щедрым отношением к поклонникам, но в ответ перегнул палку больше, чем обычно. Затем, когда он обнаружил свой затылок, выражение его лица стало непроницаемым.
Он медленно остановился, уставившись в одну точку. Как только он узнал знакомую задницу, его лицо окаменело.
С этого места он быстро направился к цели. Должно быть, он прятался в углу и ел пищу. Без колебаний ударив его по затылку, владелец головы, который жевал пищу, повернул голову с криком: «А!» — Это был Чжэвон.
— Ну привет, предатель. Ты вчера ушел один, без уважения?
Чжэвон поднял брови из—за критики со стороны Сухи, который внезапно обиделся на него.
— Нет, ты исчез первым, так почему ты мне рассказываешь что я тебя предал?
— Твой единственный двоюродный брат внезапно исчез, ты не беспокоишься? Что, если они отвезут меня в место, где я не смогу позвонить, и украдут мои органы?
Это не совсем органы, это девственность, которую украли. Суха проглотил свой гнев.
Я хорошо питался... Что это? Неожиданного удара кнутом по голове оказалось недостаточно, поэтому он лишился дара речи из—за домогательств своего двоюродного брата, который нелогично расспрашивал его о вчерашних посиделках. Он ушел первым. Я что, оставил его одного?
— Эй, даже если у тебя кривые губы, давай поговорим прямо сейчас. Ты знаешь, сколько раз я звонил тебе вчера? Я пошел домой, потому что официант сказал мне, что ты встречаешься с мужчиной, который долго тебя искал, чувак! Ты должен быть настойчивым!
Когда Чжэвон с очень недоброжелательным видом стал расспрашивать его, Суха закрыл рот. В любом случае, он думает, что ничего не смог найти.
— Итак, кто тот мужчина, который встречался с тобой? До вчерашнего дня, когда я вошел в бар, ты жаловался на вонь от воды.
Он колебался, потому что думал, что воспоминания, которые он хотел забыть, вернутся к нему. Когда он взял бокал с шампанским, стоявший на столике для гостей, и выпил его без всякой причины, Чжэвон заинтересовался больше, потому что его реакция была не такой, как обычно.
— Что это за реакция? Что это такое? А?
Он продолжал стонать и хватался за бок. Не надо было мне об этом заговаривать. Ха, да что с тобой сегодня такое? Суха огляделась, пытаясь понять, что привлекло внимание Чжэвона.
Неподалеку он увидел еще одно знакомое лицо. Это была наследница компании «Чонха», ведущая сегодняшнего мероприятия, ее кровная сестра Чон Юха. Увидев мальчика, стоящего в одиночестве среди мужчин средних лет, она автоматически воскликнула: «Эй!»
Даже на расстоянии было видно, что у Чон Юха голова больше, чем у окружающих. Хотя она была ниже Суха, ее рост был на 10 см выше, чем у доминирующих альф, рост которых в среднем составлял 170 см. Кроме того, у нее были длинные ноги и туфли на высоком каблуке.
Было очевидно, почему Чон Юха, рост которой превышает 180 см, надела туфли на высоком каблуке. Это было сделано для того, чтобы получить еще большее преимущество. Карлики, стоявшие рядом с ней, то есть руководители компании, сокрушались по поводу того, что Чон Юха — наследница «Чонха», и постоянно выискивали возможности, чтобы избавиться от нее. Хотя Чон Юха считала, что эти мухи просто пищат от зависти. Она говорила, что тех, кто ходит вокруг да около, нужно периодически убивать.
Даже когда обычные люди не могли совладать с выражением своего лица, дети часто демонстрировали искусную мимику. Они грациозно улыбались, не выказывая ни малейшего недовольства. По привычке зверь спокойно заявил, что не поддастся на провокацию какого—то мелкого сошки, и ему пришло в голову, что он выставляет напоказ свою гордость. Суха подумал, что он тоже из тех несчастных, кто живет в своей гордыне, но это была его собственная плоть и кровь.
Тем временем среди старших он увидел знакомое лицо, которое было примерно его ровесником.
— Эй, разве это не старший сын из группы Пэк?
— Зачем ты здесь? — прошептал Суха, сидевший рядом с Чжэвоном. Возможно, он уже забыл вчерашнюю историю Сухи, но Чжэвон, который снова отвлекся на еду, сделал вид, что все понял, когда увидел, что банда указывает на Суха.
— О, я слышал, что сегодня должны были приехать трое сыновей из столетней корпорации, но, похоже, они и правда приехали.
