У окна летнего дворца 13 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
Тот факт, что Флориан вызвался стать опекуном Ким Сарана, в свое время вызвал огромный резонанс, ведь между ними не было ничего общего, кроме принадлежности к одному типу фенотипа. И это эхо не утихало даже три месяца спустя. Для королевской семьи и всей нации вопрос о партнере Флориана — внука Пятого герцога, за свои прижизненные заслуги пользовавшегося исключительным расположением короны, и единственного на данный момент наследника — всегда оставался делом государственной важности и темой для главных заголовков.
Достигнув совершеннолетия, Флориан менял партнеров неоднократно. За последние девять лет через его жизнь прошли ровно девять человек. Все они были выходцами из благородных семей, доминантными альфами и беспрекословно соглашались держать эти отношения в строжайшем секрете. Впрочем, «соглашались» — громкое слово: это было базовым правилом, без которого кандидат даже не рассматривался.
Первый союз продлился три года, второй — два, затем были партнеры на год, на полгода... С каждым разом, от первого и до девятого, этот срок неуклонно сокращался. Последние шесть человек и вовсе сменялись с каждым новым циклом течки. Для обывателя девять партнеров за девять лет могли показаться внушительным списком, но среди людей с фенотипом Флориан считался едва ли не монахом. Большинство из них предпочитали и практиковали смену партнеров в каждый период течки или гона — именно из-за этого в обществе укоренилось стойкое предубеждение об их распущенности и неразборчивости.
Флориан же пользовался искренней любовью и уважением публики по многим причинам: безупречное происхождение, деловая хватка, выдающаяся внешность и, что немаловажно, исключительно чистоплотная личная жизнь. Нация относилась к нему трепетнее, чем к иным настоящим принцам, и его имя никогда прежде не мелькало в грязных хрониках.
И вот теперь из-за этой истории с опекунством он впервые оказался в самом центре громкого скандала. Причем спровоцировал его сам.
Обычно люди с фенотипом вступали в брак и запечатлевались с теми, у кого был высокий процент совместимости. Особенно строго этому правилу следовали доминанты: чем выше совместимость, тем стабильнее протекают циклы и тем безупречнее контроль над феромонами.
Поэтому многие из них бесконечно меняли партнеров в период гона, дожидаясь «того самого» идеального совпадения. Если же обнаруживалось, что человек с высокой совместимостью еще несовершеннолетний, в ход шли юридические лазейки — вроде усыновления или оформления опеки, — чтобы «застолбить» его за собой досрочно.
Именно поэтому заявление Флориана об опеке вызвало такой шквал эмоций. Телефоны в королевском дворце раскалились от звонков, а дом Веллингтонов даже направил своих людей, чтобы прояснить ситуацию. На то, чтобы отбиться от наседающих СМИ, ушли колоссальные ресурсы. Никто не поверил, что Флориан взял Сарана под крыло из чистой благотворительности.
«Застолбил».
Опекунство было самым распространенным способом привязать к себе несовершеннолетнего. А мотив для такой уловки всегда оставался один — высокий процент совместимости. Обнаружив человека с идеальными показателями, доминанты порой буквально теряли рассудок, идя на любые юридические ухищрения и даже правонарушения, лишь бы удержать его рядом. Совместимость Флориана и Сарана составляла 92%. И хотя эта информация была строго засекречена, домыслы общества предсказуемо свелись именно к этой цифре.
Вот только сам Флориан никогда не боготворил проценты. Если совместимость превышала 50%, контролировать гон и феромоны уже становилось намного легче. Однажды он почти год состоял в отношениях с человеком, чей показатель был близок к 95%. Флориан ценил в отношениях прежде всего прозрачность и отсутствие драмы. Он бывал подчеркнуто вежлив, но при этом беспощадно холоден с теми, кто пытался спекулировать на «судьбоносной совместимости» или взывать к чувствам лишь на том основании, что они провели вместе период цикла.
Однако со временем партнеры неизбежно привязывались к нему и начинали требовать ответных чувств и любви. В таких случаях Флориан немедленно расторгал контракт за нарушение условий. Очарованные его феромонами, которые с годами становились лишь гуще и притягательнее, бывшие любовники тонули в сожалениях и смирении, умоляли на коленях, а затем сменяли милость на гнев и отвержение.
Из-за того, что большинство из них скатывались в банальные истерики, Флориан стал менять партнеров еще чаще. Но даже при этом наружу не просочилось ни единого грязного слуха — сказывался жесткий пункт о штрафе за разглашение в размере десяти миллиардов вон. Конечно, в самом начале кто-то пытался распускать сплетни, но вычислить источник для Флориана, у которого круг общения был сужен до минимума, не составляло труда. Нарушителей контракта привлекали к ответственности со всей строгостью.
Если говорить точнее, после того показательного случая любые слухи о Флориане — как хорошие, так и плохие — прекратили существование. И даже если любители чесать языками выдумывали небылицы, никто не принимал их всерьез. Нация гордилась этим очаровательным и благородным наследником дома Дитрихов, словно главным трофеем всей своей жизни.
И вот репутацию этого безупречного человека подмочил смазливый азиатский мальчишка.
Нил, чей рост был примерно на одном уровне с Сараном, бросил взгляд на юношу и непринужденно завязал разговор:
— Для футболиста вы кажетесь немного миниатюрным. Какой у вас рост?
