Азартная игра под названием брак 35 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
Запоздало вышедший сотрудник мэрии попросил разрешения сделать фото. Он добавил, что это первый однополый брак в их практике, и об этом может выйти статья.
— Как пожелаешь.
Ив предоставил решение Маэлю. Тот на мгновение задумался, а затем кивнул.
На фоне арочных ворот мэрии они встали рядом: Маэль с неловкой улыбкой, сжимая в руке подаренный букет, и Ив, властно обнимающий его за талию.
Пока их фотографировали, Маэль не смотрел в сторону партнера. Однако он и так знал, что Ив не улыбается.
— Поскорее отправь документы на свадебный отпуск.
Как только съемка закончилась, тут же подъехал ожидавший их автомобиль. Ив шагнул вперед и открыл заднюю дверцу. Маэль на секунду замялся, но Диана и Жак махали им на прощание прямо перед глазами, так что упираться и отказываться садиться в машину было нельзя.
— Домой.
Дверь закрылась, и рядом раздался ленивый голос.
Почувствовав легкую вибрацию тронувшейся машины, Маэль опустил взгляд. Это был момент, когда после усыновления у него снова появилась семья. Причем семья, которую он выбрал сам.
Ощущение реальности ускользало. Тот миг, когда он ответил «да» регистратору в мэрии, казался сном.
«Хотя вряд ли это сон».
Букет белых роз с еще не распустившимися бутонами. Безымянный палец левой руки с двойным кольцом с бриллиантами, которое совершенно ему не подходило. И Ив, сидящий на соседнем сиденье с закрытыми глазами.
Стоило перевести взгляд, как правое бедро пронзила тупая боль. Маэль знал причину этой боли. Каждый раз, когда он сталкивался со стрессом, с которым не мог справиться в одиночку, его мучили подобные фантомные боли.
Обычно ему не составляло труда скрыть это. Так, чтобы никто не заметил.
Но сегодня источников боли было несколько.
От секса с проникновением, которого у него не было столько времени, что он и не помнил, ныло все тело — от поясницы до самых пят. Этим утром он едва смог встать; несколько раз ноги подкашивались, пока он пытался вымыть из себя остатки семени.
Если подумать, дело было даже не в долгом воздержании. Секс был грубым, а орган, который в него вбивали, — пугающе огромным.
«Но я выдержал».
К счастью, если сложить все время, что он провел на ногах, заходя в лавки, не набралось бы и десяти минут. Сама церемония тоже по большей части проходила сидя.
Хотя сейчас он уже был на пределе.
Маэль перевел взгляд в окно, чувствуя, как на плечи давит свинцовая усталость. Машина ехала по дороге на север Монако. Глядя на густые деревья и раскинувшееся под ними море, Маэль вдруг осознал:
Этот автомобиль, направлявшийся «домой», ехал вовсе не в Ниццу.
Это было ожидаемо, но всё же кольнуло новизной. Маэль обратился к водителю:
— Простите, мне нужно в мой дом.
— Мы и так туда едем, — отозвался Ив, медленно открывая глаза. Словно давая понять, что значение слов «мой дом» теперь полностью изменилось.
— В мой настоящий дом, в Ницце.
Но Маэль проявил упрямство.
— Мне нужно забрать вещи, связанные с работой. И привести всё в порядок, если я не смогу вернуться туда в ближайшее время. Высадите меня, я сам доберусь.
Водитель, несмотря на просьбу Маэля, не остановился. Ив немного подумал и коротко скомандовал:
— Разворачивайся.
Только тогда машина сменила полосу.
— Зачем?.. Я же сказал, что могу съездить один.
— Опасаюсь, что ты сбежишь, раз уж церемония окончена.
Оценивающий взгляд Ива скользнул по щеке Маэля. Подавив раздражение, наложившееся на усталость, Маэль ответил:
— Ив, я прекрасно понимаю, что не в том положении, чтобы бежать.
Даже если бы он и хотел сбежать, на нем висела жизнь Манон и её нерожденного ребенка.
«И не только это».
Там же было и то разбитое обещание — то, что он обещал Иву, но так и не смог выполнить. Каждый раз, вспоминая о контракте, который он в итоге скрыл и проглотил как тайну, у него внутри всё горело.
Снова кольнуло в бедре. Маэлю показалось, что он покрывается холодным потом, и он немного приоткрыл окно. В салон, пропитанный ароматом роз, ворвался поток ветра. Ровно столько, чтобы остудить кожу.
— Можете не помогать, всё в порядке, — сказал Маэль, глядя на Ива, который всё-таки вышел из машины вслед за ним.
Однако Ив ответил с бесстрастным лицом:
— Я должен хотя бы раз взглянуть, как всё устроено внутри. Мало ли, кто спросит.
В конце концов, они были молодоженами, и то, что они ни разу не были в гостях друг у друга, действительно выглядело бы странно. Маэль проглотил вздох, не в силах оспорить логику, и вставил ключ в замок.
В доме было сумрачно: шторы задернули еще на рассвете из-за репортеров, пытавшихся сделать снимки в день свадьбы Манон. Маэль первым делом раздвинул их и обернулся.
— Тут особо нечего показывать, дом небольшой. Осмотритесь сами. Мне нужно время, чтобы собрать вещи.
Когда ворвался свет, Ив зажмурился. Прищурившись, он медленно обвел взглядом скромную гостиную. Его взор остановился на фотографиях в рамках на столе.
— А фото родителей?
