Азартная игра под названием брак 87 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
— Это…
Рот Манон приоткрылся. Она забормотала что-то, затем закусила губу так сильно, что стало больно. В конце концов из её груди вырвался всхлип.
— Да, это правда. В итоге всё вышло именно так.
Это было до абсурдного простое подтверждение.
— Брат был прав. Я не должна была подписывать тот договор, измененный… таким образом. Мне нужно было просто выпрыгнуть из машины вместе с братом тогда.
— …
— Не стоило трусить. Я не жалею ни о чем другом, но этот момент… я жалею об этом каждый божий день.
В её юном лице отразилось сожаление, которое совсем ему не подходило. Голова женщины бессильно поникла.
— Я всё испортила. И при этом у меня нет ни сил, ни денег, чтобы сделать брата счастливым.
Однако эти жалкие стенания не стоили ровным счетом ничего.
— А-а-а.
Где-то глубоко в горле Ива, за плотно сжатыми зубами, родился низкий, изумленный выдох.
Значит, брачный контракт действительно был изменен. Вероятно, в сторону того, чтобы Манон не досталось ничего.
И Маэль знал об этом. Всё знал.
Но даже зная, он продолжал держать свои губы, похожие на птичий клюв, плотно сжатыми.
Внутри вскипело горячее чувство. Ив откинул волосы назад, тяжело выдохнув от нахлынувшего ощущения.
— Ха.
Странно, но в этом выдохе слышался смех.
Тот самый Маэль Мун, который утверждал, что ненавидит ложь в любом виде, который так старался жить праведно, считая даже маленькую ложь чем-то постыдным — он смотрел прямо на него, продолжающего исполнять этот безумный план, и всё равно молчал.
«Интересно, как наш мистер адвокат собирается разгребать всё это?»
Будь Маэль сейчас перед глазами, Ив схватил бы его и спросил напрямую. Он хотел услышать ответ из этих очаровательных уст, но даже с кипящей от гнева головой несложно было предсказать, что тот скажет.
«Это всё из-за моей чертовой сестренки, которую я должен защитить».
В памяти всплыло первое впечатление от отчета о Маэле: его послужной список, от прошлого до настоящего, был таким… предсказуемым.
«Слишком понятно и скучно».
Маэль Мун всё так же оставался предсказуемым. Любой ответ, который исходил от него, неизбежно сводился к сестре, семье и прочей ерунде.
Но, черт возьми, это ведь даже интересно, не так ли?
В затылке неприятно заныло. Горло зачесалось, и из него снова вырвался смех: «Ха-ха-ха». Ив рассмеялся, откинув голову назад, а Манон смотрела на него с выражением полного шока.
Наконец, перестав смеяться, он обратился к Манон:
— Я сказал, что расскажу, почему мы поженились. Раз уж мы заговорили об этом, запомни хорошенько, графиня.
— …
— Шарль Дюверже, этот недоумок, попался Маэлю на том, как целовался и миловался с другой женщиной. Твой брат в тот же день поставил крест на этом юнце.
— Что?
Манон пошатнулась, сидя на стуле. Ну да, нужно сказать всё как есть, чтобы она перестала пытаться подложить своему брату какую-то странную дрянь.
— Т-то есть… что Шарль… что он сделал?
— Изменил. Попался на измене. Я же решил, что это отличный шанс, и занял освободившееся место.
— Тогда…
— Причина нашего брака — любовь.
Ив произнес это без колебаний.
Сделки, контракты, секс поверх них, случайно проскользнувшее прошлое и искренние чувства, осознание, которое невозможно было игнорировать, и решение это игнорировать. Плюс ложь Маэля.
Этот брак и так был облеплен всякой грязью. Если добавить сверху еще слой обмана — вряд ли что-то кардинально изменится.
Любовь. Одно это слово могло скрыть всё, что громоздилось под ним. Словно белая сахарная глазурь на свадебном торте. Так почему бы не воспользоваться таким простым и сладким словом?
— Вы любите моего брата, месье Валуа? — пробормотала Манон с ошеломленным видом.
Ив с вызовом искривил губы.
— А есть ли в браке какая-то иная причина?
— А брат? Брат… он правда тоже… чувствует то же самое?
На этом месте улыбка Ива замерла. Манон, которая даже не подозревала, какой дерзкий вопрос задает, блуждала взглядом по воздуху.
В этот момент дверь, которая была плотно закрыта, с грохотом распахнулась.
— Что вы тут делаете?
Это был главный герой их затянувшегося разговора.
Дверь была наполовину стеклянной. Видимо, Маэль уже видел их снаружи, так что на лице не было особого удивления. Только щеки чуть порозовели, словно он успел много где побывать.
Ив прислонился к стене и пристально посмотрел на это до раздражения красивое лицо. Маэль, заметив его взгляд, снова заговорил:
— Вас люди ищут, вы так долго не возвращались. Кстати, что… а, Манон… ты больна? Почему лицо… Ты плакала?
Стоило им встретиться взглядами, как он тут же бросился к сестре.
Ив еще даже не решил, что делать с этим лжецом, а его уже начало тошнить от того, как Маэль, не сводя глаз, опекает сестру. «Всё это — полная катастрофа». Подавив кипящие эмоции, Ив бросил безразличным тоном:
— Кажется, у неё разболелся живот. Наверное, решила спрятаться от всех этих людей с камерами.