Разве их не двое? Вскоре Суха вспомнил еще одного человека, помимо старшего сына, который сидел перед ним.
Чжэвон смутился из—за того, что сболтнул лишнего, и толкнул Суха локтем. Но та не придал этому значения. Это называется «выдержать», так что пусть будет так.
В то время о неофициальном ребенке из «Пэксе Корпорейшн» говорили так много, что даже Суха, которая не интересовался политикой и бизнесом, знал об этом. В отличие от президента Пэксе, который хранил целомудрие после смерти жены, у его сына, вице—президента, были внебрачные связи. Многие приходили к вице—президенту и говорили, что у него есть сын, но единственным сыном президента, которого постоянно обвиняли, был младший внук нынешнего главы «Пэксе Корпорейшн».
В то время на этот счет выдвигалось несколько гипотез. Наиболее вероятной была версия о том, что младший внук был альфой с доминантными признаками. Однако он ни разу не появлялся на официальных мероприятиях и уехал учиться за границу меньше чем через год после того, как вошел в семью Пэк, так что вернулся только на Новый год по лунному календарю. Правда в том, что двое внуков, старший и второй ребенок, — рецессивные альфы. Это общеизвестный факт.
— Честно говоря, я учился за границей, разве я не был практически в изгнании? — сказал Чжэвон, продолжая есть.
— Но я узнал, что он неплохо устроился и на этот раз стал директором «Пэксе Productions». Это самая маленькая компания из сотни, но... даже если Пэксе и не притворяется, что заботится о внуке, он всё равно переживает за него.
Суха мягко ответил, но наотрез отказался его поддерживать.
— Ага. Так что старший и второй сыновья не будут сидеть сложа руки. Думаю, он приехал сегодня, чтобы присмотреть за младшим внуком.
Теперь я понимаю. Нет ничего удивительного в том, что сюда приехал человек преклонных лет, как бы странно это ни звучало. Официально это не какое—то значимое событие, а в лучшем случае частное мероприятие, на которое съезжаются разные бизнесмены и знаменитости. Но причина в том, что он приехал, чтобы присмотреть за младшим внуком.
Суха, который болтал без умолку, быстро привлек к себе внимание. Неважно, был ли младший внук из столетней семьи настоящим доминантным альфой или нет. Суха не интересовался альфой. То же самое касалось и остальных их детей. Неважно, были ли они рецессивными альфами или нет, уехал ли младший внук из дома или нет, — это не его дело.
— Но как же звали младшего внука? Пэк... Пэк... как же его звали?»
Однако Чжэвон не мог перестать думать о семье Пэк. Когда всплыло имя младшего внука, которое его даже не интересовало, это начало его немного раздражать.
— Раз он из семьи Пэк, то, конечно же, его фамилия Пэк».
— Точно. О, как же его звали? Фамилия была какая—то необычная.
Чжэвон пытался вспомнить имя, которое вертелось у него на языке, но никак не мог его вспомнить. Так или иначе, Суха поглядывал на некоторых из своих поклонников, которые проходили мимо. Они тоже смотрели на Суха. Они были готовы в любой момент броситься к нему, если он предпримет какие—то действия. Он хотел подойти к ним и заговорить, но сегодня был не тот день, так что ему пришлось довольствоваться тем, что он просто стоял и молчал. Мероприятие становилось всё более скучным. Наверное, я давно здесь не был, так что пора домой. Отчаянно желая вернуться домой, он зевнул.
Скучающим взглядом обводя зал, Суха заметил спину мужчины, который выделялся среди остальных. Я не мог разглядеть его в деталях, потому что его загораживали другие люди, но на первый взгляд он был выше остальных.
Модель? Рост и фигура, которые невозможно объяснить ничем другим.
— Но мне кажется, где—то его уже видел...
Он прищурился, чтобы получше рассмотреть лицо мужчины, и почему—то почувствовала дежавю. Чжэвон, который все еще был занят поиском имен, щелкнул пальцами.
— Ах, точно! Я вспомнил! Пэк Гонджун!
В этот момент мужчина, стоявший в 10 метрах от них, обернулся. Их взгляды встретились.
— ...Гонджун?..— взволнованно ответил Чжэвон, ошибочно решив, что Суха обращается к нему. Он сказал, что это его имя, но оно было похоже на имя Белоснежки, поэтому особенно запомнилось. Он не знал, почему вспомнил его сейчас, и продолжил с ним болтать.
Суха, в свою очередь, была удивлена появлением совершенно неожиданного человека и открыла рот от удивления.
