Но что ты думаешь о квадрантах?
В улье Канкри всегда хорошо пахло: благовония легким запахом разносились по всему второму этажу, который Канкри обустроил под отсек для отдыха, небольшие нотки старых книг — словно бы Кронус снова зашел в эту злосчастную Бефорускую библиотеку, в которой торчат только «лузеры», как он сам думал. В личном пространстве Вантаса всегда было интересно, всегда так вкусно, что иногда пурпурный начинал просто с ума сходит от этой какофонии всех возможных приятных вкусов. Мутант очевидно знал толк в этих вещах.
От Канкри и самого всегда исходил приятный запах: смесь теплой карамели и чего-то ягодного… кажется, вишня или черешня, а так же совсем незаметный запах одеколона (хотя, на фона Кронуса все казалось весьма незаметным — так уж нравилось ему душиться настолько ядреными духами, что присутствие пурпурного тролля было заметно за километр, просто за счет этого аромата), который так сильно нравился подводному жителю, что он так и норовил прильнуть к шее или плечу своего моирейла, чтобы учуять эти нежные нотки.
Они снова были в улье у мутанта. Правда, Ампора уже успел и забыть, зачем они собрались на свое платоническое свидание (как же его бесила «платоническая» часть), но не жаловался совсем, ведь не каждый же день у тебя получится устроиться на груди какого-нибудь красивого тролля, который со всей своей терпеливостью — и восхищением. Кронус просто уверен, что Вантас восхищен им — относится к этому ужасному неотесанному идиоту, который не может вынуть неприкуренную сигарету из своего рта даже в чужом спальном отсеке. Полная бестактность. Но разве этого бестактного идиота это заботило?
Канкри перелистывает страницу за страницей, явно увлеченный своим чтением, что даже не удосуживается уделить внимание своему почти что скулящему квадранту, который вечно ерзает недовольной мордой по красному свитеру.
Говоря о квадрантах, кажется, книжонка была как раз о них. Кронуса не сильно интересовала идея квадрантов и разделения на разные отношения: секс — это секс, что в этом сложного? Но его партнер думал совсем иначе. Помешанный на всем «правильном» и бесконечных ярлыках, Канкри обозначил их отношения как моирейл, и, хотя, первое время Ампору это устраивало — ведь он не понимал разницы меж этими отношениями, — со временем подобное клеймо только расстраивало, потому что, кажется, из своей френдзоны морской тролль так и не вырвался, а только утвердил свою «сугубо платоническую» симпатию к вечно бурчащему по всем поводам Канкри.
Может, пурпурный тролль и хотел бы обсудить эту дилемму со своим партнером. Может, мог бы даже настоять на желанном, но Канкри так заладил со своими предпочтениями в алых и черных отношениях, что Кронус начал терять уже всякую надежду на хоть какую-то романтику с этим душным занудой.
Хотя, иногда они вели себя весьма романтично, Ампоре нравилось считывать различного рода прикосновения, как нечто более романтическое, нежели платоническое: легкие прикосновения к основанию рогов, от которых у пурпурного мурашки бегут по коже, а возбуждение подбирается к гениталиям. И то, как Канкри вздохами и хмурыми бровями реагировал на все попытки Кронуса тронуть его маленькие, едва заметные рожки, но при этом никогда ничего не говорил ему против. Да Ампора был готов поклясться, что всю жизнь бы провел, слушая и наблюдая это! Ему ничего больше и не нужно было. Ну, почти ничего. Он все еще хотел бы быть в официальных романтических отношениях с Вантасом, а не оставаться пере-друзьями с привилегиями.
— Что-то случилось, Кронус? — внезапный вопрос выводит из мыслей, в которых Кронус застрял на последние пять минут. Он так сильно задумался, что прервался от своего скулежа и всевозможных попыток привлечь внимание Канкри. Ну, формально, у него получилось.
И все-таки. Мог бы Канкри испытывать что-то к нему? Алое, не алое… Кро все равно не понимает ничего из этого.
Мутант всегда такой непоколебимый, уверенный в себе, заносчивый. Казалось, что Вантасу хватит и самого себя с головой для прекрасного алого квадранта. Кронус ни разу не видел, чтобы этот симпатичный и надоедливый тролль флиртовал хоть с кем-то, или чтобы он проявлял хоть какую-то заинтересованность к чужому флирту, ведь, очевидно, Ампора совсем не единственный, кого привлекает идея завладеть алыми чувствами Канкри. Хотя, может он флиртует по-своему? Просто Кронус слишком непробиваемый идиот, чтобы понять эти возвышенные заигрывания, спрятанные между строк часового монолога. Хех. Было бы забавно.
