Гюнтер о'Дим и его скрытые жертвы: как Господин Зеркало незаметно переписывает историю

Гюнтер о'Дим запоминается прежде всего как центральная фигура дополнения Каменные сердца: хитроумный демон, человек без лица в толпе, никогда не нарушающий договоры, но всегда оставляющий жертвам ровно столько пространства для ошибки, сколько нужно ему самому.

История Ольгерда фон Эверека — самый очевидный и самый известный пример. Но если смотреть шире, особенно на лор, который CD PROJEKT RED добавляли уже после выхода Ведьмака 3 и дополнений к игре, роль О'Димма оказывается куда более важной. Его следы разбросаны по ГВИНТу, Кровной вражде и комиксам.

Господин Зеркало интересуется не только отдельными душами. Иногда он толкает людей к решениям, последствия которых меняют судьбу всего Континента.

Самые масштабные намёки на влияние Гюнтера о'Дима появились в ГВИНТе, особенно в дополнении Господин Зеркало. CD PROJEKT RED не просто добавили несколько карт с пасхалками, а фактически вписали о'Дима в ключевые события мира «Ведьмака».

Важно сразу обозначить: это не книжный канон от Сапковского. Его можно считать частью игровой вселенной, можно воспринимать как полуканоничные дополнения, а можно игнорировать, если книги для вас святое. Важно то, что CDPR явно пытались показать, что о'Дим приложил руку к событиям, в которых мы его раньше не замечали.

Один из менее глобальных, но очень характерных примеров — история Ильдико из Сезона гроз. В книгах она появляется как чародейка, которая вместе с Вираксасом устраивает убийство старого короля Белогуна. Схема простая и грязная: Ильдико дарит будущему мужу ожерелье, которое душит его, а Вираксас тут же пользуется древним обычаем, позволяющим ему жениться на Ильдико и занять трон.

В ГВИНТЕ эта история получает дополнительный слой. На арте Ильдико за её спиной видны руки в характерных перчатках без пальцев — тех самых, которые носит Гюнтер о'Дим (это особенно заметно в анимированной версии карты). Именно он, согласно новому лору, передал ей проклятое ожерелье.

Здесь о'Дим не заключает великую сделку и не отбирает душу на глазах у зрителя. Он просто даёт нужный предмет нужному человеку и отходит в тень. Его мотивирует не власть, не политика, не деньги, а удовольствие от того, как люди сами доводят ситуацию до трагедии.

Эта небольшая история демонстрирует, что о'Дим не обязательно должен быть главным действующим лицом. Иногда ему достаточно слегка подтолкнуть уже испорченных людей.

В ГВИНТе также появилась связь о'Дима с Альвином — мальчиком-Источником из первого Ведьмака, который, как позже выясняется, становится Яковом из Альдерсберга, Великим магистром Ордена Пылающей Розы.

В оригинальной истории Альвин — ребёнок с неконтролируемым даром, способный перемещаться во времени. Его видения будущего, в котором человечество погибает, становятся фундаментом идеологии повзрослевшего Альвина - Якова из Альдерсберга. Он пытается спасти людей посредством насилия, милитаризации и преследования нелюдей. В итоге Орден Пылающей Розы превращается в одну из главных угроз первого Ведьмака, приложив руку к убийству не одного друга Геральта.

ГВИНТ добавляет в эту историю тревожную деталь: на карте Альвина рядом с ним стоит Гюнтер о'Дим. Именно он однажды дал мальчику игрушку и произнес несколько «мудрых» слов. В итоге мальчик полюбил игру «Убей эльфа» и, возможно, пришел к своему дальнейшему пути.

Это не значит, что о'Дим «создал» Якова из Альдерсберга. Альвин и без него был опасным сочетанием травмы, дара и страха перед будущим. Но вмешательство о'Дима делает историю мрачнее: он, похоже, увидел в ребёнке точку, из которой можно создать катастрофу.

