Звёздная пыль луны 15 глава
Наш тгк: The Cosmos of Love
Инстинктивно пригнув голову, Сон Ун спрятался. Кто мог прийти в эту комнату с реквизитом, которая открывалась раз в год?
Долгий вздох. Присев на корточки и задержав дыхание, Сон Ун понял: звук был ему знаком.
Выглянув из-за пыльной коробки, Сон Ун тут же спрятался обратно. Белая футболка, подчёркивающая рельефные мышцы, чёрная кепка. Неужели это тот парень, который душил его на прослушивании?
Что ж, благодаря этому его игра, вероятно, выглядела более реалистично, но благодарности он не испытывал. Ведь цель квеста заключалась лишь в участии в прослушивании, а не в успешном его прохождении.
Едва он подумал о задании, как в поле зрения материализовалась голограмма.
Испугавшись незнакомого зрелища, Сон Ун резко отступил назад — и в тесной реквизитной комнате сразу же ударился затылком о витрину. С полок на него посыпались шаткие предметы, похожие на чаши.
Он свернулся калачиком, прикрыв голову, но ожидаемого удара так и не последовало. Вместо этого вокруг него на пол с грохотом покатились миски из нержавеющей стали.
Только когда всё стихло, Сон Ун медленно убрал руки от лица. Подняв глаза, он увидел, что Пэк Сан Хён смотрит на него сверху вниз. Его лицо было едва различимо в тени кепки, и почему-то казалось, будто светятся только его глаза.
Хотя бы за то, что тот удержал падающие предметы, нужно было поблагодарить. Слегка охрипшим голосом Сон Ун коротко бросил это слово и встал.
— Я спросил, не следите ли вы за мной.
Следить за ним? Он бы хотел, чтобы Сан Хён отступил, но места между ними было слишком мало. Сон Ун попятился, пытаясь увеличить дистанцию, но спиной упёрся в стену.
Не в силах скрыть своё смущение, Сон Ун молча посмотрел на Сан Хёна, а затем отвернулся. Шарф, который он не успел завязать, развязался, обнажив синяк едва прикрытый синяк.
— Я зашёл сюда первым, сонбэним.
— Откуда вы узнали об этом месте?
— Я бродил вокруг и зашёл — здесь было пусто.
Сон Ун полностью снял шарф, который щекотал ему шею. Взгляд Сан Хёна на мгновение задержался на его шее, а затем скользнул в сторону.
— Вам следовало уйти сразу после окончания прослушивания.
Сон Ун послушно согласился, понимая свою вину за прогулку по чужому зданию.
Сон Ун засунул скомканный шарф в коробку и поднял взгляд. К своему удивлению, он увидел, что глаза Сан Хёна неестественно красные. Люди всегда восхищались его кристально чистым взглядом, шутя, что он создан для камеры. Но сейчас они были воспалёнными, будто в них лопнули сосуды.
Сдержав слова беспокойства, которые чуть не сорвались с его губ, Сон Ун взглядом попросил его отойти в сторону. Сан Хён медленно повернулся боком.
В тесноте помещения их плечи соприкоснулись. Он уже собирался выдохнуть — лишь тогда поняв, что задерживал дыхание, — как чья-то рука сдавила его запястье стальной хваткой. Боль была острой и невыносимой. Сон Ун стиснул зубы, чтобы не выругаться. Это жалкое тело не могло даже вырваться.
— Похоже, мы будем часто видеться, Рю Чэ Юн-щи, — пробормотал Сан Хён, наклонившись так близко, что казалось, будто он выдыхает слова прямо в лицо. Какой необычный способ сообщить, что он прошёл прослушивание.
Сон Ун продолжал смотреть на своё запястье, безмолвно прося отпустить его. Сан Хён резко разжал руку. От этого тоже останется синяк. У него не только слабая выносливость, но и нежная кожа.
Проклиная тело Рю Чэ Юна, в котором, казалось, не было ничего хорошего, кроме роста, Сон Ун вышел из комнаты.
Хён Сок бросился к нему, как только заметил Сон Уна в конце коридора, словно искал его.
— Что значит «просто»? Почему у вас синяки на теле?
Сон Ун застегнул рубашку до самого горла. Но даже так она едва прикрывала половину распозающегося синяка.