Красные прищуренные глаза сверлят пурпурного тролля насквозь, ожидая, пока он прекратит наконец пялить прямо в душу бедному Вантасу и соизволит ответить на вопрос. Тишина стала отнюдь не умиротворяющей. Скорее, немного неловкой и давящей (исключительно для морского полудурка). Кронус пару раз моргает своими непонимающими очами, в которых все еще играют образы плотских моирейловых утех, от которых у Ампоры явно закипает мозг.
— А, да нет, куколмка, не беспокойся, — со своей нахальной усмешкой отвечает морской тролль, проводя пальцам по свободному пространству на груди партнера, пока раздумывает над своим вопросом. Лучше уж сейчас, чем никогда, или в пьяной истерике и слезах, сопливя в трубку дорогому терпеливому Канкри, — Кстати, мложешь напомлнить млне, как ты относишься к… другим видам отношений, кроме моирейла?
Мутант приподнимает брови в легком удивлении, но быстро возвращает спокойное лицо. Он закрывает книжку и откладывает ее на полку возле спального блока. Его движения кажутся настолько плавными, но невероятно четкими и уверенными, что Ампора совсем случайно засматривается на его аккуратные руки, словно загипнотизированный.
Абсолютно идеальный. Такой красивый, немного аристократичный — что достаточно забавно, учитывая, кто из них на самом деле аристократ, — вечно подготовленный к любым обстоятельствам и безумно-безумно сексуальный. Кронус хотел взять его за руки, прильнуть губами к его ладоням, расцеловать каждый сантиметр, перейти к запястьям, пометить каждую часть этого очаровательного юноши, будто они настоящие любовники… столько мечтаний, столько фантазий. Это медленно начинало сводить с ума и выводить из себя.
Кронус сам того и не заметил, как его щеки поимели легкий пурпурный отлив.
— Спасибо что спросил, я очень ценю твой интерес и уважение к моему комфорту. Меня мало как интересуют романтические отношения, у меня очень высокие стандарты для мейтсприта и я совсем не заинтересован в кисмесисе. Я бы предпочел иметь моирейла — то есть тебя, нежели любые виды более, прости за такие выражения, возбуждающих отношений. Если ты относишься к этим квадрантам иначе — я совсем не сужу тебя, в мои интересы входит поддержать тебя и твое влечение к любому троллю, будь оно алым или черным, — все это он произносит будто на одном вздохе, не прерываясь ни на что, а затем, переведя дыхание, продолжает уже с соответствующего всему сказанному вопроса, — Исходя из этого, я бы хотел спросить, если ты конечно не будешь чувствовать себя некомфортно или противно от этого. Ты можешь не отвечать, если считаешь нужным. Я, как твой моирейл, приму любую точку зрения. Так вот, тебе нравится кто-то в мейтсприт-кисмесис плане? Или ты осознал себя как-то иначе и предпочитаешь не опираться на квадранты? Подобное отношение к системе, конечно, весьма неудобно, но это твой выбор. Если ты считаешь, что ничего из более приземленных вариантов твоего влечения к другим не описывает тебя в полной мере — я абсолютно точно поддерживаю тебя и окажу тебе помощь с окончательным осознанием и принятием себя.
Кронус прекратил слушать еще на середине. Если его не привлекают алые и черные отношения — это абсолютный провал. Молодец, Кро, ты снова облажался. Можешь лечь на землю и сдохнуть абсолютным неудачником, ведь твоя пассия даже не подумает о тебе в этом плане.
Никто и никогда не был таким неудачником, как Кронус Ампора. Пурпурный тролль всегда думал об этом, ведь не может быть все настолько до смешного глупо в его жизни по простой случайности — он проклят! Да, это точно! Проклят, проклят, проклят! Какая-нибудь злая сучка наложила на него чары абсолютного невезения и несчастья до конца его рыбьих дней. Он будет обречен на бесконечные страдания, пока не покончит жизнь самоубийством, потому что терпеть с десяток сотен лет свою безнадежность Кронус будет просто не в состоянии. Хотя, он бы мог найти эту стервозную дамочку (или молодого человека?) и извиниться, но, Бобже, это уже слишком!
