Звёздная пыль луны 4 глава
Наш тгк: The Cosmos of Love
Он хотел верить, что это сон, но щипок за бедро причинял боль, а пробуждение так и не наступало. Значит это точно был не сон.
Так или иначе, фраза «Проект корректировки души» могла быть ключом к пониманию текущей ситуации. Куда делась душа Рю Чэ Юна и почему он вселился в это тело? Может быть, потому что он находится в процессе «корректировки души»? Хотя он не знал, зачем вообще корректируют души...
Сон Ун еще раз внимательно перечитал предложение, появившееся перед его глазами. Если это было не обучающее задание, а помеченное как обучение, то, естественно, должны были последовать и другие задания. Тем более, что у «Задания» был указан номер.
«Появиться в визуальных медиа, за исключением личных трансляций». Казалось, это означало, что системе известна актерская биография Джин Сон Уна. Было бы бессмысленно давать такое задание тому, кто никогда не играл.
Награды были еще страннее. Что, черт возьми, такое «Комитет по управлению реинкарнацией», и что значит «перераспределение», а не просто назначение? Значит ли это, что кто-то уже был назначен?
...Он мог бы претендовать на второстепенную роль, парящую в аду подработки, но сможет ли он вообще покинуть это чрезмерно заботливое семейное гнездо?
Всматриваясь в голограмму, Сон Ун заметил нечто странное. Несмотря на наличие заданий, наград и сроков, не было никакого упоминания о наказании за провал. Он предположил, что, вероятно, неважно, выполнит он его или нет...
От синего цвета у него начала болеть голова. В тот момент, когда он подумал, что вся эта голограмма должна исчезнуть, все перед ним снова прояснилось. Похоже, он мог избавиться от нее одной лишь силой мысли.
Сон Ун, размышлявший, держась за свою слегка горящую голову, лег на кровать.
Если он не хочет этого делать, то и не должен. Если он наследник чеболя в третьем поколении, то в бездействии не будет никакой проблемы, и к тому же он уже отдал актерству 30 лет, что еще ему там делать? Сон Ун попытался полностью игнорировать голограмму. Но почему же она не давала ему покоя, как заноза под ногтем?
Он не знал, сколько времени прошло, пока он смотрел в потолок, но он почувствовал чье-то присутствие за дверью. Сон Ун, который открыл дверь, ожидая увидеть Рю Хо Юна, неловко улыбнулся при виде своей красивой матери.
Родители были такими сложными и загадочными существами для Джин Сон Уна.
Ел ли он когда-нибудь, находясь под пристальным вниманием стольких людей?
Ах, да. У него был опыт, когда все в ресторане смотрели на него так, словно хотели убить. Это было после того, как он сыграл идеального злодея в фильме с бюджетом в пять миллионов долларов.
Конечно, сейчас на него смотрят так, будто он двухлетний малыш, который впервые пробует твердую пищу своими крошечными ручками-папоротничками, даже не пользуясь ложкой. Сон Ун почувствовал, как у него горит лицо. Ему стало так неловко, что всё тело скрючило от стыда, и ему показалось, будто он сходит с ума.
— Чэ Юн. Морской окунь вкусный. Поешь.
Ему не нужно было пользоваться палочками. Все вокруг постоянно подкладывали ему закуски в тарелку.
Было еще более загадочно, зачем они переставляют блюда, если Сон Ун даже не притронулся к ним.
Еды оставалось еще больше половины, но они уже спешили предложить добавку.
Однако аппетит у Сон Уна был таким, что не сравнился бы с тем, который он испытывал за одинокой трапезой. Он и правда наслаждался едой и сейчас жевал полный рот тушёного морского ушка.
— Так приятно видеть, что ты хорошо кушаешь.
Теперь он уже привык к этим словам, наполненным эмоциями. Сон Ун улыбнулся своему отцу и зачерпнул рис ложкой. В это время Рю Чан Юн, сидевший слева, спросил отца, положив на рис маринованные жареные ребрышки.
Отец бегло взглянул на время, и в этот момент с конца коридора донёсся звук открывающейся и закрывающейся двери.
— Чэ Юн! С моим малышом всё в порядке?
Ну вот, началось. Сон Ун вздохнул и сухо кивнул, лишь повернув взгляд. Затем его глаза расширились, и он произнес название самой известной развлекательной компании в стране.
Нет, дело было не в том, что он вспомнил тётю, а в том, что он вспомнил генерального директора RBS. Погодите, может, «R» в RBS означает «Рю»? Такое же «Рю», как и в его фамилии?
— Все говорили, что ты заболел и не мог прийти... Тётя чуть не умерла от беспокойства, потому что скучала по Чэ Юну. У тебя сейчас нигде ничего не болит, правда же?
В любом случае, потеря памяти сказывается на мозге, но не теле.
— Ты не должен болеть. Если наш Чэ Юн заболеет, тётино сердце разорвется.
До какой степени... У нее такое искреннее лицо, что даже не к чему придраться.
— Хватит спрашивать ребенка, не болит ли у него еще что-то, просто садись и ешь.
— Оппа, серьезно... Каждый раз, когда Чэ Юн заболевает, у меня сердце падает. Может, обновим профиль нашего главного актера?
«Профиль главного актера? Неужели они имеют в виду Рю Чэ Юна?»
Сон Ун искал в поисковых системах имена всех остальных членов семьи, но ему даже в голову не приходило ввести имя Рю Чэ Юна. Он не думал, что ребенок, который не мог ходить в школу из-за болезни, будет занесен в базы данных актеров.