Возможно, он заметил его пристальный взгляд, но их глаза встретились. Уголки его губ слегка дрогнули, но он не выказал удивления. Казалось, он ждал этой встречи.
Пока он стоял неподвижно и смотрел на него, словно приросший к месту от удивления, мужчина вышел на балкон, не отрывая от него взгляда.
Мне нужно срочно встретиться с Пэк Гонджуном. Суха оставил Чжэвона с бокалом шампанского и побежал за ним.
— Что? Куда ты идешь? Эй! Чон Суха!
Я услышал голос, который удерживал меня и спрашивал:
Но у меня не было сил ответить.
— Ну привет, и ещё раз здравствуй.
Суха открыл балконную дверь, он увидел, что Гонджун стоит, прислонившись к стеклянным перилам. Это было очень романтично, как сцена из фильма, из—за яркий ночной пейзажа за спиной Гонджуна, который приветствовал Суху. Но сейчас это никак не могло привлечь его внимание. Он просто открыл рот и сказал:
— Ты, ты!.. — и ему оставалось только указать на него пальцем.
— Разве я не был какой—то неизвестной знаменитостью?
Перед ним стоял «босс», младший внук из группы Пэк! Он даже не удивился, ведь не зря он вдруг спросил, не знает ли он, кто он такой, и не проявил ли к нему интереса, даже когда дал ему денег.
Помимо удивления, в голову ему пришла ещё одна мысль. «Одна ночь», которая должна была стать чем—то вроде интрижки, была бы возможна, если бы его противник был обычным человеком, не имевшим к нему никакого отношения. Но что, если он из группы Пэк? Это уже совсем другой вопрос.
Можно было бы проигнорировать слухи о том, что «кто—то лишил задней невинности Чон Суха», но разница в том, что «младший внук из группы Пэк лишил задней невинности Чон Сухи». Другими словами, из бреда это быстро превратилось в интригующий слух, который не оставит людей равнодушными.
Если слух начнёт распространяться, найдутся те, кто задастся вопросом, был ли Суха доминантным альфой. Если вам повезёт, вы будете увлечены своими личными предпочтениями... Если же нет, это может привести к спорам о ваших интересах. Это кажется притянутым за уши, но такое вполне возможно.
В этом и суть слухов. Стоит им немного распространиться, и они обрастают, как снежный ком, а когда репортёр раздувает их до масштабов, которые придутся по вкусу публике, люди начинают проявлять к ним интерес.
— Я никогда не позволю тебе этого сделать.
Суха с мрачным выражением лица подошел к Гонджуну.
Челюсть! В мгновение ока он схватил обеими руками за перила и обнял его. Гонджун, не выказад ни малейшего удивления, поднял голову и посмотрел на него суровым взглядом, но при этом улыбнулся.
— Ха—ха, ты перегибаешь палку.
— Позволь мне ещё раз уточнить. Ты ведь помнишь, что я сегодня сказал, да?
— Тогда мне не нужно объяснять тебе это дважды. Надеюсь, с этого момента ты будешь относиться ко мне как к чужому человеку.
— Ну… а с чего бы мне это делать?
— Так ты ещё и хвастаешься, что у тебя есть мой номер?
Это был дружеский разговор ни о чём. Верхняя часть тела Суха, казалось, была зажата между рук Гонджуна, а нижняя, наоборот, — между его ног. Со стороны это могло показаться проявлением чувств, но тело Сухи, похоже, этого не осознавал.
— Господин Чон… Это очень интересно.
Нельзя думать только об одном и делать одновременно два дела. Гонджун, прикрывший рот сжатым кулаком, рассмеялся.
— О чем ты мелешь? — спросил Суха бесстрастным тоном, нахмурившись на него.
— О, неужели ты можешь скрывать только одно?
— Если хочешь что—то сказать, говори по—человечески. Не еби людям с мозги.
Но в ответ раздался лишь смех. Суха, который некоторое время смотрел на Гонджуна, отступил со вздохом. Вот как так—то. Ты не можешь ответить сразу, так что я спрошу напрямую.
— Давай поговорим о чём либо угодно. Хорошо?
Переговоры зашли в тупик. Как и следовало ожидать, лучше не обращать внимания на этого сумасшедшего. В тот момент, когда Суха, решив, что ему больше нечего сказать, развернулся, чтобы уйти, но до его слуха донесся тихий, но уверенный голос.
— Чон Суха, ты омега. (п.п. первый гвоздь в крышку гроба Сухи)
На верхней ступеньке лестницы Суха замер.
