Азартная игра под названием брак 10 экстра
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
— Предоставление постелей — это сама суть моего бизнеса. Ты и представить себе не можешь, чем занимаются люди в арендованных гостиничных номерах.
— …А ведь когда-то отель «Ривьера» был для меня почти родным домом.
В те времена, когда его приемный отец работал там управляющим, Маэль бывал в отельных стенах дочерна, но никогда не слышал подобных историй даже в шутку. Ив на это лишь лениво прикрыл глаза:
— От ребенка просто всё тщательно скрывали. Да и я, честно говоря, не хотел, чтобы ты знал о таких извращенных скрытых смыслах. Ничего хорошего в этом нет.
— Я уже давно не ребенок, так что вам следовало мне рассказать! А если бы я действительно начал размышлять над этим? Я ведь замешкался у всех на виду просто потому, что не понял, о чем речь.
Ему было невыносимо стыдно за те короткие мгновения, когда он всерьез гадал, не намекает ли записка на фруктовые нотки в букете вина. Маэлю до смерти хотелось вернуться в зал и объясниться, доказав, что он правда ничего такого не имел в виду. Тем временем Ив с мягкой улыбкой поднес к его губам кусочек артишока, поданного на закуску:
— Само собой, ты не должен быть ребенком. Ведь сразу после ужина я планирую заняться с тобой тем, что с детьми делать категорически запрещено.
Тон Ива оставался будничным, но его серые глаза хищно полыхнули. Маэль почувствовал, как по спине пробежал мороз, словно он внезапно оказался загнанной в угол добычей.
Ив едва заметно качнул вилкой. Сливочный соус на артишоке опасно подрагивал. Нечто нежное и густое растаяло на языке Маэля, но странное дело — он совершенно не почувствовал вкуса.
— Ешь побольше, — Ив опустил вилку, и эта фраза прозвучала почти как предупреждение.
От накатившего липкого напряжения у Маэля перехватило дыхание. Ему одновременно хотелось, чтобы этот ужин длился бесконечно, и чтобы он как можно скорее подошел к концу. За панорамным круглым окном ресторана глухо рокотал и вздымался темно-синий океан.
Коридор, ведущий к их каюте, казался бесконечным. Они ложились в постель далеко не в первый раз, да и весь вчерашний день провели за этим занятием, но ладонь Ива, сжимавшая запястье Маэля, обжигала кожу неистовым жаром.
Чем ближе они подходили к двери, тем стремительнее становился их шаг — оба уже едва сдерживали себя. Из-за того, что электронный ключ сработал не с первой попытки, Ив даже негромко и сквозь зубы выругался.
Глухой удар.
Стоило тяжелой двери с шумом захлопнуться, как их губы столкнулись в неистовом, почти сокрушительном поцелуе. Ив напирал так нетерпеливо, что Маэль оказался намертво прижат к стене, после чего супруг резко подхватил его под ягодицы, заставляя обвить ногами свою талию.
— Я могу… и сам… дойти…
Слова, которые Маэлю удавалось вытолкнуть в редкие секунды, когда их губы разъединялись, выходили рваными и бессвязными. Ив сделал вид, будто прислушался, но тут же вновь глубоко и властно переплел их языки, а затем единым рывком поднял его выше.
Несмотря на то, что Маэль нелепо повис на нем, он не чувствовал ни капли стыда. Ощущая всем телом — от живота до паха — тяжелую, плотную массу прижатого к нему мужчины, он сгорал от предвкушения. Это желание, непристойное в своей абсолютной откровенности, обострило все его нервные окончания.
Ив не прерывал поцелуя даже на ходу. Вот только до спальни он его так и не донес, опустив Маэля на широкий диван прямо в гостиной.
— Почему здесь?..
— Больше не могу терпеть.
Взгляд Ива подтверждал его слова — его зрачки были расширены, а фокус слегка плыл. Одним резким движением он рванул одежду на Маэле, и сшитый на заказ бежевый пиджак полетел на пол.
— Ах, подождите.
Пытаясь справиться с ураганом лихорадочных поцелуев, которые Ив обрушил на его подбородок и шею, Маэль вслепую пошарил рукой по ковру, поднял пиджак и аккуратно перекинул его на кофейный столик.
Ив, проследивший за его движением, внезапно замер, и его горячие ладони остановились.
— Ив?
Супруг, до предела исказив лицо в глубокой гримасе, смотрел вовсе не на спасенный пиджак, а на лежавший рядом с ним носовой платок, который они бросили туда ранее.
Тот самый платок, послуживший для Жанны Клемант поводом завязать разговор и сделать это гнусное предложение.
«Надо было выбросить его сразу же».
Пока Маэль в запоздалом раскаянии переводил взгляд с платка на мужа, Ив, крепко сжав челюсти, процедил:
— То-то мне её голос показался знакомым. Это она.
— …
— Та самая девица, которая сосалась с белобрысым щенком, когда я впервые тебя увидел. Точно, ты ведь тогда одолжил ей свой платок.