Хён Сок окликнул его вслед, пытаясь остановить, но Сон Ун даже не обернулся. Он уже вышел из здания, когда у самого входа путь ему преградили близнецы.
А, вот почему менеджер вёл себя так странно. Знай Сон Ун, что встретит их, он бы просто забрал этот шарф. Но он оставил его, опасаясь слухов о краже.
Близнецы с почти одинаковыми чертами лица, но с едва заметными мужскими и женскими признаками, расширили глаза, увидев шею Сон Уна.
Сон Ун пожал плечами, как будто не понимал, о чём идёт речь.
Это явно был не тот синяк, который можно получить, обо что-то ударившись, но Сон Ун бессовестно солгал. Прежде чем близнецы успели задать ещё больше вопросов, он быстро поинтересовался, зачем они пришли.
— Мы пришли поболеть за тебя на прослушивании.
— Что? Всё закончилось так быстро?
Было бы глупо тратить больше времени на прослушивание на второстепенную роль. Но Сон Ун лишь покачал головой, делая вид, что не в курсе.
— Вы пришли только для того, чтобы подбодрить меня?
П/п: Бингсу — корейский ледяной десерт на молочной основе со сладкими начинками.
— Сейчас лето, так что мы должны его поесть.
Хо Юн и Ха Юн по очереди скандировали «Бингсу». Их умственные способности и поведение были невероятными для людей, которым якобы было за тридцать.
Сон Ун указал подбородком на сетевую кофейню, где продавали бингсу. Однажды он зашёл туда выпить кофе в очень жаркий день и попробовал бингсу, посыпанное соевым порошком.
— Давай поедем в мамин отель. Там подают вкуснейший бингсу.
Все время он размышлял… Торт и так был сладким, но разве бингсу не будет ещё слаще? Он слегка нахмурился, но близнецы крепко схватили его за руки и потащили за собой, словно сопровождая.
Сон Ун без сопротивления последовал за ними. Ему всё равно было нечем заняться, и он немного боялся сразу же проверять результаты квеста.
Он несколько раз отмахнулся от навязчивой голограммы, которая, словно торопя, всплывала у него перед глазами. Сотрудник в аккуратной униформе поставил на стол щербет и напитки и исчез.
Все это время Сон Уна непрерывно допрашивали о синяке, но он отделывался лишь смущённой улыбкой и покачиванием головы. Тогда Ха Юн взяла особенно круглую ложку и невозмутимо выдала нечто пугающее.
— Ты сказал, что это произошло в студии «Феникс»?
Судя по её тону, она и так всё выяснит, даже если он ничего не расскажет. Он отчаянно хотел сменить тему, но, похоже, чересчур заботливые брат с сестрой не собирались отступать.
— Это случилось во время кастинга.
— ...Откуда взялся такой синяк во время проб?
— Да, что это вообще за контент?
Если бы он сказал, что это фильм в стиле нуар, они бы, наверное, испугались ещё больше. Разве в фильмах в стиле нуар не много крови? Поскольку он играет полицейского под прикрытием, там могут быть сцены, где его избивают, наносят ему ножевые ранения и закапывают в бетон?
Так что лучше притвориться дурачком.
Он что, серьёзно? Выглядит как старшеклассник, который мстит за своего младшего брата-первоклашку, которого побили в школе. Сон Ун проигнорировал Хо Юна и взял ложку.
Фрукт на вершине ледяной стружки выглядел довольно аппетитно. Вообще-то, из-за насыщенного кофейного аромата, доносившегося с соседнего столика, ему хотелось поскорее что-нибудь съесть — лишь бы не поддаться искушению и не заказать кофе.
— Такое часто случается в актёрской среде.
Если бы это были просто романтические комедии или повседневные роли, всё могло бы быть иначе, но в эпоху, когда в тренде жанровые фильмы, сложно продолжать работать, если ты избегаешь экшена или физической актёрской игры.
— Даже если мы вдвоём закроем на это глаза... Чан Юн хён, наверное, сойдёт с ума, верно?
— Немного гиперопеки — это нормально!
Надув губы, Сон Ун откусил кусочек стружки изо льда и поморщился от приторного вкуса сгущённого молока. По крайней мере, газировку с ягодным вкусом можно было пить, но даже она была слишком сладкой.