Придется посмотреть, что все это значит, после еды. Неужели это тело тоже было связано с актерской игрой? Но если бы такое лицо появилось на экране, Сон Ун бы об этом знал.
— Ради тёти ты должен оставаться здоровым. Правда, Чэ Юн?
Генеральный директор RBS ласково и привычно потрепала Сон Уна по щеке. Так вот, Рю Чэ Юн и был «тем самым», о котором ходили слухи, что незамужняя глава RBS относится к нему как к собственному ребенку и щедро обеспечивает его всем.
Ходили слухи, что она всегда брала с собой молодого человека, отправляясь по личным делам в универмаги, и лично заходила в новые кондитерские, чтобы купить ему кучу десертов... Сон Ун цокнул языком, осознав правду, стоящую за давними слухами.
После шумной трапезы на стол подали очень сладкие персики. Это был любимый фрукт Сон Уна, но из-за высокой цены и быстрой порчи их было сложно купить и съесть в одиночку.
— Наш Чэ Юн тоже очень любит персики.
Теперь Сон Ун мог принять заботу братьев, которая раньше его сильно раздражала. Проглатывая аккуратно нарезанный, мягкий персик, Сон Ун ввел имя Рю Чэ Юна в поисковую строку.
[Рю Чэ Юн
Талантливый актер
Родился 20XX. 03. 31
Агентство: RBS Entertainment]
Шокировало то, что, несмотря на регистрацию в качестве актёра, в его фильмографии или истории активности не было совершенно ничего. Даже фото в профиле, казалось, было взято из соцсетей.
— Да. Наша развлекательная компания была создана ради нашего Чэ Юна.
Сон Ун чуть не прикусил язык. В наше время есть агентства, которые стали крупными чеболями благодаря хайпу вокруг K-Pop, но десять лет назад всё было иначе. Да, существовали солидные вокальные агентства, но большинство актёрских и тогда были небольшими или средними.
В актерской среде, заполненной так называемыми «мелкими конторами», был огромный переполох, когда крупный чеболь инвестировал в агентство, особенно когда оно было запущено как дочерняя компания кабельной вещательной компании.
Поскольку RBS уже владела студией как дочерней компанией и занималась производством, когда они решили основать актерское агентство, пошли разговоры о монополизации работы, что привело к вызову на слушания в конце года.
Было много споров о том, зачем им вообще понадобилось создавать агентство, и в то время ходило много странных слухов о генеральном директоре RBS, которые, по-видимому, были связана с Рю Чэ Юном.
— Наш Чэ Юн сказал, что хочет быть актером.
— Прошло уже больше десяти лет с тех пор, как он сказал, что попробует, как только выздоровеет.
Если Рю Чэ Юн выразил желание играть... Использовать инфраструктуру RBS для появления в дорамах или фильмах не составило бы труда.
Поэтому вместо того, чтобы сохранять эту непонятную ситуацию, не лучше ли просто выполнить задание и выяснить, что к чему? Учитывая, что наградой является перераспределение Комитетом по управлению реинкарнацией, там наверняка найдётся, у кого спросить.
Хотя он не знал, куда делась душа Рю Чэ Юна, было неразумно просто занимать его тело и ничего не делать. Даже если он не сможет вернуться в свое первоначальное состояние — даже если тело Джин Сон Уна уже было кремировано и исчезло — он не мог сидеть сложа руки, пока всё оставалось неопределённым.
Здесь требовалось более тонкая эмоциональная игра. Это было все равно, что сказать, что он больше не может ждать, потому что не знает, когда снова заболеет. Он уже был на волоске от смерти однажды — разве всё не закончится, если он действительно умрёт?
Сон Ун идеально исполнил свой фирменный прием — «слезящиеся глазки». Даже сценаристы, которые были недовольны подбором актеров, не могли не признать, глядя на него: «По крайней мере, он хорош в актерской игре».
— ... Сколько времени прошло с момента выписки?
Среди членов семьи, которые не могли вымолвить ни слова, старший, Рю Хэ Юн, сумел выдавить мягкую, тепло звучащую фразу. Рю Хо Юн воспользовался возможностью и тоже заговорил.
— Да! Чэ Юн. У тебя все еще нет сил...
— Но тогда так всё и останется.
Сон Ун показал на пустую графу фильмографии Рю Чэ Юна.
— Неужели я так и буду продолжать ничего не оставлять после себя?
Дрожащий голос, едва сдерживающий дыхание и слезы.
Тишина была настолько тяжелой, что ею можно было заполнить высокий потолок. Сон Ун вздохнул с тягостным чувством вины — не наигранным, а настоящим вздохом. Было очень неприятно игнорировать искреннюю заботу тех, кто волновался о нем. Но все же другого выбора не было.
— Простите. Я думал только о себе.
Положив телефон, Сон Ун поднялся с места. Не успел он сделать и шага, как тётя крепко схватила его за руку.
— Чэ Юн! Тётя завтра же все для тебя организует, сразу! Что ты хочешь делать?
Она была готова создавать возможности из ничего. Но Сон Ун не стал сразу соглашаться. Он пробормотал жалобным, ползущим голосом:
— ...И пусть волнуются! Чэ Юн должен делать то, что хочет! Правда, брат? Ты тоже так думаешь, да?
Можно было ответить только решительным кивком. Сон Ун слабо улыбнулся, быстро получив согласие родителей благодаря вмешательству тёти.
На следующий день, после полного дня подробного обследования в больнице, менеджер — то ли уже назначенный, то ли назначенный внезапно — пришел с синопсисом и сценарием.