Он резко обернулся и увидел улыбающееся лицо. Но мужчина принял дружелюбный вид и, не дав ему даже проблеска надежды, продолжил:
— Ты доминантный омега. (п.п. второй гвоздь в крышку гроба Сухи)
У него чуть сердце из груди не выпрыгнуло.
Мужчина, который «сочувствовал» ему, оказался младшим внуком в семье с вековой историей и даже знал, что он доминантная омега. Кто бы смог сохранить невозмутимый вид?
Поднявшись с перил, Гонджун подошел к Сухе. С каждым его шагом на него давило невообразимое давление. Зрачки у Сухи расширялись с каждым шагом Гонджуна. В голове промелькнуло несколько образов. Его родители, Чон Юха и Нам Чжэвон. О том, что Суха — омега, знали только семья и еще четверо. Правда, ни агентство, с которым он подписал контракт, ни Пильгю, с которым он была вместе с моментом дебюта, не знали об этом.
Сколько бы он ни размышлял, среди них четверых не было предателя, который выдал бы его особенности. Даже если бы это стало известно, им бы это ничего не дало.
На ум пришла еще одна гипотеза, но Гонджун слишком точно его поймал, чтобы отмахнуться от нее. Несмотря на то, что Гонджун, по слухам, является доминантным альфой, никто никогда не чувствовал его феромонов. Даже Чон Юха, которая с детства страдает от чувствительности к феромонам, никогда не чувствовала их запаха. Кстати, а Пэк Гонджун?
Он забеспокоился, что его слабость будет раскрыта, если он продолжит в том же духе. Он открыл рот, думая, что нужно хотя бы оправдаться.
— Не неси хуйню? Ты меня не знаешь? Чон Суха? Размер XL, альфа среди альф.
— Ха! Я где—то услышал нелепый комментарий...
Он говорил с гордостью, но не мог скрыть дрожь в голосе и даже в зрачках. Суха, которая инстинктивно попятился, вскоре остановился. Он уперлась спиной в стену.
Гонджун, медленно приближавшийся к его «слепому пятну», оперся рукой о стену. Он вел себя так же, как Суха несколько минут назад, но атмосфера явно была другой. Путь к отступлению был отрезан.
Даже в темноте он видел, как сверкают два глаза. Смех, но в то же время угроза. Он словно встретился взглядом с хищником, который вот—вот сожрет маленькое животное. Его сердце билось все быстрее и быстрее.
— Почему от тебя пахнет омегой?
Его тело содрогнулось, когда Гон Джун на мгновение уткнулся носом в его шею. Каждый раз, когда его щекотало ее дыхание, он чувствовал себя странно, но старался не реагировать. Он стиснул зубы так, что они заскрипели. Затем он поднял голову, и янтарные глаза, которые смотрели на него, сверкнули.
От неожиданного укуса за ухо он издал смущенный стон, но не остановился. Оба глаза, следившие за его реакцией, слегка прищурились.
— Вчера твоя реакция была такой бурной, что я долго отмывался... Как и ожидалось, тело помнит.
Язык прижался к мочке уха. Все его тело затрепетало от горячего прикосновения, одновременно нежного и влажного. Нужно оттолкнуть... сейчас... Рука, пытавшаяся оттолкнуть его, беспомощно упала. Странное ощущение, которое он испытал впервые в жизни, разлилось по всему телу. Пульс, который и без того бешено колотился, стал еще сильнее, а низ живота напрягся и заболел, как будто вся кровь сосредоточилась там.
Что это? В чем дело? Мое тело изнывало от жары.
Гонджун, выдохнув, придвинулся ближе. Затем он нежно прижал и потер бедро Суха своим. Затем глаза Суха, которые медленно закрывались из—за ощущения, что он прижимается к внутренней стороне его бедра, открылись.
Он в ужасе изо всех сил толкнул себя в грудь. Мудак. Это из—за чего—то твердого и горячего, что просто смешалось в паху с внутренней стороной бедра? Я не знал этого, потому что был пьян и спятил в то время, но это было совсем не то, что у нормального человека. В тот момент он подумал, что, возможно, у него в бедре спрятана змея.
Суха, потерявший равновесие из—за того что оттолкнулся от Гонджуна, выдохнул, коснувшись стены. Опустив глаза, он увидел его наполовину затвердевший член у себя между ног.
Суха произнес проклятие. Что—то было не так. Помимо простого сексуального возбуждения, его физическое состояние было необычным. Тело, полное жара, обмякло, как будто вот—вот рухнет, и оно увеличивалось в размерах, и ему все время хотелось потереться о что—нибудь. Даже соски, которые на некоторое время онемели, стали чувствительными. Если он сейчас же не уберется отсюда, подумал он, случится что—то серьезное.