Это может сыграть важную роль в ходе работы над ремейком первого Ведьмака. Вряд ли Геральт должен встретить о'Дима напрямую: к началу Ведьмака 3 он явно не знает, с кем имеет дело. Но маленькая деталь — странный человек, подаривший Альвину игрушку, случайная фраза, знакомый силуэт на фоне — вполне могла бы связать ремейк с лором ГВИНТа и Каменных сердец.

Самая радикальная вставка из ГВИНТА касается Узурпатора — императора Нильфгаарда, правившего до Эмгыра вар Эмрейса.

Узурпатор запускает цепочку событий огромного масштаба. Он свергает императора Фергуса, отца Эмгыра, захватывает власть, а юного Эмгыра приказывает проклясть и изгнать. Именно это изгнание приводит Эмгыра в Цинтру, к Паветте, к Закону Неожиданности и, в конечном счёте, к рождению Цири.

Без переворота Узурпатора Эмгыр мог бы никогда не встретить Паветту. Без Паветты не было бы Цири. Без Цири не было бы центральной истории саги в том виде, в котором мы её знаем: Дитя Старшей Крови, предназначение Геральта и так далее.

На одной из артов карт с Узурпатором Гюнтер о'Дим изображён рядом с ним в облике нильфгаардского солдата. Карточный лор говорит, что именно он подтолкнул будущего Узурпатора к действию — к убийству Фергуса и захвату трона.

Это уже не просто «о'Дим испортил жизнь одному человеку». Это попытка поставить его у истока истории событий книг и игр вселенной Ведьмака. Если воспринимать это буквально, получается, что о'Дим едва ли не соавтор всей саги. Это эффектно, но опасно: слишком сильная демоническая фигура может обесценить человеческие решения, амбиции и ошибки, на которых держится «Ведьмак».

Но эту вставку можно трактовать иначе: о'Дим не создаёт зло с нуля. Он находит в людях уже существующие желания — страх, зависть, жажду власти, обиду — и помогает им превратиться в историческую катастрофу.

Узурпатор желал власти. Ильдико и Вираксас хотели заполучить трон. Альвин стремился спасти человечество, но видел спасение только через уничтожение нелюдей. О'Дим не пишет их судьбы вместо них. Он дает толчок, предмет, удобную возможность. А дальше люди делают всё сами.

Если вы тщательно исследуете карту Ривии в Кровной вражде, то можете наткнуться на заброшенное поместье. Там находится маг Амадей Риттерхоф, который нападает на отряд Мэвы. После боя на его теле можно найти контракт, по формулировке слишком узнаваемый, чтобы принять его за случайность.

Риттерхоф получил от Гюнтера о'Дима глубокое знание магических искусств и взамен заложил душу. Но, как и Ольгерд фон Эверек, он, вероятно, не видел опасности: долг можно было взыскать только тогда, когда «солнце взойдёт над Ривией во тьме ночи».

На первый взгляд это невозможное условие. Но О'Димм всегда работает именно с такими лазейками. Ольгерд тоже думал, что условие «сдачи души на луне» защищает его, пока Гюнтер не привёл его в храм с лунной мозаикой на полу.

С Риттерхофом трюк похожий. Нильфгаард, чьим символом является Великое Солнце, нападает на Ривию ночью. Солнце действительно «восходит» над Ривией во тьме — не небесное, а имперское. И этого достаточно.

В результате Мэва встречает уже не человека, заключившего сделку, а пустую оболочку. Душа взыскана, контракт исполнен, формулировка соблюдена. Всё честно — по крайней мере в том смысле, в каком честность понимает Гюнтер о'Дим.

Эта история в очередной раз показывает о'Дима как мастера юридического ада: он не нарушает договор, не отменяет условия и не ломает правила. Он просто понимает их лучше, чем тот, кто подписывает договор кровью.

