Демона продают в качестве невесты 111 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
— Метка и правда появилась. У меня такой нет. Впрочем, с кем заключили договор — с самого начала было неясно.
Лебель заключил его не лично с Демианом, а со всей землёй Хестро.
— Но разве все не подумают, что ты заключил договор с демоном, увидев это?
— Не только демоны оставляют метки. Говорят, при любом договоре появляется какой-нибудь знак.
— Обычные люди этого не знают. И почему знак, который может проявиться где угодно, вылез именно у тебя? Лишний повод для недоразумений.
— Это верно. Но даже если все узнают, Люцерис на демона не тянет. Скорее уж подумают, что это контракт с драконом, и будут завидовать.
— Да уж, никто из тех, кто нас окружает, на демонов не тянет.
Демиан откинул голову и выглянул в окно. Один человек и два демона сидели рядышком, сбившись в кучу.
Люцерис — так назвал дракона Эдмунд.
Эдмунд предлагал Лебелю — тому, кто сам привёл дракона, — дать ему имя. Но Лебель переложил это на Эдмунда, сказав, что у него нет вкуса.
[С какой стати мне принимать имя от человека… Ай!]
Лебель пнул его по ноге, дракон подпрыгнул и, боязливо косясь на него, принял имя.
В тот же миг его обвило странное чувство. Люцерис тоже это ощутил — он изумлённо уставился на Эдмунда, потом оглядел себя.
— Теперь ты дух-защитник дома Хестро. Береги эти земли.
— Ты только что получил имя. А с учётом того, что ты натворил в прошлом, связь установилась ещё легче. Вот и славно.
Люцерис и опомниться не успел, как договор был заключён.
— Если демон называет человеку своё имя, это знак, что он не против договора. А ты вдобавок когда-то дал человеку силу. Теперь же получил имя от его потомка. Обмен состоялся — договор заключён.
Люцерис ошарашенно уставился на Лебеля. Тот и сам не ожидал, что дело обернётся договором, но раз уж так вышло — велел им жить дружно и заставил их пожать друг другу руки.
Глядя на загадочно улыбавшегося Лебеля, Эдмунд всё понял.
Ложь. Он не был уверен, что договор сработает. Но очень хотел, чтобы сработал. Именно поэтому и настоял, чтобы имя дал Эдмунд.
Пожимая руку Люцерису и разглядывая проступившую на тыльной стороне ладони метку, Эдмунд услышал от Лебеля:
— Договор всего лишь позволит вам пользоваться силой Люцериса. Ютис получил божественное покровительство, и его превращение в демона больше не продолжится, но с вами, тесть, всё может быть иначе. Через договор вы сможете управлять демонической энергией точнее. Или вы недовольны?
Эдмунд посмотрел на Лебеля. Так или иначе, тот подстроил договор ради него.
Хотя, если точнее, ради Ютиса.
Эдмунд всегда считал и своё существование, и свой род чем-то нереальным. Именно поэтому он даже не возражал, когда другие называли его монстром или демоном. Ютис, вероятно, чувствовал то же самое.
Страшное слово «демон», вечно следовавшее за именем Хестро, теперь казалось почти родным.
Но куда важнее было другое: потомкам дома Хестро больше не придётся страдать. Ради этого Лебель собирал вокруг них все возможные опоры.
На это опасение Эдмунда Лебель лишь моргнул.
— Что значит — слишком? Я всего лишь закладываю основу, чтобы вы могли получить всё, что пожелаете.
Неужели он не понимает, что это и есть «слишком»?
— Я видел и чувствовал достаточно.
На слова Демиана Эдмунд ответил с улыбкой.
С самой первой встречи он подумал, что невестка ему достался необычный. Человек, о котором говорили, что он слаб здоровьем, не мог бы так спокойно держаться перед ним.
Демиан поначалу тоже насторожился — сработал инстинкт. Любой из дома Хестро внушал людям страх.
То ли он был слишком безразличен, то ли слишком спокоен — в любом случае, держался он особенно.
— А что мне оставалось, если он сам сказал, что демон?
Никто не знал, что новая невестка на самом деле демон.
— Слухи, похоже, становятся правдой.
— Что в доме Хестро течёт демоническая кровь.
Эдмунд сказал это в шутку, но лоб Демиана прорезала глубокая складка. Как и Ютис, Эдмунд ненавидел свой иной облик. Из-за этого он когда-то даже не хотел жениться и заводить детей.
А Ютису досталось ещё сильнее. Он менялся не только во время гона — в детстве тело послушно реагировало на любую сильную эмоцию.
— В порядке. Потому что Ютис счастлив.