— Что со мной... Что ты наделал...
Суха, который схватился за поручень, изо всех сил пытался подтянуться. С другой стороны, Гонджун просто смотрел на Суху с расслабленным выражением лица. Казалось, у него не было намерения ловить маленькое животное, которое пыталось убежать. Он убежал, но у него уже все было в руках. Скорее, он развернулся и даже попытался уступить ему дорогу.
Но Суха не мог позволить себе спорить об этом сейчас. Необходимо срочно покинуть это место. Покинув балкон, Суха, который шел в помещение, ускорил шаг. Чем больше он это делал, тем больше подкашивались ноги, но это придавало его телу сил, чтобы не упасть. С каждым шагом ему казалось, что его ноги проваливаются в болото.
Неподалеку он увидел Чжэвона, разговаривающего с мальчиком. Какое облегчение. Он быстро подошел к ним, почувствовав некоторое облегчение. Чжэвон, почувствовав его присутствие, поднял голову. Выражение лица Чжэвона слегка изменилось, когда он увидел бледного Суху.
— Нам Чжэвон, мне нужно срочно ехать в больницу...
В тот момент, когда он задохнулся и открыл рот, произошло странное явление: земля показалась из—за угла.
О, это не похоже на то, что земля поднимается, но я прижимаюсь лицом к земле.
К тому времени, как эта мысль дошла до него, поле зрения изменилось по диагонали. Плечо врезалось в землю. Тело содрогнулось от удара, нарушившего зрение, и голова упала на землю.
— Мне кажется, кто—то упал... Тот? Разве это не Чон Суха?
— Извините! Скорее звоните по номеру 119! Ну же!
Чжэвон и Юха, которые бегали вокруг с громким бормотанием и серьезными лицами, появились как в замедленной съемке. Тени двух людей упали на его лицо, которое медленно моргнуло несколько раз.
Я рад это слышать. Это произошло на глазах у двух человек, перед которыми упал. Суха закрыл глаза, услышав голос Чжэвона, который звал его по имени и говорил:
Наконец, он потерял сознание, которое слабо удерживал.
— Ох ты ж, господи!(п.п. думаю то тут кряхтения деда ^^)
Суха, который открыл глаза, судорожно вздохнул. Он рефлекторно приподнял верхнюю часть тела и быстро огляделся. знакомая обстановка и знакомый пейзаж. Это была VIP—палата в больнице Чонха.
Он поднял голову и проверил, было уже далеко за полночь, после одиннадцати. Увидев капельницу на тыльной стороне его ладони, он понял, что Чжэвон доставил его в целости и сохранности.
[Ха, я действительно думал, что умру.]
Напряженное тело медленно расслабилось.
Внезапный голос прервал игру. Я думал, что я один в больничной палате, но это было не так. Гонджун сидел на диване немного в стороне от кровати. Он, наблюдал за яростной реакцией Сухи, и вскоре улыбнулся.
— Ох, дорогой. Я не хотел тебя удивлять, но мне жаль.
Снова Пэк Гонджун? Пэк Гонджуну все равно, куда идти. Пэк Гонджуну все равно, куда идти! Меня это достало.
— Ха—ха, почему бы и нет. Я что последовать и присмотреть за тобой, так как был виноват в твоем падении.
— Какая ответственность? Я не собираюсь привлекать тебя к ответственности, и ты не обязан, так что убирайся.
— Я сейчас говорю не только об этой ответственности. Я не могу сейчас уйти, потому что у меня есть другие обязанности.
— Что ты опять несешь? Это моя палата. Убирайся отсюда.
— Хорошо.... Может, позовем врача?»
В какой—то момент он потерял терпение и закричал. Дверь в больничную палату, которая была плотно закрыта, открылась, и появился персонал больницы в белых халатах.
Как только Суха увидел лицо Чжэвона, он приветствовал его так, словно перед ним был спаситель. Однако Чжэвон, проходивший мимо Сухи, молча поклонился Гонджуну, который стоял перед ним, и Гонджун также молча поклонился в ответ.
Суха непонимающе посмотрел на них обоих. Тем временем Чжэвон, который повернулся к Сухе, открыл глаза и засиял легким, как перышко, светом.
— А—а. Что это ты вдруг затеял?
Неожиданный блеск в его глазах заставил Суха расстроиться и попытаться избежать его взгляда.
Однако, как будто Чжэвон не собирался отпускать его, он упрямо схватил Суха за голову и поправил его позу. Чжэвон, наблюдавший за движением зрачков Суха, вскоре выключил фонарик.