Одна детская фотография брата и сестры, снимок втроем с Дианой, сделанный при поступлении на работу, фото Манон с выпускного. Коллекция была скудной по сравнению с обычными домами, где выставляют портреты всех — от дедушек до троюродных племянников.
Но даже так.
«Неужели ему вдруг стало любопытно?» — промелькнула протестующая мысль.
Затем Маэль вспомнил, что всего час назад они стали семьей. Из чувства минимального приличия он сухо пояснил:
— Остальное в альбоме.
— Есть ли смысл хранить их, если они тебе даже не родные? К тому же, они были дрянными родителями.
Ив задал вопрос без тени колебания, рассматривая рамку. На мгновение Маэль даже засомневался — неужели он сам рассказывал ему всё это?
«Он узнал о беременности Манон. И о моих активах».
Даже по пути сюда ему не пришлось называть адрес. Глядя на Ива, который даже не соизволил обернуться в его сторону, Маэль помедлил, прежде чем ответить:
— Для меня — нет. А для Манон они были родителями. Были времена, пусть и недолгие, когда всё было не так уж плохо.
Действительно, пока мать была жива, всё было терпимо.
Ив, казалось, пропустил это мимо ушей и принялся изучать книжную полку.
На рассвете в день свадьбы Манон, из-за сотрудников из резиденции князя, которые приехали делать макияж и помогать с платьем, Маэль отложил папки с материалами дел отдельно. Было бы некстати, если бы кто-то их увидел. Маэль вклинился между книжным шкафом и Ивом, выхватывая файлы по последним делам один за другим и прижимая их к груди.
— Послушайте, а насколько много вы вообще обо мне знаете?
— Столько, сколько необходимо. Мы ведь всё-таки супруги.
С этими словами он протянул руку. Его указательный палец зацепил и вытянул светло-фиолетовую папку. Это было дело господина Брезо, поэтому Маэль тут же отобрал её.
— Не вы же один здесь в браке. А я о вас ничего не знаю.
Даже после свадьбы факты, которые он узнал об Иве, были крайне скудными.
Ив Эрве Валуа был чересчур расточителен. Казалось, у черной карты, которую он протягивал, не было лимита. Он был на два года старше Маэля. Родился в местечке под названием Ле-Люк, что в часе езды от Ниццы. У него были имена родителей, которые он без колебаний вписал в документы. Это был его первый брак.
Из всех документов и ситуаций это было буквально всё, что удалось выяснить.
— Интересно?
— Скорее, теперь в этом возникла необходимость.
— И что же конкретно тебя интересует?
Когда его спросили в лоб, нужные слова не сразу пришли на ум. Что должны знать друг о друге любовники или, тем более, супруги?
Маэль, прижимая к себе охапку папок, развернулся к нему. Встретившись с ним взглядом, он задумался.
— Вкусы, хобби, что вы изучали, где жили... Если у вас есть какие-то болезни, то и это тоже. В любом случае, все будут думать, что у нас был короткий и бурный роман, но для женатой пары странно знать друг о друге так мало.
— Все и так будут считать, что мы знакомы около месяца. Проще сделать вид, что мы ослепли от страсти и выскочили замуж, не видя ничего вокруг, — лениво произнес Ив.
Судя по его тону, такой вариант его вполне устраивал. Но Маэль лишь хмыкнул.
— Неужели мы похожи на пару, охваченную такой страстью, что готовы броситься в омут с головой? Сомневаюсь.
— Тогда как тебе такое?
Ив наклонил голову, глядя на Маэля сверху вниз. Его взгляд был тяжелым, трудноописуемым. От него не веяло теплом, но он словно опутывал человека. Рукой, которой он только что тянулся к чужим папкам, Ив поправил растрепавшуюся челку Маэля.
— Мы почти не знаем друг друга, но тебе приглянулись мои деньги, а мне — твое тело. Настолько, что мы решили связать друг друга официальными бумагами. Это звучит довольно классически.
— Звучит как классическое мещанство.
— Нам это подходит больше.
Холодные пальцы скользнули по щеке. Маэль, не имея возможности оттолкнуть его из-за вороха папок в руках, просто отступил назад. Спина уперлась в книжный шкаф. Только тогда Ив убрал руку и криво усмехнулся.
— Или настоящая причина более возвышенная?
Маэль не нашелся с ответом. Всё было именно так. Уж лучше пусть думают, что они сошлись из-за денег и секса — это было куда «чище», чем правда о сокрытии преступления родственника и борьбе за признание отцовства.
Дно за дном. Ложь поверх другой лжи. Он не мог этого отрицать. На этом фундаменте и строился их сегодняшний брак.
— Я просто хочу сотрудничать. Я имел в виду, что нам будет проще, если мы будем выглядеть как нормальная пара. В княжеском дворце будет меньше подозрений. Если вы хотите казаться меркантильными типами, пусть будет так.
Ив на мгновение задумался над этими словами. Затем он слегка хлопнул по папкам, которые прижимал к себе Маэль.
— У меня клаустрофобия. Терпеть не могу такую тесноту, так что я бы хотел покинуть это место через пять минут.
— Клаустро... Вы серьезно? Этот дом кажется вам таким тесным? Двухкомнатная квартира? И вообще... нет у вас никакой фобии. Мы вместе ездили в лифте.
Это была явная ложь. Несмотря на приведенное доказательство, этот наглец лишь повел плечом и легко бросил:
— Бери только самое необходимое. Остальное перевезут сегодня вечером.