— 176 сантиметров, — ответил Саран.
— Вы ведь еще растете, так что наверняка вытянетесь.
— Да. Надеюсь вырасти еще сантиметров на двадцать.
— Ха-ха, футбол — спорт жесткий, там ведь много силовой борьбы?
— Намного больше, чем вы думаете.
Саран повернулся к Нилу, и на его лице, заметно расслабившемся, промелькнул интерес:
— А вы любите футбол?
— Не настолько, чтобы покупать абонемент на сезон, но, пожалуй, могу назвать себя умеренным болельщиком. Паб, пиво и хороший матч — идеальный рецепт для выходных.
— Вы из Кантона?
— Да, все отрочество провел в Кантоне, а в университет уехал в Штаты.
— Ого.
— Футбол — это ведь весело, правда?
— Да, — искренне ответил Саран, и его глаза на мгновение азартно блеснули.
«Самый золотой возраст», — подумал Нил.
— А вот учиться не очень весело. Рассказать вам один секрет, Ким?
— Секрет?
— Будь у меня такой же выдающийся талант, как у вас, я бы бросил эту учебу к чертям еще давным-давно.
Даже без этой реакции Сарана Нил прекрасно знал, что за плечами у парня была лишь средняя школа. В стране с огромным количеством футболистов и бешеной конкуренцией мало кто ставил все на один лишь спорт. Реальность была сурова: без экстраординарного таланта и каторжного труда выжить там невозможно, поэтому большинство совмещали тренировки с учебой.
Но Ким Саран был исключением. Как только закончилось обязательное школьное обучение, он оставил парту и полностью ушел в футбол. Возможно, им двигало чувство долга. Его опекун, Колин Дебюсси, не был обеспеченным человеком. Мальчик, скорее всего, хотел как можно скорее дебютировать в профессиональной лиге, чтобы отплатить за доброту. Вполне классическая история.
— Возможно, это прозвучит излишне самонадеянно с моей стороны, Ким... — произнес Нил.
Лифт уже почти спустился на подземную парковку.
— ...Но делайте так, как велит господин Веллингтон.
Нил мягко улыбнулся и добавил:
— Мне платят за то, чтобы я предлагал варианты, наиболее выгодные для вас. И я просто честно выполняю свою работу.
Это означало, что следовать планам Флориана сейчас — лучший путь для Сарана. Парень, схватывавший все на лету, послушно кивнул:
— Хорошо.
Флориан определенно был лучшей альтернативой Мэтью Каия, а статус подопечного пугал куда меньше, чем перспектива стать супругом. И главное — под защитой человека с тем же фенотипом, а не беты, было в разы безопаснее. А уж если этим защитником выступал Флориан, пользовавшийся безграничным доверием и любовью всей страны, то и сомневаться не приходилось. И все же Сарана не покидало смутное беспокойство.
«Зачем ему проявлять такую щедрость? Говорят же, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке...»
Только Колин, который всегда учил его, что доверять людям — это хорошо, но сохранять бдительность и каплю сомнения просто необходимо, дарил ему любовь бескорыстно.
— Думаю, теперь мы будем видеться часто, Ким.
— Да. До встречи, Нил.
Флориан распорядился выделить Сарану машину и на обратный путь. Юноша порывался дойти сам, но совет Нила заставил его сесть в салон.
— Вы ведь теперь поневоле стали знаменитостью, Саран. Я знаю, что к вам и раньше присматривались как к перспективному игроку. Но нынешнее внимание прессы несравнимо с прошлым. Да и характер у этой славы совсем другой.
И это было чистой правдой. Кто мог предположить, что новость об опекунстве разлетится по мировым агентствам? Но масштаб события задавало именно имя Флориана.
— А это значит, что теперь вы подвергаетесь гораздо большей опасности, чем раньше.
— Опасности?
— Семья Каия — далеко не джентльмены, Ким.
Саран посмотрел на Нила долгим, проницательным взглядом. Ему никто толком не объяснял, что вообще происходит вокруг, но Нил отличался от остальных. Казалось, если Саран попросит, тот приоткроет завесу тайны в разумных пределах.
— Вы хотите сказать, что Мэтью Каия все еще охотится за мной?
— Да. Семье Каия жизненно необходим человек с фенотипом, особенно доминантный альфа.
Очевидно, истинную причину Нил раскрывать не собирался, и Саран не ошибся в своих предчувствиях.
— Тогда почему Веллин... то есть, почему Флориан помогает мне?
— Он сказал, что ему снятся дурные сны.
— ...
Саран уже слышал этот ответ ранее. Заметив его реакцию, Нил негромко рассмеялся:
— Скорее всего, ему просто захотелось знатно насолить Мэтью Каие. В последнее время у них там завязались довольно грязные дела по бизнесу. Впрочем, я и сам лишь строю догадки. Господин Веллингтон весьма скрытен и не делится сокровенным даже с близким окружением. А может... ему и правда внезапно стал интересен футбол.
Нил не стал выкладывать все карты на стол, но и Саран не рассчитывал на чрезмерную откровенность. «Просто хотел сорвать свадьбу из-за личной неприязни к клану Каия?» — версия Нила выглядела наиболее правдоподобно. Ведь однажды оформленные узы опекунства невозможно расторгнуть в одностороннем порядке без обоюдного согласия сторон.