Пока глаза Сухи промокали от яркого света, Чжэвон бесцеремонно сунул светящуюся ручку в передний карман и проверил его кровяное давление и капельницу. Что это.... Когда Суха был озадачен серией загадочных действий, Чжэвон внезапно спросил:
— Эй, скажи ему, чтобы он ушел. Почему ты зашел в чужую комнату?
— Отвечай на все вопросы. Как ты себя чувствуешь?
Твердый вопрос Чжэвона лишил его дара речи. Мое тело? Суха, который некоторое время размышлял, ошеломленно произнес:
— Ты чувствуешь себя подавленным или тебе не хватает дыхания, как раньше?» А головокружение?
— Его нет. Теперь, когда я думаю об этом, почему я это произошло? Почему я вдруг упал?
Столкнувшись с вопросом, в котором сквозило чистое любопытство, Чжэвон закрыл рот. В то же время на его лице появилось странное, незнакомое выражение. Этот... Как, черт возьми, ты хочешь, чтобы я тебе это объяснил? Если бы это был кто—то другой, я бы отдал его старшей сестре раньше. Чжэвон, который что—то бормотал, продекламировал инструкцию, избегая взгляда Сухи.
— Прежде всего... С вашим телом нет серьезных проблем, и если вы отдохнете денек—другой, ваша повседневная жизнь сразу же наладится.
— Это внезапный симптом, поэтому вы должны обратить внимание на некоторые вещи, но с вами все будет в порядке, если вы будете осторожны какое—то время. К счастью, реакция на феромоны и уровни дивергенции все еще слабы, поэтому прогресс кажется медленным, «Но это та часть, где вам приходится постоянно принимать лекарства и следить за прогрессом».
Симптомы? Реакция на феромоны? Число отклонений? Принимаете ли вы лекарства?
Суха склонил голову набок, читая список незнакомых слов. Я не мог понять, о чем говорит Чжэвон.
— Ты же знаешь, что течка наступает каждые три месяца, верно? Нужно правильно рассчитать дату...
— Что ты только что говорил? Это из—за феромонов, из—за употребления наркотиков, не так ли.... Почему ты говоришь о цикле течки?
Чжэвон, который еще недавно говорил, как текущая вода, хранил молчание. Лицо, которое, казалось, было в беде, стало жестче, и все, что ему оставалось делать, это смотреть на себя с презрением.
— … Господи.(п.п. так и чувствую закатывающиеся глаза к небесам)
— Что, почему ты говоришь тихо?
— Я скажу это только один раз, так что слушай внимательно.
— Да что же произошло? Перестань давить на меня и говори быстрее. Потому что я боюсь.
— Ты упал на территории отеля.
— Это из—за чрезмерного воздействия феромонов
Все говорили, что все несчастья приходят без предупреждения. В тот день, когда я упал, его жизнь внезапно изменилась.
По словам Чжэвона, ситуация была примерно такой.
Причиной, по которой Суха упал в обморок на месте, была течка, вызванная внезапным чрезмерным воздействием феромонов. Таким образом, считается, что это может быть еще более фатальным в случае специфической особенности организма, которая не распознает феромоны, поскольку обычно страдает нечувствительностью к феромонам. А поскольку они не ощущают феромонов, это является проблемой, поскольку они ничего не замечают, даже если их передерживать. Они нечувствительны к феромонам, но это не значит, что они не могут являться объектом феромонной атаки.
Период течки с внезапной реакцией на феромоны, после того как ты всю жизнь жил бетой? А это имеет смысл! Чжэвон опроверг возмущение Суха, который был похож на разъяренную обезьяну. Как правило, доминирующий омега сильнее реагирует на феромоны альфы, чем обычный омега, на которого сильнее воздействует что—то большее, чем просто контакт.
— И разве этот контакт был бы не просто «контактом»?
Услышав слова, которые застигли Чжэвона врасплох, Суха быстро последовал за ним.
— Ну, вот и ... Тем не менее...
Но это все еще так. Как ты можешь говорить такое всего один раз? Все еще не убежденный, Суха сказал это с таким отчаянием, словно мир вот—вот рухнет. Затем Чжэвон с болью посмотрел на своего кузена. В какой—то степени он был согласен с логикой Суха. Может ли организм, который не реагировал ни на какие феромоны, хоть раз в жизни нарушить цикл течки от постели? Это не такое уж невероятное слово, но, скорее всего, оно не имело смысла с точки зрения вероятности. Вероятность также приближается к 0,1%.