Главным для него было счастье Ютиса. И раз тот желал прожить с Лебелем всю жизнь, он лишь поддерживал его в этом. Так же, как когда-то Демиан поддержал его самого.
— И потом, невестка ведь наверняка что-нибудь придумает.
— Но ведь это он заставил бога действовать.
— …Да, мы впустили в семью потрясающего парня. Но сейчас главное — благополучно провести новогоднюю церемонию. Раз уж сам бог вмешался, значит, этот демон и правда не из простых.
В этот миг снаружи раздался вопль Люцериса. Оба перевели взгляды на окно. Этот громогласный вой звучал не угрожающе, а скорее походил на плач.
Карон, залезший Люцерису на голову, лупил его передними лапами по лбу. А Лебель, стоявший перед ними, лишь сложил руки на груди и смотрел.
Дракон, которого называли сильнейшим существом в мире, зажатый между двумя демонами, с каждым мигом становился всё меньше. При виде этого Эдмунд тихо засмеялся и сказал:
— Наш невестка — демон куда сильнее, так что Северу от его рук гибель не грозит.
— Тот самый, что сражался с Норманом, а потом харкал кровью и упал без чувств? Жаль, ты этого не видел.
— Зато ты видел, как невестка тащил Люцериса за хвост.
Демиан до сих пор не мог поверить, как этот тощий парень волок за хвост упиравшегося Люцериса. Да и сейчас — дракон попытался сбежать, но Лебель лишь легонько ухватил его за кончик громадного крыла, и тот завалился вперёд.
— Он сказал, что вернул себе силу, так что можно не тревожиться.
— При чём тут сила, если тело у него всё равно слабое? Ты посмотри. Дрожит от холода. Решил, что раз потеплело, можно выходить налегке, — вот и мёрзнет. О себе совершенно не думает.
Демиан прищёлкнул языком. Из-за лёгкой одежды плащ Лебеля развевался на ветру. А руки он скрестил вовсе не от уверенности — просто пытался удержать полы и сохранить тепло.
— И такой демон пользуется всеобщим уважением в мире демонов?
— Но ведь он и вправду показал огромную силу. К тому же, кажется, он был в близких отношениях с богом… Тот демон, кажется, пытался похитить невестку, чтобы завладеть его силой?
— Да. Невероятно. Кому вообще нужен тот, от кого одна головная боль…
Демиан покачал головой, не в силах этого понять.
Лебель сверлил взглядом Люцериса, который рухнул на землю, словно капризно крича: «Не желаю!» Карон, до этого мутузивший дракона, тяжело дышал и мотал головой.
[Господин Лебель, я так больше не могу. Это предел.]
[Потому что ты непонятно объясняешь! Как моё тело может стать размером с горошину?]
[Эй ты! Нужно воображение! Во-об-ра-же-ние!]
Увидев, что они снова готовы сцепиться, Лебель вмешался.
— Но ты ведь немного уменьшился.
Если раньше он был размером с приличный дом, то теперь, по крайней мере, мог свободно бегать по саду.
[Я сделал всё, что мог! Сказал же, буду жить на горе.]
— Дух-защитник рода должен жить на земле, которую охраняет. Куда ты собрался?
[Ты меня обманул! Заставил заключить договор силой! Он недействителен! Недействителен!]
— Строго говоря, я просто укрепил тот договор, что ты неуклюже заключил сам. В тот самый миг, когда ты дал человеку силу, его основа уже была заложена.
Но Люцерис продолжал буянить. Земля задрожала, и проходившие мимо люди зашатались.
Люцерис покосился на Лебеля и медленно поднялся. А потом припомнил все дни, что провёл вместе с ними.
Из-за своих огромных размеров он искал пещеру на дальней горе, чтобы там поселиться. Но сколько ни искал, пещеры не было видно, и когда он принялся топтать деревья, чтобы устроить гнездо, его отчитали — слишком шумно.
Решил он облететь ближайшие деревни и замок, но люди пугались и кричали, чтобы он улетал. Тогда он решил уже не таиться, подобрался ближе, чтобы посмотреть в открытую, но с его размерами зацепился за всё подряд и кое-что разнёс.
За это ему так влетело, что он ходил с огромной шишкой на голове. Люцерис обиженно пыхтел.
Но куда обиднее было то, что, за исключением нескольких человек, никто не знал, что Лебель — куда более страшный демон, чем он. Надув губы, Люцерис увидел, как незаметно подошедший человек набросил на плечи Лебеля верхнюю одежду и принялся озабоченно его отчитывать.
— Вы же простужены. Я ведь просил вас следить за одеждой.
— Ты же сказал, что потеплело.
— Для молодой госпожи — нет. И я просил звать меня, когда вы куда-то выходите.
Выражение лица у Лебеля было самое что ни на есть недовольное.