Ну надо же было этой детали всплыть именно сейчас!
Маэль намеренно никогда не заводил разговоров об их первой встрече и о Шарле, предпочитая держать рот на замке. Меньше всего на свете ему хотелось поднимать эту тему прямо перед сексом. Однако делать вид, что ничего не произошло, тоже было нельзя, поэтому Маэль, поджав губы, тихо пробормотал:
— Это правда она… Вы тогда еще сказали, что зрелище было отличным…
Ив припал губами к его ключице, оставляя алеющий след, отчего Маэлю стало щекотно. Пытаясь утихомирить супруга, он обхватил его за щеки и заставил посмотреть на себя, но Ив лишь продолжил методично, одну за другой, освобождать пуговицы на его рубашке, попутно поправив:
— На самом деле, если быть точным, я это даже толком не видел. Поначалу я всё только слышал.
— И всё равно вы назвали это «зрелищем». Я отлично это помню.
Тот день врезался в память Маэля до мельчайших подробностей — слишком уж шокирующим выдалось их знакомство. Ив, услышав его твердый тон, слегка склонил голову набок:
— Я тоже прекрасно помню тот день.
— Едва ли ваша память точнее моей. Вы тогда сорвали джекпот на игровом автомате, так что вам явно было не до запоминания деталей.
— Сорвал джекпот, говоришь?
Было забавно видеть, как он искренне переспрашивает, хотя только что уверял, что всё помнит. Комбинация «7-7-7», которую обычный человек дай бог если раз в жизни увидит, в сочетании с внезапным появлением Ива навсегда запечатлелась в сознании Маэля. Он до сих пор помнил светящиеся цифры на экране, густой аромат роз и даже оглушительный, аляповатый звон фанфар.
— Вы даже про джекпот забыли. Что же вы тогда, интересно, помните?
— Действительно, — Ив отозвался рассеянно, полностью сосредоточившись на расстегивании сорочки. Наконец, когда ткань разошлась, он с глубоким удовлетворением окинул взглядом обнажившуюся грудь Маэля. — Но вот это я помню как сейчас.
— Что?..
Одним точным движением Ив расстегнул ремень на его брюках, после чего поднял голову и хрипло, вкрадчиво произнес:
— Я помню, как подумал тогда, что ты чертовски, просто умопомрачительно красив.
Сердце Маэля пропустило мощный удар, но Ив не дал ему времени прийти в себя, продолжая давить низким голосом:
— И это при том, что в те времена мысль о том, чтобы лечь в постель с парнем, у которого между ног то же самое, что и у меня…
— Ах!..
Широкая, горячая ладонь Ива плотно обхватила его уже полностью воспрявший член.
— …Казалась мне чем-то абсолютно немыслимым и невозможным.
Его рука медленно двинулась вверх-вниз, и от этого первого движения Маэль судорожно выгнулся в пояснице. Ив, прочно зажав его между своих бёдер, тяжело выдохнул ему в лицо:
— Я тогда еще подумал: какой же конченый ублюдок, имея под боком тебя, может тереться губами с кем-то другим? У него вообще глаза на месте? Или со зрением серьезные проблемы? Это казалось мне дикостью.
— Аха… ах… Ив…
— Вот такие мысли крутились в моей голове. Что ж, в конечном счете мне это сыграло только на руку.
Жар внутри Маэля стремительно накапливался. Дыхание сбилось, а головка члена, который Ив крепко сжимал и ласкал, уже полностью покрылась прозрачной, скользкой смазкой. Маэль даже не заметил, в какой момент с него успели стянуть брюки и белье — они теперь бесформенным комом болтались где-то в районе щиколоток.
— Хватит… говорить… глупости… ах!
— Похоже, ты еще просто не слышал по-настоящему безумных вещей, — Ив дерзко вскинул бровь.
Маэль чувствовал, что оргазм уже подступает к самому горлу, но Ив внезапно ослабил хватку, едва касаясь напряженного ствола. Его ладонь двигалась теперь мучительно медленно, едва ощутимо, дразня и доводя истосковавшиеся рецепторы до исступления.
— Хгх… Ив, Ив! Пожалуйста, сделайте это.
Нужно было совсем чуть-чуть, еще самую малость, и от этой невыносимой недосказанности Маэль готов был взмолиться. Ив смотрел на его метания, и в его серых глазах бушевал точно такой же шторм, как и в ночном океане за окном.
— Маэль, как думаешь, о чем я подумал, когда эти ничтожества озвучили свое предложение о свинге?
Маэль судорожно поджал пальцы на ногах, окончательно сбрасывая остатки одежды. Вместо ответа он потянулся вперед, лихорадочно царапая ногтями ткань рубашки Ива. Несмотря на этот безмолвный призыв, Ив лишь продолжал неторопливо размазывать влагу по чувствительной головке своим большим пальцем. Каждый раз, когда его палец надавливал на уретру, Маэлю отчаянно не хватало воздуха.