И, тем не менее, пока Канкри говорит, он кажется таким очаровательным. Абсолютно умиротворен и надменен. Гогподи, он так сильно любит себя, что иногда Ампоре кажется, что он полюбил его исключительно из-за того, как сильно мутант любит самого себя, что заразил этой Вантас-любовью и морского тролля.
Его маленькие тупые клыки выглядывают изо рта всякий раз, когда Вантас снова начинает говорить. Иногда у Кронуса возникает желание провести по ним пальцем, а может и языком. Эти зубки кажутся настолько неприспособленными к Бефорускому мясу, да и в целом любому виду еды, что Ампора действительно иногда начинает переживать, как вообще его дорогой моирейл питается. Но, наверное, он в самом-то деле зря переживает, ведь Канкри кажется достаточно крупным и мягким под щеками и руками Кронуса. Такой теплый, даже горячий.
— Кронус? Мои вопросы тебя задели? Прости, я не хотел тронуть твои триггеры. Я могу загладить ситуацию? — знакомый голос снова выводит из затмения. Канкри проводит своей нежной ладонью по плечу партнера, пытаясь привлечь его внимание. Он настолько нежный, настолько хороший, что Ампора начинает заливаться краской еще сильнее от одной только идеи об их близком контакте. Как бы сильно не старался пурпурный тролль выдавливать из себя образ невероятного «плей боя», любое проявление инициативы со стороны мутанта вызывало приступы адского смущения у Кронуса.
— Ох, нет-нет, все нормалмьно, детка. Ты просто такой горячий, пока говоришь о чем-то настолмько увлмеченно, — единственное, что пришло в голову, это начать флиртовать. Но у Канкри, кажется, ноль реакции. Если в начале общения Вантас и пытался исправить несносного друга, то со временем он просто напросто привык к его манере общения и нерабочим подкатам, так что даже прекратил пытаться уделять им хоть долю своего внимания, — Хех, прости, не сдержалмся. Мложно я задамл тебе вопрос, а потомл отвечу на все, что тебе взбредется?
— Еслми бы тебе кто-то очень-очень блмизкий сказалм, что ты емлу нравишься как, допустимл, мейтсприт… тебя бы это оттолмкнулмо?
Канкри снова вскидывает бровь. Конечно, он догадывается, к чему клонит Кронус. Это самая очевидная из всех очевидных вещей на всем Бефорусе. Проще идиота и найти нельзя.
Вантас прекрасно знал, что Кронус испытывает к нему алые чувства. Или, даже если он и не считал их «алыми» со своей перспективы, то, вероятно, бледный квадрант не мог в полной степени описать его симпатии к говорливому троллю, а только удерживал все возможные чувства, направленные на свою вторую половину. А даже если и не сдерживал, то Канкри и сам достаточно много «любовной дребедени» отрезал в их отношениях. Да, он и позволял достаточно много несвойственных вещей, как моирейл, но бледный квадрант совсем не подразумевается как возбуждающий и захватывающий, а Ампора в равной степени и очень уж сильно хотел бы быть и возбуждающим, и захватывающим в отношении мутанта. Пальцы, все еще мягко обвивающие плечо высшекровного, начинают медленно постукивать по чужой футболке в медленном темпе.
— Я могу делать исключения для определенных индивидов, если понимаю, что подсознательно могу испытывать к ним алые чувства. Такое бывает достаточно редко, за счет моей идентификации себя, но не совсем исключено. Возможно, я бы мог вступить в алые отношения с этим троллем, но предпочел бы, чтобы он не имел высоких ожиданий на мой счет как мейтсприта — я недостаточно хорош как потенциальный партнер, но содержать квадрант целостным могу. Возвращаясь к моему вопросу. Кронус, твои романтические отношения выходят за грань квадрантов? Я знаю, что ты не очень хорошо в них разбираешься — это никак не направлено против тебя, не воспринимай это за оскорбление — и предпочитаешь делить все на сугубо сексуальное и дружеское, хотя и эти две крайности частенько у тебя имеют размытые грани. Ты предпочитаешь романтическую связь вне четырех типов?
Ну, он начал не совсем с того, с чего ожидал Кро. Да, это действительно было так и Ампору вообще не волновали квадранты, разделения и прочий ненужный в таких простых вещах шлак, но… может это бы облегчило его положение? Или наоборот усугубило, раз жизнь не наделила достаточным количеством везения. Уж спасибо.