— Живот? Тебе не нужно к врачу? Хочешь, я свяжусь с доктором?
Лицо Маэля вмиг стало серьезным, но Манон покачала головой.
— Я уже в порядке. Брат, дело не в этом.
— Хм? Что такое?
Женщина вытерла следы слез рукавом, встала и подошла к Маэлю. Заглянув ему в глаза того же оттенка, что и у неё, она спросила, словно ища подтверждения:
— Брат, ты ведь правда любишь месье Валуа, своего супруга?
Маэль на долю секунды метнул взгляд на Ива. Но только на долю секунды.
— Что за вопросы? Откуда это взялось? О чем ты говоришь?
— Я не шучу. Посмотри на меня и скажи. Ну?
Манон спрашивала на взводе. Маэль попытался отшутиться, вымученно улыбаясь:
— Дурочка, зачем мне говорить такие вещи, глядя на тебя? Как неловко. К тому же, люди, которые выставляют чувства напоказ перед другими, обычно разводятся чаще…
— Брат!
Как ни пытался он увильнуть, рассуждая о статистике разводов, это не сработало. Ив протянул руку к смущенному Маэлю.
Он схватил его за мягкую ладонь и потянул на себя, заставляя развернуться.
— Тогда скажи это, глядя на меня.
На него уставились кроткие светло-карие глаза.
— Наш брак был поспешным. Это первый раз, когда графиня видит нас вместе, неудивительно, что она беспокоится. Мы даже не смогли пригласить её на свадьбу.
Ив говорил спокойно и рассудительно. Маэль, переводивший взгляд с Манон на Ива, едва заметно нахмурился.
Адвокат, который чувствовал себя неловко из-за пустяковой лжи и не умел даже толком её преподнести, оправдываясь какими-то розами.
Таким Маэль был в глазах Ива до сих пор.
Но прямо сейчас перед ним стоял мошенник, который молчал об измененном брачном контракте.
«Какая из этих сторон настоящая?»
Раз уж представился случай, нужно узнать это наверняка. Чтобы больше не гадать, а увидеть всё собственными глазами.
Ив пристально смотрел на Маэля сверху вниз.
Щеки, которые вчера покраснели от трения, сейчас налились еще более густым румянцем. Губы, уголки которых опустились вниз, мелко дрожали в замешательстве.
Ив сильнее сжал руку Маэля. Похоже, Маэль принял это за сигнал: он встретился с ним глазами, но тут же поспешно отвел взгляд.
Один раз губы приоткрылись и закрылись. А затем, открывшись снова, он произнес:
— Я люблю вас.
Сказал этот лжец, у которого даже кончики ушей окрасились в красный цвет.
Так сладко, что аж замутило. Словно это была чистая правда.
Ив замер, не в силах отвести взгляд. И всё из-за этих слов — из-за «любви», о которой сам он заговаривал уже не раз.
Странный экстаз поднялся по шее. Он не мог отпустить руку Маэля. Кожа в местах их соприкосновения горела, и это чувство было таким раздражающим и жгучим, что хотелось содрать её.
Этот человек перед ним — тот самый, кто ради спасения собственной сестры проигнорировал чужой план мести и просто растоптал его, даже не моргнув глазом. И он, Ив, связал себя с таким человеком браком и позволил себя обмануть, как дурак.
«Бывают же такие доверчивые идиоты».
От одного слова «люблю» внутри поднялась такая волна чуждых чувств, что к горлу подступила тошнота.
Едва Ив успел подавить эти эмоции, Маэль вырвал руку и резко повернулся к Манон.
— Довольна? Больше никогда не заставляй меня говорить такие неловкие вещи.
— Нет, брат, я правда хотела…
— Иди уже. У тебя еще полно дел, страна ждет. Все тебя ищут.
Маэль подтолкнул сестру в спину. Его шея, открывшаяся из-за наклоненной головы, была красной. Ив проводил их взглядом и зашагал прочь.
Вернувшись в VIP-ложу, где собрались люди из де Бройль, он увидел на столе две бутылки газировки. Должно быть, их принес сотрудник бара. Ив сорвал крышку и сделал несколько глотков. Опустив бутылку, он поднял взгляд и встретился с глазами Маэля.
В этих глазах, глядящих с немым вопросом «что случилось?», сердце болезненно сжалось. Что-то, что, как он думал, он выкорчевал и уничтожил, снова живо забилось внутри.
«Этот человек так нагло меня обманул».
Он видел своими глазами, как Маэль, не моргнув, произнес фальшивое признание в любви. Было бы странно, если бы это не разозлило. Нахлынувшая ярость казалась вполне естественной реакцией. Но что это было?
Это чувство было куда паскуднее, чем просто предательство.
Ив вырос в мире, где было привычным делом плевать на доверие и втыкать нож в спину ради выгоды — от игорных столов до бизнеса. Он привык к предательству, и чувство обиды в нем притупилось. Со временем это стало лишь досадной помехой, за которой следовали исправление последствий и наказание.
Но даже тогда он знал, что такое предательство — это раздражающее чувство, которое вспыхивает и угасает.
Тонкий дискомфорт грыз его изнутри. А в это время Маэль наклонился и прошептал ему на ухо:
— Спасибо, что позаботились о Манон.
Ухо горело. И мучившая его жажда никуда не исчезла.