Продолжая методично изводить его и доводить до предсмертной агонии, Ив глухо произнес:
— Я подумал: «Зачем вообще всем остальным людям даны глаза?» Вот какая мысль пришла мне в голову.
Его пальцы продолжали дразнить самую вершину. В одурманенный экстазом мозг Маэля слово за словом впивался его хриплый голос:
— Какого черта все вокруг зрячие и способны видеть, насколько ты прекрасен? Мне хочется лично выколоть глаза каждому из них.
— Хх… подождите… И-Ив…
Губы Маэля дрожали, тело била крупная дрожь. Он умоляюще звал его по имени, но Ив, проигнорировав призыв, снова резко и крепко сжал его член у самого основания. Одновременно с этим он ввел указательный, средний и безымянный пальцы другой руки прямо в приоткрытый рот Маэля.
— М-мгх…
Ив с силой прижал его язык к нижнему небу, отчего во рту тут же скопилась слюна. Спустя мгновение он извлек мокрые пальцы и скользнул ими вниз, нащупывая ложбинку между ягодицами. Пальцы, один за другим, без малейшего сопротивления погрузились в податливо пульсирующее, уже подготовленное кольцо мышц.
Растягивая и массируя нежные складки изнутри, Ив в итоге продвинул внутрь все три пальца.
Это было невыносимо острое, граничащее с безумием чувство наполненности.
Супруг продолжал издевательски медленно поглаживать его член, а внутри — его длинные пальцы уверенно раздвигали плотные стенки, намеренно, словно в насмешку, обходя самую заветную, чувствительную точку. Тело Маэля горело так сильно, что внутри всё нестерпимо зудело, и он то и дело непроизвольно подавался тазом вверх. Пытаясь немного утихомирить его, Ив наклонился и нежно облизал его подрагивающие губы.
— Еще… сильнее, Ив. Пососите его…
Ему хотелось большего — раствориться, смешаться с ним до полного изнеможения. Всё, что ему сейчас было нужно — это еще один мощный стимул.
Увидев, как Маэль, окончательно позабыв о стыде, приоткрыл рот и слегка высунул розовый кончик языка, Ив судорожно выдохнул:
— Ну почему ты… такой…
Он так и не закончил фразу, вместо этого подавшись вперед. Но вместо полноценного поцелуя Ив принялся медленно слизывать слюну с его языка, словно смакуя дорогой крем. От этого откровенного и одновременно щекочущего ласкательства Маэль до упора закинул руки за шею Ива.
Он просил совсем о другом, но Ив лишь продолжал покрывать его щеки быстрыми, хаотичными поцелуями.
— Вокруг столько раздражающих дел… Мне приходится тратить кучу времени на разгребание этого дерьма вместо того, чтобы наслаждаться тобой. И даже в отпуске эти грязные, похотливые твари умудряются портить мне настроение своими выпадками.
Вместо легких поцелуев его движения резко ускорились. Ладонь, сжимавшая член, и пальцы, глубоко проникавшие внутрь и массировавшие нетронутые стенки, пришли в неистовое движение.
— Ах… хгх… по… подожди…
— Ты ведь сам просил сильнее.
Маэлю одновременно хотелось и согласно кивнуть, и в панике закрутить головой. Из-за всего, что Ив вытворял с ним прямо сейчас, перед глазами поплыли белые пятна. Щеки и веки горели, а пересохший рот никак не удавалось закрыть. Несмотря на то, что Маэль мелко вибрировал от подступающей разрядки, Ив даже не думал сбавлять темп, продолжая безжалостно и быстро дрочить его ствол.
— А-а… Ах!
— И знаешь, о чем я подумал в тот момент, Маэль? Может, мне просто взять и купить какой-нибудь необитаемый остров? Куда невозможно будет добраться ни на корабле, ни на частном самолете.
— Нет… хх… Ив-в-в…
Он физически не мог воспринимать этот бред, который Ив шептал ему на ухо. Маэль лишь жалобно стонал, судорожно дергаясь всем телом, и сквозь пелену слез умоляюще звал своего мужа по имени.
— Как тебе идея — жить там только вдвоем? Там, где больше нет людей. Ты ведь любишь тепло. В этих широтах полно бесхозных островов. Мы найдем такой, где нас никто и никогда не отыщет, и до самой смерти… будем только вдвоем.
— А-а… Ах!
Вдвоем. Стоило Иву сорваться на это последнее слово, как порция горячего семени густо брызнула вперед. От этой оглушительной, сокрушительной волны экстаза у Маэля окончательно помутилось в голове.
Пока он бессильно висел на плечах Ива, пытаясь сделать хотя бы один нормальный вдох, над его ухом раздался низкий, довольный смешок:
— Ну вот, другое дело. Вот это я понимаю — безумные вещи.
— …
— Но скажи мне, Маэль… тебя ведь завели мои безумные речи, верно?