Но если есть что—то, что Чжэвон и Суха упустили из виду...
— Если ваш противник — доминирующий альфа, это совсем другая история.
Вот почему Гонджун — доминирующий альфа.
Если противник, с которым вы вступили в контакт, был не просто альфой, а доминантным альфой. В этом случае, даже если слова и были другими, они были очень разными.
По—другому, это феромон, который будет действовать даже на Чон Суха, который не реагировал ни на какие феромоны. Это значит, что это феромон Бэк Гонджуна, был феромоном доминирующего альфы.
Есть ли в этом хоть какой—то смысл? ...Суха недоверчиво посмотрел на Гонджуна. Затем Гонджун, который все это время с улыбкой наблюдал за происходящим между ними, спросил Чжэвона.
Услышав ожидаемый результат, Суха нахмурился и посмотрел на Чжэвона.
Чжэвон вздохнул, увидев, как болезненно отреагировал Суха на то, что это связано с ним, и как можно спокойнее сообщил Гонджуну о результате.
Я не знаю, облегчение это или нет. Чжэвон сжал губы, чтобы неосознанно не заговорить за его спиной.
Когда Суха оглянулся с растерянным видом, мужчина, задавший вопрос, ответил свежо, демонстрируя свою жизнерадостную красоту еще больше, чем когда—либо.
— Я же говорил тебе. Возможно, это будет более трудным.
Услышав это слово, Суха ничего не оставалось, как схватиться за шею.
Час после полуночи. Суха схватил Гонджун за шею и столкнул его с крыши, где не было видно ни одного крысеныша. Гонджун с громким стуком ударился спиной о железные ворота на крыше, но казалось, не почувствовал удара.
— Почему ты высмеял меня, сказав, что Нам Чжэвон думает, что у нас с тобой отношения? И ты сказал мне с этого момента не выделяться, верно?
Отношения Сухи и Гонджуна не закончилась с наступлением течки.. Когда он очнулся после обморока, его телосложение было недостаточно сильным, чтобы измениться, но Бэк Гонджун, манипулируя, стал главным героем века, избегая взглядов окружающих и разделяя любовь века.
Чон Суха, который не чувствует феромонов, реагирует только на феромоны Пэк Гонджуна, который является «доминирующим альфой». Это звучало так «судьбоносно», но для Суха таковым никогда не было.
— И ты поверил в это? — Суха закричал, но ему ответили:
— Но разве слова Чжэвона были ложью?
Он злился еще больше, потому что это был взгляд, который, по его мнению, был на 100% искренним, без сомнения. Как давно вы со мной встречаетесь? Как это возможно, что вы так мало меня знаете? В конце концов, когда слова не возымели действия, Суха схватил Гонджуна за шею и потащил его на крышу больницы. (п.п. в голове видится другое немного, что берет за шкирку как провинившегося кота)
Итак, вот ответ, который Пэк Гонджун, который манипулирует как змея, дал с улыбкой в глазах.
— Разве это нельзя назвать отношениями? Мы влюбились друг в друга, занимались сексом и чуть не завели ребенка.
— Ты ублюдок...! Продолжай в том же духе, если хочешь умереть!
Суха, который оттолкнулся, схватил Гонджуна за шею и закричал. Видя бесстыдную игру с открытыми глазами, которую он подчеркивал, как будто это было правдой, после того, как выбрал только то, что было в его пользу, у меня отвисла челюсть и заложило нос. Но Гонджун на этом не остановился.
— Я чувствую себя обиженным. Я вовсе не несправедлив, и я действительно честен. Начнем с того, что с тобой не так....
Его голос был мягким и раздраженным из—за темы, которая действовала ему на нервы.
— В тот день меня соблазнил ты Суха. Я виноват только в том, что следовал за тобой.
[«Грех следования»? Это единственный грех? Кто же начал цикл течки, силой переспав с обычным парнем…!]
Я убью их всех... Я убью их всех... Я убью их всех....
Цикл течки... Цикл течки... Цикл течки....
Суха, взволнованный изменением температуры тела, повысил голос и от удивления закрыл рот. Голос Сухи разнесся по всему зданию в тихий час после полуночи. Это было все равно что ударить топором по пальцу ноги. Ему захотелось прикусить язык, потому что эхо прозвучало очень по—мужски.
Суха широко раскрыл глаза, услышав тихий смех Гонджуна, раздавшийся рядом с ним.
Достать сигареты. На мгновение закрыв глаза и вздохнув, Суха широко раскрыл их.