— Вкусы могут меняться. Но кофе по-прежнему под запретом. Рю Хо Юн, давай тоже перестанем пить кофе. Поддержим младшего.
Чашку с дымящимся кофе убрали со стола. Он хотел хотя бы вдохнуть его аромат, но, разочарованный, Сон Ун лишь сделал глоток газировки.
Когда он вернулся домой, его снова принялись допрашивать про синяк. Даже Рю Чан Юн, прослышав об этом, заглянул к ним. В итоге Сон Уну пришлось надеть водолазку посреди летней жары — лишь бы от него отстали с расспросами. Но и это не помогло.
Его взгляд, казалось, говорил: «Если бы я знал, кто это сделал, я бы прямо сейчас пошёл и закопал его». Сон Ун избегал слегка безумного взгляда Чан Юна.
Чан Юн был руководителем строительного филиала, но по его взгляду можно было подумать, что он парочку тел замуровал в фундаменте собственных объектов.
— Такие синяки могут появиться во время съёмок. Меня не так сильно схватили, просто у меня очень чувствительная кожа…
Ну, и не сказать, что он особо церемонился. Его голос на время стал тише, потому что горло сдавило и оно опухло.
— Я же не собираюсь делать что-то плохое.
«Ты врёшь». Сон Ун проигнорировал опасный блеск в глазах Рю Чан Юна и неохотно опустошил свою миску с рисом. Ему нужно хорошо питаться, больше двигаться и высыпаться. Только так он сможет немного поправить своё здоровье.
Он тщательно прожевал постную говяжью вырезку и съел всю жареную морковь и спаржу. Когда он закончил, суровый взгляд Чан Юна слегка смягчился.
— Я рад, что ты хорошо питаешься.
Сон Ун неопределённо кивнул, и Чан Юн переложил несколько блюд на тарелку Чэ Юна.
— Что ты сделал с Пэк Сан Хёном?
«…Чёрт». Сон Ун прикусил язык, пытаясь заглушить удивление, но было уже слишком поздно.
— Ты, наверное, даже не знаешь, сколько человек тебя охраняет, да?
Сколько телохранителей они приставили к самому младшему из них, если у них самих за спиной только один секретарь?
— Я ничего не собираюсь делать, я просто спрашиваю.
Чан Юн пожал плечами. Сон Ун медленно отложил вилку, вытер рот салфеткой и тихо выдохнул.
— Синяк на моей шее действительно появился во время репетиции перед прослушиванием.
— Я знаю. А что с твоим запястьем?
— Они сказали, что с твоим запястьем всё было в порядке, пока ты не вышел из комнаты для прослушивания.
«Значит, ты всё знал и просто проверял меня?» Сон Ун думал, что ему нужно лишь не попадаться на глаза менеджеру, но он ошибался. Он и представить себе не мог, что телохранители проигнорируют приказ оставаться на месте и последуют за ним.
— Сверху упала опора, и он помог мне увернуться.
Именно «Джин Сон Ун» сказал Пэк Сан Хёну, что четвёртая подсобка пуста и довольно уютна.
Сон Ун, которому было некомфортно находиться среди людей, всегда искал тихие места, где было мало народу, и часто делился ими с Сан Хёном. Поскольку Сан Хёну было комфортно в его компании, он решил, что ничего страшного не случится, если он войдёт в его тайное убежище.
— Я спрашиваю, не помнишь ли ты его?
— ...Есть что-то, что я должен помнить?
Почему он говорит такие вещи? Учитывая реакцию менеджера Хён Сока и нынешнее поведение Чан Юна, похоже, что между Рю Чэ Юном и Пэк Сан Хёном точно что-то произошло.
— Если нет, то ничего страшного.
— Хён. Ты ведь ничего не собираешься делать, верно?
Чан Юн, который не сводил глаз с Сон Уна, подцепил вилкой последний кусок мяса. Из мяса средней прожарки вытекла капля крови. Тёплая поверхность мяса коснулась его губ.
Когда Сон Ун открыл рот, чтобы откусить кусок мяса, Чан Юн легонько похлопал его по щеке.
В ответ на его настойчивый вопрос Сон Ун лишь кивнул. Лучше не связываться с этим психом.