В 2024 году вышел комикс Ведьмак: Корво Бьянко, действие которого происходит после событий Крови и вина. Геральт уже получил винодельню, но спокойная жизнь в Туссенте, как обычно, длится недолго.

Некий лорд Болиус заявляет, что именно он является законным наследником Корво Бьянко: потомком прежнего владельца поместья. Анна-Генриетта признаёт претензию легитимной, но у Болиуса есть проблема: его сына прокляли и он исчез. Лорд предлагает сделку — Геральт помогает ему найти сына и снять проклятие, а взамен сохраняет винодельню.

Анто, сын Болиуса, превратился в огромную говорящую крысу. И постепенно выясняется, что «лорд Болиус» на самом деле Борис — простолюдин, который мечтал разбогатеть и однажды получил письмо, сделавшее его лордом и владельцем чужих земель. Появление этого письма, как нетрудно догадаться, было связано с о'Димом.

По условиям договора Гюнтер должен был забрать душу сына Бориса в день, когда тот станет мужчиной. Борис попытался обойти формулировку буквально: перед совершеннолетием он отвёл сына к магу и попросил превратить его в крысу. Если Анто не человек, рассудил Борис, значит, он не может «стать мужчиной», и взыскивать будет нечего.

О'Дим не терпит, когда кто-то пытается играть в его игру лучше него самого. Он не смог забрать обещанную душу, поэтому проклял и отца, и сына. Анто стал чудовищной крысой, а снять его проклятие можно было только при одном из двух условий: Борис должен умереть или публично признаться, что его дворянство — ложь.

Этот эпизод особенно хорошо раскрывает характер о'Дима. Для него важна не только душа как итог. Важен процесс: договор, формулировка, ожидание, момент, когда жертва понимает, что лазейка была частью ловушки. Борис попытался украсть у него удовольствие от игры. И за это был наказан.

В конце концов Борис погибает, проклятие снимается, и Анто возвращает себе человеческий облик. Сам о'Дим остаётся фигурой из прошлого, почти не появляясь напрямую. И это, пожалуй, правильное решение: чем меньше его показывают, тем сильнее ощущается его влияние.

На первый взгляд ответ очевиден: Ольгерд, Риттерхоф, Анто, Борис, Ильдико, жертвы интриг, люди, попавшие в договорную ловушку. Но если собрать все эти истории вместе, картина становится шире. Жертвами о'Дима оказываются не только те, кто подписывает договор.

Если он действительно подтолкнул Узурпатора, то его вмешательство отразилось на Фергусе, Эмгыре, Паветте, Цири, Нильфгаарде и Королевствах Севера. Если он и правда повлиял на Альвина, последствия коснулись нелюдей, Ордена Пылающей Розы (и, впоследствии, охотников на ведьм), сторонников Скоя'таэлей, жителей Вызимы и самого Геральта. Если именно он дал Ильдико проклятое ожерелье, жертвой стал не только Белогун, но и целое королевство Керак.

О'Дим редко действует как обычный злодей. Он не приходит с армией, не основывает культ, не требует поклонения. Он появляется в момент, когда человек уже готов сделать шаг в бездну, и подталкивает его.

Именно поэтому его так легко вписать почти в любую историю «Ведьмака». Мир Ведьмака полон людей, которые сами готовы продавать чужие жизни за власть, безопасность, любовь или страх.

Но чем чаще CD PROJEKT RED помещают Гюнтера о'Дима за кулисы крупных событий, тем сильнее они рискуют сделать его слишком важным. Если каждую трагедию объяснять тем, что где-то рядом стоял Господин Зеркало, поступки людей несколько обесцениваются.

Но в лучших примерах его присутствие работает иначе. Он не влияет на выбор персонажей, а лишь помогает ему случиться. И, возможно, именно в этом его настоящая сила. Гюнтер о'Дим не заставляет людей становиться чудовищами. Он просто приходит в тот момент, когда они уже почти готовы.