Он еще не проверял свой телефон, но, должно быть, вышла статья о том, что он потерял сознание в зале. Конечно, агентство и директор отнеслись бы к нему гибко, и не было бы никаких проблем, если бы журналисты расшифровали его слова и написали статьи. Но некоторые журналисты, которые пытались каким—то образом навредить себе, могли использовать свои заблуждения правдоподобным, но разумным образом или пошутить словами, которые давали им свободу действий. Это было видео, которое он просмотрел сотни раз, даже не досматривая его.
В любом случае, эти журналисты существуют как тараканы, и при таком количестве новостей их положение не пошатнется. Однако в «бреду» никогда не должно было появиться новостей о том, что цикл успеха человека прервался или что его черты сущности были омегой, даже если бы существовало два рая. Еще раз, никогда!
Суха с самого начала думал, что встреча с Гонджуном была неправильной. Когда он шел к нему, потому что это ему понравилось, тот был шокирован и велел ему заткнуться, но он был не из тех, кто заткнулся бы за несколько купюр, и тогда за ним не осталось ничего, кроме греха соблазнения после того, как он впал в порочный круг ревности.
Прежде всего, сделка, которую Суха предложил Гонджуну, была невыгодной. Если так, переговоры пришлось бы возобновить. Если тебе не нравятся деньги, я дам тебе все, что ты захочешь. Суха хотел поскорее покончить с этим ужасным делом.
— Хорошо.... Интерес и любовь Суха?
— Ты не хочешь ответить мне прямо? Мое терпение имеет предел.
— Если я скажу тебе, ты меня выслушаешь?
— Ты не понимаешь? Услышишь ты это или нет, только если произнесешь это вслух.
Затем Гонджун медленно отвел глаза в сторону и сказал:
Я издал какой—то звук. Но вскоре бесстыдно заговорил с Суха, держась за свою шею и глядя ему в глаза.
— Я же говорил тебе. Брак с господином Суха.
После этих слов, которые он подчеркнул улыбкой, между ними повисло молчание. Наступила тишина, как будто внезапно выключили шумный телевизор. С другой стороны, Гонджун говорил мягким тоном, который ему не шел, как будто он пытался еще раз убедить его в том, что он сказал.
Посмотрев некоторое время на шею Гонджуна, Суха тут же опустил руки.
Суха опустил голову и рассмеялся.
Суха, вытиравший лицо сухим полотенцем, пробормотал что—то вроде «Справляйся со своими проблемами сам». Что это за гангстер такой? Глаза, смотревшие сквозь его растопыренные пальцы, были полны гнева, но губы продолжали улыбаться. За всей этой нелепостью слышался только смех.
Не было смысла злиться еще больше и просто тратить энергию. С этим ублюдком невозможно вести нормальный разговор. Он понял это только после того, как трижды столкнулся лицом к лицу с парнем, стоявшим перед ним. Когда сложная идея дошла до конца, Суха, который поднял голову, повернулся к Гонджуну с угрожающим видом.
— Я не могу это принять, потому что это настоящий кусок говна. Я убью тебя, если ты будешь привлекать к себе внимание, и так же ты умрешь, если я услышу новости обо мне.
Это была «грязная» встреча, и он собирался сказать ему, чтобы они больше не встречались. Гонджун, наблюдавший за Суха, прервал его, предложив провести еще одни переговоры.
— Что, если я раскрою ваш секрет тому журналисту?
— Чон Суха, известный как доминантным альфой, на самом деле является доминантой омегой.... Что, если об этом станет известно общественности?
— Хорошо, что ты подразумеваешь под угрозами? Тогда я чувствую, что становлюсь плохим человеком. Я просто спрашиваю, потому что мне любопытно.
Кулак Сухи задел лицо Гонджуна и ударился о железные ворота на крыше. Гонджун рассмеялся, услышав громкий удар. Он улыбнулся?.. Хотя это был угрожающий жест, Гонджун, казалось, не испугался. Скорее, он, казалось, наслаждался ситуацией больше, чем раньше.
— Тогда я спрошу тебя еще раз.
Губы с едва заметной улыбкой слегка приоткрылись.
— Ты выйдешь за меня замуж, если я сделаю так, что журналист не узнает о твоей черте сущности?
Суха почувствовал озарение, когда увидел, что Гонджун смотрит ему в глаза. О, этот сумасшедший действительно поймал меня на слове.
Это потому, что Пэк Гонджун, который до этого лишь холодно улыбался, теперь улыбался жути коварно. И он покраснел до ушей, когда увидел эту улыбку. (п.п. мальчик начинает плыть)