— Типа того, куколмка. Не знаю, зачемл ты спрашиваешь, еслми и так мленя хорошо понимлаешь, хехе, — он проговаривает в привычной беззаботной манере. Морскому обитателю действительно не по себе, что жабры начинают трепетать от скопления не слишком яркой, но весьма ощутимой тревоги. Он ведь по-любому облажается, все пойдет по самому худшему месту и он потеряет Канкри даже как друга и бледного любовника. И все-таки, хорошие исходы бывают даже у самых заядлых лузеров, да? Не все решения приведут его к полному провалу. По крайней мере, он бы хотел надеяться на это, — А у тебя нет никакой красавицы, к которой ты бы подкатилм свои рожки? Или красавчика…
Канкри вздыхает через нос, аккуратно проводя ладонью от нечувствительного начала рога Кронуса до самого основания. Достаточно близкий и интимный жест. Вантас никогда не делает это просто так — нет у него такой привычки, руками разбрасываться (в отличие от Кронуса). Кан предпочитает чрезмерную нежность и «рожковую интимность» только в особых случаях их почти что сексуальной близости, либо когда Ампора настолько капризно и распущено себя ведет, что у Канкри просто не остается вариантов, кроме как вести себя настолько же распущено в отношении Кронуса.
Прикосновения медленные, совсем не давящие. Мутант едва касается своими короткими пальцами кости рога, но у морского тролля все равно вырывается тихий вздох и пурпурная краска только сильнее распространяется по его грубому лицу. Он немного подрагивает от этой чрезмерной и несвойственной для Канкри нежности, превращаясь в податливое нечто под его руками. Но приятное не может длиться вечно и Кронус обречено скулит, когда рука перемещается на затылок, прекращая любые поглаживания.
— Не уверен, могу ли я описать это так, но я могу спросить у тебя тот же вопрос, — Кронус моргает пару раз в недоумении, но не перебивает своего моирейла, — Я хоть и знаю, как ты плох — все еще не оскорбительно-окрашенное выражение — в квадрантах, но я вижу твое желание близости и твои жесты, которые совсем некорректны для моирейлов. Ты знал, что это крайне неуважительно к своему бледному партнеру трогать основания его рогов или целовать в достаточно интимных местах — будь то губы, шея или это самое основание рогов? Думаю, что нет, и я совсем не виню тебя в твоем незнании. Это вполне нормальное и обычное явление для троллей, чья сексуально-романтическая ориентация не включает в себя квадранты, но все равно все эти жесты имеют явно не платонический характер в отношении того, к кому ты это проявляешь.
Кронус открывает рот в удивлении, неиспользованная сигарета падает на свитер Канкри. Да, наверное, он все же знал об этих тонкостях (или, по-крайней мере, имел малейшую идею о них), потому что не прошло бы и дня без того, чтобы дорогой моирейл вынес ему все мозги разговорами о том и о сем, включая эти злосчастные тролльские отношения. Его больше удивлял тот факт, насколько сильно Канкри позволял себе всю эту «алую симпатию», будучи настолько сильным приверженцем сбалансированных и правильных отношений. Ампора спешит закрыть свою клыкастую пасть обратно и просунуть сигару между зубов снова, чтобы не выглядеть настолько уж унижено и никчемно. Хотя куда тут хуже с его-то положением в делах любовных. Канкри продолжает:
— Я знаю, к чему ты клонишь и что именно тебя интересовало в знании моих предпочтений. Поправь меня если я не прав. И я все равно бесконечно уважаю твою заинтересованность и желание узнать меня поближе. Да, я бы мог быть твоим мейтспритом с моей перспективы. Ты же можешь считать меня своим романтическим партнером вне привязки к любому из квадрантов. Но я, прости меня за мою не заинтересованность, не собираюсь менять своего отношения к тебе. Как я и сказал, проявление алых чувств мне весьма чуждо, но я все еще в состоянии испытывать влечение к тебе.
Запах карамели и вишни впивается в нос, когда Кронус утыкается в шею Канкри, снова полностью отвлеченного своим чтивом. И Ампора не может думать ни о чем, кроме этого запаха, того, насколько Канкри красив и невыносим, и того, насколько ему с ним повезло.